Уровень сложности: чувства

Площадь перед станцией Синдзюку в субботний день была немыслимым скоплением людей. Сиро прижалась к стене у выхода, будто пытаясь в неё влиться. Белые наушники на её шее молчали, но сам факт их присутствия успокаивал. Она пялилась в экран телефона, не видя ни букв, ни времени. Три часа ровно. Её пальцы нервно постукивали по чехлу. «Она опоздает, — пыталась убедить себя Сиро. — Все опаздывают. У меня есть ещё пять... нет, десять минут, чтобы собраться с духом». Она мысленно перебирала образы, созданные за месяцы общения. Маю в толстовке с капюшоном. Маю в смешной пижаме с тем самым котом с аватара. Маю, неуклюже роняющую кружку со смехом в микрофон. Кого-то... своего. Из её, пусть и виртуальной, вселенной. «Просто представь, что это ещё один раунд. Только без монитора. Ты же можешь говорить с ней. Ты делала это сотни раз», — твердил внутренний голос, но его заглушал рой тревожных пчёл где-то под рёбрами. Внезапно поток людей перед ней расступился. Не потому что кто-то толкался, а просто потому, что появившаяся фигура излучала такое качественно иное поле, что люди инстинктивно давали дорогу. Первое, что увидела Сиро, — туфли. Чёрные, с идеальным лаковым блеском, на тонком, но невысоком каблуке. Дорогие. Очень дорогие. Её взгляд, против воли, пополз вверх. Идеально сидящие тёмно-серые брюки. Пальто из тонкой шерсти, под которым угадывался безупречный крой пиджака. Шёлковый шарф небрежно, но точно повязанный вокруг шеи. Длинные, ухоженные пальцы с прозрачным лаком на ногтях. Сиро медленно, как в кошмаре, поднимала голову выше. Стройная, почти модельная фигура. Талия, подчёркнутая поясом пальто. И... грудь. Аккуратная, но явная, под белой блузкой. Сиро почувствовала, как её собственное плоское под бирюзовым свитером существование внезапно стало кричаще очевидным. И наконец — лицо. Обрамлённое идеально уложенными тёмно-каштановыми волосами. Чистая, белая кожа, чуть тронутая лёгким макияжем, лишь подчёркивающим скулы и форму губ. И глаза — тёплые, карие, сейчас смотрящие на неё с лёгкой, вежливой вопросительностью. Эта женщина была высока. Чертовски высока. Сиро, не отрывая взгляда, поняла, что ей придётся запрокидывать голову, чтобы встретиться с ней глазами. Весь её внутренний монолог, весь тщательно построенный образ рассыпался в прах. Это была не просто другая вселенная. Это была другая галактика. Незнакомка (потому что это не могла быть Маю, не могла!) слегка склонила голову набок. И тогда раздался голос. Тот самый голос. Тёплый, бархатный, который она слышала сотни раз. Только теперь в нём не было смешка или игривых ноток. Он звучал собранно, уверенно и... немного настороженно. «Извините, не вы ли... Сиро?» Мир сузился до точки. Шум площади, голоса, движение — всё слилось в белый шум. Сиро стояла, не в силах пошевелиться, её жёлтые глаза были круглыми от абсолютного, животного шока. Она чувствовала, как её рот приоткрылся, но никакого звука не последовало. Рука сама сжала телефон так, что костяшки побелели. «Я... — голос её сорвался на шепоте. Она сглотнула. — Я... да. Это я». Её собственный голос прозвучал чужим и писклявым. И тогда на лице незнакомки-совершенства расцвела улыбка. Та самая улыбка, которую Сиро слышала в голосе, но теперь вид её был ослепительным. Глаза Маю (это была она, чёрт победи!) смягчились, в них мелькнуло знакомое тепло. «Очень приятно наконец встретиться. Я Маю, — она сделала лёгкий, изящный поклон. — Ты... именно такая, какой я тебя и представляла». Лжец, — пронеслось в голове у Сиро. Полная, беспросветная ложь. Ты представляла