Под его крыльями

      И вот настал день, когда в отеле официально объявили «Греждество».       Вокс торчал в своем офисе, делая вид, что безумно занят.       Он до конца не втыкал, ждут ли его там вообще. Всё-таки семейный денек. Появиться вечером будет за глаза, решил он.       Дел была куча — ну, так он сам себе врал. На самом деле в башне стояла жуткая тишина.       Казалось, весь Ад прочухал фишку отеля с этим праздником и решил взять выходной… от привычного свинства. Не то чтобы все вдруг стали помогать друг другу, но на улицах было подозрительно спокойно.       Они перестали мочить друг друга. Никаких привычных разборок на перекрестках.       Просто затяжное, липкое затишье.       Может, часть грешников и правда прошибло на ностальгию. Даже Вельветт и Валентино взяли отгул и позвали его на вечер кино. Когда Вокс скептично спросил «с чего бы вдруг сегодня?», они просто ответили, что «захотелось».       Нашлись, конечно, те, кому было плевать на этот день, но их быстро заткнули те, кому было не всё равно.       Он отказался от кино, о чем даже немного пожалел, но остальные заверили его — в своей манере — что всё пучком. Еще и подкололи, мол, знают они, что ему приспичило в отель к «кое-кому».       В ожидании часа «Икс» он барабанил когтями по столу, умирая от скуки и пытаясь заставить себя… не думать.       Аластор. Гребаный Аластор.       С того самого дня разговор оленя и бывшего архангела засел у него в процессоре. Люцифер должен был что-то решить до сегодняшнего дня — до этой ночи. Но Вокс без понятия, что именно.       Он почти чувствовал, как оскал Аластора прошивает его насквозь, вгрызаясь прямо в сердце. Этот урод всегда мастерски умел его провоцировать.       Он же почти ничего не сделал. Ты — ТЫ — проблема.       Вокс вцепился в свою рамку, прокручивая эти слова снова и снова, пока дыхание не стало рваным.       Тут Shok.wav ткнулся мордой в стекло позади него, вырывая из этой спирали самокопания.       — О… кто тут у нас хороший мальчик?       Вокс снова натянул улыбку, повернулся к аквариуму и весело постучал по стеклу. Он бросил внутрь кусок мяса, который его акулы сожрали в доли секунды.       Оверлорд наконец поднялся, подтянулся на кабелях к краю танка и ласково потрепал питомцев — пока один из них не вцепился в рукав и не уволок его в воду поплавать.       — Плохой! Очень плохой! Нельзя так с папочкой! — Вокс отчитывал их под водой, как нашкодивших псов. Благодаря своей специфической природе он мог там дышать — всё-таки он частично акула.       — Ого… ты что, можешь там дышать?       Кто..?       Вокс глянул вниз, на свой рабочий стол. Там стоял Люцифер, глядя на него с нескрываемым восторгом.       Вокс нырнул глубже, пока не оказался на одном уровне с глазами Люцифера.       — Я знаю, знаю, я просто нереально крут, — похвастался Вокс, прижимаясь ладонями к стеклу, чтобы его не вытолкнуло на поверхность.       — Черт возьми, это точно. Я даже немного завидую.       — Король… завидует мне? Я польщен.       Shok.wav толкнул его сзади, и Вокс мягко погладил его по боку.       — Ты что здесь забыл? Еще даже не вечер. Не хочешь провести день с дочерью? — Он же сказал королю, что будет пахать до заката. Причин торчать здесь у Люцифера не было.       — Энджел Даст прислал мне смс, что ты тут помираешь со скуки в офисе. И, если быть точным, нифига ты не работаешь.       Тц. Этот паук его сдал. Настоящая заноза в заднице, когда у тебя в башне Ви тусуется сотрудник отеля, который шныряет туда-сюда, когда захочет.       — Я вообще-то очень занят, — выдал Вокс, пока его расплющивало по стеклу. Shok.wav решил проявить излишнюю нежность сзади. — Уф… прекрати, парень, ты мне бока помнешь! — Вокс попытался утихомирить механическую акулу, которая в ответ лишь выдала пару жалобных электронных звуков.       — Занят тем, что тебя давит собственный питомец?       — Ха, он просто играет, — заверил короля Вокс, рассмеявшись.       — Ты вылезешь оттуда, чтобы мы могли наконец пойти в отель?       — Но я же работаю-ю-ю.       Люцифер красноречиво выгнул бровь.       — И мои малыши… — Вокс обнял Shok.wav и посмотрел на Люцифера так, будто тот предложил уморить его любимцев голодом.       — Вокс…       Внезапно Shok.wav развернулся и так смачно приложил его хвостом, что Вокса вынесло из танка. Он перелетел через комнату, впечатался в противоположную стену и медленно сполз вниз.       — Ой.       Повезло, что силы вернулись и он больше не был таким хрупким, как старый кинескоп.       Люцифер подошел к нему и смерил взглядом Оверлорда, забавно распластавшегося у стены «вверх тормашками».       — Тебе нужно переодеться.       — Пожалуй.       Вокс заметил, что на Люцифере красуется рождественский свитер — ярко-красный, с белым узором. Его привычный цилиндр остался при нем, но теперь его опоясывал огромный алый бант. Типичные праздничные цвета. Вокс поспешно вскочил на ноги.       — Только не вздумай пялить на меня нечто подобное, — бросил он, тыча пальцем в нелепый прикид Люцифера.       — О, еще как напялю, — ухмыльнулся Люцифер и щелкнул пальцами прежде, чем Теледемон успел дематериализоваться.       Вокс снова был сухим… и в рождественском свитере. Синем, с волнообразным узором. И в черных брюках.       — И-и-иу…       — Да ладно тебе, не так уж плохо.       Даже его любимая шляпа исчезла. Вместо нее на голове красовался колпак Санты, чей помпон нагло лез прямо в лицо. Раздраженно рыча, Вокс откинул его на затылок.       — Это нечестно. Нельзя просто так брать и переодевать людей.       — Я проделываю это только с тобой, — хмыкнул Люцифер.       — Это еще хуже.       — Если будешь паинькой, я, может, пересмотрю свои методы в следующий раз. А теперь пошли — не хватало еще опоздать, — промурлыкал Люцифер, лениво крутя в руках трость.       Он протянул ладонь. Вокс покосился на нее с опаской, но в итоге всё же принял приглашение. Они телепортировались в отель вместе. Люциферу вовсе не обязательно было держать его за руку для этого, но он всё равно не отпускал.       — А вот и вы! Оу, Вокс, ты выглядишь просто прелестно, — поприветствовала их Чарли. На ней был такой же красный свитер, как у отца.       Вокс на мгновение завис, пораженный тем, как ослепительно выглядел вестибюль. Он ведь не застал финальные штрихи декора.       Чарли радостно обняла их обоих — его и отца.       — «Счастливого Греждества!» — просияла она, после чего умчалась к остальным друзьям.       Праздник был в самом разгаре. Вокс-то планировал заглянуть попозже, когда всё уже будет сворачиваться, но теперь оказался в самом эпицентре. Весь персонал отеля выглядел так, будто они по очереди ныряли в чаны с краской — празднично, но абсолютно хаотично. В духе этого места, чего уж там.       — Идём, — позвал Люцифер, всё еще сжимая руку Вокса, и потащил его на кухню. — Я испек печенье, ты обязан его заценить.       С этими словами Люцифер с гордостью продемонстрировал ему выпечку в форме уточек. Вокс послушно попробовал одну.       — Недурно, — признал он. Он сто лет не ел домашнего печенья; оно было чертовски вкусным.       — Я хотел сделать ещё и в форме акул, но подумал, что мы могли бы заняться этим в следующем году… вместе.       Вокс опешил. Люцифер уже строил планы… на их общее будущее. Сердце забилось громче, какого… но поток мыслей прервал мелкий хряк, ткнувшийся ему в ногу.       — Толстый Наггетс, кончай клянчить! Ты и так уже обожрался сегодня! — прикрикнул Энджел Даст, тяжело дыша. Похоже, он прилично побегал за своим питомцем.       — Всё нормально. — Вокс присел и скормил свину одну из печенек, после чего подхватил его и вручил Энджелу.       — Следи за ним, а то лопнет от обжорства, — небрежно бросил Вокс. Он не был фанатом свиней, но вообще любил зверье.       — Спасибо… наверное. — Энджел нежно погладил Наггетса.       Подошел Хаск. Вокс приготовился к тому, что кот снова начнет рычать из-за того, что он ошивается рядом с его паучком, но Хаск лишь кивнул и подтолкнул Энджела к выходу:       — Чарли сказала найти Черри Бомб, она уже разнесла две духовки.       — Нам мало того, что мы за Ниффти присматривали? Мы теперь что, за нянек тут? — проворчал Энджел, но всё же поплелся за Хаском.       