Уровень сложности: чувства

Суббота выдалась прохладной и ясной. Сиро стояла у того же выхода со станции, но на этот раз её руки не потели, а лишь слегка похолодели в карманах новых джинсов. Бордовая рубашка, надетая поверх простой чёрной футболки, казалось, грела лучше любого свитера — возможно, за счёт нервного тепла. Она поймала себя на мысли, что высматривает в толпе не абстрактную «Маю», а конкретные детали: свитер, кроссовки. И всё же, когда знакомая высокая фигура отделилась от потока людей, сердце ёкнуло. Маю шла к ней не той стремительной, отточенной походкой. Её шаг был спокойнее, мягче. Большой верблюжий свитер действительно выглядел как облако, а тёмные джинсы и белые кроссовки делали её... доступной. Как будто кто-то слегка приглушил её ослепительный блеск, превратив его в тёплое сияние. «Привет, — сказала Маю, останавливаясь перед ней. И тут же её глаза, тёплые и внимательные, скользнули по Сиро с ног до головы. В них мелькнуло неподдельное удивление и что-то вроде... одобрения? — Ого. Рубашка». Сиро почувствовала, как вспыхивает. «Ага. А ты... в кроссовках». Маю посмотрела на свои ноги, потом на Сиро, и на её губах дрогнула улыбка — не идеальная, а чуть смущённая. «Да. По приказу высшего командования. Не могу сказать, что неловко. Скорее... непривычно». «А мне в рубашке непривычно, — призналась Сиро, и это спонтанное признание связало их лёгкой нитью общей неловкости. — Выгляжу глупо?» «Выглядишь иначе, — поправила её Маю, и её голос стал мягче. — В хорошем смысле. Идём? Я в этот раз не бронировала столик. Подумала... может, просто погуляем? Если хочешь». «Гулять? — Сиро нахмурилась. Её инстинкты затворника зашевелились. Но вид Маю в кроссовках и этом мягком свитере разоружал. — Ладно. Только... не очень быстро». Они свернули с шумной площади в сторону одного из тихих парков. Разговор поначалу клеился с трудом, цепляясь за привычные темы: игра, брат, работа Маю (о которой она на этот раз рассказывала меньше, с большим количеством смешных, нелепых деталей, будто специально разбавляя серьёзность). Но потом, среди голых деревьев и жёлтой опавшей листвы, что-то изменилось. Может, дело было в отсутствии стесняющих стен кафе, в том, что они шли рядом, а не сидели напротив. Или в том, что их новая, «смягчённая» одежда стала физическим воплощением негласного перемирия. «Знаешь, — сказала Маю, глядя куда-то вдаль, — в прошлый раз, когда мы говорили про пудинг... Я тогда подумала, как здорово, что у тебя есть кто-то, кто так... живёт с тобой. Даже если это ворующий пудинг брат. У меня... такого нет. Только огромная тихая квартира». Сиро посмотрела на неё боком. В этом признании не было жалости к себе. Была простая констатация факта. И странным образом это задело что-то глубоко внутри. «А тебе не... одиноко?» — осторожно спросила она. «Иногда. Но обычно я слишком устаю, чтобы это замечать, — Маю пожала плечами, и свитер колыхнулся. — А потом включаю комп, залезаю в Discord и там... шумно. Весело. Есть ты». Сиро молчала, переваривая это «есть ты». Оно звучало как нечто само собой разумеющееся, но от этого не становилось менее весомым. «У меня тоже... — начала она, запинаясь. — До тебя... в игре были только случайные тиммейты. А в жизни... в общем, только Рику. И то, он скорее фон, чем...» «Человек, с которым можно поговорить по-настоящему?» — закончила за неё Маю. Сиро кивнула. Они дошли до небольшого пруда, где плавали утки, и остановились у перил. «Спасибо, — вдруг сказала Маю, не глядя на неё. — За то, что согласилась тогда. На первую встречу. Это было... смело. С твоей стороны». Сиро фыркнула. «Смело? Я же вся тряслась». «И я тоже. Просто со мной это не так заметно, — Маю повернулась к ней, и в её глазах светилась та самая, знакомая по голосу, искренность. — Но я