себе какого-нибудь такого же задрота в толстовке, а не... не это. «М-мне тоже приятно, — выдавила она, опуская взгляд на свои кеды. Они внезапно показались ей ужасно грязными и пошлыми. — Ты... ты не такая». Она тут же почувствовала, как заливается краской до корней волос. Идиотка. Что за фраза? Но Маю лишь тихо рассмеялась, и этот звук был мостиком обратно, в их Discord. «Прости, я как раз с рабочей встречи. Не успела переодеться. Надеюсь, не смущаю?» «Нет! — слишком быстро выпалила Сиро. — То есть... да. То есть нет, не смущаешь, всё нормально». Она хотела провалиться сквозь землю. Прямо здесь, на площади Синдзюку. «Я забронировала столик в одном тихом месте неподалёку, — сказала Маю, её голос снова стал деловым, но мягким. — Если ты не против, пойдём? Там, уверяю, нет красных кристаллов и боссов». Сиро кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Маю жестом показала направление и пошла вперёд, её движения были плавными и уверенными. Сиро засеменила следом, чувствуя себя не подругой, а... чем-то вроде неуклюжего щенкаs, которого взяли на поводок. Она украдкой, исподлобья разглядывала спину Маю. Пальто сидело безупречно. Каждый волосок был на месте. Она пахла чем-то лёгким, дорогим и абсолютно чужим — не печеньем и кофе, как в её фантазиях, а каким-то холодным цветком. «Вот идиотка, — яростно корила себя Сиро, уставившись в асфальт. — Конечно, у неё работа. Конечно, она взрослая. Но чтобы настолько...» Её мысли прервались, когда они свернули в узкий переулок, и Маю остановилась у неприметной деревянной двери. «Здесь», — сказала она, снова улыбнувшись Сиро, и в её глазах на миг промелькнуло что-то знакомое — та самая лёгкая неуверенность, которую Сиро слышала в её голосе, когда та впервые пригласила её. Но Сиро была слишком потрясена, чтобы это заметить. Она лишь кивнула и шагнула внутрь, в полную тишину уютного кафе, чувствуя, как её свитер, штаны и всё её существо кричаще не вписываются в эту новую, ослепительную реальность по имени Маю. Тихое кафе оказалось местом из другой вселенной — той, где жила Маю. Тёплое дерево, приглушённый свет, запах свежемолотого кофе и ванили. Ничего общего с яркими неоновыми аркадами или шумными забегаловками, которые знала Сиро. Официант, увидев Маю, почти незаметно кивнул — словно узнал постоянную клиентку, — и провёл их к столику в глубине, у высокого окна. Сиро скользнула на стул, чувствуя, как грубая ткань её спортивных штанов шуршит против мягкой обивки. Маю сняла пальто, аккуратно повесила его на спинку стула и села напротив. Под пиджаком была та самая белая блузка, и теперь Сиро могла разглядеть всё в деталях: тонкую ткань, изящную застёжку, лёгкую тень кружев под ней. Она быстро отвела глаза, уставившись в меню, напечатанное на плотной бумаге непонятным шрифтом. Цены заставили её внутренне содрогнуться. «Что будешь? — спросила Маю. Её голос прозвучал прямо перед ней, без искажений микрофона, и это было по-прежнему непривычно. — Они здесь делают отличный капучино. И торт «Опера» просто божественный». «Я... э-э... латте, наверное, — пробормотала Сиро, выбирая наугад. Ей хотелось чего-то самого простого, что не выдало бы её полную неосведомлённость в этом мире. — И... воды». Официант, появившийся словно из ниоткуда, принял заказ. Маю попросила двойной эспрессо и кусочек того самого торта «на двоих». Когда они остались одни, повисло неловкое молчание. В Discord тишина никогда не была тягостной — она была наполнена клацаньем клавиш, вздохами, звуками игры. Здесь же тишина давила. «Итак... — начала Маю, положив локти на стол и сложив пальцы. Её