Русская сказка

      Вика на мгновение задумалась, слегка наклонив голову, проводя пальцем по краю подушки, будто мысленно раскладывая всё по полочкам. В её глазах мелькнул знакомый огонёк — тот самый, который появлялся, когда она начинала рассуждать о чём-то сложном и интересном. — Значит, если проводить аналогию… — Медленно произнесла она, переводя взгляд с одного на другого ученика Хогвартса. — То Гриффиндор — это наш Дажбог, Сварог — Пуффендуй, Ярила — Когтевран, а Хорс — Слизерин. Она чуть пожала плечами, словно проверяя, насколько это звучит логично. — Дажбо́г — один из главных богов в пантеоне древних магов, бог летнего Солнца и его олицетворение, бог плодородия и солнечного света. Упоминается, как сын Сварога. Отличительными чертами студентов Дажбога считаются: эмпатия, восприимчивость, интуиция, отдача, внутренняя сила, проницательность. Тихие, шумные, эмоциональные, спокойные, эрудированные и легкомысленные — студентов Дажбога не объединяет ни одна стезя, ни один общий интерес, ни одно общее намерение, что в той или иной мере можно усмотреть на других отделениях. Студенты Дажбога настолько разнятся друг от друга во всём, насколько это вообще возможно. И это — основное их сходство. Именно поэтому он похож на Гриффиндор. Задумчиво кивает Вика и Гарри тихо усмехнулся, явно довольный таким сравнением. — Тут пришлось остановиться и посмотреть. На дажбожьих вообще было сложно не смотреть. Если Ярила рывком втаскивали тебя в свой круговорот, то дажбожьи привлекали взгляд, а потом затягивали исподволь, незаметно, словно под магией ласковой русалочьей песни. Каждый по-своему. Весёлые соседствовали с грустными, счастливые — с несчастными, страстные — с зажатыми, но каждый заставлял возвращаться. Не даром говорят, что в людей с дажбога влюбляются чаще всего. – Цитирует Саша и все улыбаясь кивают. — Являясь одним из самых значимых славянских богов, Сварог дал начало не только самому мощному магическому культу, но и, в языческой традиции, всему материальному миру. Бог-кузнец, бог-творец, бог небесного огня, создатель легендарного Алатырь-камня и тот, кто выковал первые магические кольца. Естественно, основа этих утверждений исключительно мифологическая, однако для древних славян Сварог олицетворял само творение. Отличительными чертами студентов отделения Сварог считаются: Стремление к самосовершенствованию, креативность, широкий кругозор, индивидуальность, созидательность, жажда познания. Традиционно сюда попадают дети, уже в юном возрасте имеющие в душе потребность непрерывного, постоянного саморазвития — умственного, душевного, созидательного. В отличие от учеников Хорса и Дажбога, сосредоточенных на внешних условиях своего комфорта, сварожичи, как и яриловичи, зависят от внутреннего мироощущения. Ученики Сварога неосознанно тянутся к развитию любого рода и в любом, выбранном лично для себя, деле. — Вика кивнула в сторону. — Это очень по-пуффендуйски. — Единственное, какими никогда не бывают сварожичи — это обычными. В каждом здесь есть что-то цепкое, что-то особенное, что-то «не такое». У одних оно на виду, отличает их, выставляет на постамент, у других — тихое, глубокое, спрятанное внутри. Критичные индивидуалисты, они часто сложны в общении, и ты можешь намучиться, пока подберёшь нужный ключик. Сварожичи смотрят на мир под странными углами, с таких неожиданных ракурсов, с которых тебе и в голову не приходило взглянуть. Каждый из них смотрит вперёд — и при этом видит что-то своё. — А Ярила (Яровит, Ярый Вихрь, Ярый Бог) — славянский Бог Весеннего Солнца, почитаемый славянами как Бог Плодородия и страсти, умелый воин, сын Велеса и Дивы-Додолы, Богини Небесной Влаги. От матери Дивы-Додолы он перенял привлекательность и живой характер, потому Ярила почитают Богом Страсти. Отличительными чертами студентов Ярила считаются: воля, критичный ум, эгоцентризм, независимость, самостоятельность, свободомыслие. Вопреки распространённому мнению и учебникам истории, где великие подвиги зачастую совершались яриловичами, Алатырь отбирает сюда не бойцов, не мятежников и не революционеров. Это — всего лишь следствие того, что дети Ярила всегда тянутся к лучшему для себя (или других) и не приемлют препятствий и ограничений. Это не всегда борьба: некоторые из них находят лучшее в удовольствии, некоторые — в духовной свободе, некоторые в свободе от давления общества. Да, это не всегда борьба. Но это — своенравность, увлеченность, страстность, открытость новому опыту, умение получать желаемое и желать побольше. Больше всего они ценят свободу, а где её нет — там они её создают. — Продолжила она уже увереннее. — Поэтому Когтевран. — В общежитии Ярила никогда не бывало тихо: громкие голоса, громкие шаги, громкие движения. О, движение. Они постоянно двигались, все в разные стороны, как будто никак не могли выбрать направление. Словно хаотичные броуновские частицы, яриловичи всегда пребывали в каком-то мало кому понятном танце. Если подойдёшь ближе, они захватят тебя в своё поле притяжение и закружат, не успеешь и оглянуться. Импульс, приводивший их в движение, ощущался в воздухе: наэлектризованный, он создавал вокруг них особое притягательное поле… На секунду она замолчала, а потом слегка прищурилась, переходя к последнему. — А Хорс… — Вика чуть наклонилась вперёд. — Языческие шаманы, поклоняющиеся Хорсу, в большом количестве совершали паломничества на гору Сакчинар начиная с тёмных первых веков, а может, и ещё раньше. Традиционно время их хода происходило зимой и являлось проверкой: немногие новообращенные выживали в суровых ледяных лесах Сибири. Только некоторые, проявившие непреклонность, стойкость и особый дар, могли пройти тысячи километров невредимыми и добраться до священной вершины. Так отбирались шаманами те, кого отметил, как считалось, бог зимы Хорс — люди, отмеченные его дланью, поверенные хварной. Маги, одним словом. Отличительными чертами студентов отделения Хорс считаются: трудоспособность, дальновидность, Целеустремлённость, честолюбие, усердие, амбиции. У детей, отправленных в Хорс, в основе мотивации и потребностей лежит признание их способностей, талантов и личностных качеств. В Колдовстворце культивируются положительные аспекты этих черт, таких как здоровая конкуренция, умение добиваться своих целей, претерпевание трудностей на пути к успеху. «Через тернии к звёздам» — лучшее описание, подходящее студентам Хорса. Однако, как и любой медали, у успеха, как основной жизненной ценности, есть теневая обратная сторона: жестокосердность, соблазн идти по головам, обесценивание вещей низкостатусных и для величия (а каждый студент Хорса, без сомнения, к нему стремится) бесполезных. Тем более, каждый человек индивидуален, и даже те, кто был определён сюда Алатырём, могут быть детьми мягкосердечными и неуверенными в себе, что плохо сочетается с традиционной нетолерантностью Хорса к тем, кто не готов развиваться и идти вперёд. Она бросила короткий взгляд на Драко и почти незаметно улыбнулась. — Поэтому Хорс — Слизерин. — По началу казалось, что у студентов Хорса есть пренеприятнейшая черта: когда они с тобой знакомились, создавалось впечатление, будто тебя тут же принимаются оценивать. На Хорсе конкурентов одновременно и любили, и нет, а как конкурента воспринимали каждого. А потом я узнал, что бывают и другие студенты Хорса, без рентгеновских взглядов, с дружелюбным лицом и приятными повадками. А потом я узнал и то, что даже для таких ты оставался конкурентом. Воспринимать каждого, как соперника — этого на Хорсе не стеснялись совершенно. Дружбе это не мешало. — Закончил с некой грустью Сашка. На мгновение вокруг стало тихо. Джордж приподнял брови, явно впечатлённый таким объяснением, а кто-то из ребят тихо присвистнул. — Честно? — Сказал он, усмехнувшись. — Ты чертовски умна. Вика слегка моргнула, будто не ожидала такой прямоты. Затем уголок её губ чуть приподнялся, и она лениво пожала плечами. — Я знаю. Даша тихо фыркнула рядом, толкая её локтем. — Слышали? Даже британцы признали. Записываем этот исторический момент. Джордж рассмеялся, откинувшись на спинку дивана, а Фред с интересом посмотрел на Вику, будто теперь разглядывал её совсем по-другому. — Нет, серьёзно. — Добавил Джордж, всё ещё улыбаясь. — У нас в Хогвартсе никто никогда не объяснял факультеты через… богов. — Потому что у вас их нет. — Спокойно заметила Соня, перебрасывая волосы через плечо. — У нас половина сказок — это не просто сказки, а некое предупреждение. Но для маглов, конечно, это просто сказки. Наум довольно хмыкнул, подбрасывая в камин ещё одно полено. Огонь вспыхнул ярче, и тени на стенах снова зашевелились, будто внимательно слушали разговор. Соня слегка прищурилась, переводя взгляд с одного ученика Хогвартса на другого. Пламя камина отражалось в её глазах, и на мгновение она выглядела серьёзнее обычного. — У нас всё немного иначе. — Сказала она спокойно. — Несмотря на то, что мы маги, многие всё равно верят. В старых богов, в Иисуса… в духов, что живут рядом с людьми. Она чуть пожала плечами, будто говоря о чём-то совершенно естественном. — Потому что магия — это просто сила. Она показывает, как можно что-то сделать. Но не отвечает на всё остальное. Соня на секунду замолчала, затем добавила, уже чуть мягче, но с заметной ноткой уверенности: — В отличие от вас. Несколько человек из Хогвартса переглянулись. — У вас магия как будто заменила всё. — Продолжила она. — Старые сказки у вас считаются просто сказками, духи — выдумками, а боги… чем-то из книг маглов. Она кивнула в сторону Наума. — А у нас всё это до сих пор часть мира. Просто мы знаем, что магия — не единственная сила, которая в нём существует. Камин тихо треснул, и искры взметнулись вверх, словно подтверждая её слова. Соня тихо усмехнулась, заметив, как ученики Хогвартса слегка переглянулись. Она оперлась локтем на колено и заговорила спокойно, почти наставительн. — Вы и сами это делаете, просто не задумываетесь. Когда злитесь или удивляетесь, что говорите? Фред хмыкнул: — «Мерлин!» — Или «борода Мерлина», — подхватил Джордж. Соня кивнула. — Вот, а у нас это… волхв. — Она подчеркнула слово, словно объясняя иностранцам странный термин. — Русская версия Мерлина. Великий маг, мудрец, тот, кто знает законы мира и может направлять людей. Она слегка пожала плечами. — Кто-то скажет «волхв меня помилуй», кто-то «Господи!», кто-то вспомнит старых богов. Смысл один: когда человеку страшно, больно или удивительно, он зовёт кого-то сильнее себя. Хотя, я предпочитаю Мерлина, как и многие другие, несмотря на нелюбовь к другим культурам, не могу объяснить, как это произошло. Поджимает губы девушка. Наум тихо усмехнулся. — У нас вариантов больше. А кто-то вообще может крикнуть «Перун тебя побери». Сашка тут же поднял руку. — Я один раз сказал! — Ты три раза сказал. — Спокойно поправила Василиса. По кругу прокатился смех. Соня лишь мягко улыбнулась, кивнула, взгляд её скользнул по комнате. — Даже если ты маг, даже если знаешь законы мира и знаешь, и умеешь пользоваться заклинаниями… иногда нужно тот, кто больше тебя, к кому можно обратиться. Огонь в камине тихо потрескивал, а искры, словно в подтверждение, поднимались вверх и исчезали в дыму. — Слышите? — Спрашивает Василиса. И вправду, где-то среди собравшихся вдруг раздался голос. Сначала тихо, почти неуверенно, будто человек сам не ожидал, что начнёт петь. — В лесу родилась ёлочка. В лесу она росла… Несколько человек рядом сразу подхватили знакомую мелодию. Кто-то хлопнул в ладоши в такт, кто-то засмеялся, но уже через пару секунд песня разлилась по всей гостиной. — Зимой и летом стройная, Зелёная была… Голоса смешивались: звонкие, хрипловатые, кто-то попадал в ноты, кто-то совсем нет, но это никого не волновало. Песня была слишком знакомой, слишком простой, чтобы не подпеть. Даже те, кто сидел в стороне, начали тихо бормотать слова себе под нос. Ёлка мерцала огнями, отражая золотые блики на лицах ребят, а камин тихо потрескивал, словно тоже подыгрывал этому неожиданному хору. Ученики Хогвартса удивлённо переглянулись. Оглядываясь по сторонам, они пытались понять, что, собственно говоря, происходит. Песня разрасталась, словно волна: уже половина гостиной напевала знакомые строки. Кто-то хлопал в ладоши, кто-то покачивался в такт, а несколько младших учеников даже взялись за руки и начали кружиться возле ёлки. — Они читают какое-то заклинание? — Осторожно спросил Невилл, слегка наклоняясь, будто опасался спугнуть происходящее. — Очевидно, что это их песня. — Уверенно ответила Гермиона, хотя и сама смотрела вокруг с любопытством. Рон нахмурился, прислушиваясь. — Но почему тогда поют все сразу? Это… часть традиции? Соня тихо рассмеялась. — Конечно. Это просто новогодняя песня. Её знают почти все с детства. Фред, который уже пытался поймать мелодию, ткнул Джорджа локтем. — Кажется, мы нашли местный аналог наших рождественских песен. — Только слова мы точно не запомним. — Фыркнул Джордж. — Это не важно. — Улыбнулся Леша. — Тут главное — петь громко. Тем временем песня подходила к припеву, и голоса стали ещё громче. Кто-то смеялся, а несколько учеников начали подпевать просто на «ла-ла-ла», не зная слов. И через мгновение вся гостиная гудела от общего хора, в котором смешались голоса Колдовстворца и Хогвартса. Песня постепенно стихла, растворяясь в смехе и переговорах. Кто-то ещё допевал последние строчки, кто-то уже тянулся за угощениями. Наум хлопнул в ладоши, привлекая внимание: — Так… а где музыка? — Протянул он, щурясь. — Мы что, сами всё время петь будем? — А тебе не нравится? — Лениво отозвалась Анфиса, не поднимая головы. — Мне нравится. — Кивнул он. — Но под музыку — лучше. Кто-то из ребят, сидящих чуть дальше, оживился. — Сейчас, подожди! Парень в растянутом свитере вскочил и направился к огромному магнитофону, заранее заколдованным на громкое звучание, стоящему на тумбе у стены. Он наклонился, порылся в стопке кассет, перебирая пластиковые коробочки с потёртыми наклейками. — Только не ставь что-то унылое! — Крикнул Сашка. — Да тихо ты! — Отмахнулся он, вытаскивая одну. — Сейчас будет нормально. Щёлк. Кассета встала на место. Щелчок кнопки — и магнитофон зажужжал, лента закрутилась с характерным шорохом. Сначала — тихий треск… А потом комнату наполнили бодрые, узнаваемые аккорды.

