Дорога в никуда

Дома Лёша долго не мог уснуть. Слишком много эмоций для одного вечера. Парень долго думал, что ему делать с тетрадью. «По-хорошему, надо бы отдать», — говорил здравый смысл. «Прочитай её полностью!» — возражал интерес. В сумке ничего интересного не нашлось: футболки, штаны и прочий хлам. — Это что ещё такое? — под всякими шмотками лежали трусы с зайцами. «Господи, только бы стираные», — после этой мысли Лёша решил, что с него хватит рыться в чужой жизни и в чужом белье в буквальном смысле. Он убрал сумку вместе с фиолетовой тетрадью под кровать и решил, что пора ложиться спать. Перед сном к нему пришла мама и расспрашивала при учебу. Лёша соврал, что всё хорошо. Про его прогулы он не знала. Проснулся утром Лёша с трудом. Сначала он долго не мог уснуть и сидел в телефоне, а после этого его впервые за долгое время мучили кошмары. Опять отчим, опять всё то же самое. «За что мне это всё?..» — думал Лёша, сидя на кровати. Ему надо было одеваться в школу, но мысли были совсем о другом — о сне и о вчерашнем странном происшествии на платформе «Бирюлёво-Пассажирская». Он опять решил прийти на станцию поздним вечером. Лёша надеялся, что странный Ярик тоже придёт, что он не покончил с собой. С собой у Лёши в этот раз была только чужая чёрная сумка, но без тетради. Сегодня парень не собирался развлекаться, он молча ждал. Сидеть зимой на скамейке тяжеловато и очень холодно. Лёша поднёс замёрзшие ладони к лицу и обдал их тёплым дыханием. Вдруг парень почувствовал присутствие позади — будто кто-то за ним наблюдает. Он обернулся и увидел уже знакомого ему человека: — Привет… Ярик… Ярослав был одет так же, как и вчера — в чёрную куртку на несколько размеров больше и в шапку-ушанку. Лёша вспомнил, зачем он сюда пришёл, встал и протянул Ярику его вещи: — Держи, ты вчера забыл её, — Ярослав в ответ вырвал из рук зацепера сумку и заглянул внутрь. — Где тетрадь? — холодным голосом спросил Ярик. Лёша промолчал в ответ. — Ты её читал? — Не всю, но… — Это неважно, ты её читал, ты нарушил мою неприкосновенность частной жизни, — без доли сомнения проговорил Ярик. Лёша опешил от таких «высоких и заумных» слов. — О, вот как мы говорим со своим спасителем. — Помни, я тебя когда-нибудь за это убью, — парировал Ярик. Лёша ничего не ответил ему и сел обратно на скамейку. Ярослав подошёл к нему сел рядом. Опять тишина. В этот раз её прервал Ярик: — У тебя сегодня пиво есть? — А? Пиво? Нет, я ж свою сумку не брал. — М-да-а-а, — протянул Ярик. Неловкое молчание в ответ от Лёши. Опять слышно чужое дыхание. Ярик дышит тяжело, он встревожен, несмотря на то, что пытается выглядеть уверенным в себе и спокойным. — Без пива скучно, — наконец заговорил Ярослав. — А почему вчера не пил? — Под таблетками был, — овет удивил Лёшу. Спокойно и размеренно дыша, он спросил: Лёша спросил: — А какая разница, как умрёшь? — Тебе-то что? — огрызнулся Ярик. Опять всепоглощающая тишина. Только два человека на станции. — Ты где живёшь? — поинтересовался Лёша. Ярик медленно, как бы нехотя, ответил: — В Западном, на Медынской. А тебе-то что? — Ничего, вот поговорить с тобой пытаюсь, — отрезал Лёша. «Что ж, он такой колючий, совсем общаться не хочет», — подумал Лёша и поспешно добавил: — Погулять с тобой думал. — Гулять? Ты мне жизнь испортил! — О, да пошёл ты, — вновь молчание. Решив разрядить обстановку, Лёша начал как бы издалека: — В той тетради… — В моей тетради, — холодно отрезал Ярик. — Хорошо, в твоей, — Лёша закатил глаза, но новый знакомый, кажется, этого не заметил, поэтому парень продолжил говорить: — В последней записи… Почему там упоминается зелёнка? Что за бред? Ярик не стал отвечать словами и молча указал на свои волосы. Только сейчас Лёша заметил, что на лице есть следы краски. Будто тот кто красил делал это хаотично, не думая о последствиях. — Да нуууу, — протянул Лёша, а Ярик лишь молча кивнул. — Это они тебя так? — Мгм, — пробурчал Ярик. — Это, наверное, очень нелепо выглядит… — Нет, что ты! — слишком громко проговорил Лёша, а потом понял, что это прозвучало как сарказм. — Я, если что, шучу. Это правда выглядит… Ну… интересно, что ли? — Спасибо, — ответил Ярик. В этот безмолвный момент Лёша украдкой стал рассматривать