Наручники на Ёлку

Семь дней до Рождества.

Драко и Гермиона бежали по служебному коридору, тяжело дыша после драки. Адреналин всё ещё бурлил в крови, раны пульсировали болью, но они не останавливались. Впереди маячила дверь с табличкой «АВАРИЙНЫЙ ВЫХОД». — Гарри, — позвал Драко, задыхаясь. — Где вы? Куда бежать? — Мы на парковке уровня B, — отозвался Гарри, и в его голосе слышалось напряжение. — Астория пытается прорваться к машине. У неё двое охранников, вооружены. Мы заблокировали выезд, но... Выстрел. Громкий, разнесся оглушительным эхом в наушнике. — Гарри?! — закричали Драко и Гермиона одновременно. Ещё выстрел. Потом ещё. Перестрелка. — Поттер! — рявкнул Драко. — Ответь! — Гарри, что у вас там происходит? — Гермиона бежала за Малфоем, стараясь не запутаться в подоле платья, но голос дрожал не только от этого. Тишина. Только треск помех и приглушённые звуки стрельбы. — Чёрт! — выдохнул Драко, прижимая наушник. — Поттер, мать твою, ответь! — Драко, — Гермиона схватила его за руку. — Бежим. Они рванули к двери, но в этот момент в наушнике раздался голос Рона — напряжённый, срывающийся, но чёткий: — Драко! Я вижу их по камерам! Уровень B, сектор 4, у западной стены. Гарри ранен! — Как?! — ЧТО? — вскрикнула Гермиона и Теодор одновременно, услышав информацию от Рона. — Не знаю! Он упал! Бегите, там чёрный ход сразу налево, потом два пролёта вниз! Драко выбил дверь плечом, не сбавляя скорости. Гермиона бежала следом, на бегу проверяя пистолет и патроны. Лестница, ещё лестница. Шаги гулко отдавались о бетонные стены. — Быстрее! — крикнул Драко. Они вылетели на парковку уровня B и картина, представшая перед ними, заставила сердце пропустить удар. Гарри лежал на полу, привалившись к стене. Из плеча хлестала кровь, заливая рубашку. Рядом с ним двое его людей вели огонь по укрытию, из которого стреляли охранники Астории. Пули визжали, рикошетя от машин. Астория стояла в десяти метрах, за припаркованным внедорожником, с пистолетом в руке. На её лице не было страха — только холодная, торжествующая улыбка. Она заметила вошедших, и улыбка стала ещё шире. — О, какие гости, — крикнула она, перекрывая шум стрельбы. — Драко, дорогой! Решил присоединиться к вечеринке? Драко и Гермиона, не сговариваясь, рванули к укрытию. Гермиона упала на колени рядом с Гарри, осматривая рану. Кровь била ключом, пуля могла задеть артерию. — Гарри! — она прижала ладонь к его плечу, пытаясь остановить кровь. — Гарри, очнись! Он не отвечал. Глаза закрыты, лицо бледное. Голова безвольно лежала, видимо, при падении ударился о стену. — Драко, у него кровотечение! — крикнула Гермиона. — Нужен жгут! Драко рванул с себя ремень, кинул ей. Сам вскинул пистолет, целясь в сторону Астории. Но та уже скрылась за машиной, а охранники вели плотный огонь, не давая высунуться. — Рон! — рявкнул Драко в наушник. — Вызывай подкрепление! Сюда, быстро! Поттер ранен! — Уже вызвали пару минут назад! — отозвался Рон. — Медики едут, пять минут! — У нас нет пяти минут! Гермиона боролась за жизнь Гарри, накладывая жгут, прижимая рану. Её золотое платье было залито кровью: своей и чужой. Пальцы скользили, но она не останавливалась. — Держись, Гарри, — шептала она. — Держись, слышишь? Внезапно стрельба стихла. Тишина, нарушаемая только стонами раненых и шипением пробитого радиатора в одной из машин. Драко осторожно выглянул из-за укрытия. Астория стояла и смотрела куда-то в сторону, и на её лице появилось