Расскажи Снегурочка, где была? Расскажи-ка милая, как дела?

За тобою бегала Дед Мороз Пролила немало я горьких слез.

— О-о-о! — Тут же протянул Сашка, вскакивая. — Вот это я понимаю! — Всё, встаём! — Резко сказал кто-то из рядом сидящей компании, уже тянув за руку ближайших. — Куда?! — Не понял Рон. — В хоровод, конечно! — ответила Василиса, смеясь. — Во что?! — Переспросил он, но его уже подняли на ноги. Соня только усмехнулась, протягивая руку Вике. — Идите сюда. Сейчас без вариантов. Под музыку круг начал собираться быстро. Кто-то уже топал в такт, кто-то подпевал знакомые слова, даже если не все их знали. Фред наклонился к Джорджу. — Кажется, сейчас нас окончательно втянут. — Уже втянули. — Усмехнулся тот, берясь за руки с обеих сторон.

А ну-ка, давай-ка, плясать выходи! Нет Дед Мороз, нет Дед Мороз, Нет Дед Мороз, погоди!

Цепочка замкнулась вокруг ёлки. Музыка играла чуть хрипло, с тем самым «кассетным» звучанием, но это только добавляло атмосферы. — Раз, два… пошли! — Скомандовал Наум. И круг двинулся. Сначала медленно, потом быстрее. Смех, шаги, случайные столкновения — всё смешалось в одно большое движение. В этом хороводе где-то мелькнула голова завуча, который судя по всему, решил «не выделяться» и уже пытался попадать в ритм, неловко поднимая и опуская руки вместе со всеми. Выглядело это так, будто он вот-вот либо вольётся в танец, либо случайно вывернет кому-нибудь запястье, что уже и происходило. Мужчина пытался оторвать парню руку, опуская их вверх-вниз. Рон снова чуть не споткнулся. — Я клянусь, это опасно!

Ждет моих подарочков ребятня И тебе достанется от меня.

Наконец сбываются все мечты, Лучший мой подарочек — это ты!

— Это традиция! — Выкрикнула Даша, не сбавляя темпа. — Это одно и то же! — Возмутился он, цепляясь покрепче за руки с обеих сторон. Фред и Джордж уже откровенно веселились, нарочно ускоряя шаг. — Давай, держись! — Хмыкнул Джордж. — Или падай красиво! — Прокричал Фред. Круг ускорился ещё сильнее. Кто-то уже не выдерживал и начинал смеяться так, что сбивался с шага. Несколько человек почти одновременно наткнулись друг на друга, но цепочка не разорвалась. Гермиона, сначала пытавшаяся сохранить достоинство, теперь тоже смеялась, уже не обращая внимания на то, что её волосы окончательно растрепались. Невилл, напротив, сосредоточенно смотрел себе под ноги, будто от этого зависела его жизнь. Драко… Боже, Драко. Кажется, в этом хороводе он действительно нашёл себе компанию — и теперь на его лице, вопреки всему привычному, красовалась настоящая, живая улыбка. Если бы Гарри рассказал об этом, кому-то из гриффиндорцев, его бы точно сочли сумасшедшим. Никто бы не поверил, что сейчас сам Драко Малфой бежит в хороводе под русские песни, сбиваясь с шага, но не пытаясь это скрыть. Круг всё ускорялся, затягивая в себя всех без исключения. Смех становился громче, движения — быстрее, а лица — живее. Соня легко удерживала ритм, её движения были уверенными, почти привычными. Она на секунду обернулась — и заметила, как Фред, несмотря на весь хаос, смотрит именно на неё. На мгновение всё вокруг будто отступило. Музыка, голоса, шаги — всё смешалось в один далёкий фон, оставляя только этот короткий, но тёплый момент. Она искренне улыбнулась ему, показывая свои острые клыки, и получила в ответ такую же радостную, открытую улыбку.