рада, что мы это сделали. Иначе я бы так и продолжала думать, что Shirogane — это просто крутой, саркастичный голос в моих наушниках. А он... она... оказывается, ещё и отлично выглядит в бордовой рубашке». Комплимент был сказан так легко и естественно, что у Сиро не осталось времени на панику. Она лишь почувствовала, как по щекам разливается тёплая волна, и уткнулась носом в воротник рубашки. «Да брось...» — пробормотала она. «Не буду, — улыбнулась Маю. — Это факт. Так же, как и то, что ты — лучший проводник по шахтам Плача. И... хороший друг». Слово «друг» повисло в воздухе между ними, тёплое и немного новое. В сети они были напарниками, товарищами по оружию. Здесь, в реальности, с холодным ветерком, щекочущим щёки, и утками, крякающими в пруду, оно обрело другой вес. «Ты тоже, — с трудом выдавила Сиро, всё ещё глядя на воду. — Друг. Даже в костюме». Маю рассмеялась, и этот смех был таким же, как в Discord — открытым, немного смущённым и очень тёплым. «Особая благодарность за «даже». Хочешь покормить уток? Я вижу ларек с семечками». Сиро кивнула. Пока Маю покупала пакетик, а потом они, смеясь, бросали семечки в воду, наблюдая за утиной суетой, Сиро поймала себя на мысли. Мысли, которая не была ни панической, ни аналитической. Она думала просто: «С ней хорошо». Не «неловко», не «страшно», не «я не на своём месте». А просто — хорошо. Спокойно. Как в их вечерние игровые сессии, только без монитора между ними. На обратном пути к станции они уже болтали более свободно. Маю рассказала, как Нао заставила её пересмотреть весь гардероб, а Сиро, скрипя зубами, описала шопинг-террор со стороны Рику. «Значит, наши «спецслужбы» контактируют, — усмехнулась Маю. — Нао что-то говорила про «обмен данными». Думаю, нам стоит готовиться к скоординированным атакам с двух фронтов». «Они уже координируются, — хмыкнула Сиро. — Рику что-то сегодня утром невинно насвистывал и поглядывал на мой телефон. Я боюсь представить, что у них на уме». «Что бы ни было, — Маю остановилась у входа на станцию, — я думаю, мы справимся. В конце концов, мы же прошли шахты Плача. Что нам какой-то брат и коллега?» «Ага. Командная работа», — сказала Сиро, и это прозвучало как клятва. Они постояли ещё мгновение, не решаясь сказать «пока». Потом Маю неловко тронула её за локоть — лёгкое, быстрое прикосновение через ткань рубашки. «До завтра в игре?» — спросила она. «Конечно, — кивнула Сиро. — Не опаздывай». «Не буду. И, Сиро...» «А?» «Спасибо за сегодня. Было... очень здорово». Сиро только кивнула, чувствуя, как комок не то смущения, не то тепла застрял у неё в горле. Она смотрела, как Маю скрывается в потоке людей, и потом ещё долго стояла на месте, ощущая на локте призрачное тепло от того прикосновения и странную лёгкость во всём теле. Дома её ждал Рику с самым невинным выражением лица, какое только мог изобразить. «Ну что? Как прошло свидание друзей?» — растянул он. Сиро, вместо того чтобы огрызнуться, скинула кроссовки и, проходя мимо, бросила: «Нормально. Мы покормили уток». Рику замер с открытым ртом. «Уток? Серьёзно? О, Боже, это даже милее, чем я мог представить. Вы как пара пенсионеров!» Но Сиро уже не слушала. Она закрылась в комнате, прижалась спиной к двери и улыбнулась в темноту. Она пахла холодным воздухом, опавшей листвой и… может, чуть-чуть — дорогим мягким свитером. А в телефон Маю уже летело сообщение от Нао: «Отчёт, агент! Как прошла операция «Свитер и кроссовки»? Я требую деталей! И фотку уток!» И обе девушки, каждая в своей комнате, принимались набирать ответ — чуть смущённый, чуть неловкий, но переполненный тихим, светлым чувством, что что-то важное и очень правильное сегодня сдвинулось с мёртвой точки. Они нашли свою «золотую середину». И это было даже лучше, чем победа над самым сложным боссом.