странное выражение: смесь облегчения и торжества. — Блейз, — прошептала она. — Ты всё-таки пришёл. Драко проследил за её взглядом и замер. Из темноты, из-за колонн парковки, вышел Блейз Забини. В руке у него был пистолет. Направленный на полицейских. — Блейз?! — выдохнул Драко. — Какого чёрта?! Блейз не ответил. Он быстро приблизился к Астории, заслоняя её собой. В его глазах не было ничего — пустота, холодная решимость человека, который уже всё для себя решил. — Блейз, ты с ума сошёл?! — закричала Гермиона, не веря своим глазам. — Опусти оружие! — Не подходите, — голос Блейза был ровным, почти спокойным. — Я не хочу никого убивать. Но если придётся, то убью вас. — Забини, ты предатель! — рявкнул один из людей Гарри, вскидывая пистолет. — Опустите оружие! — приказал Драко, но неизвестно кому то ли своим, то ли Блейзу. Астория усмехнулась, прижимаясь к Блейзу ближе. — Я же говорила, — проговорила она. — У меня есть глаза и уши везде. Даже в твоём отделе, Драко. — Заткнись, сучка, — огрызнулся Драко. — Блейз, одумайся! Она тебя использует! Она никогда... — Я знаю, — перебил Блейз. В его голосе впервые появилась эмоция. — Я всё знаю, Драко. Знаю, что она меня использует. Знаю, что не нужен ей. Знаю, что она никогда не полюбит меня так, как... как я её. — И ты всё равно её защищаешь? — Да. Это слово упало как камень в тишине. Гермиона смотрела на него, не веря своим глазам. Тот самый Блейз, который шутил с ними, пил глинтвейн и всегда был с ними, сейчас стоял по ту сторону баррикад. — А Джинни? — выкрикнула она. — Ты подумал о Джинни?! Блейз вздрогнул. На секунду в его глазах мелькнуло что-то живое — боль, сожаление? Но он быстро взял себя в руки. — Джинни... — он сглотнул. — Джинни будет лучше без меня. — Ты чудовище, — выдохнула Гермиона. — Возможно, — Блейз кивнул на машину, припаркованную в двух метрах. — Астория, садись. Быстро. Она не заставила себя ждать. Юркнула на заднее сиденье, даже не взглянув на него. Блейз попятился к водительской двери, не опуская пистолета. — Блейз, не делай этого! — крикнул Драко, делая шаг вперёд. — Если ты сядешь в эту проклятую машину, обратной дороги не будет! Ты станешь преступником! Я тебя найду, слышишь?! — Я уже преступник, Драко, — горько усмехнулся Блейз. — С того момента, как согласился ей помогать. — Мы можем всё уладить! Ты дашь показания против неё, и... — И предам её? — Блейз покачал головой. — Нет. Я не могу. — Ты любишь её? — выдохнула Гермиона. — Даже после всего? — Люблю, — просто ответил Блейз. — Идиот, да? Я знаю. Он открыл дверь, скользнул за руль. Мотор взревел. — Не стрелять! — рявкнул Драко своим людям. — Не стрелять в него! Машина рванула с места, протаранив полицейское ограждение и исчезла в темноте подземной парковки. Тишина. Гермиона смотрела вслед, не веря своим глазам. Драко стоял, сжимая пистолет с такой силой, что костяшки побелели. Сзади застонал Гарри. — Гарри! — Гермиона мгновенно переключилась, падая рядом с ним на колени. — Гарри, ты меня слышишь? Он приоткрыл глаза — мутные, непонимающие. — Гермиона... — прохрипел он. — Что... что случилось? — Ты ранен. Но всё будет хорошо. Слышишь? Всё будет хорошо. Медики уже едут. — Астория... — Ушла, — жёстко сказал Драко, подходя к ним. — С Блейзом. Гарри попытался приподняться, но застонал и откинулся обратно. — Блейз? — переспросил он слабо. — Не может быть... — Может, — Драко посмотрел в темноту, где скрылась машина. — Ещё как