А ну-ка, давай-ка, плясать выходи! Нет Дед Мороз, нет Дед Мороз, Нет Дед Мороз, погоди!

Мелодия оборвалась резко, словно кто-то обрезал её на самом пике — и в ту же секунду гостиная взорвалась криками, смехом и визгами. Кто-то хлопал, кто-то падал на подушки, задыхаясь от смеха, кто-то пытался устоять на ногах после бешеного круга. Тройка парней, не теряя времени, уже рванула к магнитофону, наперегонки перебирая кассеты, едва не сталкиваясь друг с другом. Остальные же пытались прийти в себя: кто-то согнулся, упираясь руками в колени, кто-то откидывался назад, раскинув руки, а кто-то просто сидел и смеялся без остановки. И вдруг свет в комнате стал мягче. Не погас — просто приглушился, будто сама гостиная решила передохнуть вместе с ними. А через мгновение загорелись гирлянды. Сначала одна — тёплым золотым. Потом другая — синим. Потом ещё — красным, зелёным, переливающимся. Огни начали мигать, переливаться, отражаться в окнах, в стекле бокалов, в глазах. О-о-о! — прокатилось по комнате почти хором. Кто-то радостно вскрикнул, кто-то захлопал, а кто-то просто замер, глядя на это разноцветное мерцание. Атмосфера изменилась мгновенно. Шум не исчез — но стал другим. Более тёплым, мягким, живым. Кто-то уже начинал снова двигаться в такт мелодии, что ещё даже не появилась, кто-то тянул друзей обратно в центр комнаты, а кто-то просто стоял, улыбаясь, ловя этот момент.

Ничего на свете лучше нету, Чем бродить друзьям по белу свету.

— Санечка ты где?! — Внезапно выкрикнул Наум, где-то из толпы, причём таким пронзительным, почти идеально подражающим женскому —голосом, что на секунду все даже не поняли, кто это был. А потом — взрыв смеха. Кто-то согнулся пополам, кто-то начал оглядываться, пытаясь найти «Санечку», а сам Сашка, стоявший чуть в стороне, резко повернул голову, щурясь. — Я тебя сейчас найду!

Тем, кто дружен, не страшны тревоги. Нам любые дороги дороги. Нам любые дороги дороги.

Но найти Наума в этом хаосе было почти невозможно — он уже затерялся среди людей, продолжая подпевать как ни в чём не бывало. Песня набирала силу, становясь громче, живее. Вика выловила Соню из толпы за руку, аккуратно уволакивая из толкучки. Соня, всё ещё улыбающаяся, позволила себе быть проведённой, лишь слегка сжимая ладонь подруги. — Что случилось? — Спокойно спросила рыжеволосая, оглядываясь на шумную гостиную. — Не хочешь сегодня побыть Ладой? — Разноглазая кивнула в сторону толпы. — Кого нужно свести? — Соня подняла бровь, играючи прищурившись. — Неужели ты поняла, что тебе небезразличен Джордж? — Что?! — Вика выпучила глаза, словно не веря своим ушам. — Конечно, нет! Ты лучше посмотри на Гарри! Соня лишь усмехнулась, слегка качнув головой, и в её взгляде мелькнула лёгкая насмешка. Она чуть морщится, поворачивая голову, пытаясь отыскать яркие зелёные глаза в очках. И, наконец, замечает его в компании Гермионы и Рона, легко угадывая по манере неуверенно держаться и лёгкой напряжённости плеч. Скользнув взглядом по комнате, она замечает, что он смотрит прямиком на блондина, который улыбается и танцует вместе с русскими ребятами. Рядом с ним стоит его друг — Блейз, вроде бы? Подошедший к компании, тоже вовлечённый в движение, но пока немного настороженный и слегка пытающийся не потеряться в этом круге смеха и света. Соня невольно задерживает взгляд на них обоих, изучая движения, улыбки и ту странную лёгкость, с которой они вписываются в этот хаотичный, но живой праздник.

Мы свое призванье не забудем: Смех и радость мы приносим людям! Нам дворцов заманчивые своды Не заменят никогда свободы.

— А тот блондинчик… горячий! — Тихо, но с ноткой восторга пробормотал, кто-то сбоку. — Был бы постарше, я бы с ним… — Боже! — Мерлин! Они одновременно поворачивают головы и замечают Анфису, стоящую рядом с ними, с хитрой, почти дьявольской улыбкой на лице. Она, похоже, совсем не удивлена их реакцией и, наоборот, наслаждается моментом, слегка покачивая бровью, наблюдая за парнями. — Что ты тут делаешь? — Соня чуть нахмурилась. — Пью сок. — Спокойно пожимает плечами блондинка. Соня слегка прищурилась, наблюдая, как девушка держит стакан.

Наш ковер — цветочная поляна, Наши стены — сосны-великаны, Наша крыша — небо голубое, Наше счастье — жить такой судьбою.

— Так, как ты хочешь их свести? — Соня возвращает взгляд к Вике, внимательно наблюдая за подругой. — Надо попросить парней включить медляк. — Тихо отвечает Вика, слегка прищурившись. — У меня есть идея, как заставить этих двоих танцевать. — Ого, да у вас тут прям свадьба намечается. — С ухмылкой бросает Анфиса, допивая последние капли сока. Соня замечает, что это был не просто сок и в её голове тут же всплывает воспоминание бутылки — «Белая березка». Кажется, что парни пронесли несколько бутылок, если не больше. Её глоток сопровождается лёгким бульканьем и смехом, который только усиливает атмосферу шалости и предвкушения. Соня улыбаясь, едва заметно качает головой. — Пойду к парням, договорюсь насчет музыки, а ты делай, что собиралась делать. — Говорит София и ей в кивают в ответ. Вика хватает Анфису за руку и уводит её к центру комнаты. Блондинка, чуть не роняя стакан, ставит его на ближайший стол и быстро следует за подругой. Они становятся сзади блондина, стараясь действовать скрытно. Анфиса открывает рот, будто собираясь что-то сказать или выкрикнуть, и Вика тут же тянет к её лицу руки, пытаясь прикрыть рот. Но Анфиса упрямо сопротивляется, дергает руки, и между ними вспыхивает лёгкая, почти комичная «драка», сопровождаемая смешными лицами. Именно это и привлекает внимание Драко, который оборачивается и внимательно наблюдает за их движениями. Девушки мгновенно меняют позиции и движения, словно танцуя, стараясь выглядеть так, будто всё происходящее — часть весёлого празднования. — Ты слышала? — Громко говорит Вика. — Говорят, если станцевать с тем, кто тебе нравится, под морозником, твоя магия усилится! — Серьёзно?! — Выкрикивает Анфиса, широко раскрыв глаза, почти подпрыгивая от возбуждения. — Да! — Подхватывает Вика, придумывая на ходу. — Я сама удивилась… они его… как-то заколдовали, что ли?! Они одновременно поворачивают головы в сторону блондина, который всё это время внимательно наблюдал за ними. Но едва заметив, что его раскрыли, то мгновенно отворачивается, чуть заметно краснея. Анфиса, не теряя ни секунды, показывает большие пальцы вверх, сияя улыбкой, полной озорства и предвкушения. Вика же, напротив, слегка ударяет себя по лбу. Схватив подругу за руку, они направились к месту, где должна была быть Соня. Шум постепенно стихал, оставляя после себя лёгкое эхо смеха и шагов. Рыжеволосая, стоявшая рядом с парнями — диджеями, подняла палец вверх, ясно давая понять: «Всё отлично». Девушки тут же ответили тем же жестом, лёгко улыбаясь, словно подтверждая, что план в действии и всё идёт именно так, как они задумали. Мерцающий свет гирлянд играл на их лицах, добавляя сцене ещё больше озорства и праздничного настроения.

Я не знаю, что сказать тебе при встрече Не могу найти, хотя бы пары слов А недолгий вечер, а недолгий вечер Скорo станет ночью тёмною без снов

Тягучая, слегка приглушённая мелодия заиграла в гостиной, заполняя пространство мягким, почти волшебным звуком. Парни, заметив медленный ритм, начали приглашать дам на танец, слегка кланяясь и протягивая руки. Иностранцы, немного смущённые, оглядывались по сторонам, присматриваясь, кого бы пригласить, стараясь не потеряться в этой смешанной компании. Соня, быстро оценивая обстановку, нашла подруг и вместе с ними двинулась поближе к Гарри и его друзьям. Девушки двигались уверенно, почти скользя по полу, а свет гирлянд отражался в их глазах, добавляя движению лёгкости и магии. Гарри и его компания, заметив подход, сразу же направились навстречу, открывая круг.