знакомого: странного цвета волосы, родинки — их ровно пять, карие глаза, которые грустно смотрели куда-то в пустоту. — Ну так что? — вдруг спросил Ярик. — А? — Гулять пойдём? В ответ Лёша хмыкнул и встал со скамейки. Гулять в тишине очень странно. Как будто бы вас двое и вы обязаны говорить по правилам прогулки, но вместо этого молчите. Соседний район был для Лёши незнакомым, он редко туда ходил. Первым делом они с Яриком зашли в «Пятёрочку». — Ты что купить хочешь? — поинтересовался Лёша, но Ярослав не ответил. Он взял с прилавка какое-то печенье направился к служебному помещению. Лёша смутился и всё же пошёл за ним следом. Они зашли в комнату и зацепер всё же решил спросить: — Ты чё делаешь? — Молчи, — прошипел Ярик, оглядевшись по сторонам и пряча упаковку во внутренний карман куртки. «Это неправильно!» — кричал внутренний голос, но Лёша не мог сдать этого странного парня. Это бы всё испортило в их таких странных взаимоотношениях. После этого Ярик пошёл на кассу самообслуживания, взял самую дешёвую жвачку, пробил и оплатил её. Оба парня вышли из магазина. Недоуменно спросил Лёша: — Ты что, воруешь?! — А ты как думаешь, что я делаю? Наверное, решил помочь работникам магазина и унёс ненужный товар, — с сарказмом проговорил Ярик. — Но это же… А ладно. Но зачем ты купил тогда жвачку? Ярика как будто бы выбесил этот вопрос со столь очевидным ответом, и он потёр рукой переносицу: — Чтобы не заподозрили — я ж купил, а не просто пошатался по магазину и вышел. «Вполне логично», — подумал Лёша, но вслух ничего не ответил. Парни плутали по улочкам окраины Москвы и ели печенье, но всё равно молчали. Лёша не ожидал, что его новый знакомый, который и так странный ещё и вор. Но отчитывать Ярика не хотелось. Зацепер боялся его задеть и снова всё испортить. Конечной точкой прогулки оказался, тихий парк, практически безлюдный, не считая людей, выгуливающих своих собак. Лёша сел на скамейку и, похлопав по деревяшкам, своим жестом пригласил Ярика сесть. Тот послушно плюхнулся на скамью. — Тебе получше? — спросил Лёша, и Ярик на удивление кивнул. Зацепер переспросил: — Правда что ли? — Лёша правда удивился, и в темноте сумерек ему показалось, что Ярик даже улыбнулся ему краем губ. «Не, померещилось, наверное», — подумал парень. — Давай поговорим, — сказал Лёша. — О чём? — Да о чём хочешь, на любую тему. Ярик прищурился, и даже в столь неяркое время суток Лёша подметил про себя, что карие глаза, оказываптся, очень красивые. Ярослав начал новый разговор первым: — Ты всегда такой смелый и самонадеянный? — В смысле? — Зачем ты полез спасать незнакомого тебе человека? — Вчера был мой день рождения, и я не хотел, чтобы в этот день кто-то умер, — честно и без прикрас ответил Лёша. Такого ответа Ярик точно не ожидал, поэтому замолчал. — Ну и, конечно, не мог стоять на месте, когда кто-то хочет сделать… такое, — поспешно добавил Лёша, но ситуацию это сильно не спасло. — Знаешь, у меня ведь тоже жизнь не сахар. Отчим меня и мамашу бил, друзья хоть и есть, но им, видимо, похуй на меня, зависимость так сказать, прыщей куча, — но дослушивать Ярик не стал. — И что ты мне этим хочешь доказать? — спросил он. — Что у каждого человека есть свои проблемы. Опять тишина повисла в воздухе. Вдруг Ярик зачем-то расстегнул куртку и, оголив запястье левой руки, протянул её к лицу Лёши: — Это я вчера, придя домой, порезал. «Нет, он точно ебанутый», — тут же пронеслось в голове. — И? — спросил Лёша. — Слишком больно умирать от порезанных вен, не моё это. Тут слова Ярослава прервал звонок телефона. Лёша быстро полез в карман и достал телефон. На экране горело одно слово — «Мама».Лёша не успел поднять трубку, и телефон погас. — Мне уже пора, до дома сам доберёшься? — быстро протараторил Лёша, а Ярик просто кивнул, будто говоря: «Да, и не волнуйся за меня, я себя убивать не стану». Тогда, оставив новому знакомому сумку, парень быстрым шагом направился в сторону дома. И только придя домой, Лёша понял, что не обменялся с Яриком ни номерами телефонов, ни юзерами в телеге. — Идиот! — со всей злости Лёша хлопнул себя по лбу. Парень сел за свой стол и молча смотрел в окно, мысли были только об одном человеке на этой большой планете Земля.