может. В наушнике раздался взволнованный голос Рона: — Драко! Медики через минуту будут! Как Гарри?! — Жив, — ответил Драко. — Но ранен. И... Блейз ушёл. С Асторией. — Я видел, почему не задержали их?! — голос Рона Уизли сорвался на крик. — Не было возможности, но мы их задержим. Гермиона смотрела на кровь на своих руках, на бледное лицо Гарри, на разгромленную парковку. В ушах всё ещё звучали слова Блейза: «Люблю. Идиот, да? Я знаю». — Драко, — тихо сказала она. — Мы найдём их? Он посмотрел на неё. В его глазах была такая же пустота, как у Блейза минуту назад, только вместо холодной решимости там была усталость и горечь. — Найдём, — ответил он. — Обязательно найдём. Но сначала нужно спасти Поттера. Под вой сирен к парковке въехала машина скорой помощи. Медики выскочили, бросились к раненому. Гермиона стояла на коленях рядом с Гарри, пока медики накладывали жгут, ставили капельницу, что-то быстро говорили друг другу медицинскими терминами. Кровь остановили, но лицо Поттера оставалось бледным, а дыхание слабым. Драко отошёл в сторону, пытаясь осмыслить произошедшее. Блейз Забини оказался предателем. Увёз Асторию. Это было не просто предательство — это был удар в спину от человека, которого он считал другом. — Джинни, — вдруг сказал он вслух, и кровь застыла в жилах. — Что? — Гермиона подняла голову, не понимая. — Джинни, чёрт возьми! — Драко нажал на наушник, вдавливая его в ухо. — Уизли! Где ты?! Тишина. Только шипение помех. — Джинни! — рявкнул он. — Ответь! Ничего. — Рон! — переключился Драко. — Ты видишь её по камерам? Где она?! — Я... — голос Рона дрожал, он явно тоже только начинал осознавать масштаб катастрофы. — Я не вижу её последние... минут десять. Она была у чёрного хода, а потом... — А потом что?! — Камера там не работает, Драко. — Блейз, — выдохнул Драко. — Блейз был у чёрного хода. Он похоже ждал Люциуса. Если Джинни его застала... Гермиона побледнела. Вскочила на ноги, забыв про усталость, про боль в теле, про кровь на платье. — Если он сделал с ней хоть что-то, — прошептала она, — я убью его. Своими руками. — Нотт! — закричал Драко в рацию. — Немедленно найди Уизли! Живо! Прочеши каждый угол у чёрного хода! Она могла быть там, когда Блейз... — Понял, босс, — отозвался Нотт, и даже в этой экстренной ситуации в его голосе проскользнула привычная ирония. — Ищу Уизли. Может, она просто решила вздремнуть после вечеринки? У неё был тяжёлый день... — Нотт, мать твою, не время для шуток! — рявкнул Драко. — А когда для шуток время, босс? — парировал Тео, но в его голосе слышалось напряжение. — Я уже бегу. Дай мне минуту. Тишина тянулась бесконечно. Гермиона сжимала и разжимала кулаки, глядя на тёмный проём, откуда они прибежали. Драко мерил шагами парковку, не в силах стоять на месте. — Драко, — тихо сказала Гермиона. — Если с ней что-то... — Не думай об этом, — перебил он. — С ней всё будет хорошо. Джинни сильная. Она справится. — Против Блейза? Которого она любила? Который притворялся всё это время? Это не честно, Драко. Это удар в спину. Драко промолчал. Потому что она была права. В наушнике раздался тяжёлый выдох Нотта: — Нашёл. — Что?! Где она?! — закричали они одновременно. — У чёрного хода, в служебном коридоре. В отключке. Жива, дышит, но в отключке. — Пауза. — И, босс... тут на полу разбитые наушники. Два. Её и чей-то ещё. — Блейз, — выдохнул Драко. — Он вырубил её. — Похоже на то, — голос Нотта стал мрачным. — Я забираю