А недолгий вечер, а недолгий вечер Станет ночью тёмною без снов

— Что это? — С любопытством спросил Рон, оглядываясь вокруг на лёгкие движения пар и девушек. — Это медленный танец. — Объяснила Вика, слегка улыбаясь. — Парни приглашают девушек… ну, или парни парней, а девушки девушек. У вас же такое тоже есть. Она пожала плечами, а Анфиса, стоявшая сзади, тихо хихикала, наблюдая за растерянным брюнетом, который явно пытался понять, что происходит и как в это вписаться. — Эм… Гермиона. — Начал Рон, почесывая затылок и отпуская привычную неуклюжую улыбку. — Может… ну, хочешь, пойдем… потанцуем? Он сделал неуклюжий поклон, слегка завалившись на один бок, и протянул руку, словно одновременно извиняясь и вызывая её. Гермиона слегка приподняла бровь, усмехнулась и, не скрывая лёгкого веселья, взяла его руку. Рон едва сдержал смешок и чувство облегчения, а музыка медленно продолжала играть, мягко обвивая их в этом неловком, но тёплом начале танца. Гарри, наблюдавший за медленным танцем Рона и Гермионы, слегка смущённо поднял руку, будто собираясь обратиться к девушкам.

И снова седая ночь, и только ей доверяю я Знаешь, седая ночь, ты все мои тайны Но даже и ты помочь не можешь, и темнота твоя Мне одному совсем, совсем ни к чему

— Эм… может, кто-то из вас…? — Начал он тихо. Но едва слова успели покинуть его губы, все девушки одновременно перебили его, хором выкрикивая. — Нет! Гарри замер, слегка раскрасневшись, не ожидая такой реакции. Девушки хитро переглянулись, наслаждаясь этим маленьким, дружеским «отказом». — Понимаешь Гарри… Но. ой, это кажется к тебе? — Говорит Вика, смотря на приближающегося блондина. Драко подошёл к Гарри так же самоуверенно, как обычно в Хогвартсе, взгляд острый, чуть пренебрежительный, с явным вызовом. — Поттер. — Произнёс он тихо, но достаточно уверенно. — Хочешь потанцевать? Гарри замер, глаза расширились, дыхание на мгновение сбилось. Он едва успел поймать себя, ощущая, как сердце бьётся быстрее — шок, смешанный с лёгким удивлением, от чего он на секунду совсем растерялся. — Эм… что? — Выдавил он, слегка краснея, руки непроизвольно сжались в кулаки. Драко лишь ухмыльнулся, не давая Гарри возможности оправдаться, и протянул руку, как будто говорило само положение: «Ну, Поттер, выбор за тобой». Гарри замер ещё сильнее, едва веря, что сам Драко Малфой предлагает ему танец. Вокруг музыка продолжала играть, смех и разговоры смешались в мягкий фон, а в глазах Гарри мелькнуло удивление и лёгкая растерянность — редкое чувство для того, кто привык быть готовым к любым вызовам. Драко хмыкнул, слегка приподняв бровь, глаза блестели хладнокровной насмешкой.

Знаешь ты без слов, тебе давно всё ясно Только прячешь взгляд своих счастливых глаз И опять напрасно, и опять напрасно Собираюсь я всё рассказать сейчас

— Поттер, не тупи. — Сказал он с привычной дерзкой интонацией, чуть наклонив голову. — Решайся уже. Гарри глубоко вздохнул, сердце всё ещё колотилось, но шок постепенно уступал место привычной решимости. Он чуть напряг плечи, выпрямился и, не отводя взгляда от Драко, с едва заметной улыбкой сказал. — Ладно, Малфой… пойдём. Он протянул руку навстречу Драко, и тот, едва заметно ухмыльнувшись, крепко схватил её. Их взгляды встретились, а музыка мягко окутывала их, создавая атмосферу, в которой привычная вражда вдруг превратилась в что-то почти волшебное. Они вышли в небольшое свободное место, которое выбрал Драко, оглядываясь вокруг с привычной загадочной самоуверенностью. Пространство казалось слегка отгороженным от остального шума, и в нём было тихо, почти интимно. Драко положил руки на талию Гарри, не отводя взгляда. — Ну, Поттер, положи руки мне на плечи. — Сказал он с едва заметной насмешкой, но с той самой дерзкой улыбкой, которая всегда заставляла Гарри напрягаться. Брюнет с лёгкой дрожью поднял руки и аккуратно положил их на плечи блондина. Высокий рост и уверенная осанка Драко делали пару гармоничной на вид; взгляд Гарри невольно скользнул вниз, отмечая линию худых широких плеч. От Драко доносился тонкий, насыщенный аромат дорогого парфюма, словно смесь древесных нот и лёгкой пряности — запах, который ощущался на несколько тысяч галеонов дороже, чем любой аромат из обычного магазина. Гарри невольно вздохнул, ощущая, как каждая деталь момента — взгляд, прикосновение, аромат — создаёт странное, почти завораживающее напряжение между ними. Он пытался запомнить все это, как можно лучше, чтобы каким нибудь вечером, когда его соседи будут спать — вспомнить.

И снова седая ночь, и только ей доверяю я Знаешь, седая ночь, ты все мои тайны Но даже и ты помочь не можешь, и темнота твоя Мне одному совсем, совсем ни к чему

Девушки смотрели на пару с улыбками, переглядываясь между собой, едва сдерживая смех и довольство от того, что их план сработал даже лучше, чем они ожидали. Справа от них послышались голоса, и к ним подошли близнецы, пробираясь сквозь толпу с привычной лёгкостью и живым интересом во взгляде. Оба остановились рядом, почти синхронно переводя взгляд на танцующую пару. На секунду они просто молча наблюдали. Потом один из них чуть приподнял бровь, а уголки губ дрогнули в знакомой ухмылке. Второй тихо хмыкнул, явно сдерживая комментарий, который так и просился наружу. Девушки заметили их реакцию и переглянулись ещё раз, уже с куда более хитрыми улыбками. Близнецы переглянулись — коротко, с тем самым немым пониманием, после которого оба почти одновременно сделали шаг вперёд. Фред остановился перед Соней, склонив голову набок, с лёгкой, чуть лукавой улыбкой. — Не против, если я украду тебя на один танец? Он протянул руку, не отводя взгляда, в котором читалось и озорство, и что-то более мягкое. Соня на секунду задержала взгляд, будто оценивая, потом усмехнулась. — Смотря, как будешь танцевать. — Постараюсь не разочаровать. — Тихо ответил он, уже чуть ближе. Тем временем Джордж подошёл к Вике, чуть менее дерзко, но с той же тёплой улыбкой. — Надеюсь, ты не откажешь? А то мне срочно нужен партнёр, пока Фред не испортил всю репутацию семьи. Вика фыркнула, но глаза её блеснули. — О, не переживай, у тебя есть шанс её спасти. — Вот это давление. — Усмехнулся он, протягивая руку. — Значит, придётся стараться. Она на мгновение замялась, потом всё же вложила ладонь в его. Соня тоже приняла руку Фреда, и уже через секунду обе пары плавно влились в танец — под мягкую музыку.

Снова вижу я тебя который вечер Снова вижу блеск твоих счастливых глаз Но с тобой не вместе, но с тобой не вместе

Фред уверенно притянул Соню ближе, его рука легла на её талию — осторожно, но без лишней неловкости, будто он делал это уже не впервые. Соня чуть приподнялась на носочки, чтобы удобнее дотянуться до его плеч, и почти невольно прижалась к его груди. Движение получилось естественным, будто так и должно было быть с самого начала. Фред на секунду замер, явно не ожидая такого сближения, но почти сразу его рука на её талии стала чуть увереннее, удерживая ритм и её рядом. — Ну что. — Тихо произнёс он, чуть наклоняясь. — Я прохожу проверку? Соня прищурилась, глядя на него снизу вверх, и едва заметно улыбнулась: — Пока не упал — уже неплохо. Фред усмехнулся, чуть сильнее сжав её талию. Тем временем Джордж с Викой двигались чуть спокойнее. Он держал её мягко, но в этом движении чувствовалась скрытая напряжённость — словно он боялся сделать что-то не так, но при этом не мог отвести от неё взгляд. Он уже давно заметил, как она смотрит на происходящее, как улыбается, как двигается — и сейчас, оказавшись так близко, явно не собирался упускать шанс. В его руках она казалась такой маленькой и хрупкой, словно фарфоровая фигурка, которую нужно держать осторожно, чтобы не уронить. Её волосы мягко спадали на плечи, а глаза блестели любопытством и лёгкой тревогой. Рост Вики не превышал ста шестидесяти сантиметров, и из-за этого рядом с ним она казалась ещё миниатюрнее, но в этом миниатюрном облике чувствовалась удивительная живость и энергия. Каждое её движение было аккуратным, почти танцевальным, а лёгкая улыбка на губах придавала ей особое очарование.