Вокс проводил их взглядом с легким уколом зависти. Если бы он мог загадать одно желание сегодня, это было бы — остаться рядом с Люцифером… не только на один вечер.       Блондин стоял рядом, мягко улыбаясь, и снова взял его за руку. На этот раз когти Вокса сами переплелись с тонкими пальцами короля.       Где-то глубоко внутри зашевелился страх — страх, что его бросят. Что всё это лишь глюк в системе. Что-то, на что он надеялся, но что никогда не станет реальным.       В Аду нет друзей, Винсент.       И уж точно нет настоящей любви.       Он чуть ослабил хватку, но Люцифер не отпустил его. Вместо этого он повел Вокса по залам, показывая всё вокруг — везде было ярко и великолепно. Люцифер с дочерью постарались на славу.       Вокс невольно подумал, смогли бы они с королем провернуть такое вдвоем. Он немного пожалел, что отказался тогда помочь. Может… в следующем году.       — Давай повесим что-нибудь на ёлку; каждый гость должен внести свой вклад, — предложил Люцифер чуть позже, когда они остановились перед коробками с игрушками у огромного дерева, увенчанного золотой звездой.       На ветках уже висела куча украшений, и Вокс мог только гадать, чье есть чье. Он задрал голову — наверху еще оставалось несколько пустых мест.       Люцифер уже вовсю рылся в коробках в поисках чего-нибудь эдакого.       Вокс последовал его примеру и улыбнулся, выудив нечто любопытное.       — Это твоё? — спросил он, протягивая синюю уточку с антеннами.       Люцифер тут же залился золотистым румянцем.       — Оу, я даже не в курсе, как она там оказалась. Я выделил несколько уток для декора… блин, прости, у нее даже петельки нет. — Люцифер протянул руки, чтобы забрать ее.       — Нет, теперь она моя, — ухмыльнулся Вокс, подняв руку так, чтобы Люцифер не дотянулся.       — Да отдай ты, я сделаю петельку, — рассмеялся падший ангел и, быстро поправив игрушку, вернул ее Воксу.       Сам Люцифер выбрал сверкающее яблоко и посмотрел на верхушку ёлки. Вокс удивился, почему тот медлит, хотя сам Вокс уже без проблем водрузил свою утку на самый верх.       — Ты чего? Внезапная боязнь высоты?       — Нет… просто крыло всё еще немного ноет, — тихо признался Люцифер, потирая плечо. Ах, точно — в него же попали ангельской пулей. Вокс думал, что всё уже зажило, и его лицо помрачнело. Ведь это случилось из-за него.       — Всё нормально, правда. Не парься. Крылья всегда чувствительны после таких ранений, — заверил его блондин.       Вокса посетила идея.       — Погоди-ка.       Он снова выпустил кабели из спины и подхватил Люцифера под мышки, приподнимая его. Как раз достаточно высоко, чтобы тот достал до пустых мест у макушки. Люцифер выглядел как беспомощно болтающийся котенок.       — Э-эй!       Вокс тихо рассмеялся.       — Теперь ты видишь, как это унизительно — когда тебя поднимают, будто ребенка, — подколол он, давая Люциферу повесить яблоко, прежде чем опустить его на землю.       — А ты говорил, что тебе нравится.       — Когда это я такое говорил? — скептично прищурился Вокс.       — Ну, после… э-э… сам знаешь чего. — Это был первый раз, когда они заговорили «об этом»… ну, почти.       — Оу. Чёрт…       Может, это и был тот самый момент?       Оба неловко замерли перед мерцающей елкой, и обстановка была… ну, типа романтичной? Вокс чуть подался вперед к невысокому мужчине.       — Вообще-то, Люцифер…       Люцифер поднял на него взгляд, и, черт возьми… он был таким очаровательным придурком. Глаза Люцифера вопросительно искали его собственные, и Вокс поднял руки, обхватив ладонями щеки короля.       — Я хочу…       …поцеловать тебя и чтобы ты был моим до конца своего вечного существования!!!       Аластор возник из ниоткуда. Вокс чуть не словил сердечный приступ и резко отпрянул от Люцифера.       — Пора ужинать, — олень оскалился, как и всегда, жестом приглашая их следовать за ним. Люцифер раздраженно фыркнул, но пошел вперед.       Разумеется, на Аласторе не было никакого свитера — только его безвкусный красный костюм, который, по крайней мере, хоть как-то вписывался в рождественскую гамму.       — Всё такой же наивный, Винсент, — прошептал ему Аластор, незаметно для остальных.       