её и несу к вам. Через несколько минут Нотт появился из темноты с Джинни на руках. Она была без сознания, голова безвольно свисала, алое платье порвано, волосы растрепаны. Но она дышала ровно и глубоко. Гермиона бросилась к ней. — Джинни! Джинни, очнись! — Жива будет, — Нотт аккуратно опустил её на пол, рядом с носилками Гарри. — Удар по голове, сильный, но не критичный. Очухается через пару минут. Или часов. Я не медик, хер его знает. — Нотт, — Драко посмотрел на друга. В его глазах была благодарность, смешанная с усталостью. — Спасибо. — Обращайся, босс, — отмахнулся Тео, но вдруг стал серьёзным. — Только там, в коридоре, я нашёл ещё кое-что. — Что? Нотт помялся. Для него это было нехарактерно. — Я нашёл это рядом с ней. — Он протянул руку. На ладони лежал кристалл — один из тех, что Полумна раздавала всем на удачу. Но этот был расколот пополам. — Я не знаю, что это значит. Но выглядит хреново. Драко взял кристалл и повертел в руках. — Полумна, — сказал он в рацию. — Ты слышишь? Тишина. — Полумна Лавгуд, ответь. Невилл? Снова тишина. — Рон, — переключился Драко, и в голосе его появились стальные нотки. — Где Невилл и Полумна? Пауза. — Я... я не знаю. Они были на кухне, я видел их на камерах, а потом... потом связь пропала. — Найди их, — приказал Драко. — Немедленно. Гермиона смотрела на расколотый кристалл в руках Драко, и в груди разрастался холод. — Драко, — прошептала она. — Ты думаешь... Невилл? — Не знаю, — честно ответил он. — Но Полумна не отвечает. А кристалл... она говорила что-то про защиту Они переглянулись. В их глазах был один и тот же вопрос: кто следующий? Рон лихорадочно щёлкал камерами, переключаясь между секторами. Гарри ранен, Джинни без сознания, Астория сбежала с Блейзом, а теперь ещё и Невилл с Полумной исчезли. — Да где же вы, чёрт возьми?! — бормотал он, вглядываясь в экраны. Наконец одна из камер показала картинку: кухня, тусклый свет, пустые столы. И две фигуры, которые едва можно было различить. Ракурс камеры был неудачным. — Нашёл! — закричал Рон. — Драко, они на кухне! Оба! — Что там? — рявкнул Драко. — Не могу понять, ракурс не дает нужную картинку. — Чёрт, — выдохнул Драко. — Нотт, останься с ранеными. Гермиона, за мной. Они побежали обратно в здание, оставляя за спиной парковку, заполненную полицейскими и медиками..

***

Драко и Гермиона вбежали в кухню, держа пистолеты наготове. Картина, представшая перед ними, заставила обоих замереть. Невилл стоял посреди помещения, прислонившись спиной к разделочному столу. Лицо его было белым как мел, глаза красные, опухшие — он плакал. Руки дрожали. А напротив него, в двух шагах, стояла Полумна. С пистолетом. Направленным прямо на Невилла. — Полумна?! — выдохнула Гермиона, не веря своим глазам. — Что ты... — Не подходите, — голос Лавгуд был странным, не мелодичным, как обычно, а жёстким, почти механическим. — Это не ваше дело. — Как это не наше?! — Драко шагнул вперёд. — Опусти оружие! — Нет, — спокойно ответила Полумна. — Он должен признаться. Сам. Невилл всхлипнул, закрывая лицо руками. — Я не хотел... — прошептал он. — Я правда не хотел... — В чём признаться? — Гермиона переводила взгляд с одного на другого, не понимая. Полумна посмотрела на неё. В её глазах не было привычной загадочной отстранённости — только холодная, пугающая ясность. — Он сливал информацию Астории, — сказала она. — С самого начала. Тишина. Такая густая, что можно было резать ножом. — Что? — выдохнул