Снова будем мы и завтра, и сейчас Но с тобой не вместе, но с тобой не вместе Будем мы и завтра, и сейчас

— Слушай… — Начал он тихо, чуть наклоняясь ближе, чтобы не перекрикивать музыку. — Это нормально у вас? Вика приподняла бровь. — Что именно? Джордж кивнул в сторону, где в медленном танце двигались Гарри и Драко. — Вот это. — Добавил он, чуть усмехнувшись. — Или это часть плана? Вика проследила за его взглядом, и уголки её губ дёрнулись. — А тебе не нравится? — Мне? — Он тихо хмыкнул. — Я скорее пытаюсь понять, стоит ли мне начинать волноваться. Она чуть наклонила голову, внимательно глядя на него. — О чём? Джордж на секунду замолчал, потом улыбнулся чуть шире, но в глазах всё равно осталась эта тихая, непривычная для него серьёзность. — Что ты так же легко кого-нибудь другого выберешь. Вика слегка нахмурилась, будто не сразу поняла, к чему он клонит, а потом тихо ответила. — Но я никого не выбирала, чтобы менять свой выбор. На мгновение он замер, всматриваясь в её лицо, будто проверяя, серьёзно ли она это говорит. Его пальцы чуть крепче сжали её спину — не сильно, но достаточно, чтобы это почувствовалось. Уголки его губ снова дрогнули, но уже мягче, почти облегчённо. — Значит, мне повезло. — Тихо произнёс он.

И снова седая ночь, и только ей доверяю я Знаешь, седая ночь, ты все мои тайны Но даже и ты помочь не можешь, и темнота твоя Мне одному совсем, совсем ни к чему

Музыка мягко стихла, оставляя за собой лёгкий звон гирлянд и тихий смех, постепенно растворяющийся в комнате. Люди начали медленно расходиться, возвращаясь к своим компаниям, разговорам и суете праздника. Фред же не двинулся с места. Он прижал Соню к себе, так близко, что их лица разделяли всего несколько сантиметров. Его взгляд был сосредоточен, чуть серьёзен, но в нем всё ещё блестела та самая игривость, которой он обычно маскировал эмоции. Соня, слегка приоткрыв глаза, смотрела ему прямо в глаза. Она не отстранялась, но и не делала лишних движений, позволяя моменту растянуться. В её взгляде читалась смесь любопытства, лёгкого удивления и едва заметного тепла, которое теперь пробивалось сквозь привычную уверенность. Толпа довольно громко заулюлюкала, поднимая шум и смех, и Вениамин Викторович не выдержал. — А вот и первые претенденты на морозник! — Прокричал он. София, заметив, как толпа с любопытством и азартом окружила Драко и Гарри, тут же повернула голову, оценивая происходящее. Не теряя ни секунды, она слегка подтянула Фреда за руку и потянула в самую гущу, где веселье смешалось с лёгким хаосом. — Пошли. — Тихо сказала она, с улыбкой наблюдая за реакцией подруг. — Посмотрим, как они выкрутятся. Фред, слегка ухмыляясь, позволил себя вести, а Соня, чуть смущённая, но с искренним интересом, вела его через толпу, пытаясь найти взглядом подруг, чувствуя, как шум, смех и веселье толпы постепенно накрывают их, создавая ощущение полного погружения в праздничный хаос. Драко и Гарри оказались в самом центре внимания, а вокруг них мелькали яркие лица, смех и свет гирлянд, делая этот момент одновременно напряжённым и волшебным. Гарри попытался отступить, почувствовав, как внимание всей толпы сосредоточено на нём и Драко, но магия, тихо и почти незаметно сплетённая в воздухе, тут же подтолкнула его обратно в объятия блондина, прижимая ещё ближе. Он ощутил, как своей грудью стал упирается в грудь Драко, а запах дорогого парфюма снова окутал его. — Целуйтесь! — Прокричал Блейз, чуть подпрыгивая от смеха, а Драко наигранно сморщился, скривив губы в лёгкой гримасе от комического давления. — Гарри, это как наша омела! — Громко подхватила Гермиона, перебивая шум толпы. — Вы не выйдете, пока не поцелуетесь! Гарри замер, широко распахнув глаза, а Драко на мгновение ухмыльнулся, будто наслаждаясь моментом и одновременно испытывая его терпение. Толпа вокруг них зашумела ещё громче, кто-то свистнул, кто-то захохотал, создавая странное ощущение одновременно весёлого хаоса и почти магической концентрации на этой паре. Гарри почувствовал, как краснеет, но дыхание его стало ровнее — и внутри, вопреки всем правилам и шоку, что-то мягко дрогнуло, заставляя его остаться там, где его удерживала магия и Драко одновременно. Драко ухмыльнулся, склонив голову чуть ближе к Гарри, глаза блестели знакомой колкостью и вызовом. — Давай, Поттер. — Сказал он с едва заметной насмешкой. — Или это твой первый раз? Не бойся, я научу, как надо. Гарри, не теряя самообладания (по крайней мере, пытаясь), ответил с той же лёгкой колкостью. — О, спасибо, Малфой, но я как-то думал, что тебе самому нужно уроки принимать. Драко слегка приподнял бровь, ухмыльнувшись шире. — Ах, да? Тогда будем считать, что я сегодня твой преподаватель. И смотри, чтобы не провалил экзамен. — Малфой! — Кричит брюнет, не зная, как ответить на его колкость. — Поттер! — Вторит ему Драко, кажется его ухмылка могла убить кого-то. Гарри дернулся вперёд, и их губы встретились с резкой, почти невиданной страстью, как вспышка магии, сжимающей пространство вокруг. Драко на мгновение замер, а потом ответил, его руки крепче обвили талию Гарри, будто удерживая от отхода. Блондин почувствовав неумение Гарри целоваться, взял инициативу на себя, стал покусывать чужие губы, вызывая едва слышные возмущения. Руки брюнетa нашли его лицо, легли на бледные щеки Драко, сжимая их осторожно, но уверенно, будто пытаясь также удержать. Драко слегка наклонил голову, добавляя уверенности в каждом движении, губы мягко скользили и возвращались, время от времени с лёгкой игривой дерзостью, будто проверяя, насколько Гарри выдержит. Их дыхание стало быстрым, неровным, но вместе с этим каким-то удивительно синхронизированным. Толпа вокруг кричала, свистела и хлопала, но для Гарри и Драко это было лишь фоном — весь мир сузился до того горячего, напряжённого поцелуя, где смешивались азарт, колкость и впервые открытая искренность. Почувствовав давление на поясницу, Гарри резко прогнулся в спине, наклоняясь под напором Драко, наконец-то отлепляясь от Драко. Его дыхание стало тяжелым и неровным, а глаза широко раскрылись. Драко слегка отстранился, ухмыльнувшись, но взгляд его остался цепким и игривым, будто он всё ещё контролировал ситуацию. — Если что, хватило бы обычного чмока! — Смеётся кто-то. Но Гарри было всё равно — весь остальной мир как будто исчез. Он смотрел в прекрасные серые глаза перед собой, пытаясь прийти в себя после внезапного всплеска эмоций. Сердце билось быстро, но мысли постепенно возвращались в норму. Его руки снова легли на худые плечи Драко, крепко, но осторожно, словно проверяя, что тот всё ещё рядом. Драко слегка улыбнулся, эта ухмылка была мягкой, словно приглашая Гарри не отступать. Расслабляясь в сильных руках Драко, Гарри даже не заметил, как из истомы его вытаскивают — две пары рук. Отводят его в сторону. Гермиона с Роном, полные решимости и лёгкой тревоги, буквально вытащили его из гостиной, оставляя позади мягкое тело блондина и шумную толпу. — Даже лучше, чем я ожидала. — Усмехнулась Вика, наблюдая за блондином, который с довольной улыбкой подошёл к Блейзу, будто ничего особенного не произошло. — Так это вы подстроили весь этот фарс? — Удивлённо сказала Ксюша, подходя вместе с Надей и Дашей к остальным девочкам. — А ты ожидала кого-то другого? — Хитро спросила Соня, её глаза блестели от удовольствия. — Это вы их свели? — С настоящим шоком одновременно произнесли близнецы, переглядываясь между собой, словно не веря своим глазам. Девушки лишь улыбнулись, переглядываясь, а Вика слегка кивнула: мол, да, это было внезапно, и результат оказался намного лучше, чем они могли предположить. — Вы серьёзно всё это спланировали? — Наконец выдавил Фред, ухмыляясь, словно пытаясь скрыть своё восхищение. — Ага, а мы просто сидели и думали, что нам нечего делать этим вечером. Так вот чем занимаются девушки, если им скучно! — Добавил Джордж, подталкивая брата локтем, чтобы тот не перегрелся от эмоций. — Вы что, настоящие волшебницы? — С притворным ужасом продолжил Фред, едва сдерживая смех. — И при этом всё так идеально получилось! Джордж хмыкнул. — Слушай, Фред, я всегда говорил, что девчонки умеют планировать получше нас… но это выше всех ожиданий. Я бы сказал на «превосходно» с плюсом! Близнецы переглянулись снова, их глаза блестели от веселья и лёгкой зависти одновременно, признавая, что этот небольшой спектакль явно удался и стал самым запоминающимся моментом вечера. — Я что-то не поняла, а где музыка? Эти нахалы снова пристают к девушкам? — Нахмурилась София, отходя в сторону. — Вы с кем-то танцевали? — Спрашивает Вика, поворачиваясь к подругам. — Неа. — Отвечают они в унисон, вопросительно глядя на Анфису и Вику. — Я — нет. Зато вот эти. — Показывает она пальцем в сторону разноцветных глаз и рыжей гривы. — Лихо отплясывали с рыжими близнецами, — Обиженно протянула Анфиса, скрестив руки на груди. — Тебе вообще-то никто не запрещал танцевать! — Тут же парировала Вика, вскидывая брови. — Ой, да конечно. — Фыркнула Анфиса. — Пока вы там танцевали со своими парнями? Близнецы стояли прямо за ними, уже вполне вписавшись в компанию, будто знали этих девушек не первый день. Они переглядывались, перехватывая каждое слово, и, конечно, не могли упустить такой момент. — Он не мой парень! — Быстро сказала Вика, краснея и бросая взгляд на Джорджа. — О, правда? — Тут же отозвался Джордж у неё за спиной, с явной улыбкой в голосе. — Как жаль, а я уже начал привыкать к этой роли. Девушки дружно прыснули от смеха. — Видишь? — Тихо протянула Анфиса, наклоняясь к Вике. — Уже распределил обязанности. Фред, скрестив руки, с интересом посмотрел на происходящее. — Подождите, а мы что, что-то пропустили? Или это у вас тут всё так быстро развивается? — Очень быстро. — Подхватила Анфиса с довольной улыбкой. — Мы сами не успеваем следить. Джордж лишь усмехнулся, не отводя взгляда от Вики. — Ну, если никто не против, я могу и дальше «не быть» её парнем. — Джордж! — Возмущённо выдохнула Вика, но в голосе уже не было прежней уверенности. Смех снова прокатился по компании, делая атмосферу ещё теплее и живее, словно они все давно были частью одной большой, шумной и дружной компании. Наконец-то подошла Соня, пробираясь сквозь толпу, с тем самым живым блеском в глазах. И наконец-то заиграла музыка.

