Ревнивая кузина

Наступило утро. Эбби проснулся от полосы солнечного света на лице. Он потянулся, и какое-то смутное, тёплое ощущение покоя ещё витало вокруг. Он не помнил снов, но ему снилось, что он не один в темноте. Оглядевшись, он увидел, что рядом никого нет. Лишь вторая подушка слегка помята, а на одеяле лежал едва уловимый, чужой, но знакомый запах. Он на секунду задумался, но списал всё на фантазии. На кухне Айден уже помогала мисс Малум. Она чистила картошку, и движения её ножа были такими же точными, смертоносными и безошибочными, как всегда. Увидев Эбби, она лишь коротко кивнула. Ничего в её поведении не говорило о ночном визите. Всё было как всегда — тихо, функционально. После завтрака они снова отправились в школу. Айден шла рядом, её рука, как и в прошлые дни, нашла его руку. Но в этот раз Эбби почувствовал разницу. Её пальцы сжимали его не просто для связи — в их хватке была лёгкая, почти неосязаемая твердость, будто она мысленно проверяла его присутствие. Сама она была молчаливее обычного, а её взгляд, обычно блуждающий по окрестностям, теперь был пристальным и сфокусированным вперед, будто она сканировала путь на наличие мин. Её лицо оставалось невозмутимой маской, но всё её тело излучало тихое, готовое к взрыву напряжение. Эбби чувствовал это каждой клеточкой. Он не спрашивал — боялся разрушить этот хрупкий, напряжённый мир. У ворот они снова попрощались. Эбби помахал ей, пытаясь улыбнуться сквозь собственную нарастающую тревогу. Айден в ответ медленно подняла руку и помахала ему тем же коротким, почти невесомым жестом, что и раньше. Но её глаза не улыбались. Они были двумя тёмными точками сосредоточенности. И вот, когда Эбби скрылся за дверью, Айден не ушла сразу. Она осталась стоять, словно каменное изваяние. Её взгляд, острый как лезвие, метнулся через улицу и зацепился за фигурку вдали. Это была Клэр. Она шла, уткнувшись в учебник, ничего не подозревая, не поднимая глаз. Айден проводила её долгим, тяжёлым, безжалостным взглядом. Убедившись, что Клэр вошла внутрь, не обернувшись и не встретившись с ней глазами, она медленно развернулась. Её задача на сейчас была выполнена. Угроза была учтена, отмечена и взята на карандаш. Она неторопливо зашагала прочь, растворяясь в утреннем потоке людей.

***

Снова вечер. На кухне царила привычная суета, но Айден стояла у окна, устремив взгляд в густеющие сумерки. Её пальцы нервно постукивали по рукояти ножа, спрятанного в кармане. Когда миссис Малум отвернулась, чтобы достать соль, Айден бесшумно выскользнула из комнаты, не сказав ни слова. Миссис Малум, услышав щелчок входной двери, лишь вздохнула: «Наверное, за Эбби пошла». Но она ошиблась. Через несколько минут Айден уже была в тени высокого куста напротив школы, сливаясь с наступающей темнотой. Её дыхание было ровным, поза — неподвижной и собранной, как у хищника на охоте. Она видела, как Эбби вышел из здания, огляделся и, слегка погрустнев, побрёл по направлению к дому. Утром они действительно договорились, что сегодня он вернётся один. Айден наблюдала, как он удаляется. Часть её, та самая, что обнимала его ночью, сжалась от боли. Но она подавила этот импульс. Её цель сейчас была другой. Вскоре из школы вышла Клэр. Она немного поговорила с кем-то из одноклассников, затем, попрощавшись, уверенно зашагала в противоположную от Эбби сторону. Её шаги были быстрыми, будто она чувствовала, что её могут заметить. Айден дождалась, пока фигура Эбби не растворится вдали, а Клэр не скроется за поворотом. Тогда она вышла из укрытия. Она на мгновение проводила взглядом тёмный силуэт кузена, и в её глазах мелькнуло что-то сложное — смесь долга и щемящей тревоги. Затем её взгляд стал холодным и острым, как клинок. Она развернулась и бесшумно пошла по следам Клэр, её тёмное платье сливалось с вечерними тенями.