Эти слова больно ужалили Вокса, как бы он ни старался их игнорировать. Весь оставшийся вечер он просидел тише воды. О чем он вообще думал, собираясь наговорить Люциферу таких постыдных вещей? Только выставил бы себя полным дураком. Наверняка тот ничего от него не хочет. Аластор просто напомнил ему об этом.       К ужину подготовили шикарный банкет — всё в лучших традициях Рождества: рыба, мясо, овощи, на любой вкус.       Вокс наложил себе того, что казалось съедобным, и сел рядом с Люцифером. Падший ангел уже вовсю болтал с дочерью и Вэгги, и Вокса это устраивало. Он молчал и просто ел.       В этот момент рядом приземлился Бакстер. Он коротко кивнул, не выказывая ни малейшего интереса к светской беседе. Вокса это более чем устраивало.       — Что стряслось? — спустя время над его плечом навис Энджел Даст. Вокс выдавил фальшивую улыбку.       — Всё путем. В этот раз без своего хахаля?       Энджел закатил глаза.       — Выйди со мной на минутку.       — Ха..? Я вообще-то ем.       — Просто иди за мной.       — Ну, если ты настаиваешь. — Он встал и последовал за пауком на улицу.       Что за чертовщина… Шел снег. Адское небо больше не было красным; его затянули тучи, принесшие с собой снегопад. Всё вокруг укрыло белым одеялом. Вокс опустил взгляд на свои туфли, которые уже утопали в сугробе. Холодно. Это был настоящий снег… в Аду.       — Удивлён? — Энджел Даст хихикнул. — Это Люцифер устроил. Сказал, что хочет сделать сюрприз всем к завтрашнему утру. Он еще обмолвился, что тебе это нравилось, когда ты был мелким, — пояснил Энджел, доставая сигарету и прикуривая.       Они отошли чуть в сторону от отеля. Энджел прислонился к стене.       Да, он говорил об этом Люциферу, но тогда ему показалось, что тот пропустил это мимо ушей. А падший ангел, оказывается, запомнил…       Сердце кольнуло ещё сильнее.       — И ничего не скажешь по этому поводу?       — Это… мило, наверное, — Вокс пожал плечами. Он понимал, что Люцифер провернул всё это не только ради него одного. И всё же на мгновение он почувствовал себя особенным.       — Ты что, тупой?       — Чего?       — Ты меня прекрасно понял…       Вокс почувствовал, как в нем закипает злость на паука. Как Энджел Даст смеет так с ним разговаривать? Он шумно выдохнул.       Дыши глубже.       — Уфф… ты и правда слепой, да? Ладно, я скажу тебе это только потому, что боюсь, как бы вы не наворотили дел, а вам обоим нужен хороший пинок. — Энджел сменил позу. — Аластор предложил Люциферу сделку.       — Ты о чем вообще?       — Речь о месте его палача… он хочет получить часть сил Люцифера взамен.       — С чего бы Люциферу на это соглашаться?       — Люси хочет вернуть себе уважение. Каково тебе было, когда ты был уязвим?       — Паршиво, — признал Вокс. Быть просто головой без тела было унизительно, и в тот момент он… в каком-то смысле испугался собственной беспомощности.       — А теперь представь. Это состояние, в котором Люцифер находится постоянно, когда выходит в свет. Он не может причинять вред грешникам, и все это знают. Он не видит другого выхода, — объяснил Энджел Даст, выпуская струю дыма.       — Откуда ты всё это знаешь? — осторожно спросил Вокс. Паук легко мог выставить его идиотом, если бы захотел отомстить или типа того.       — Хаск рассказал… они терли об этом у бара. Обычно он обязан держать язык за зубами, но он рискнул и выложил всё мне, чтобы ты мог это остановить.       — Почему именно я должен это останавливать?       — Потому что он тебе доверяет.       Вокс на мгновение содрогнулся от этого слова. Доверие. Друзья. Любовь. Что вообще значат эти вещи в Аду?       — У него есть Чарли — почему не сказать ей? — Вокс продолжал упрямиться.       — Ой, да брось, Вокс. Чарли — его дочь. Он ее любит, но это совсем не то, что между вами двумя.       А что между ними? У них вообще что-то было?       — Господи… — Энджел Даст вздохнул, потирая переносицу. — Я не буду говорить это вслух. Просто хотел тебя предупредить. Если Аластор получит ангельскую силу, он станет неуязвим… а это явно не то, чего кто-то из нас хочет.       Энджел Даст потушил сигарету и ушел обратно внутрь, оставив Вокса стоять в одиночестве под падающим снегом.