Семья Найтшейд

Глава 43: Новый семестр, новое внимание Утренний солнечный свет заливал дворы Бикона, когда Блейк и Жон шли по кампусу; новый семестр принес свежую энергию на территорию академии. Первокурсники бродили группами, всё ещё изучая планировку и восхищаясь архитектурой, в то время как вернувшиеся студенты приветствовали друзей полными энтузиазма объятиями после летних каникул. Блейк несла Синтию в переноске-кенгуру; ребенок бодрствовал и впитывал виды широкими янтарными глазами, которые зеркально отражали глаза матери. Жон шел рядом, нагруженный тем, что Блейк стала называть «даффлом для детсада» — сумкой, содержащей все, от запасной одежды до любимых игрушек Синтии, экстренных бутылочек и особого одеяла от Вайолет, которое стало единственной вещью, способной успокоить её во время дневного сна. — Как думаешь, мы взяли достаточно подгузников? — спросил Жон, поправляя лямку сумки на плече. — Может, стоило взять вторую пачку. — Мы взяли двенадцать, — напомнила ему Блейк с весельем в голосе. — На шесть часов. Если она не планирует побить какой-нибудь детский рекорд, мы будем в порядке. — Но что если... — В детском саду есть экстренные запасы, — мягко прервала его Блейк. — И ты запрограммировал оба наших номера свитка как приоритетные контакты. Они позвонят, если им что-нибудь понадобится. Жон кивнул, хотя морщинка беспокойства между его бровями не исчезла полностью. — Я знаю. Просто... это её первый день. — Нам труднее, чем ей, — заверила его Блейк, хотя чувствовала такое же тревожное порхание в животе. После месяцев, когда Синтия была почти постоянно с одним из них, мысль оставить её с относительными незнакомцами — даже высококвалифицированными — была тревожной. Синтия, не подозревая об их беспокойстве, потянулась к яркому шарфу проходящего студента с восхищенными хватательными движениями. Блейк мягко перенаправила внимание ребенка на мягкую кошачью игрушку, пристегнутую к переноске. — Смотрите, кто уже интересуется модой, — заметил Жон с гордой улыбкой. — Это у нее от тебя. — Думаю, ей просто нравится все яркое, что движется, — ответила Блейк, хотя не могла сдержать улыбку при мысли о том, что Синтия наследует черты от них обоих, генетике вопреки. Они подошли к восточному сектору кампуса, где детское учреждение занимало веселое одноэтажное здание, окруженное надежно огороженной игровой зоной. Структура была отремонтирована за лето специально для их нужд, хотя профессор Гудвич упомянула, что она будет служить будущим студентам-родителям и детям преподавателей. Когда они приблизились ко входу, Блейк заметила, что шаги Жона замедлились. — Сомневаешься? — тихо спросила она. — Нет, — неубедительно ответил он, затем вздохнул. — Может, немного. Что если она подумает, что мы её бросили? Блейк взяла его за руку, ободряюще сжав. — Не подумает. Мы практиковали короткие расставания, помнишь? И она будет окружена игрушками, вниманием и другими детьми. — Ты права, — согласился Жон, сжав руку в ответ, прежде чем отпустить, чтобы открыть ей дверь. — Я просто никогда не думал, что буду тем родителем, у которого тревога разлуки в первый день детского сада. — Это значит, что тебе не все равно, — просто ответила Блейк, входя в ярко освещенную приемную. — Это никогда не плохо. Интерьер детского центра был приятным сюрпризом — просторный, продуманно спроектированный и наполненный естественным светом. Мебель детского размера в основных цветах расставляла акценты в главной комнате, а образовательные плакаты и детские рисунки украшали стены. Через открытый дверной проем Блейк могла видеть зону для сна с крошечными кроватками, расставленными аккуратными рядами, а за ней — огороженное игровое пространство на улице с миниатюрными горками и лазалками. — Вы, должно быть, семья Арк-Белладонна, — поприветствовал их теплый голос. Женщина лет сорока подошла с доброй улыбкой; её кудрявые волосы были собраны в практичный хвост, а одежда была разумной, но веселой — пастельная блузка поверх удобных брюк. Бейдж идентифицировал её как «Мисс Мейпл, Директор по уходу за детьми». — Это мы, — подтвердил Жон, протягивая руку. — Я Жон Арк, а это Блейк Белладонна. И эта маленькая нарушительница спокойствия, — добавил он с явной гордостью, — Синтия. — Добро пожаловать в Центр раннего развития Бикона, — сказала