Под его крыльями

      Вокс затих. Люциферу становилось всё паршивее: он даже отвернулся, и его маленькое тело сотрясали приглушенные рыдания. Крылья непроизвольно раскрылись, окутывая бывшего ангела, словно пытаясь создать хоть какой-то кокон утешения.       Эти всхлипы наконец вывели Вокса из ступора. Он с трудом проглотил свою гордость. В этот чертов момент важен был только Люцифер.       — Лу… посмотри на меня, — наконец осмелился произнести Вокс.       Двигаться на мягком матрасе было издевательством. Проклятье, будь у него тело, он был бы куда полезнее. Но он справится; он всегда справлялся.       В тишине раздалось еще несколько всхлипов. Вокс уже решил, что Люцифер его проигнорирует — и это было бы понятно, но тогда ему оставалось бы только беспомощно наблюдать. Однако, к его удивлению, Люцифер повернулся и сгреб его в охапку.       Объятия Люцифера были почти отчаянными, он всё еще плакал. Теперь Вокс видел его лицо: и пусть Люцифер не был самым «эстетично рыдающим» существом в мире, телевизору было плевать. Он осторожно коснулся мокрой щеки короля своим проводом.       Конечно, Вокс был не в восторге от того, что утешает его из-за тоски по жене, которая вообще-то была его конкуренткой, но бросить его один на один с этими чувствами он не мог. Так что он просто позволил слезам Люцифера течь. Нет таких слов, что уняли бы боль от подобных воспоминаний.       Вокс кожей чувствовал: Люцифера уже очень давно никто так не обнимал. Ему это было жизненно необходимо.       Королю потребовалось время, чтобы прийти в себя. Вокс не мешал, пока рыдания не сменились тихой икотой — Люцифер пытался взять себя в руки, но выходило паршиво.       Вокс представил, как прижал бы его к себе, будь у него руки, но сейчас этот фокус был ему не под силу.       Спустя какое-то время телевизионная голова заметила, что дыхание Люцифера выровнялось. Подняв взгляд, он увидел, что глаза короля закрыты. Тот уснул, всё еще расслабленно обнимая монитор. Вокс мягко улыбнулся и сделал лучшее, что мог в своей ситуации: с помощью проводов натянул на него одеяло и, изрядно помучившись, переполз обратно к ночной розетке.       Люцифер вздохнул и во сне протянул руку в его сторону. Поколебавшись секунду, Вокс позволил своему проводу удлиниться, чтобы тот мог за него держаться.       Когда он проснулся, в комнате было уже слишком светло. Он мог бы поклясться, что слышал за окном чертово радостное чириканье птиц. Ну и кошмар. Вокс привык к крикам людей, убивающих друг друга на улицах.       — Доброе утро, Вокс! — поприветствовал его Люцифер, выходя из ванной. На нем был розовый пушистый халат, в светлых волосах — бигуди, а на голове — ободок с желтой уточкой. В довершение образа на лице красовалась косметическая маска. Вокс не выдержал и заржал. Раньше он такого не видел — обычно Люцифер использовал магию, чтобы переодеться в один миг.       — Ну и нелепо же ты выглядишь.       — Эй! В отличие от некоторых, мне нужен уход за кожей, если я не хочу обзавестись морщинами.       — Ха, а я буду вечно молодым.       — Посмотрим. Наступит день, когда и на твоем «графике» проступят следы возраста, и тогда смеяться буду я. Всё начинается с боли в спине, а заканчивается тем, что забываешь элементарные вещи.       — Тогда я просто сменю башку и обновлю программное обеспечение. Шлеп! Еще одна косметическая маска припечаталась прямо к его экрану, перекрывая обзор.       — Эй! — Вокс попытался содрать её проводом, но та была слишком скользкой, а влага противно растекалась по стеклу. Люцифер некоторое время наблюдал за его мучениями, прежде чем смилостивился и убрал эту дрянь.       — Ещё спасибо мне скажешь, — ухмыльнулся Люцифер.       — Ха-ха. У нас разве нет дел поважнее?       — Скоро будут. А как же твои утренние процедуры? Тебе не нужно там зубы почистить или типа того? Ты ни разу этого не делал, пока я тебя чинил.       — Это потому что я просто протираю стекло, когда оно пачкается.       — Ты хочешь сказать, что я целовался с кем-то, кто ни разу не чистил зубы? — Люцифер на мгновение высунул раздвоенный язык от этой мысли. — Когда ты открываешь рот, там вообще-то есть полость. Когда-нибудь я разгадаю эту магию.       — Не драматизируй. От меня что, воняло, когда мы целовались? — Вокс звучал почти оскорбленно. Он вообще-то был очень чистоплотным, просто работал иначе.       — Нет… такого не припомню, — Люцифер наклонился к экрану и внезапно чмокнул его. — Хм, привкус оливок… тебе надо умыться, — падший ангел причмокнул губами, поддразнивая его. Вокс в ответ скорчил гримасу.       Люцифер отнес его в ванную. Пока король чистил зубы, телик мыл свой экран.       Вскоре они отправились на поиски завтрака и — о черт… вернее, о Небеса… шведский стол был по-настоящему роскошным. Мать твою. Тут было всё, чего только можно пожелать. Чарли и Вэгги уже сидели за столом и активно махали им.       — Папа, у них тут даже икра! На завтрак! — Чарли так и светилась от восторга. Вэгги кивала рядом, сжимая блокнот. Вокс заметил, как она что-то быстро записывала, прежде чем спрятать записи. Ага, шпионит за конкурентами. Он оценил деловую хватку.       Люцифер сел и пристроил Вокса на стол рядом с собой, чтобы они могли спокойно поесть. Победители поглядывали на эту странную парочку с любопытством, но лезть не решались.       — Сэра сообщила, что мы можем зайти к ней сразу после завтрака. Всё будет готово для ритуала, — сказала Чарли отцу.       — Оу, это мило… правда мило, — улыбка Люцифера была какой-то натянутой.       — Пап, ты в порядке? — в глазах Чарли промелькнуло беспокойство. Она коснулась его руки, поглаживая ее.       — Всё путем, Чар-Чар, — Люцифер улыбнулся ей. — Это же не что-то плохое. Она сказала, где именно?       — Сказала, нам нужно в зал суда. Вокс покосился на Люцифера. После того, что блондин ему нарассказывал, он был уверен: тот в ужасе. Но если это и было так, Люцифер не подал виду.       — Ладно, — пробормотал он.       Вокс внимательно наблюдал за ним со стороны. Эти козлы… он искренне надеялся, что они просто недотепы, иначе он всерьез подумывал снова поиграть в бога и разнести их тупой зал суда к чертям собачьим. От этой мысли он довольно оскалился.       Но когда они дошли до места, Сера вывела их в другой зал — богато украшенное помещение с символами на полу и четырьмя другими… сущностями. Они не были людьми. Возможно, архангелы, но выглядели они настолько странно и недосягаемо, что Вокс не смог бы их описать, даже если бы его пытали.       — Пожелай мне удачи, — прошептал ему Люцифер, передавая монитор дочери.       — Погоди секунду, — окликнул его Вокс, обвивая проводом руку Люцифера прежде, чем тот успел отойти.       — Наклонись-ка поближе, — потребовал он.       Люцифер послушно наклонился с вопросительным видом.       — Если они посмеют причинить тебе боль, я заставлю их заплатить, — тихо произнес Вокс, так, чтобы слышал только он.       Блондин на мгновение замер в замешательстве, и Вокс испугался, что тот сейчас выдаст какой-нибудь тупой комментарий. Но Люцифер улыбнулся и кивнул:       — Спасибо, Ви.       Сэра велела Люциферу войти в круг. Вид этой сцены вызвал у Вокса жуткое беспокойство. Он гадал: будет ли это больно? Он не хотел об этом даже думать. Он понимал, что в нынешнем теле его обещания мало что значат. И зачем он вообще это ляпнул?       Другие архангелы уже стояли кольцом вокруг него, воздев руки. Люцифер старался выглядеть невозмутимым, когда появилась золотая вуаль, но внезапно у него отросли рога и крылья. Король выглядел ошарашенным.       — Какого хрена?! — прорычал Вокс, и Чарли успокаивающе похлопала его по корпусу.       — Ему не больно. Видишь? Папа просто удивился.       И правда, Люцифер не выглядел так, будто страдает; он просто оглядывался, сбитый с толку трансформацией, произошедшей без его ведома. Затем в его глазах что-то блеснуло, и вуаль исчезла.       — Готово, — констатировала Сэра, сплетая пальцы.       И это всё? Вокс был немного разочарован — он ждал чего-то более эффектного.       — Всё нормально? — первой спросила Вэгги, глядя на Люцифера. Тот на мгновение покачнулся, схватившись за голову, но затем активно закивал:       — Всё супер. Можем возвращаться.       Вокс посмотрел на него с подозрением, но больше ничего не выдавало в нем лжеца.       Эмили и Пентиус вышли к воротам, чтобы попрощаться — в основном с принцессой и её подружкой, но Воксу было плевать. Люцифер крепко прижимал его к себе.       — И скоро ты вернешь свое тело, Вокс, так что всё складывается как нельзя лучше, — весело напевал король.       — Ты точно в порядке?       — Да, вполне, — заверил его Люцифер. — Было немного странно, но сейчас я чувствую себя отлично. И, наконец-то, я могу что-то противопоставить грешникам… по крайней мере, когда это необходимо.       — Это уже кое-что, — буркнул Вокс. Его мысли всё еще крутились вокруг Лилит, так что он не разделял энтузиазма Люцифера.