Высохли фонтаны, лето кончилось нежданно Жёлтые тюльпаны ты мне даришь, как ни странно Знаешь ты сам, как жесток этот прозрачный намёк Жёлтые тюльпаны о-о-о жёлтые тюльпаны

— Что за шум, а драки нет? — Слишком радостно спросила она, оглядывая всех. Фред тут же повернулся к ней, будто только этого и ждал, и с широкой, почти театральной улыбкой выдал. — То есть я уже могу целовать Софию, раз у вас тут всё так быстро?! На секунду повисла тишина — а потом компания взорвалась смехом. Соня медленно приподняла бровь, скрестив руки на груди. — Попробуй — и узнаешь, насколько быстро ты умеешь бегать. — О, угроза принята. — Усмехнулся Фред, явно ни капли не испугавшись. — Я бы на твоём месте не проверяла, — Вставила Вика, всё ещё смеясь. Джордж тихо хмыкнул, наклоняясь к брату. — Знаешь, Фред, впервые вижу, чтобы ты так уверенно шёл на самоубийственную миссию. — Это не миссия. — Невозмутимо ответил Фред, не отрывая взгляда от Сони. — Это риск ради любви. — Придурок. — Соня фыркнула, но уголки её губ всё же дрогнули, выдавая, что ситуация её скорее забавляет, чем злит.

Жёлтые тюльпаны, вестники разлуки Цвета запоздалой утренней звезды Утренней звезды

Фред только шире улыбнулся, будто именно такой реакции и ждал. — Зато честный. — Это ты сейчас комплимент себе сделал? — Прищурилась она. — Конечно. Кто, если не я? — Он чуть развёл руками, всё так же не отходя ни на шаг. Соня покачала головой, тихо усмехнувшись. — Самоуверенность у тебя, конечно, на уровне. — А ты всё равно не отходишь. — Мгновенно парировал Фред. На секунду она замерла, а потом лишь хмыкнула, делая вид, что это её вообще не касается. Сзади послышался тихий смешок Джорджа.

Жёлтые тюльпаны помнят твои руки Помнят твои губы строгие цветы Строгие цветы

— Фред, я начинаю думать, что у тебя есть шанс. — Я не думаю. — Спокойно ответил тот. — Я знаю. Соня закатила глаза, но уже не скрывала улыбку, а атмосфера вокруг снова наполнилась лёгким, тёплым смехом. — Эй, будете в правду или действие? — Спрашивает Наум, кивая головой в сторону компании, что сидела на полу. Все переглянулись, и на их лицах сразу заиграли хитрые улыбки — в воздухе чувствовалось предвкушение веселья. Они пошли за Наумом, выбирая удобные места на полу, чтобы устроиться в круг. Сел на свое место и шёл первым сам Наум, уверенно расправив плечи и слегка облокотившись на руки. По часовой стрелке от него разместились Сашка, Василиса, Леша. Ваня и Белояр — молодые аристократы, с которыми Драко с радостью завёл дружбу. Все они были чистокровными, и это ощущалось в их осанке, манере держаться и лёгкой гордости, читающейся в каждом движении. Далее на свои места сели Драко и Блейз. Блейз с радостью поменялся с другом местами, когда к ним подсела Святая Троица. Теперь Малфой оказался прямо рядом с Поттером — их взгляды иногда сталкивались, вызывая лёгкое напряжение и одновременно интерес. За ними расположились Рон и Гермиона, скрестив руки и наблюдая за происходящим с любопытством и лёгким раздражением. Дальше Ксюша, Анфиса, Вика, Соня и по правую руку от Наума — Надя. Они уютно устроились на полу, прислоняясь друг к другу и к мягким подушкам, стараясь занять удобное положение, чтобы не упустить ни одного момента предстоящей игры. Атмосфера была полна лёгкого волнения и предвкушения.

Ты уедешь скоро, опустеет шумный город После нашей ссоры, может, прав ты, я не спорю В том, что разбились мечты не виноваты цветы Желтые тюльпаны о-о-о желтые тюльпаны

— Ну, я думаю, что правила все знают. Я кручу бутылку, и на кого выпадает носик — тому я и задаю: правда или действие. — Говорит Наум, вставая и кладя бутылку со знакомой надписью в центр круга. Он чуть наклоняется, придавая ей лёгкое вращение. Стекло скользит по полу, отражая мягкий свет гирлянд, и все невольно подаются вперёд, следя за её движением. Кто-то тихо хихикает, кто-то шепчется, а кто-то, наоборот, замирает в ожидании, будто от этого момента зависит слишком многое. Фред лениво откинулся назад, но глаза его внимательно следили за бутылкой. Джордж, сидящий рядом, едва заметно улыбался, уже предвкушая, что сейчас начнётся. Надя сжала колени руками, наклоняясь ближе, Соня скрестила руки, но взгляд её не отрывался от вращения, а Анфиса, наоборот, чуть подалась назад, будто надеясь, что на неё не попадёт. Гарри бросил короткий взгляд на Драко, а затем снова на бутылку. Малфой же выглядел спокойно, но в его глазах читалось то же напряжённое ожидание. Бутылка постепенно замедлялась… вращение становилось всё медленнее… и в круге повисла почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь музыкой. Бутылка сделала ещё один медленный оборот, чуть дрогнула… и остановилась. Носик уверенно указал прямо на Вику. — О-о-о! — Протянули со всех сторон, кто-то даже тихо засвистел. Вика на секунду замерла, потом выпрямилась, стараясь выглядеть спокойной, хотя взгляд её выдавал лёгкое напряжение. — Ну что, Вика… правда или действие? — С довольной ухмылкой спросил Наум. Она прищурилась, оглядела круг и, на секунду задержав взгляд на подругах, ответила. — Действие. — Смело. — Хмыкнул Фред, подаваясь вперёд. — Очень. — Тихо добавил Джордж, не сводя с неё глаз. Наум кивнул, явно довольный. — Тогда задание такое… Он сделал паузу, обводя взглядом круг, наслаждаясь ожиданием. Сбоку резко зашептались девушки — Даша даже привстала, оживлённо шепча Ксюше, потом резко сорвалась с места, подбежала к Науму и, наклонившись, быстро прошептала ему что-то на ухо, хитро улыбаясь. Парень, услышав, громко хохотнул. — Эй! — Вскрикнула Вика, тут же ударив Дашу по ноге, когда та уже убегала обратно. — Подсказывать нечестно! — Уже поздно! — Крикнула Даша, плюхаясь на своё место и прикрывая рот рукой, чтобы не засмеяться ещё громче. Наум покачал головой, всё ещё улыбаясь, и снова посмотрел на Вику. — Всё, задание принято… Он выдержал драматическую паузу, явно наслаждаясь её выражением лица. — Танцуешь «Распутин». Круг на секунду замер… а потом взорвался смехом. Кажется, что это была их самая любимая иностранная песня. — Нет! — Сразу простонала Вика, закрывая лицо руками. — Да! — Радостно выкрикнула Анфиса. — Это любимый танец Даши, причём тут я! — Кричит Вика, выходя в центр круга и отодвигая бутылку ногой. — Потому что ты выбрала «действие»! — Тут же откликается Наум, не скрывая довольной улыбки. — И потому что это слишком хорошо, чтобы отменять. — Добавляет Даша, уже смеясь и пряча лицо в ладонях. Вика закатывает глаза, но встаёт ровно, отбрасывая волосы назад и делая глубокий вдох, будто собирается с духом.