***

Эбби подошёл к дому как раз в тот момент, когда его мать, мисс Малум, щёлкала навесным замком на калитке. Услышав шаги, она обернулась, и на её усталом лице появилась улыбка. — Сынок... — начала она, но её взгляд скользнул за его спину, по пустой улице. Улыбка сменилась лёгким удивлением. — А где Айден? Эбби нахмурился. — А разве не дома? — Нет, — покачала головой мисс Малум, и в её голосе зазвучала лёгкая тревога. — Она ушла недавно, я думала, за тобой. Внутри у Эбби что-то ёкнуло. Холодный, неприятный комок начал формироваться в желудке. Да, утром она сказала про «дела». Но почему тогда она ушла только сейчас? Почему не предупредила его мать? Всплыл вчерашний разговор, её пустой взгляд, когда он спросил про Клэр. «Видела пару раз». И предупреждение Клэр: «Будь с ней осторожней». Всё смешалось в голове, рождая смутную, но жутковатую картину. В этот момент к дому подъехала невзрачная машина, и водитель, знакомый отца, нетерпеливо посигналил. Мисс Малум вздрогнула. — Ой, прости, мне пора, — сказала она, отвлекаясь. Она быстро обняла сына, поцеловала в лоб. — Мы с отцом будем поздно. Слушайся Айден, ладно? Ужин в холодильнике — разогрей. Она присела в машину, помахала ему через стекло, и автомобиль тронулся, оставляя за собой шлейф выхлопных газов и тишину. Эбби машинально помахал в ответ, но его мысли были далеко. Он медленно открыл замок своим ключом и вошёл в дом. Тишина встретила его гулким эхом. Пустой холл, тёмный коридор, приоткрытая дверь в пустую комнату Айден. Тревога, сначала тихая, теперь зазвучала в нём настойчивым, тревожным звоном. Слишком много совпадений. Слишком много скрытности. Что-то было не так. Что-то очень не так. Он даже не успел снять рюкзак. Бросив его посреди коридора с глухим стуком, он развернулся, выскочил обратно на улицу и, хлопнув дверью, побежал.

***

Клэр медленно шла по безлюдной улице. Тишина была почти звенящей, нарушаемая лишь шелестом листьев под ногами. И вдруг — мурашки по спине, ледяное ощущение чужого взгляда, впивающегося ей между лопаток. Она обернулась, сердце упав в пятки. В конце улицы, в сгущающихся сумерках, стояла знакомая фигура в тёмном платье — Айден. Не двигаясь, просто смотря. Клэр застыла, её дыхание перехватило. Айден, поняв, что её заметили, не стала скрываться дальше. Её рука плавно скользнула в карман и вынырнула, сжимая рукоять складного ножа. Лезвие блеснуло тускло, как холодная слеза в последних лучах света. И она двинулась вперёд. Не побежала сразу — сделала несколько стремительных, нечеловечески быстрых шагов, которые заставили Клэр отпрыгнуть в ужасе, а потом всё же рванула в настоящий бег. Клэр вскрикнула беззвучно и бросилась прочь. Горло было сжато страхом так, что крик о помощи застрял где-то внутри, так и не родившись. Она бежала, спотыкаясь о трещины в асфальте, слыша за собой лёгкие, почти бесшумные шаги, которые неумолимо приближались. Погоня длилась недолго. Хватательный рефлекс Айден сработал безотказно. Её рука, сильная как стальной трос, вцепилась в запястье Клэр с такой силой, что та взвыла от боли, почувствовав, как кости вот-вот треснут. Но вместо того чтобы ломать, Айден использовала инерцию — резко дёрнула на себя и швырнула Клэр, как тряпичную куклу, на грубую кирпичную стену. Воздух с силой вырвался из лёгких Клэр. Прежде чем она успела сообразить что-либо, та же рука обхватила её горло, пригвоздив к стене. Пальцы вцепились в шею, перекрывая дыхание и голос. Клэр захрипела, её глаза расширились от животного ужаса. Перед ней было каменное, абсолютно пустое лицо Айден, в глазах которой не было ни злобы, ни азарта — только холодная, методичная решимость. Лезвие ножа во второй руке Айден плавно поднялось, замерло на уровне сердца Клэр. Мир сузился до острия стали и этих бездонных тёмных глаз. Это конец — пронеслось в помутневшем сознании Клэр. И в этот миг что-то маленькое и твёрдое со звоном ударило Айден по виску. Не больно и не травматично — просто отвлекающе. Небольшой камушек отскочил в сторону. Айден, как автомат, на миллисекунду отвела взгляд от жертвы в сторону броска и замерла. Её глаза, всегда спокойные или пустые, внезапно расширились. В них вспыхнуло чистое, неотфильтрованное удивление. Такого с ней не случалось никогда. На краю переулка, бледный как мел, с трясущимися руками и лицом, искажённым шоком и неверием, стоял Эбби. Он смотрел на неё. На нож в её руке. На Клэр, прижатую к стене и синеющую от нехватки воздуха. В его взгляде не было злости. Там был страх, боль и глобальное предательство. Рука Айден, сжимавшая горло Клэр, рефлекторно ослабла хватку. Клэр с хриплым всхлипом глотнула воздух. — Э-эбби... — прохрипела она, больше моля, чем называя. Рука с ножом медленно, почти невольно, опустилась вдоль тела Айден. Она и Эбби уставились друг на друга через несколько метров застывшего кошмара. Внутри Айден, в её строго отлаженном, выжженном мире, всё перевернулось и рухнуло. Она испытывала каскад чувств, незнакомых и пугающих: леденящий стыд, панический страх не того, что её поймали, а того, что он это увидел. Что он смотрит на неё так. Она не хотела этого. Кого угодно, но только не его. Её руки, всегда такие твёрдые, заметно задрожали. Нож едва не выпал из ослабевших пальцев. Эбби не мог вымолвить ни слова. Он был парализован. Клэр, воспользовавшись моментом шока, рванулась с места. Она подбежала к Эбби, вцепилась ему в руку мёртвой хваткой и потянула за собой, в сторону выхода из переулка. — Бежим! — её голос сорвался на шёпот. Айден всё ещё стояла в ступоре. Перед глазами плясало его лицо — его испуганное, потерянное лицо. Паника, настоящая, всепоглощающая, впервые за много лет поднималась комом в горле. Это было невыносимо. — Эбби... — тихо, почти беззвучно, вырвалось у неё, когда он начал отступать, увлекаемый Клэр. — Эбби!.. — её голос прозвучал громче, с хриплой, несвойственной ей ноткой отчаяния. — Постой! Но они уже бежали, их шаги гулко отдавались в пустом переулке. И тогда сработал инстинкт, сильнее паники, сильнее стыда. Она вцепилась взглядом в его удаляющуюся спину и бросилась в погоню, на этот раз не как бездушный исполнитель, а как загнанное в угол, напуганное существо, отчаянно пытающееся забрать обратно только что разрушенный мир.

