Семья Найтшейд

80 г. П.В. — Начало июня На кухне дома Арков кипела жизнь: Джунипер руководила приготовлениями к ужину с отработанной эффективностью человека, привыкшего кормить небольшую армию. Маркус стоял у столешницы, с аккуратной точностью разделывая сегодняшний улов, пока Вайолет и Эмбер нарезали овощи рядом. Воздух был наполнен смешанными ароматами пекущегося хлеба и кипящего бульона — особого рагу из морепродуктов, которое Джунипер решила приготовить, узнав о предпочтениях их неожиданной гостьи. — Мам, как думаешь, миссис Белладонне понравится рагу? — спросила Эмбер, убирая тыльной стороной запястья прядь светлых волос с лица. — В смысле, она с Менаджери. Там, наверное, морепродукты куда изысканнее. Джунипер улыбнулась, помешивая ароматный бульон. — Хорошая еда есть хорошая еда, милая. Важен прием, а не экзотичность ингредиентов. Звук голосов из коридора заставил всех четверых Арков замереть. Шаги приближались к кухне — больше чем две пары; к Блейк и Жону присоединился третий. Вся семья была проинструктирована насчет неожиданного визита, но все же осязаемое напряжение повисло в воздухе в ожидании первой встречи с матерью Блейк. Кали Белладонна вошла на кухню первой; её осанка была грациозной и собранной, несмотря на усталость от путешествия, заметную по легким теням под глазами. Блейк следовала сразу за ней, а замыкал шествие Жон с Синтией, надежно устроившейся у него на руках. Малышку только что переодели в один из новых нарядов из посылки, и её крошечные кошачьи ушки подергивались от интереса к манящим запахам кухни. — Мистер и миссис Арк, — начала Блейк, и в её голосе звучала едва уловимая дрожь нервозности, — я хотела бы представить мою мать, Кали Белладонну. Мам, это родители Жона, Маркус и Джунипер Арк. Джунипер вытерла руки о фартук и шагнула вперед с теплой улыбкой. — Миссис Белладонна, какой чудесный сюрприз! Мы так рады познакомиться с вами, хотя я бы хотела, чтобы у нас было немного больше времени на подготовку. Янтарные глаза Кали — поразительно похожие на глаза Блейк — сузились в морщинках искреннего тепла, когда она приняла протянутую руку Джунипер. — Пожалуйста, зовите меня Кали. И я должна извиниться за то, что прибыла без предупреждения. Похоже, у наших детей талант к неожиданным ситуациям. Маркус усмехнулся, подходя и протягивая свою руку Кали. — Это мягко сказано. Только в прошлом месяце Жон звонил по поводу боевых стратегий. А теперь он вернулся с напарницей и ребенком. С ним не соскучишься. Бант Блейк заметно дернулся при слове «напарница», но если Кали и заметила дискомфорт дочери, то не подала виду. Вместо этого она тепло улыбнулась Маркусу. — Верно. Когда Блейк уходила из дома, я и представить не могла, что её путь приведет сюда, и все же почему-то это кажется... правильным. — Жизнь редко следует путям, которые мы представляем для своих детей, — кивнула Джунипер, возвращаясь к рагу с понимающим взглядом, которым обменялись две матери. — Хотя, признаюсь, даже я не могла предсказать появление внучки так внезапно. — Мам, — слабо запротестовал Жон, заливаясь краской и поправляя Синтию на руках. — Почетной внучки, — поправила Джунипер, подмигнув Кали. — По крайней мере, пока. Губы Кали изогнулись в улыбке, зеркально отражающей озорное выражение Джунипер. — Именно мои мысли. Блейк и Жон обменялись паническими взглядами, внезапно объединенные универсальным страхом перед родителями, которые нашли общий язык на почве доброго подшучивания. — Может быть, покажем миссис Белладонне её комнату? — поспешно предложила Блейк. — У нее была долгая дорога, возможно, она захочет отдохнуть перед ужином. — Отличная идея, — согласился Маркус, сжалившись над молодой парой. — Эмбер, поможешь брату и Блейк устроить миссис Белладонну в гостевой? Думаю, — оттуда виды на сад лучше. Эмбер кивнула, откладывая нож и вытирая руки. — Конечно. Это прямо наверху, миссис Белладонна. Мы уже подготовили её для вас. — Это очень мило, — ответила Кали. — Но перед тем как отдохнуть, я хотела бы поблагодарить вас обоих должным образом, — она повернулась к Маркусу и Джунипер, и ее выражение лица стало серьезнее. — За то, что приняли мою дочь в своем доме, и за поддержку их обоих в этой... необычной ситуации. Это значит больше, чем я могу выразить. Джунипер отошла от плиты, чтобы встать рядом с мужем, образовав единый фронт родительской солидарности. — Нет нужды в благодарности. Любому другу Жона здесь рады, особенно тому, кто помог заботиться о Синтии. — Кроме того, — добавил Маркус с мягкой улыбкой, — ясно, насколько Блейк важна для Жона и для маленькой Синтии. Это