***

      Что-то было не так.       Совсем не так.       После событий на Небесах в Воксе что-то надломилось. Люцифер не знал, приложил ли он к этому руку, но был почти уверен, что не делал ничего настолько ужасного, чтобы до глубины души обидеть Теледемона.       Поначалу всё казалось нормальным. Вокс вернул свое тело, и Люцифер в тот же день позвал его на киновечер, но бизнесмен отказался, сославшись на то, что после перерыва ему нужно разгрести завалы на работе.       Неделя.       Теледемон отсутствовал всего неделю, но, видимо, его компания нуждалась в нем настолько отчаянно, что у него не нашлось и пары лишних часов, когда эта неделя закончилась.       В тот момент Люцифер поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы Вокс вообще не возвращался к работе. Дело было не в стрессе. Он знал, как это важно для грешника, знал, что оверлорд кайфует от своей деятельности — от этого чувства собственной незаменимости. Настоящая проблема была в том, сколько Вокс стал работать после возвращения. Казалось, он просто не хочет находиться в Отеле, даже если всё еще там ночевал.       Тогда Люцифер отогнал эту мысль. Вокс исчез внезапно, логично, что потом он будет завален делами.       Но спустя время он понял: грешник не просто занят — он его избегает. Очевидно. Падший ангел был не силен в социальном взаимодействии, но даже он сообразил, к чему всё идет, когда Вокс во второй раз отклонил предложение сходить по магазинам. Вот тогда Люцифер всерьез задумался. Не то чтобы это нанесло ему смертельную обиду; он просто хотел провести время вместе и расстроился, что ничего не выходит.       Он не решался сказать вслух, как сильно его задевает эта дистанция. Он думал, что сам где-то напортачил, и рано или поздно Вокс ему всё выскажет. Но этого не происходило. Люцифер вздохнул и сел у бара, снова в одиночестве. Он чувствовал себя точно так же, как до встречи с Воксом. Он скучал по нему. У Оверлорда всегда находилось что-нибудь интересное, чтобы обсудить или о чем поспорить… ох, он скучал по их подколкам, по этим маленьким словесным дуэлям. Ему всё еще нужно было убедить телика, что утки объективно круче акул.       Может, Оверлорд испугался, что Люцифер причинит ему боль теперь, когда у него есть такая сила? Он отмахнулся от этой мысли. Это было бы слишком нелепо.       — Не лучший вечер, Люси?       Энджел Даст вернулся с работы около часа назад и, услышав тяжелый вздох, прервал свою болтовню с Хаском.       — Нет, — признался Люцифер. Он симпатизировал пауку и коту-бармену и не возражал, чтобы они знали о его состоянии. Он уронил подбородок на стойку, откровенно дуясь.       Парочка переглянулась, и Энджел пододвинулся поближе.       — Э-э… хочешь поговорить? — предложил он, подзывая Хаска. Бармен пытался остаться в стороне, но сдался под натиском Энджела.       — Я не знаю. — Люцифер и правда не понимал, о чем говорить — он сам не вдуплял, что происходит.       — О-о-окей. Не буду навязываться, — Энджел пожал плечами, скрестил ноги и тоже оперся о стойку. — Но, может, это как-то связано с тем парнем, который в последнее время испарился из-под твоего бока?       Люцифер поднял взгляд и замялся. Кто это «испарился»?       А-а… он про Вокса. Теледемон обычно всегда ошивался где-то рядом с ним в Отеле.       — Ну да… — выдохнул Люцифер, сползая по стойке и утыкаясь лбом в дерево. Почему? Ну почему он не может понять, чем обидел Вокса?       Ему казалось, что в последнее время их отношения шли в гору. Они даже признались друг другу.       — И почему он не здесь? У него что, рабочий день не закончился? — спросил Энджел.       — Он с коллегами. Ушли на какую-то вечеринку… — Люцифер попытался вспомнить, что именно Вокс написал ему в смс. Неуверенно он снова проверил телефон. Да, вот оно. Вечеринка.       — О-оу. Вечеринка? — Энджел оскалился в ухмылке. — Где все нажираются и сосвёвываются друг с другом?       За это порноактер тут же получил локтем под дых от Хаска.       — Что? Нет… надеюсь, нет. — Люцифер нахмурился. Неужели это такая вечеринка? Вокс бы ему сказал, верно? Но с другой стороны, с чего бы теле-демону сейчас вообще ему что-то рассказывать? Они сейчас не особо близки… но они всё еще вместе?..       Он и сам толком не знал. Он даже не знал, считается ли его брак технически браком, так что он явно был последним, кто мог судить о «нормальных» отношениях.       Он просто надеялся, что это не его вина, что дорогие ему люди не говорят, остаются ли они с ним или нет.       — Оу, да я уверен, там всё не так, Люси. Не парься, — быстро поправился Энджел Даст, отбрасывая шуточки и приободряюще похлопав Люцифера по спине.       Порнозвезда почти забыл про ту вечеринку, потому что компания Ви его не особо прельщала. Его тоже звали, но он предпочел остаться в Отеле. Здесь был кое-кто, с кем ему нравилось ошиваться гораздо больше.       — Вы, может, поссорились? А то как-то странно не видеть его в лобби все эти дни, — спросил Энджел, с любопытством наклоняясь ближе. Люцифер покачал рогатой головой.       — Нет. В том-то и странность… Я понятия не имею, что с ним творится в последнее время.       — Без ссор, значит? Хмм… — Энджел накрутил прядь волос на палец. — Вы же были на Небесах. Там что-нибудь случилось?       На Небесах?       Люцифер, вспыхнув от смущения, вспомнил их разговор в гостиничном номере сразу после суда. И, немного поколебавшись, в общих чертах пересказал, что произошло — потому что сейчас ему действительно нужно было выговориться.       Когда он закончил, Энджел и Хаск просто уставились на него. Люцифер почувствовал себя так, будто пропустил какую-то важную деталь.       — Что?       Энджел прыснул со смеху, и даже Хаск хмыкнул за стойкой.       — Что?! — повторил Люцифер, запутавшись окончательно. — В чем дело?       Энджел вытер слезу.       — Прости, Люцифер… но, кажется, мы в курсе, что происходит.       — Правда? — с надеждой спросил Люцифер.       — Ага. Чисто догадка, — Энджел пожал плечами.       — Ну, выкладывай! — насел Люцифер. Что он упустил?       Энджел вздохнул.       — Ладно, перескажу твою же историю тебе самому. Ты отправился в Рай и расчувствовался там, потому что это типа твой «дом родной». Потом ты загрустил, вспоминая жену, признался, что скучаешь по ней, сравнил её с Воксом, и он в итоге тебя еще и утешал.       — Ну да, и? — Люцифер моргнул. Он не гордился этим моментом, но в упор не видел, что из этого могло взбесить Вокса.       — Это не «неправильно», — мягко сказал Энджел, поднимая руки. — Но давай я объясню по-другому: если бы я был в тебя влюблён и услышал, как ты пускаешь слюни по своей бывшей — Лилит, на минуточку, той самой единственной первой женщине — я бы почувствовал, что мне до неё как до Луны раком. Слушай, у Вокса самооценки вагон, но ничьё эго не вывезет сравнения с ней. Он просто чувствует себя вторым сортом.       Хаск кивнул рядом.       — М-да. Паршиво вышло.       — Но я люблю Лилит… — голос Люцифера дрогнул. Это прозвучало скорее как вопрос самому себе, чем как утверждение.       — Это нормально, — мягко ответил Энджел. — Но ты не можешь быть с Воксом, если дело обстоит так. Что ты вообще к нему чувствуешь?       — Э-э… я… я его тоже люблю. — Щеки Люцифера позолотели от смущения.       — В итоге тебе придется выбирать. Ты не можешь состоять в отношениях с женой и Воксом одновременно. Ну, то есть технически в Аду можешь, но Вокс не похож на парня, чьё эго это переварит.       Оу.       Люцифер наконец-то допер.       Он сказал, что скучает по Лилит, не особо задумываясь, потому что в тот момент его просто захлестнули эмоции. Но по-настоящему он скучал по тем добрым воспоминаниям.       По своей семье. По близости. По тем чувствам.       Вокс просто принял его слова на свой счет и даже утешил его. Для того, чье имя означало «Голос», телик чертовски редко говорил о вещах, которые его по-настоящему парят.       — Мне пора, — отрезал Люцифер с решительным видом.