Помнят твои губы строгие цветы Строгие цветы Жёлтые тюльпаны помнят твои руки Помнят твои губы строгие цветы о-о-о Строгие цветы

— Ну вы хоть напойте, а то я ещё не танцевала «Распутин» под… — Девушка прислушалась, наклонив голову. — под «Жёлтые тюльпаны». В круге сразу зашумели: кто-то заулыбался, кто-то завел тихую напевку. — О, это уже серьёзно! — Прошептала Соня, скрестив руки, но не скрывая интереса. — Тогда вперёд. — Добавила Анфиса, чуть подпрыгивая на месте. — There lived a certain man in Russia long ago. He was big and strong, in his eyes a flaming glow. — Начал Наум на кривом Английском и все тут же подхватили. Вика легко раскачивалась из стороны в сторону, а её ноги ритмично сгибались в приседе, почти касаясь пола при каждом прыжке. Руки она держала высоко, размахивая ими в такт музыке, словно дирижируя невидимым оркестром. Каждое движение сочетало в себе резкость и плавность: резкий присед сменялся быстрым разворотом, а затем она плавно скользила на носках, будто скользя по льду. Повороты были энергичными, почти акробатическими, руки одновременно вытягивались вверх и в стороны. Иногда Вика делала глубокие приседания с лёгкой подпрыгивающей амплитудой, затем резко вставала на носки, подбрасывая руки, будто подскакивая вместе с музыкой. Её движения были точными, слаженными и уверенными, словно она проживала каждый такт мелодии, полностью отдаваясь ритму и энергии песни. Круг наблюдал за ней завороженно: смех, аплодисменты и одобрительные выкрики сопровождали каждый прыжок и поворот, её танец буквально заражал всех присутствующих энергией и весельем. — Ну вот, теперь это действительно праздник! — Вскрикнула Анфиса, хлопая в ладоши. — Давай, ещё сильнее! — подбодрила Даша. — Ra-Ra-Rasputin, lover of the Russian Queen. There was a cat that really was gone. Ra-Ra-Rasputin, Russia's greatest love machine. It was a shame how he carried on. Их громкое пение постепенно привлекло внимание других ребят. Сначала кто-то из дальнего конца комнаты повернул голову, потом ещё один, а вскоре почти вся компания начала медленно подступать к центру, заинтересованно наблюдая за танцем Вики. Некоторые тихо подпевали знакомую мелодию, другие отбивали ритм руками, создавая ощущение, что вся комната уже вовлечена в танец. Смех, шутки и одобрительные выкрики лишь усиливали энергетику происходящего, а Вика, казалось, ловила каждую волну внимания, делая движения ещё более яркими, резкими и выразительными. Её прыжки, повороты и приседания теперь выглядели почти как акробатическое шоу, а сияющие глаза наблюдавших усиливали эффект — весь зал словно подпрыгивал вместе с ней, заворожённый танцем. Наконец-то она рухнула на пол и легла в позу морской звезды, глубоко дыша. Под громкие овации круг постепенно начал рассеиваться, ребята переглядывались и улыбались, обсуждая увиденное. — Задание выполнено? — Спросила она, слегка улыбаясь сквозь усталость. В этот момент к ней подошёл Джордж. — Давай-ка, хватит валяться. — Протянул он руку. — Я помогу тебе встать. Вика ухмыльнулась и, не отрывая взгляда от него, взяла его ладонь. Джордж осторожно подтянул её к себе, поддерживая за талию, пока она снова не оказалась на ногах. — Вот так лучше. — Сказал он с широкой улыбкой, отпуская руку, но не отводя взгляд. — Ну что ж… — Выдохнула Вика, вытирая пот с лица. — Кажется, я заслужила отдых. — Заслужила. — Кивнул Джордж, обводя взглядом слегка разбросанных по комнате ребят. — Но никто не против ещё одного круга оваций, да? И снова раздался смех и лёгкие аплодисменты, пока Вика шла на своё место. Подруги тут же засыпали её похлопываниями по спине и плечам, улыбаясь и переглядываясь. — Рано села. — Улыбнулся Наум, держа в руках бутылку. — А кто теперь крутить будет? — Покрути за меня! — Стонет Вика, притворно закатывая глаза и едва не падая назад от усталости, но с улыбкой на лице. Наум хмыкнул, взял бутылку и слегка подталкивая её пальцем, начал вращать по полу. — Ну что, посмотрим, на кого судьба укажет на этот раз. — Проговорил он, обводя взглядом весь круг. Ребята приподнялись на колени и с нетерпением следили за движением стеклянного сосуда, готовые к следующему заданию. Бутылка снова закрутилась по полу, отражая мягкий свет гирлянд. Круг замер в ожидании, а носик медленно указывал… на Драко. — Правда или действие? — Спросила Вика, едва сдерживая улыбку. — Правда. — Коротко ответил Малфой, привычно холодно, приподняв бровь. Вика слегка прищурилась, подалась вперёд и тихо, но с явным интересом спросила. — Ну… Драко, скажи честно, как это — целоваться с Поттером? Круг тут же притих. Все глаза обратились к Малфою. Он на секунду замер, серые глаза сузились, а привычная ухмылка будто застывала на губах. — Вспомнить бы ещё… — Тянет Драко. — Малфой, ты снова стараешься выглядеть важнее, чем есть на самом деле? — Говорит Гарри, прищурившись. — Поттер, молчи, а то я подумаю, что ты ревнуешь. — Парировал Драко, чуть наклонив голову. — Ревную? — Гарри фыркнул, скрестив руки. — Тебе бы не мешало быть немного скромнее. — А тебе бы не мешало научиться целоваться, прежде чем давать советы. — Хмыкнул Драко. Толпа снова зашумела, кто-то засмеялся, а Даша с Анфисой переглянулись, наблюдая за привычным обменом колкостей двух непримиримых соперников. — Что ты несешь! — Вскрикнул Поттер. — Если хочешь. — Ответил Драко с едкой ухмылкой. — Можешь ещё раз показать… напомнить мне. Гарри на секунду замер, глаза расширились, а весь круг вокруг замер в ожидании. — Ты просто не перестаёшь, Малфой… — Пробормотал он, скрестив руки, пытаясь сохранить достоинство. — А ты, Поттер, боишься? — Подшутил Драко, отводя взгляд, но не теряя ухмылки, облокачиваясь на руки за спиной. — Ничего я не боюсь! — Говорит со злостью парень, притягивая к себе блондина. Он резко схватил блондинистые волосы в кулак, притянув его к себе. И его губы сомкнулись с губами Драко. Малфой на мгновение раскрыл глаза и приподнял брови, а потом осторожно положил ладонь на щеку Поттера, притягивая к себе сильнее. Его пальцы слегка касались кожи, поглаживая большим пальцем щеку. Толпа тут же запищала и разразилась вздохами и тихим смехом. Гарри, почти не сопротивляясь, позволил себе раствориться в этом мгновении, чувствуя, как напряжение и азарт сцены вокруг усиливали каждое движение, каждое прикосновение. Наконец-то отстраняясь Драко заявляет. — Если потренироваться ещё несколько раз, думаю, будет неплохо. — Поправляя волосы говорит он. Гарри смотрит на него хмурым взглядом. — Вполне. — Отвечает блондин, уже глядя на Вику. — Можешь покрутить бутылку? — Вы что-то с чем то… — Говорит Василиса. Драко кивнул в сторону Наума, который с тяжёлым вздохом опустился на корточки и аккуратно начал вращать бутылку. Стекло медленно закручивалось, отражая свет гирлянд и вызывая лёгкое напряжение в круге. Носик бутылки замедлился и наконец указал на Анфису. — Правда или действие? — Спросил Драко, слегка наклонив голову, ухмыляясь. — Действие. — Решительно ответила Анфиса. — София…? — Взгляд Драко скользнул к рыжеволосой девушке с лёгким интересом. — Угадал. — Улыбнулась София, едва заметно кивая. — Слышал, что ты тут заправляешь всякими зельями. — Сказал Драко, приподняв бровь и слегка ухмыляясь. — Слухи так быстро расходятся? Откуда такое любопытство к моим зельям? — С легкой насмешкой подняла бровь София. — У тебя есть горькая полынь? — Да, есть. — Моё задание. — Перевел Драко взгляд на Анфису. — Жуй полынь на протяжении минуты. — Всего лишь? — Хмыкнула Анфиса, недоверчиво глядя на него. — А-а, ты не представляешь, насколько она горькая. — Хохотнула София, поднимаясь, идя в сторону комнат. Толпа вокруг оживилась, а Анфиса с ухмылкой готовилась выполнить