движения были выверенными. — Как тебе площадка перед станцией в выходной? Настоящее безумие». «Да... людно, — выдавила Сиро, всё ещё глядя на узор деревянного стола. Она чувствовала на себе взгляд Маю и понимала, что должна что-то сказать, проявить хоть какую-то общительность. Внутренне она проклинала себя. В чате она бы уже выдала трёхэтажный саркастический комментарий по поводу толпы. А сейчас язык будто одеревенел. — Ты... часто здесь бываешь?» — спросила она, просто чтобы заполнить паузу. «Иногда после работы, чтобы переключиться, — ответила Маю. — Здесь хороший Wi-Fi, кстати. Я даже пару раз пыталась зайти в «Бездну» с ноутбука, но управлять с тачпада — то ещё испытание». Сиро подняла глаза. Она пыталась играть здесь, в этом пафосном месте? В её голове возникла нелепая картина: Маю в этом самом костюме, с серьёзным лицом, кликающая по тачпаду, пока её эспрессо остывает. «Провалилась на первом же уровне?» — неожиданно для себя вырвалось у Сиро. И тут же она испугалась, что это прозвучало слишком резко. Но Маю рассмеялась. Настоящим, знакомым смехом, от которого её карие глаза сузились, а у губ появились милые морщинки. Это был проблеск той Маю, и Сиро на мгновение отпустило. «Хуже! Меня зажал в углу тот самый прыгучий слизень с третьего уровня, помнишь? Тот, над которым ты смеялась, когда я впервые его увидела. Я даже пискнула от неожиданности, бедный официант чуть поднос не уронил». Сиро фыркнула. Неловкость немного отступила. «Значит, секретная техника «крика помощи» работает и в оффлайне». «О, да! — Маю игриво подняла палец. — Это моя фирменная способность. В офисе я её, правда, стараюсь не использовать. Не думаю, что мой босс оценит, если я заору, увидев сложный график». Сиро позволила себе слабую улыбку. Разговор понемногу оживал, пусть и с пробуксовкой. Принесли заказ. Чашка латте Сиро была украшена замысловатой розочкой из пенки. Она смотрела на неё, не зная, как пить, чтобы не разрушить это произведение искусства. Маю между тем сделала глоток эспрессо, и Сиро невольно отметила, как изящно и бесшумно она это делает. «А как брат? Всё ещё крадёт твой пудинг?» — спросила Маю, отломив вилкой крошечный кусочек торта. Сиро вздохнула, наконец отрывая взгляд от своей пенки. «Рику? Он вечный источник раздражения. Услышав, что я иду на встречу, он полдня ходил и строил дурацкие предположения. Говорил, что моя «тайная интернет-подруга» наверняка пятидесятилетний мужчина с Филиппин». Маю фыркнула, едва не поперхнувшись крошкой. «Что?! Ох, теперь мне обязательно нужно с ним познакомиться, чтобы развеять этот миф. Я представляю себе пятидесятилетнего филиппинца, пытающегося пройти «Бездну»... Это был бы потрясающий образ». «Не давай ему идей, — проворчала Сиро, но в её тоне не было злости. — Он и так слишком много о себе воображает». Они говорили ещё несколько минут — о брате, о последнем апдейте игры, о смешном видео, которое Маю скинула ей на прошлой неделе. Диалог покатился по рельсам привычных тем, и Сиро понемногу стала забывать о костюме, каблуках и ауре невероятной взрослости, исходившей от Маю. Она всё так же была остроумна, отзывчива и смеялась над её саркастическими замечаниями. А потом Маю потянулась за салфеткой, и движение заставило свет от окна упасть на неё по-другому. Сиро снова, против своей воли, заметила изгиб её груди под блузкой, плавную линию плеча, длину ресниц. И снова её охватило то самое чувство — жгучее, неловкое, состоящее из зависти, смущения и какого-то глупого восхищения. Чёрт. Она так красива. И она сидит здесь, со мной. Со мной, в этом дурацком