Дорога к Очагу

Бильбо проснулся рано. Солнце ещё не встало, за окном было серо и тихо. Но он не спал — ворочался всю ночь, думая о том, что сказал Торину в саду. О том, что обещал. О том, что сегодня вечером... Он сел на кровати и провёл рукой по лицу. Сердце колотилось где-то в горле. — Сегодня, — прошептал он. — Сегодня. Он встал, умылся ледяной водой, чтобы привести мысли в порядок, и прошёл в главную комнату. Фродо ещё спал в своей кроватке, свернувшись калачиком, прижимая к себе деревянного гнома. Бильбо залюбовался им на мгновение — такой маленький, такой родной, такой беззащитный. — Сегодня ты будешь у Бомбурды, — тихо сказал он, хотя мальчик не слышал. — А я... я буду со вторым дядей. Он пошёл на кухню, разжёг огонь и принялся готовить завтрак. Руки его дрожали, но он заставлял себя сосредоточиться на деле. Яйца, хлеб, сыр, чай — всё как обычно. Но мысли были далеко. Фродо проснулся, когда солнце уже поднялось. Мальчик сел в кроватке, протёр глаза и улыбнулся. — Дядя, ты уже встал? А я спал, спал, спал... — Вижу, — улыбнулся Бильбо в ответ. — Иди умывайся, завтрак готов. Они позавтракали, как обычно — Фродо болтал, Бильбо кивал и подкладывал ему добавку. Но когда тарелки опустели, Бильбо отодвинул свою и посмотрел на племянника серьёзно. — Фродо, — сказал он. — Сегодня вечером я уйду. — мальчик кивнул. — Ко второму дяде. — Да, — Бильбо сглотнул. — И я подумал... может, ты переночуешь у Бомбурды? Чтобы не одному, с Глимли и Грирой. Хорошо? Фродо задумался на мгновение, потом кивнул. — Хорошо. Только пусть Глимли даст мне свой топорик поиграть. Настоящий, ну, почти. — Договорись, — улыбнулся Бильбо. — Я схожу к Бомбурде прямо сейчас, договорюсь. Он встал, накинул плащ и вышел в коридор. Сердце его колотилось, но он заставлял себя идти ровно, не спеша. Бомбурда открыла дверь почти сразу — видимо, была на кухне. — Мистер Бэггинс! — удивилась она. — Что-то случилось? — Нет-нет, — поспешил успокоить её Бильбо. — Всё хорошо. Я просто хотел попросить... можно Фродо переночует у вас сегодня? У меня... у меня дела. — Дела? — Бомбурда подняла бровь, но ничего больше спрашивать не стала. — Конечно, мистер Бэггинс. Пусть приходит. Мы с ребятами будем рады. — Спасибо, — выдохнул Бильбо. — Огромное спасибо. Он вернулся в покои, помог Фродо собрать небольшую сумку — сменную рубашку, любимую книжку, деревянного гнома. Мальчик был в восторге от предстоящей ночёвки и болтал без умолку. — Дядя, а ты за мной завтра утром придёшь? — Конечно, — пообещал Бильбо. — Обязательно. Он проводил Фродо до дверей Бомбурды, поцеловал в макушку и вернулся в пустые покои. Тишина. Бильбо постоял посреди комнаты, прислушиваясь к себе. Сердце всё ещё колотилось, но теперь к волнению примешивалось что-то ещё — предвкушение. — Нужно готовиться, — сказал он вслух. --- Первым делом он пошёл в купальню. Он наполнил ванну горячей водой — той самой, что текла по трубам, не надо было греть на плите. Добавил трав, которые Бомбурда дала ему ещё в первый месяц — для аромата и чтобы кожа была мягкой. Разделся и погрузился в воду. Тепло разлилось по телу, расслабляя мышцы, снимая напряжение. Бильбо закрыл глаза и откинулся на край ванны. *Сегодня*, — думал он. Сегодня я буду с Торином. По-настоящему. Он мылся тщательно — так, как не мылся никогда. Каждый сантиметр тела, каждую складочку. Особенно интимные места — он намыливал их снова и снова, чтобы быть чистым. Гномы, говорят, ценят чистоту. И Торин... Торин заслуживает самого лучшего. Потом он долго полоскал волосы — мягкие, отросшие за время жизни в Эреборе. Они пахли травами, и Бильбо вспомнил, как Торин вплетал в них золотые бусы. Как пальцы его касались кожи, как голос его звучал тихо и нежно. Он вылез из ванны, вытерся мягким полотенцем и посмотрел на себя в зеркало. Из отражения на него смотрел хоббит — не старый, не молодой, в самом расцвете. Кожа чистая, волосы блестят, глаза горят. — Торин, — сказал он своему