делает её семьей в наших глазах. Простое заявление повисло в воздухе на мгновение. Блейк опустила глаза, часто моргая, чтобы сдержать внезапно подступившие слезы. Рядом с ней Жон переложил Синтию на одну руку, а другой ободряюще коснулся спины Блейк — жест, не укрывшийся ни от одного из присутствующих родителей. — Что ж, — сказала наконец Кали; её глаза подозрительно блестели, — похоже, наши дети нашли себе замечательную систему поддержки. Я благодарна за это. — Как и мы, — заверила её Джунипер. — Итак, ужин будет готов примерно через час. Эмбер покажет вам комнату, а после, может быть, присоединитесь к нам на кухне за чаем? Я уверена, что матерям часто есть чем поделиться. Ответная улыбка Кали несла намек на заговор. — С удовольствием. Когда Эмбер повела Кали из кухни, а Блейк и Жон последовали за ними, Джунипер и Маркус обменялись понимающими взглядами. — Она кажется милой, — тихо заметила Джунипер. — Хотя подозреваю, под этой любезной внешностью скрывается сталь. Маркус кивнул, возвращаясь к разделке рыбы. — Сильно напоминает нашу Блейк, держу пари. Мягкая, пока не появится что-то, за что стоит сражаться. — Нашу Блейк? — переспросила Джунипер, приподняв брови, пока мешала рагу. Маркус пожал плечами, и легкая улыбка тронула его губы. — Ты видела, как он смотрит на нее. Как они шли вместе с ребенком. Я просто признаю то, что кажется все более неизбежным. Джунипер задумчиво хмыкнула, добавляя щепотку трав в бульон. — Возможно. Хотя они оба, похоже, полны решимости притворяться в обратном, по крайней мере, пока. — Они разберутся, — усмехнулся Маркус с уверенностью человека, который наблюдал, как семь дочерей проходят через сложности взросления. — Некоторые вещи нельзя торопить. Вайолет, которая тихо наблюдала за всем обменом репликами, продолжая резать овощи, наконец заговорила. — Так мы просто будем вести себя так, будто это совершенно нормально? Жон привозит домой девушку и ребенка из ниоткуда, а теперь неожиданно объявляется её мама, и мы просто варим рагу и пьем чай? Джунипер и Маркус снова переглянулись, общаясь на безмолвном языке давно женатых пар. — А что бы ты предложила, милая? — мягко спросила Джунипер. — Драму? Обвинения? Из того, что я вижу, эти двое справляются с экстраординарной ситуацией с замечательной зрелостью. Меньшее, что мы можем сделать, — это предложить спокойную гавань, пока они преодолевают эти воды. — К тому же, — добавил Маркус, — ничто так не проясняет приоритеты молодого человека, как неожиданная ответственность. Я никогда не видел Жона таким собранным, таким уверенным в своем пути. Одно это говорит мне все, что нужно знать. Вайолет впитала эту перспективу, и её нож возобновил ритм на разделочной доске. — Наверное. Просто странно видеть его таким... взрослым внезапно. Джунипер мягко улыбнулась; в её глазах читалось понимание. — Так иногда бывает, дорогая. Жизнь бросает вызов, и мы либо принимаем его, либо нет. Твой брат принимает. Пока кухня возвращалась к гармоничному ритму готовки, Джунипер поймала себя на размышлениях о молодой паре, которая появилась на их пороге только вчера — таких неуверенных, таких осторожных в своей общей цели, но так явно преданных крошечной жизни, которая неожиданно стала их ответственностью. И теперь, с добавлением матери Блейк в уравнение, динамика снова изменится. Но, возможно, подумала Джунипер, приправляя рагу привычной рукой, это именно то, что нужно было молодой паре — заземляющее присутствие семьи, чтобы помочь им увидеть то, что было ясно всем остальным: то, что началось как совпадение и необходимость, расцветало во что-то гораздо более глубокое. /-/ Наверху, в тесном пространстве спальни Джейд, пять светлых голов склонились вместе в напряженном обсуждении. Сестры Арк созвали экстренное совещание, движимые в равной степени любопытством и защитным инстинктом. — Итак, что мы думаем? — спросила Джейд, сидя на краю кровати. В семнадцать лет она была самой аналитичной из сестер, склонной рассматривать ситуации со всех сторон, прежде чем формировать мнение. — О том, что мама Блейк появилась из ниоткуда? — Прошел всего день с их приезда, и теперь это? — добавила Вайолет приглушенным голосом, хотя дверь была закрыта. — Это не может быть совпадением. Эмбер прислонилась к стене, скрестив руки в защитной позе. — Я до сих пор не понимаю, зачем Жон вообще привез её сюда. Он едва её знает. — Мне они кажутся довольно близкими, — заметила Джейд. — То, как они двигаются вокруг друг друга с Синтией — как будто делают это годами, а не неделями. — Это не значит, что мы можем ей доверять, — возразила Эмбер. — Вы