свитере. Почему? Потому что я хорошо веду за руку в игре? — мысль была едкой и горькой. «Сиро?» — голос Маю вывел её из оцепенения. «А? Да?» «Ты как будто... отключилась. Всё в порядке?» — в её глазах читалась искренняя забота. Та самая, что была в её голосе, когда Сиро жаловалась на мигрень или плохой день. «Всё... всё нормально, — быстро сказала Сиро, чувствуя, как снова краснеет. — Просто... немного непривычно. Всё это». Она жестом обвела кафе, но на самом деле имела в виду тебя. тебя здесь, вживую. Маю кивнула, и её выражение лица стало немного другим — более мягким, менее отточенным. «Мне тоже непривычно, — призналась она тихо, опустив глаза на свою чашку. — Я боялась, что... не оправдаю твоих ожиданий. Вне игры». Сиро остолбенела. Она боялась не оправдать её ожиданий? Это было настолько нелепо, что у неё вырвался короткий, нервный смешок. «Да ладно тебе, — пробормотала она, снова глядя в стол. — Ты... ты выглядишь так, будто никогда ни в чём не сомневаешься». Наступила пауза. Когда Сиро рискнула поднять взгляд, она увидела, что Маю смотрит в окно, а её пальцы слегка постукивают по фарфору. В её позе впервые появилась тень неуверенности. «Видимость часто обманчива, — наконец сказала Маю, и её голос снова стал тёплым, «дискордным». Она повернулась к Сиро и улыбнулась, но теперь в этой улыбке было меньше сверкающей белизны и больше чего-то настоящего. — Например, я прямо сейчас думаю, что мой эспрессо уже остыл, а твой латте с этой розочкой выглядит гораздо уютнее. И завидую. Страшно завидую». Сиро посмотрела на свою чашку, потом на напряжённое лицо Маю, и что-то внутри дрогнуло. Стена из лоска и совершенства дала маленькую, почти незаметную трещину. И сквозь неё проглянула знакомая девушка, которая боится слизней в игре и крадёт идеи для презентаций, пока ждёт респауна. «Хочешь попробовать? — неожиданно для себя предложила Сиро, слегка подталкивая свою чашку к центру стола. — Розочку я уже почти съела. Осталось только испортить». Маю замерла на секунду, а затем её лицо осветила такая яркая, беззаботная улыбка, что Сиро на мгновение перехватило дыхание. «Знаешь, а я как раз специалист по порче прекрасного», — сказала она, и её тон был полон той самой игривости, которую Сиро знала и любила. Она потянулась за чашкой, и её пальцы ненадолго коснулись Сиро. Прикосновение было лёгким, почти мимолётным, но Сиро почувствовала его всем телом — тёплым, живым, настоящее. И в этот момент, глядя на то, как Маю с комичной серьёзностью пробует её латте и морщит нос от сладости, Сиро поняла одну простую вещь. Да, Маю была с другой планеты. Высокой, красивой, успешной, пахнущей дорогим цветком. Но где-то там, под слоем идеального макияжа и шёлкового шарфа, всё ещё жила та самая девушка, которая смеялась в микрофон и радовалась, когда у неё получалось пройти уровень самой. И, возможно, возможно... этой девушке тоже было здесь немного не по себе. И почему-то эта мысль согрела Сиро куда сильнее, чем самый горячий латте. Когда они вышли из кафе, вечерний воздух уже остыл. Сумерки окрасили небо в сиреневый цвет, и огни Токио зажигались один за другим. Сиро натянула капюшон свитера на голову, не столько от холода, сколько от желания снова спрятаться в свой кокон. Но теперь это было сложнее — образ высокой девушки в пальто, шагающей рядом, уже невозможно было стереть. «Спасибо, что пришла, — сказала Маю, остановившись у перехода. Её голос звучал тише, чем в кафе. — Я... я очень рада, что всё прошло хорошо». «Хорошо?» — мысленно переспросила Сиро. С её точки зрения, это был сплошной поток неловкости, записанный