отражению. — Что же ты со мной делаешь. --- Следующие несколько часов ушли на одежду и причёску. Бильбо перебрал весь свой гардероб. Рубашки, жилеты, штаны — всё, что у него было. Он хотел выглядеть хорошо, но не слишком нарядно. Просто. Достойно. Он выбрал белую рубашку — тонкую, мягкую, которая приятно касалась кожи. Сверху надел синий жилет — тот самый, который подарила тётя Брида через Гриру. Серый плащ он решил не брать — в покоях Торина тепло, не замерзнет. Штаны он выбрал тёмно-коричневые, почти чёрные, которые сидели идеально. Носки — тёплые, шерстяные, подаренные Балином. И ботинки — мягкие, удобные, хоббичьи. Потом он сел перед маленьким зеркалом и принялся за волосы. Он расчёсывал их долго, терпеливо, распутывая каждый завиток. Потом заплёл косичку — ту самую, которую показывал Торин. Получилось не так аккуратно, как у короля, но вполне прилично. Вплести бусы он не решился — это было слишком личное, слишком... интимное. Бусы остались лежать в бархатной коробочке на столике. Он посмотрел на себя в зеркало и кивнул. — Хорошо, — сказал он. — Ты готов. --- День тянулся бесконечно. Бильбо не знал, чем себя занять. Он убрал в комнате, переставил книги на полках, перемыл посуду, которая и так была чистой. Он пытался читать, но строчки сливались в глазах. Он пытался дремать, но сон не шёл. Время ползло, как улитка. Бильбо то и дело поглядывал на часы. Полдень. Час. Два. Три. Четыре. — Матушка Йаванна, — взмолился он. — Сделай так, чтобы вечер наступил скорее. Казалось, что небеса услышали его — но нет. Время не ускорилось. Оно тянулось, как патока. Бильбо сдался и просто сидел в кресле у камина, глядя на огонь. Он думал о Торине. О его руках, о его глазах, о его голосе. О том, как он целуется — сначала робко, потом увереннее, потом страстно, до дрожи в коленях. Он думал о том, что будет сегодня вечером. О том, как войдёт в его покои. Как они будут смотреть друг на друга. Как Торин подойдёт к нему, возьмёт за руку... Бильбо почувствовал, как жар разливается по телу, и застонал. — Держи себя в руках, — приказал он себе. — Ещё не вечер. Он встал, прошёлся по комнате, выпил воды. Потом сел обратно. Время шло. Наконец часы пробили шесть. Бильбо подскочил, как ужаленный. Шесть. Вечер. Скоро. Он снова посмотрел на себя в зеркало — всё в порядке. Поправил жилет, одёрнул рубашку. Волосы лежали как надо. — Ты готов, — повторил он. — Ты готов. Он ждал. Бильбо уже начал думать, что Торин передумал, что что-то случилось, что его вызвали на совет, что... В дверь постучали. Бильбо подбежал, распахнул — и замер. На пороге стоял не Торин. Молодой гном в форме придворного гонца поклонился и протянул маленький свёрток. — От Его Величества, — сказал он. — Вам. Бильбо принял свёрток дрожащими руками. Развернул. Внутри лежала записка, написанная твёрдым, размашистым почерком: *«Жду тебя. Т.»* И маленький ключ — бронзовый, с выгравированным дубовым листом. Бильбо сжал ключ в кулаке и посмотрел на гонца. — Передайте Его Величеству, что я... что я приду. — Так точно, — кивнул гонец и ушёл. Бильбо закрыл дверь и прислонился к ней спиной. — Он ждёт, — прошептал он. — Он ждёт меня. --- Стемнело быстро. Бильбо смотрел в окно, как солнце садится за горы, как небо темнеет, как зажигаются первые звёзды. Потом — гонцы не приходят, нужно идти самому. Он зажёг свечу, накинул плащ — всё-таки вечером в горе прохладно — и вышел в коридор. Путь к королевским покоям он знал. Но сейчас, в тишине, при свете одной свечи, коридоры казались длиннее и таинственнее. Бильбо шёл и чувствовал, как сердце колотится где-то в горле. Он боялся — и хотел. Он волновался — и предвкушал. Наконец он дошёл до знакомой двери — тяжёлой, дубовой, с гербом Эребора. Рядом с дверью была небольшая ниша, и в ней — замочная скважина. Бильбо достал ключ. Руки его дрожали, но он справился. Ключ вошёл в скважину, повернулся, и дверь со слабым щелчком отворилась. Бильбо толкнул её и вошёл. --- Покои