Драко. — Невилл? Ты? — Невилл, это неправда? — Гермиона шагнула к нему. — Скажи, что это неправда! Он поднял на неё глаза. В них была такая боль, что у неё сжалось сердце. — Это правда, — прошептал он. — Я... я не мог иначе. — Почему?! — закричала Гермиона. — Ради чего?! — Ради бабушки. Невилл сполз по стене на пол, закрывая лицо руками. Плечи его тряслись. — Она больна, — голос его срывался. — Рак. Последняя стадия. Ей нужны были лекарства, дорогие, экспериментальные, а клиника «Аврора»единственное место, где их могли достать. Но лечение стоило бешеных денег. — И Астория предложила оплатить? — тихо спросил Драко. В его голосе не было злости, только усталость и горечь. — Да, — Невилл поднял голову. В его глазах блестели слёзы. — Она сказала, что оплатит всё, если я буду... полезен. Просто информация. Ничего важного. Кто над чем работает, куда вы ездите, какие планы. Я думал, это не навредит... — Но это навредило, — голос Полумны был тихим, но в нём звенела сталь. — Ты сказал ей про спортзал, Невилл? Про то, где и когда они встречались? Ты следил за Драко и Гермионой. Он молчал. Его молчание было страшнее любых слов. — Ты сказал, — повторила Полумна. — И Астория знала на кого давить. Знала всё. — Я не думал, что они... — Невилл зарыдал. — Я не думал, что они будут стрелять! Что Грейнджер чуть не убьют! Что Гарри ранят! Я просто хотел спасти бабушку! — Ценой жизней других? — Драко шагнул к нему. В его глазах больше не было усталости, только холодная ярость. — Ты предал нас. Всех. Ради чего? — Ради семьи, — прошептал Невилл. — Ты должен понять, Драко. Ты сам... твой отец... — Мой отец — чудовище, — перебил Драко. — И я его арестую лично. А ты... ты хуже. Ты притворялся другом и моим верным сотрудником. Полумна опустила пистолет. Подошла к Невиллу, села рядом на корточки. — Я знала, — тихо сказала она. Все замерли. — Что? — переспросила Гермиона. — Я знала, что он сливает информацию, — повторила Полумна. — Кристаллы не врут. Его аура была сломана уже давно. Я чувствовала это. — И ты молчала?! — взорвался Драко. — Ты знала и ничего не сказала?! — Я ждала, — спокойно ответила Лавгуд. — Ждала, когда он сам признается. Потому что если бы я сказала вам, вы бы его убили. А он не заслуживает смерти. Он заслуживает шанс. — Шанс? — горько усмехнулась Гермиона. — После всего, что случилось? — Он любит свою бабушку, — Полумна посмотрела на неё. — Он делал это не из злобы. Из отчаяния. Как бы вы поступили? Драко и Гермиона стояли неподвижно, не зная, что на это ответить. Невилл плакал, уткнувшись лицом в ладони. Полумна обняла его за плечи. — Я люблю тебя, Невилл, — Её голос дрогнул впервые за весь разговор. — Я буду рядом с тобой. Драко смотрел на них, и в его глазах бушевала буря. Ярость, боль, разочарование и где-то глубоко, вопреки всему, понимание. Он знал, каково это — выбирать между семьёй и правдой. Невилл поднял на него глаза. В них не было оправданий — только опустошение и принятие. — Я понесу наказание, — сказал он тихо. — Всё, что заслужу. — Да, — жёстко ответил Драко. — Понесёшь. Ты расскажешь нам всё и будешь сотрудничать со следствием. — Я расскажу, — кивнул Невилл. — Всё. Драко отвернулся. Не мог смотреть на него. Где-то вдалеке завыли сирены. Подкрепление наконец-то прибыло. Но в душе у каждого из них уже поселился холод, который не могли прогнать никакие сирены. Предательство ближних — самая страшная рана. И она не заживёт быстро.