на фоне панического внутреннего монолога. Но она кивнула. «Да. Я тоже». Они стояли молча несколько секунд, глядя на мигающий зелёный сигнал светофора, будто ждали от него разрешения на что-то. «Эй, — осторожно начала Маю. — У меня завтра выходной. И... в «Бездне» как раз ивент стартует. Двойной опыт за прохождение шахт Плача. Если... если у тебя будут силы после сегодняшнего». Сиро подняла на неё глаза. При свете уличных фонарей лицо Маю казалось менее совершенным и более живым. В уголках её глаз читалась лёгкая усталость, а в вопросе — отчаянная надежда, что этот мостик между мирами не рухнет. «Шахты Плача? — Сиро хмыкнула. — Там же новички вечно падают в лаву на втором повороте». «Вот потому мне и нужен мой личный проводник, — парировала Маю, и в её тоне снова зазвучали знакомые игривые нотки. — Иначе мой крик испугает всех соседей. Опять». Это был их язык. Их территория. И предложение звучало как спасательный круг. «Ладно, — Сиро пожала плечами, стараясь выглядеть небрежно. — Но если ты снова полезешь в тупик с кристальными пауками, я буду смеяться в микрофон. Громко». Маю рассмеялась, и этот звук, казалось, растопил остатки льда в воздухе. «Честно предупреждена. Тогда... в девять, как обычно?» «Как обычно». Зелёный человечек замигал. Пора было идти. «До связи, Сиро-тян, — мягко сказала Маю, сделав лёгкий кивок. — Доберёшься домой — напиши». «Ага. Ты тоже». Сиро наблюдала, как Маю поворачивается и уходит — прямой, элегантной походкой, растворяясь в вечерней толпе. Она стояла ещё с минуту, ощущая странную смесь облегчения и пустоты. Потом сунула руки в карманы штанов и зашагала в сторону станции, ворча про себя: «Написать... Конечно напишу. Как будто я ребёнок». Но на самом деле мысль о том, что Маю беспокоится, чтобы она добралась благополучно, была... приятной.

Дорога домой прошла в тумане. В ушах у Сиро то звучал смех Маю из кафе, то всплывало её серьёзное лицо в момент их встречи. Этот раздвоенный образ сводил с ума. Она открыла дверь в квартиру и чуть не наткнулась на Рику, который явно поджидал её в прихожей, облокотившись на косяк. «Ну что? — тут же начал он, ехидно ухмыляясь. — Как твой пятидесятилетний филиппинец? Пригласил на второй раунд?» Сиро сняла кеды и бросила его взглядом, полным смертоносного сарказма. «Заткнись, Рику. Она...» Она запнулась. Как описать Маю? «Она оказалась девушкой» — звучало глупо. «Она оказалась моделью с обложки» — ещё глупее. «Она... нормальная», — выдавила она наконец и попыталась пройти на кухню. Но брат был неумолим. Он шёл за ней по пятам. «О, «нормальная»! Это многое объясняет. Особенно твой вид. Ты выглядишь так, будто тебя вынули из блендера, забыв выключить. Что случилось, сестрёнка? Она оказалась страшной? Или, наоборот, слишком красивой, и ты забыла, как говорить?» Сиро открыла холодильник, чтобы скрыть лицо. Она знала, что краснеет. «Просто... я не ожидала. Она не такая, как в сети». «Ага, — протянул Рику, с удовольствием ловя каждое слово. — Так кто же она? Студентка? Офисный работник? Не говори, что учительница!» «Начальница, — буркнула Сиро, наливая себе сок. — В какой-то фирме. В костюме. И... высокая». Рику замер, его ехидная улыбка сменилась выражением чистого, неподдельного любопытства. «Стой. Начальница? В костюме? И она играет с тобой в «Бездну»? Ты, часом, не вляпалась в какую-то странную корпоративную игру по сбору данных о затворниках?» «Отвали, — Сиро отпила сок. — Она просто... другая там. В сети она смеётся и тупит в играх. А в жизни...» Она снова увидела перед собой тот безупречный образ. «В жизни она пахнет