Торина были огромны. Высокий потолок, теряющийся в полумраке. Каменные стены, украшенные резьбой — сцены охоты, битвы, гномы с топорами. Огромный камин, в котором весело потрескивал огонь, отбрасывая пляшущие тени. И кровать. Большая, широкая, застеленная мягкими одеялами. В изголовье — подушки, наваленные горой. На покрывале — лепестки роз, свежие, ароматные. Бильбо замер на пороге, оглядываясь. — Торин? — позвал он тихо. Никто не ответил. Но из соседней комнаты слышался плеск воды — купальня, понял Бильбо. Торин тоже готовился. Бильбо сделал шаг вперёд, потом другой. Огонь в камине согревал его, разгоняя холод и страх. Он подошёл к кровати, коснулся лепестков роз. Они были мягкими и пахли так же, как в его саду. — Торин, — прошептал он снова. Шум воды стих. Бильбо услышал шаги — мягкие, босые по камню. И замер, не в силах двинуться. Из купальни вышел Торин. Он был в простой белой рубашке, распахнутой на груди, и тёмных штанах. Волосы его были влажными и распущенными, падали на плечи. Он был бос. И он смотрел на Бильбо. — Ты пришёл, — сказал он тихо. — Я пришёл, — ответил Бильбо. Они стояли и смотрели друг на друга. Огонь потрескивал в камине, лепестки роз пахли сладко. Никто не двигался — каждый боялся спугнуть этот момент. — Я ждал тебя, — сказал Торин. — Всю жизнь, кажется. — Я тоже, — прошептал Бильбо. Торин шагнул к нему. Бильбо шагнул навстречу. Расстояние между ними сокращалось — шаг, другой, третий. Они остановились в шаге друг от друга. — Боишься? — спросил Торин. — Нет, — ответил Бильбо. — С тобой — нет. Торин протянул руку и коснулся его щеки. Бильбо закрыл глаза, чувствуя тепло его ладони. Потом открыл и посмотрел прямо в синие глаза короля. — Я хочу тебя, — сказал он. — Всего. Сегодня. Сейчас. Торин наклонился и поцеловал его. И Бильбо ответил.

***

Поцелуй был медленным, глубоким, исследующим. Торин не торопился — он словно учил губы Бильбо отвечать, вел его за собой, показывал, как это бывает, когда двое хотят друг друга по-настоящему. Бильбо таял в его руках. Он чувствовал тепло большого тела, прижавшегося к нему, чувствовал, как сердце Торина бьется где-то под его ладонью — часто, сильно, в унисон с его собственным. Губы короля были мягкими и настойчивыми, язык скользнул между его губ, и Бильбо ахнул, впуская его, позволяя этому новому, незнакомому ощущению заполнить себя. — Торин, — выдохнул он в поцелуй. — Я здесь, — ответил Торин, отстраняясь на мгновение, чтобы посмотреть в его глаза. — Я никуда не уйду. Он взял Бильбо за руку и повел к кровати. Шаг, другой, третий — и вот они уже стоят у постели, застеленной мягкими одеялами, усыпанной лепестками роз. — Раздевайся, — тихо сказал Торин. — Или помочь? Бильбо сглотнул. Руки его дрожали, когда он начал расстегивать пуговицы жилета. Торин терпеливо ждал, не торопил, только смотрел на него — и в этом взгляде было столько желания, что у Бильбо подкашивались колени. Жилет упал на пол. Потом рубашка — Бильбо стянул её через голову и остался стоять перед королем в одних штанах, босой, с распущенными волосами. Торин смотрел на него. На его плечи — узкие, хоббичьи, покрытые мягкой светлой кожей. На грудь — почти безволосую, с розовыми сосками, которые уже затвердели от холода и волнения. На тонкую талию, на бедра, обтянутые тканью штанов. — Ты красивый, — сказал Торин. — Очень. — Я не... — начал было Бильбо, но Торин прижал палец к его губам. — Не спорь. Он начал раздеваться сам. Не спеша, давая Бильбо время рассмотреть. Рубашка упала на пол, открывая мощную грудь, поросшую темными волосами, широкие плечи, сильные руки. Торин был прекрасен — по-мужски, грубо, притягательно. Бильбо смотрел и не мог отвести взгляд. — Иди сюда, — позвал Торин, протягивая руку. Бильбо шагнул к нему, и Торин привлек его к себе, прижимаясь всем телом. Бильбо ахнул, почувствовав кожу к коже — горячую, живую, такую близкую. — Холодно? — спросил Торин, чувствуя, как дрожит хоббит. — Нет, — выдохнул