знаете Жона. Он видит лучшее во всех, даже когда они этого не заслуживают, — лицо четырнадцатилетней девушки помрачнело. — Помните Мэриголд? Коллективная гримаса прошла по лицам старших сестер при упоминании этого болезненного воспоминания. — Блейк кажется другой, — ответила Вайолет, хотя в голосе звучала неуверенность. — Но теперь, когда её мама здесь... что если она решит забрать их обеих? Джейд кивнула; та же тревога морщила её лоб. — Именно. У миссис Белладонны явно есть влияние. Что если она убедит Блейк вернуться на Менаджери с Синтией? — А она может? — спросила Вайолет. — В смысле, я знаю, они нашли Синтию вместе, но есть ли у Блейк законное право забрать её? — Жон упоминал, что готовятся документы о совместной опеке, — вспомнила Джейд. — Если они пройдут, у них обоих будут права. Азур и Селест, восьмилетние близняшки, сидели, скрестив ноги, на полу, обмениваясь многозначительными взглядами, как часто делали, обрабатывая новую информацию. — Она мне не нравится, — внезапно заявила Азур. — Она почти не смотрит на Жона, когда думает, что никто не видит. — И она вздрагивает каждый раз, когда он подходит близко, — добавила Селест. — Будто ей некомфортно рядом с ним. — Она что-то скрывает, — согласилась Эмбер. — Зачем прикрывать уши так, если она не стыдится или не прячет что-то? Лили, прижимая плюшевого кролика к груди, подняла взгляд со своего места на полу. — Она раньше расстраивала Жона. Старшие сестры с удивлением повернулись к младшей. — Что ты имеешь в виду, Лили? — спросила Джейд. — Прошлой ночью, — объяснила Лили; ее шестилетнее восприятие было на удивление острым. — Когда я спросила, будет ли она мамой Синтии навсегда. Жон выглядел счастливым, а потом она сказала, что все «сложно», и его улыбка исчезла. Вайолет и Джейд обменялись обеспокоенными взглядами. Если даже Лили заметила напряжение... — Думаю, нам нужно быть осторожными, — сказала наконец Джейд. — Ради Жона. Он уже привязался к ним обеим, но они здесь всего день. А теперь с внезапным появлением её матери... — Это катастрофа, которая вот-вот случится, — закончила Эмбер, качая головой. — Ему снова разобьют сердце. — Мы этого не знаем, — возразила Вайолет, хотя её собственное беспокойство было очевидным. — Миссис Белладонна показалась... милой. Не похоже, что она приехала, чтобы вырвать их отсюда. — Милой на поверхности, — скептически пробормотала Азур. — Как скрытная атака, — согласилась Селест. Джейд глубоко вздохнула, принимая роль лидера, которая естественно доставалась ей как самой старшей из присутствующих сестер. — Вот что нам нужно сделать. Вайолет и я будем присматривать за миссис Белладонной — попробуем выяснить, каковы её намерения. Поддерживает ли она эту договоренность или планирует убедить Блейк уехать? — А мы? — спросила Эмбер, указывая на себя и младших девочек. — Вы следите за Блейк, — проинструктировала Джейд. — Смотрите, как она ведет себя с Жоном, когда её мама смотрит, и когда она думает, что никто не видит. Если она притворяется... — Мы узнаем, — сказали близнецы хором с необычно серьезными лицами. — И мы защищаем Жона, — торжественно добавила Лили, крепче обнимая кролика. — Точно, — согласилась Джейд. — Операция «Защита Семьи» вступает в силу. Вайолет кивнула, но выражение её лица оставалось встревоженным. — А что, если мы ошибаемся? Что, если Блейк и Синтия — лучшее, что с ним случалось? Лицо Джейд слегка смягчилось. — Тогда мы скорректируем план. Но Жон прошел через достаточно разочарований. Я предпочту быть осторожной сейчас, чем собирать осколки потом. Сестры обменялись решительными кивками; их импровизированный совет подошел к логическому завершению. Когда они готовились разойтись перед ужином, тонкий голосок Лили прозвучал еще раз. — Я просто хочу, чтобы Жон был счастлив, — сказала она с широко раскрытыми от детской искренности глазами. — А он много улыбается, когда держит Синтию. — Мы все этого хотим, Лил, — заверила её Эмбер, наклоняясь к ней. — Поэтому мы должны убедиться, что Блейк не отнимет у него это. Когда сестры Арк спускались вниз, чтобы помочь с приготовлением ужина, каждая была внутренне предана их новой миссии: защитить брата от потенциального горя, тщательно оценивая истинную природу намерений Блейк и внезапного появления её матери. Потому что именно так поступает семья — они присматривают за своими, особенно когда угрозы могут быть замаскированы под возможности. И для заботливых сестер Арк не было ничего важнее, чем оберегать сердце Жона, особенно когда оно так явно начало привязываться и к Блейк, и к Синтии всего через один день в их доме.