задание. Соня подала ей завязку с полынью, и Анфиса аккуратно развязала её, держась уверенно, но с едва заметным напряжением в руках. Она сделала глубокий вдох, готовясь засунуть горькую траву в рот, а круг вокруг замер, ожидая её реакции. Толпа снова зашумела — кто-то тихо засмеялся, а кто-то уже предвкушал весёлую реакцию Анфисы на горькую полынь. Сначала Анфиса оставалась невозмутимой, будто проглатывала горькую полынь как обычную траву. Но как только она разжевала кусочек и из него потёк сок, резкая горечь ударила по вкусовым рецепторам. Она выдохнула, морща нос, а глаза на мгновение чуть слиплись от неприятного вкуса. Ребята тут же разразились смехом, кто-то подшучивал, а кто-то хлопал в ладоши, наслаждаясь её реакцией. Анфиса сдержанно хмыкнула, но едва заметно, показывая, что несмотря на горечь, она всё ещё готова держать себя в руках и не уступать весёлому азарту игры. — Пятьдесят девять! — Шестьдесят! — Раздавались крики ребят вокруг. Как только задание было выполнено, Анфиса стремительно метнулась к ближайшему столику, выплёвывая горькую полынь в пустую тарелку и тут же запивая каким-то месивом из напитков. — Какая мерзость. — Пробормотала она, вытирая рот рукой и садясь обратно на место, слегка покраснев от пережитого вкусового шока. Толпа вокруг снова разразилась смехом и аплодисментами, оценивая стойкость девушки и её реакцию на испытание. — Тебе покрутить? — Спрашивает Наум, задыхаясь от смеха. — Ой, Наум. — Фыркнула Сашка, подталкивая его локтем. — Только не тормози так, а то бутылка за тебя уснёт! — Да ты что, Сашка, он с такой скоростью только разочаровывать умеет! — Добавил Леша, ухмыляясь. — Эй, Леша. — Не отставал Сашка, подмигивая. — Если ты так будешь всем говорить, я начну думать, что «скорость» только в другом месте проявляется. — Так, в комнате это будем выяснять. Самое главное, что там такого ещё много. — Говорит Наум переставая смеяться, подходя к бутылке. — Молодые люди. — Прерывает их мрачный голос. Смех оборвался мгновенно. Все как по команде повернули головы, и ученики Хогвартса синхронно застонали. Перед ними стоял сам профессор Снейп, собственной персоной. В компании повисла тяжёлая тишина. Наум поспешно убрал бутылку, кто-то выпрямился, а кто-то вообще сделал вид, что просто сидит и ведёт приличную беседу. Снейп медленно обвёл взглядом круг, задерживаясь на каждом лице чуть дольше, чем хотелось бы. Его чёрные глаза холодно блестели. — Я, разумеется, не удивлён. — Протянул он, скрестив руки за спиной. — Шум, хаос. — Мы просто… играли, профессор. — Тихо пробормотал кто-то из ребят. — Очевидно. — Сухо ответил Снейп. — И, судя по всему, с весьма… оригинальными правилами. Вам пора спать, разумеется, только ученикам Хогвартса, за остальных же я не ручаюсь. По кругу прокатился сдержанный стон. Кто-то закатил глаза, кто-то обречённо выдохнул. — Ну вот… — Тихо пробормотал Рон, поднимаясь с пола. — Всегда в самый интересный момент, — Добавила Блейз, поправляя волосы, но всё же вставая следом, прощаясь с новыми друзьями, но те лишь хитро переглянулись, намекая на продолжение. — Только хорошо разговорились со всеми. — Склонил голову Гарри. Драко бросив быстрый взгляд на брюнета, едва заметно усмехнулся. — Похоже, Поттер, тебе снова не везёт. — Переживу. — Коротко бросил Гарри, поднимаясь и отряхивая одежду. Снейп стоял неподвижно, наблюдая, как ученики Хогвартса неохотно начинают вставать со своих мест. Его взгляд задержался на каждом, будто он запоминал всех, кто был здесь. — И без приключений по дороге. — холодно добавил он. — Это не к нам, профессор. — Тихо усмехнулся Джордж, подталкивая брата. — Именно к вам, мистер Уизли. — Не оборачиваясь ответил Снейп. Тот лишь закатил глаза и показал язык. В круге раздался тихий смешок, но он быстро стих. Ученики Хогвартса уже начали неохотно расходиться, переговариваясь вполголоса, когда вдруг Ксюша сделала шаг вперёд. — Профессор… — Протянула она с лёгкой улыбкой, склонив голову набок. — А вы всегда, так эффектно появляетесь или это только для нас? Шаги тут же замерли. Гарри остановился первым, за ним Рон, Гермиона и близнецы. Даже Драко с Блейзом чуть повернули голову, явно заинтересованные. В компании снова повисла тишина — теперь уже напряжённая и удивлённая. — О-о… — Тихо протянул Джордж. — Она серьёзно?.. — Прошептал Фред, едва сдерживая смех. Снейп медленно перевёл взгляд на Ксюшу. Его лицо осталось таким же холодным и непроницаемым, но пауза затянулась чуть дольше обычного. — Мисс… — Начал он тихо, с едва заметной угрозой в голосе. — Ксюша, просто Ксюша. Я же говорила, неужели вы забыли? — Она чуть склонила голову, улыбаясь так, будто это была самая обычная беседа. Снейп медленно сузил глаза, изучая её взглядом. — У меня нет привычки запоминать лишнюю информацию. — Холодно произнёс он. — Какая жалость. — Легко отозвалась Ксюша, не теряя улыбки. — А я думала, вы внимательнее к деталям. Где-то сбоку кто-то едва слышно хмыкнул, но тут же замолчал. Снейп сделал шаг вперёд, его мантия чуть качнулась. — Я настоятельно рекомендую вам не проверять границы моего терпения, мисс… Ксюша. — Произнёс он, слегка выделив её имя. — Значит, всё-таки запомнили. — Тихо усмехнулась она. В этот момент он резко перевёл взгляд на остальных. — Я не повторяю дважды. Хогвартс — немедленно покинуть помещение. Бегом. На этот раз никто не стал медлить. Ребята почти синхронно сорвались с места, шепчась и переглядываясь, явно поражённые происходящим. — Всё, всё, уходим! — Зашептал Рон, хватая Гарри за рукав. — Это было сильно. — Тихо бросил Джордж, смотря на Ксюшу. — Очень сильно. — Кивнул Фред. Снейп стоял неподвижно, пока ученики поспешно покидали комнату. Ксюша сделала ещё шаг вперёд, не убирая лёгкой улыбки. — Строгий вы, профессор. — Протянула она, скрестив руки. — Даже немного жаль, что вы их разогнали. Было весело. Снейп смотрел на неё молча, оценивающе, будто пытался понять, где заканчивается дерзость и начинается глупость. — Веселье. — Холодно повторил он. — Как правило, имеет последствия. — Не всегда плохие. — Спокойно парировала Ксюша, чуть наклонив голову. Он прищурился. — Вы слишком уверены в себе. — А вы слишком уверены, что это плохо. — Ответила она почти сразу. На мгновение повисла пауза. Даже оставшиеся ребята затаили дыхание, наблюдая за этим странным диалогом. Ксюша чуть улыбнулась шире. — Скажите честно… вам правда не интересно? Снейп едва заметно напрягся, но выражение его лица осталось непроницаемым. — Меня интересует только одно. — Тихо произнёс он. — Чтобы вы прекратили испытывать моё терпение. — Тогда, боюсь, вам сегодня не повезло. — Мягко ответила она. Где-то сбоку тихо хмыкнули, но быстро замолчали, чувствуя, что ситуация становится всё более… напряжённой. — Поверьте, мисс Ксюша. — Произнёс он тихо, с холодной уверенностью. — Удача здесь ни при чём. Его взгляд на секунду задержался на ней дольше обычного. — И я не советую вам проверять это на практике. С этими словами он резко развернулся, мантия плавно качнулась, и он направился к мужским комнатам, где в отдельном коридоре, чуть дальше от мужских комнат — был весь Хогвартс: и девушки и парни. Секунда тишины — компания взорвалась. — Да ты вообще… — Выдохнула Надя, начиная хлопать. — Это было мощно! — Подхватила Вика, тоже аплодируя. — Я в шоке. — Засмеялась Анфиса, присоединяясь к аплодисментам. — Нет, вы это видели?! — Добавил Леша, качая головой и хлопая громче всех. Аплодисменты и смех заполнили комнату, а Ксюша лишь слегка улыбнулась, будто всё это было для неё обычным делом, хотя в глазах всё ещё горел азарт от только что разыгранной сцены. — Я ему точно понравилась, ну видели же? — Спрашивает она у засмеявшихся ещё сильнее подруг.