***

Драко и Гермиона вышли из кухни, оставляя Невилла и Полумну в руках подоспевших полицейских. Невилл не сопротивлялся, когда на него надевали наручники, только смотрел на Полумну, которая не отводила от него взгляда. — Я буду ждать, — прошептала она. — Обещаю. Он кивнул, и его увели. На парковке кипела работа. Медики грузили Гарри в скорую — он был в сознании, но бледный и слабый. Джинни сидела на носилках, держась за голову, и отказывалась ложиться. — Я в порядке, — твердила она. — Голова просто гудит. Где этот ублюдок Забини? Я ему голову оторву! — Его уже взяли, — коротко ответил Драко, подходя. Джинни замерла. — Что? — Только что сообщили. Группа захвата перехватила машину на дороге. Астория в наручниках. Паркинсона тоже взяли, его уже увезли в участок для оформления, люди Поттера занимаются. — А Блейз? — голос Джинни дрогнул. Драко помолчал. Потом сказал, глядя ей в глаза: — Ранен. Прикрыл её собой, когда наши открыли огонь по машине. Пуля в боку, но живой. Его везут в больницу, с ним наш человек. Джинни побелела. Сцепила зубы так, что желваки заходили. — Дурак, — прошептала она. — Какой же дурак... — Есть ещё кое-что, — Драко помедлил. — Люциуса не нашли. Он исчез. Ни на парковке, ни в отеле, нигде. — Чёрт, — выдохнула Гермиона. — Я сам займусь этим, — твёрдо сказал Драко. — Пусть остальные следуют протоколу. Это на мне. В этот момент у него завибрировал телефон. Драко взглянул на экран, а лицо его стало непроницаемым. — Бруствер. Он принял вызов. — Слушаю, сэр. Голос начальника в трубке был резким, недовольным: — Малфой. Только что получил донос. И знаешь что? Я в бешенстве. — Сэр? — Вы снова развели такую шумиху, что об этом уже все таблоиды трубят! Люстра рухнула, перестрелка, погоня, раненые... Вы что, не могли тихо взять их?! — Ситуация вышла из-под контроля, сэр. Гринграсс устроила покушение, пришлось... — Мне плевать, что пришлось! — рявкнул Бруствер. — Я недоволен, Малфой. Крайне недоволен. Вы постоянно выставляете отдел на публику, создаёте хаос, привлекаете прессу. Это не полицейская работа, это цирк! Драко молчал, сжав челюсть. — Но, — голос Бруствера чуть смягчился, — вы взяли их. Всех, кроме Люциуса. Гринграсс, Паркинсон, Забини — будут за решёткой. И это, чёрт возьми, победа. — Спасибо, сэр. — Не благодари. Жду всех, кто не сильно ранен, через три часа в главном штабе. Задержанных оформят и допросят без вас. Ваша задача — явиться и доложить лично. И чтобы были в форме, а не в этих... — он запнулся, — в этих порванных платьях и окровавленных рубашках. — Понял, сэр. — Три часа, Малфой. Не опаздывать. Бруствер отключился. Драко убрал телефон и обвел взглядом оставшихся: Гермиону, Джинни, подоспевшего Нотта с окровавленным рукавом. — Вы слышали? Через три часа в главном штабе. Все, кто на ногах. Задержанными займутся без нас. Сейчас все по домам. Душ, переодеться, перевязать раны. И чтобы через три часа были как новенькие. — Как новенькие, — хмыкнул Нотт. — Босс, я себя чувствую как подержанный автомобиль после аварии. Но приказ понял. — Нотт, — Драко перевёл взгляд на него. — Ты проводишь Джинни. И глаз с неё спускай. — Что? — встрепенулась Джинни. — Я не нуждаюсь в няньке! — Это не обсуждается, — отрезал Драко. — У тебя сотрясение, ты только что пришла в себя, а Блейз... Блейз оказался инсайдером. Нотт, ты отвечаешь за неё головой. — Есть, босс, — козырнул Тео, но в глазах его плясали чертики. — Уизли, ты слышала? Я твой ангел-хранитель на ближайшие три часа. Буду оберегать тебя от злых предателей и плохих мыслей. — Заткнись, Нотт. — Не могу. Это часть моей работы. Поднимать настроение подопечной. — Я тебе сейчас подниму... — Джинни, — твёрдо сказала Гермиона, подходя к подруге. — Пожалуйста. Дай