Бильбо. — Просто... много ощущений. — Это только начало, — пообещал Торин. Он поцеловал его снова — и одновременно расстегнул пуговицу на его штанах. Бильбо вздрогнул, но не отстранился. Штаны упали на пол, и Бильбо остался стоять перед Торином совершенно голым. Торин отстранился, чтобы посмотреть на него. Взгляд его скользнул по телу хоббита — по тонкой шее, по ключицам, по груди, по животу, ниже. — Ты идеален, — сказал он. — Торин, — Бильбо покраснел до корней волос. — Не смотри так... — Как? — Как будто я самый дорогой подарок в мире. — Так и есть, — просто ответил Торин. Он снял свои штаны, и Бильбо увидел его. Весь. Мощного, сильного, возбужденного. Член Торина был большим — намного больше, чем у хоббита, толстым, с набухшей головкой, слегка изогнутым. Бильбо смотрел и не мог отвести взгляд — от удивления, от страха, от желания. — Не бойся, — тихо сказал Торин, заметив его взгляд. — Я буду осторожен. Обещаю. — Я не боюсь, — ответил Бильбо, хотя в голосе его дрожь все еще чувствовалась. — Просто... он такой... — Такой, какой есть, — улыбнулся Торин. — Мы справимся. Я тебя подготовлю. Он взял Бильбо за руку и помог ему лечь на кровать. Одеяла были мягкими, лепестки роз пахли сладко, огонь в камине отбрасывал теплые блики на их тела. Торин лег рядом, на бок, лицом к Бильбо. Провел рукой по его плечу, по груди, по животу, лаская, успокаивая. Бильбо закрыл глаза, отдаваясь этим прикосновениям. — Ты так дрожишь, — прошептал Торин. — От волнения, — ответил Бильбо. — И от... от желания. — Скажи, если будет больно, — попросил Торин. — Скажи, если захочешь остановиться. Я не обижусь. — Хорошо. Торин наклонился и поцеловал его — нежно, почти целомудренно. Потом его губы скользнули на подбородок, на шею, на ключицу. Бильбо выгнулся, чувствуя, как по телу разливается жар. — Торин... — Шшш, — прошептал тот. — Дай мне тебя поцеловать. Всего. Он целовал каждый сантиметр его тела. Плечи, грудь, живот. Бильбо извивался под ним, тихо постанывая, когда губы Торина находили особенно чувствительные места. Соски — Торин обвел их языком, и Бильбо вцепился в простыни, сдерживая крик. — Не сдерживайся, — сказал Торин. — Хочу слышать тебя. — Громко? — прошептал Бильбо. — Как хочешь. Я рядом. Торин спустился ниже. Поцеловал живот, пупок, и ниже — туда, где член Бильбо уже стоял, напряженный, блестящий от возбуждения. Бильбо замер, когда губы Торина коснулись его. — Можно? — спросил Торин. — Да, — выдохнул Бильбо. — О, Матушка Йаванна, да... Торин взял его в рот. Бильбо вскрикнул — громко, не сдерживаясь. Никто никогда не делал с ним такого. Никогда. Язык Торина обводил головку, губы скользили по стволу, и Бильбо казалось, что он сейчас умрет от наслаждения. — Торин, — простонал он. — Я сейчас... Торин отстранился. — Не сейчас, — сказал он, поднимаясь и целуя Бильбо в губы. — Не один. Он потянулся к тумбочке, достал маленький флакон с маслом — ароматным, травяным. Бильбо смотрел на него расширенными глазами. — Это чтобы тебе не было больно, — объяснил Торин. — Я буду осторожен. Он открыл флакон, налил масло на пальцы. Бильбо чувствовал запах — травы, мед, что-то еще, неуловимое. — Расслабься, — попросил Торин. — Доверься мне. Бильбо кивнул и закрыл глаза. Он чувствовал, как пальцы Торина скользят по его бедрам, по ягодицам, ниже. Один палец коснулся входа, и Бильбо вздрогнул. — Тихо, — шепнул Торин. — Я здесь. Палец вошел внутрь — медленно, осторожно. Бильбо закусил губу, чувствуя непривычное растяжение. Но боли не было — только давление, только ощущение чего-то нового, чужого внутри. — Хорошо? — спросил Торин. — Не знаю, — честно ответил Бильбо. — Странно. — Привыкнешь. Торин двигал пальцем медленно, давая Бильбо время привыкнуть. Потом добавил второй — и Бильбо ахнул. — Больно? — Нет, — выдохнул Бильбо. — Просто... много. — Терпи, — попросил Торин. — Скоро будет лучше. Он двигал пальцами, растягивая, подготавливая. И вдруг Бильбо вскрикнул — по-другому, не от боли, от неожиданности. Что-то внутри него отозвалось на прикосновение Торина яркой вспышкой удовольствия. — Что это было? — прошептал он. — Точка, — улыбнулся Торин. — Самое приятное место. Он нажал снова, и Бильбо выгнулся, застонав. — Торин, пожалуйста... — Что "пожалуйста"? — Я хочу тебя. Внутри. Сейчас. Торин убрал пальцы. Бильбо почувствовал пустоту и застонал — от потери, от желания, от нетерпения. — Не торопись, — сказал Торин, хотя голос его дрожал. — Я не хочу сделать тебе больно. — Не сделаешь, — Бильбо открыл глаза и посмотрел на него. — Я тебе доверяю. Торин налил масло на свой член — большой, толстый, пульсирующий от желания. Потом лег на Бильбо, нависая над ним, опираясь на локти. — Смотри на меня, — попросил он. — Не закрывай глаза. Бильбо посмотрел на него. В синих глазах Торина горел огонь — страсть, нежность, желание, все вместе. — Я люблю тебя, — сказал Торин. — Ты знаешь? — Знаю, — прошептал Бильбо. — И я тебя. Тоже. — Тоже, — улыбнулся Торин. — Этого достаточно. Он начал входить. Медленно. Очень медленно. Дюйм за дюймом. Бильбо чувствовал, как растягивается, как наполняется. Член Торина был большим — намного больше его пальцев, и Бильбо казалось, что он сейчас разорвется. — Больно? — спросил Торин, останавливаясь. — Немного, — признался Бильбо. — Но терпимо. Продолжай. Торин вошел глубже. Бильбо закусил губу, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Но вместе с болью пришло и что-то еще — тепло, наполненность, близость. — Ты внутри меня, — прошептал он. — Да, — выдохнул Торин. — И я никуда не уйду. Он вошел до конца. Бильбо чувствовал его всего — тяжелого, горячего, живого. Чувствовал, как бьется его сердце, как дрожат его мышцы. — Хорошо? — спросил Торин. — Хорошо, — ответил Бильбо. — Двигайся. Торин начал двигаться. Медленно, плавно, не выходя до конца. Бильбо чувствовал каждое движение, каждое касание. И с каждым разом боль отступала, уступая место удовольствию. — Быстрее, — попросил он. — Сильнее. Торин ускорился. Бильбо вцепился в его плечи, царапая кожу, и застонал — громко, не сдерживаясь. — Вот так? — спросил Торин. — Да, — простонал Бильбо. — О да... Торин двигался ритмично, глубоко, и Бильбо казалось, что он сейчас растворится в этом ощущении. Член Торина задевал ту самую точку внутри, и каждый раз Бильбо вскрикивал, выгибаясь. — Я сейчас... — простонал он. — Подожди меня, — попросил Торин. — Вместе. Он ускорился еще, вошел глубже, и Бильбо почувствовал, как внутри него разливается тепло — горячее, жидкое, настоящее. Торин кончил, и в тот же миг Бильбо кончил сам, закричав от удовольствия. Они лежали, тяжело дыша, сплетенные в объятиях. Бильбо чувствовал, как семя Торина вытекает из него, как бьется сердце короля где-то под его ухом. — Торин, — прошептал он. — Ммм? — отозвался тот, не разжимая объятий. — Это было... я даже не знаю, как это назвать. — Волшебно? — предложил Торин. — Не то слово, — улыбнулся Бильбо. — Невероятно. Потрясающе. Я и не знал, что так бывает. — Теперь знаешь, — Торин поцеловал его в макушку. — И будет еще. Много раз. Если ты захочешь. — Захочу, — пообещал Бильбо. — Обязательно. Он закрыл глаза и прижался к Торину. Огонь в камине догорал, лепестки роз пахли сладко, и Бильбо чувствовал себя в безопасности — впервые за долгое время. — Торин, — сказал он, уже засыпая. — Да? — Спасибо. — За что? — удивился Торин. — За то, что ты есть. За то, что ты рядом. За то, что ты выбрал меня. Торин обнял его крепче. — Я никого не выбирал, — тихо сказал он. — Это судьба привела тебя ко мне. Я просто не стал отказываться от такого подарка. Бильбо улыбнулся и заснул — в объятиях короля, под шепот камина, под запах роз. А Торин смотрел на него и думал о том, как же он счастлив. Как же долго он ждал этого — и вот оно, счастье, лежит в его руках, маленькое, теплое, хрупкое. — Спи, Бильбо, — прошептал он. — Спи, мой хороший. Завтра будет новый день. И я буду рядом. Всегда.