Семёрка Воронов

— И как долго нам придётся ждать? — спросил мужчина в бархатном костюме винного цвета. Стражники ему не ответили, но другие гости, толпившиеся у входа вместе с Инеж, раздраженно заворчали. — Я потратил большие деньги, чтобы приехать сюда, — продолжал он, — и не ради того, чтобы протоптаться всё время у входных дверей. Охранник, стоявший к ним ближе всего, произнёс скучающим, монотонным голосом: — Люди на контрольно-пропускном пункте заняты другими гостями. Как только они освободятся, вас проведут обратно через кольцевую стену и задержат на пропускном пункте, пока ваша личность не будет установлена. — Задержат! — фыркнул мужчина. — Как преступников! Инеж почти час слушала разные вариации этого же разговора. Девушка выглянула во двор, ведущий к посольским воротам. Если она собирается выполнить свою часть плана, нужно быть умнее и оставаться спокойной. Только задержка не входила в их план, и она определённо не чувствовала себя спокойно. Уверенность и оптимизм, которые она испытывала незадолго до этого, куда-то испарились. Инеж считала минуты и осматривала толпу. Но когда часы отбили три четверти, она поняла, что больше ждать не может. Нужно действовать незамедлительно. — С меня хватит, — громко сказала сулийка. — Отведите нас к контрольно-пропускному пункту или отпустите. — Стражники на контрольно-пропускном пункте… Инеж встала перед группой и сказала: — Нас уже тошнит от ваших отговорок! Отведите нас к воротам – и покончим с этим! — Тихо! — скомандовал охранник. — Вы здесь всего лишь гости. Инеж ткнула ему пальцем в грудь. — Так относитесь к нам, как к гостям, — сказала она, изо всех сил пытаясь сымитировать Викторию. — Я требую, чтобы меня немедленно отвели к воротам, ты, болван белоголовый! Стражник схватил её за руку. — Так не терпится попасть к воротам? Пошли. Обратно ты уже не вернёшься. — Я только… Вдруг в ротонде прозвучал другой голос: — Стой! Эй, ты, я кому сказала! Инеж учуяла запах её духов – насыщенный, густой, золотой запах лилий. Девушку затошнило. Жаклин Лавер, новая владелица и хозяйка «Зверинца», Дома Экзотики, где за определённую цену можно было получить всё, проталкивалась сквозь толпу. Виктория была права. Жаклин – это вторая Танте Хелен. Стражник испуганно остановился перед женщиной. — Мадам, вашу девочку вернут под конец ночи. Её документы… — Она не моя девочка, — сказала Жаклин, злобно сузив глаза. Инеж стояла совершенно неподвижно, но даже она не могла исчезнуть, не имея куда деваться. — Это Призрак, шпион Каза Бреккера и один из самых известных преступников в Кеттердаме. Люди вокруг начали пялиться на Инеж. — Как ты смеешь приходить сюда под покровительством моего Дома? — прошипела Жаклин. — Я знаю о тебе, Призрак. Я слышала много слухов. Ты решила вернуться в свой старый дом? Неужели соскучилась? И где Аджала? Инеж открыла рот, но паника охватила её, сжав горло и заставив произнести слова с трудом. Язык онемел и потерял дар речи. Она снова смотрела в глаза этой женщине. Жаклин схватила Инеж за плечи и потрясла её. — Где моя девочка? Инеж посмотрела вниз на пальцы, впивающиеся в её плоть. На мгновение весь ужас вернулся к ней, и она действительно стала призраком, убегающим из тела, которое причиняло ей только боль. — «Нет». Тело, которое давало ей силу. Тело, которое переносило её по крышам Кеттердама и Равки, которые служили ей в битвах. Инеж схватила Жаклин за запястье и резко вывернула его вправо. Жаклин вскрикнула, колени подкосились, когда охранники ринулись вперёд. — Я бросила её в ледяной ров, — прорычала Инеж, едва узнавая собственный голос. Другой рукой она схватила Жаклин за горло, сжимая его. — И ей там лучше, чем с такими как ты. Затем сильные руки потянули её, оттащили от женщины и потащили обратно. Инеж тяжело дышала, сердце бешено колотилось. — «Я могла убить её, — подумала она. — Я чувствовала её пульс под ладонью. Мне следовало убить её». Жаклин поднялась на ноги, всхлипывая и кашляя, пока окружающие бросались ей на помощь. — Если она здесь, значит, и Бреккер здесь! — завопила она. В этот момент, словно подтверждая её слова, зазвучала сирена Чёрного протокола, громко и настойчиво. На секунду все пораженно замерли. Затем вся ротонда пришла в действие: стражники поспешили на свои посты, а командиры начали раздавать приказы. Один из стражников, явно капитан, сказал что-то на фьерданском. Единственное слово, которое узнала Инеж, было «тюрьма». Он схватил её за шёлковый плащ и прокричал на керчийском: — Кто ещё входит в вашу команду?! Какова ваша цель?! — Я не стану говорить. — Ты запоешь, если мы захотим, — сплюнул он. Смех Жаклин был тихим и полным удовольствия. — Я добьюсь того, чтобы тебя повесили, мелкая дрянь. — Мост закрыт, — объявил кто-то. — Сегодня никто больше не попадёт на остров и не уйдёт с него! Рассерженные гости повернулись в поисках хоть кого-нибудь, кто станет их слушать, с кого можно требовать объяснений. Стражники потащили Инеж через двор, мимо растерянных гостей, изумленно открывших рты, и вывели через ворота кольцевой стены под звуки колоколов. Теперь они не тратили время на вежливость или дипломатию. — Удачи тебе, маленькая рысь, — крикнула Жаклин из двора. Ворота уже опускались, так как стража запечатывала их в соответствии с Чёрным Протоколом. Ворота захлопнулись, но Инеж могла поклясться, что до сих пор слышит смех Жаклин.