ему отвезти тебя. Я не переживу, если с тобой ещё что-то случится. Джинни посмотрела на неё. В её глазах всё ещё плескалась боль, но она кивнула. — Ладно. Но если он начнёт свои шуточки, я выброшу его из машины на трассе. — Обещаю быть паинькой, — ухмыльнулся Нотт. — Почти. Драко взял Гермиону за руку. — Поехали. Тебе тоже нужно в душ и переодеться. — А тебе? — она посмотрела на его разорванный пиджак, на кровь, проступающую сквозь рубашку. — Я заеду к себе. И через три часа буду в штабе, — Он помолчал. — Если хочешь, можем поехать вместе. Заскочим сначала ко мне, потом к тебе. Она улыбнулась — устало, но тепло. — Хочу. Они уже развернулись к выходу, когда из темноты парковки донесся пронзительный, истеричный голос: — ДРАКО! Пэнси вылетела из припаркованной машины, как разъярённая фурия, как оказалось, она всё это время была здесь. Платье её было порвано, макияж размазан по лицу, волосы растрепаны, но глаза горели такой ненавистью, что даже Нотт попятился. — Ты! — закричала она, тыча в него пальцем. — Ты всё разрушил! Мой отец в наручниках! Наша семья уничтожена! Моя жизнь — в дерьме! Из-за тебя! Драко остановился. Лицо его стало каменным. — Пэнси. — Не смей! — завизжала она. — Не смей так со мной говорить! Ты обещал! У нас был контракт! Семья! Будущее! А ты... ты променял всё на эту... — она перевела бешеный взгляд на Гермиону, — на эту шлюху в золотом платье! Гермиона даже бровью не повела. Только чуть крепче сжала руку Драко. — Ты разрушил мне жизнь! — продолжала вопить Пэнси, приближаясь. — Ты, твой отец, ваш грязный отдел! Я ненавижу тебя! Ненавижу! Драко смотрел на неё. Спокойно. Холодно. Без капли эмоций. — Пэнси, — сказал он, когда она наконец остановилась, запыхавшись. — Всё, что между нами было — контракт. Сделка. Не больше. Твой отец сам выбрал эту дорогу. Я лишь сделал свою работу. — Работу?! — она задохнулась. — Ты уничтожил мою семью! — Твоя семья уничтожила себя сама, — Он шагнул к ней, и в его глазах не было ни злости, ни жалости. Только усталость. — А между нами… никогда ничего не было. Ты это знаешь. Я это знаю. Хватит притворяться. Пэнси смотрела на него, и по щекам её текли слёзы, смешанные с тушью. — Ты... ты чудовище. — Возможно, — Он развернулся и взял Гермиону под руку. — Но чудовище, которое выбрало правду. Прощай, Пэнси. Они пошли к выходу, оставляя Пэнси одну посреди парковки. Она смотрела им вслед, и плечи её тряслись от рыданий. Нотт, проходя мимо, на секунду задержался. — Эй, — сказал он негромко. — Держись. Жизнь не заканчивается. Даже если кажется, что конец. И пошёл догонять остальных, приобняв Джинни за плечи, та не сопротивлялась, слишком уставшая для споров. Снег всё падал. Крупный, пушистый, рождественский. Он ложился на разбитые машины, на лужи крови, на брошенные гильзы и превращал этот ад в подобие зимней сказки. Драко и Гермиона остановились у машины. — Ты как? — спросил он, глядя на неё. — Устала, — честно призналась она. — Замёрзла. И очень хочу в душ. — Тогда поехали. У нас три часа, чтобы привести себя в порядок и явиться к разгневанному начальству. — Думаешь, он сильно злится? — Бруствер? — Драко усмехнулся. — Он всегда злится, когда мы делаем свою работу слишком громко. Но результат перевешивает. Как обычно. — Хорошо, — она улыбнулась. — Тогда поехали. Драко задержал взгляд на её шее, где виднелся порез от ножа и размазанная кровь, и тяжело выдохнул. Он открыл ей дверь, и Гермиона скользнула на пассажирское сиденье. Машина тронулась, разрезая снежную мглу. Позади оставались парковка, полицейские, медики, арестованные, раненые, предатели и разбитые сердца. Впереди был душ, смена одежды, разгневанный полковник, поиск отца и какие-то считанные дни до Рождества.