***

Они бежали, не оглядываясь, пока в груди не начинало колоть от нехватки воздуха, а в ушах не гудел собственный панический пульс. Добежав до дома, Эбби, дрожащими руками, с трудом вставил ключ в замок, рванул дверь на себя, втолкнул Клэр внутрь и сам едва успел переступить порог, прежде чем захлопнул её изо всех сил. Он повернул ключ, оставив его в скважине. Спиной прислонился к прочной древесине, пытаясь отдышаться. Клэр, сползшая на пол в прихожей, тоже судорожно ловила воздух. На несколько секунд воцарилась тишина спасения, нарушаемая только их хриплым дыханием. Отчаянье и ужас позади, прочная дверь — впереди. И тут ручка двери дрогнула. Металлическая скоба тихо, но отчётливо провернулась на четверть. Кто-то снаружи осторожно надавил на неё. Эбби и Клэр замерли, глядя на дрожащую ручку, будто заворожённые. Напряжение снова сжало горло. Дверь не поддавалась. Замок держал. Тогда раздался стук. Не яростный, не агрессивный. Скорее, настойчивый и странно мягкий. А затем голос. — Эбби… — послышалось из-за двери. Это был голос Айден, но совсем другой. В нём не было привычной монотонности, ледяной ровности. Он звучал приглушённо, сдавленно, с едва уловимой, но несомненной дрожью. — Открой, пожалуйста. Эбби невольно шагнул назад. Он никогда не слышал, чтобы она говорила «пожалуйста». — Давай поговорим, — донёсся голос снова, и в нём прозвучала чистая, неотфильтрованная мольба. Сквозь древесину двери пробивалось отчаяние — глубокое, человеческое, несовместимое с тем бездушным существом, что несколько минут назад подняло нож. Это было хуже, чем угрозы или крики. Эта тихая, умоляющая уязвимость раскалывала реальность. Эбби стоял, сжимая кулаки, глядя на дверь. В нём боролись два ужаса: ужас от увиденного в переулке и ужас от этого нового, неизвестного звука в голосе кузины. Клэр, бледная, смотрела на него широко раскрытыми глазами, беззвучно качая головой: «Нет». — Эбби, прошу, — снова донёсся голос, теперь чуть тише, почти шёпот, полный неподдельного страдания. — Я не хотела… чтобы ты видел. Открой. Просто открой. Это была не та Айден, что охраняла его у школьных ворот. Это была раненая, испуганная тварь, прижавшаяся к его порогу, и от этого её голос, ломающийся от отчаяния, казался в тысячу раз страшнее любого лезвия.