дорого и знает, какой торт в каком кафе божественный». Рику присвистнул. «Вау. Контраст. И что, вы сидели и говорили про работу?» «Нет, — Сиро отрицательно мотнула головой, и тут её губы сами дрогнули в улыбке при воспоминании. — Мы говорили про то, как она пыталась играть с тачпада в кафе и визжала от слизня. И про то, как ты воруешь пудинг». Брат рассмеялся. «О, значит, обо мне вспоминали! Я тронут. Значит, не всё потеряно. И когда второе свидание?» «Это было не свидание! — фыркнула Сиро, но сказала это без обычной злости. — Мы... просто встретились. Как друзья. А завтра у нас ивент в игре». «Ага, «как друзья», — Рику подмигнул. — Ладно, не буду давить. Рад, что твой филиппинец оказался симпатичной начальницей. Но предупреждаю — если она придёт сюда, я устрою ей допрос с пристрастием. Мне же надо защищать честь семьи». Сиро лишь покачала головой и пошла в свою комнату, оставляя брата хихикать в прихожей. Закрыв дверь, она прислонилась к ней спиной и выдохнула. Комната встретила её привычным полумраком и тихим гудением компьютера. Всё было на своих местах: монитор, клавиатура, полка с фигурками. Но что-то изменилось. Воздух казался другим. Как будто сюда, в её крепость, проник отголосок другого мира — запах дорогих духов, ощущение шёлка под пальцами и тепло настоящей улыбки. Она подошла к столу и взяла наушники. Они были прохладными и привычными. Затем её взгляд упал на телефон. В нём лежало неотправленное сообщение: «Дома». Сиро села на кровать, набрала два слова и на секунду задержала палец над кнопкой отправки. Потом всё-таки нажала. Маю: (сообщение доставлено через минуту после отправки Сиро) «Отлично. Я тоже только что. Спасибо ещё раз за сегодня. И за латте. И за то, что не сбежала при первой же возможности». Сиро уставилась на экран. Ответ требовал чего-то. Что-то большего, чем просто «не за что». Она покусывала губу, подбирая слова, которые не выдадут тот вихрь глупых мыслей, что крутился у неё в голове. Сиро: «За латте не благодари. Розочку всё равно испортила. И... сбежать было бы некрасиво. Ты же научилась бить того босса в шахтах». Маю: «Ха-ха, значит, я всё-таки что-то стою! Это обнадёживает. Тогда завтра — отыграемся на кристальных пауках за все мои прошлые смерти?» Сиро: «Договорились. В девять. Не опаздывай, ивент не вечен». Маю: «Ни за что! Спокойной ночи, Сиро-тян.» Сиро: «Ага. Споки.» Она отложила телефон и повалилась на спину, глядя в потолок. На лице всё ещё была лёгкая, невольная улыбка. Завтра всё вернётся в норму. Будет голос в наушниках, смех, игра. Не будет этих дурацких костюмов, высоких каблуков и давящей тишины. Но где-то в глубине, под слоем облегчения, шевелилось новое, тихое любопытство. Какая она, Маю, когда снимает этот безупречный костюм? Какая она в своём собственном доме? И... захочется ли ей снова когда-нибудь выйти из виртуального мира, чтобы увидеть её, Сиро, такую неловкую и несуразную в своём бирюзовом свитере? Мысли были тревожными, но уже не такими пугающими. Потому что теперь у них был секрет. Общий. Они пережили Первую Встречу. И не разбежались. А на другом конце города Маю, уже в просторной домашней футболке и спортивных штанах, с размытым от снятого макияжа лицом, сидела на ковре в гостиной, уставившись на тот же самый чат. И её лицо освещала точно такая же, глупая и беззащитная улыбка. В её голове крутилась всего одна, навязчивая мысль: «Она ещё милее вживую. Чёрт. И эти её жёлтые глаза, когда она смотрит исподлобья... Я, кажется, вляпалась». Но вляпалась с таким чувством лёгкости и предвкушения, какого не испытывала уже много-много лет.