мисс Мейпл, пожимая им обоим руки, прежде чем слегка наклониться, чтобы обратиться к Синтии напрямую. — И привет тебе, мисс Синтия. Мы так рады, что ты к нам присоединилась. Синтия, которая с восхищением наблюдала за красочным окружением, переключила внимание на новый голос. После минутного серьезного раздумья она расплылась в широкой беззубой улыбке. — Она одобряет, — с облегчением заметила Блейк. — Это хороший знак. Мисс Мейпл выпрямилась; её выражение лица было профессиональным, но теплым. — Я изучила информацию, которую вы предоставили о режиме и предпочтениях Синтии. Мы сделаем все возможное, чтобы поддерживать постоянство, хотя могут быть некоторые корректировки, пока она привыкает. — Конечно, — кивнула Блейк, начиная процесс извлечения Синтии из переноски. — Она в целом адаптивна, но может быть привередлива во время сна. — Одеяло с фазами луны, — подтвердила мисс Мейпл. — И она предпочитает, чтобы её плюшевый кот был рядом во время сна. Все отмечено в её личном деле. — Её личном деле? — спросил Жон; удивление было очевидным в его голосе. — Мы ведем подробные записи для каждого ребенка, — объяснила мисс Мейпл, ведя их в меньшую комнату рядом с главной зоной, где несколько младенцев уже занимались с воспитателями. — Предпочтения, этапы развития, ежедневные отчеты. Вы будете получать сводку при каждом поешении ребенка. — Это... на удивление тщательно, — прокомментировала Блейк, впечатленная, несмотря на остаточную тревогу. — Академия Бикон применяет одни и те же стандарты совершенства ко всем своим программам, — ответила мисс Мейпл с ноткой гордости. — А теперь позвольте представить вам мисс Уиллоу, которая будет основным воспитателем Синтии. Молодая женщина с мягкими манерами и лисьими ушами фавна подошла, опустившись на колени, чтобы встретиться с Синтией на уровне глаз. — Привет, сладкая, — мягко поздоровалась она. — У нас уже готово особое место для тебя. Следующие пятнадцать минут пролетели как в тумане: обмен информацией, подписи на бумагах и вопросы в последнюю минуту. Блейк передала Синтию с отработанной осторожностью, убедившись, что мисс Уиллоу знает о недавнем увлечении ребенка попытками перевернуться, даже когда это небезопасно. Жон распаковал предметы первой необходимости из их сумки, объясняя систему маркировки, которую они разработали для вещей Синтии, с серьезностью человека, передающего критические параметры миссии. На протяжении всего этого Синтия оставалась спокойной, отвлеченная новой обстановкой и яркой игрушкой, предложенной мисс Уиллоу. Когда наконец настал момент прощаться, Блейк почувствовала неожиданный ком в горле. — Мы вернемся после нашего последнего занятия, — сказала она, запечатлев нежный поцелуй на лбу Синтии. — Будь умницей, малышка. — Повеселись с новыми друзьями, — добавил Жон; его голос был подозрительно спокойным, когда он гладил волосы Синтии. — Помни, мама и папа очень любят тебя. Слово «папа» было новым — Синтия начала использовать его всего несколько дней назад, к большому эмоциональному потрясению Жона, — и слышать его в этом контексте заставило грудь Блейк сжаться от смеси эмоций, которые она не могла полностью распутать. — С ней все будет хорошо, — заверила их мисс Мейпл, мягко, но твердо направляя их к выходу. — Первый день всегда самый тяжелый для родителей. Обещаю, мы свяжемся с вами немедленно, если возникнут какие-либо проблемы. Каким-то образом они оказались снаружи здания; дверь мягко закрылась за ними. Блейк стояла неподвижно мгновение, прислушиваясь к любому звуку бедствия изнутри. — Ничего, — тихо заметил Жон. — Никакого плача. — Это хорошо, — ответила Блейк, хотя часть её почти желала какого-то знака, что Синтия будет скучать по ним так же сильно, как они уже скучали по ней. — Мы сделали это, — сказал Жон, обнимая её за плечи в боковом объятии. — Первая сдача в детский сад завершена. Почти без слез. — Говори за себя, — пробормотала Блейк, часто моргая. Смех Жона был мягким и понимающим. — Пойдем. У нас есть двадцать минут до занятия профессора Гудвич по продвинутым применениям Ауры, а я слышал, она ещё менее терпима к опозданиям в этом семестре. Пока они возвращались через главный кампус, Блейк постепенно осознала внимание, которое они привлекали. Сначала она предположила, что это обычное любопытство к их необычной ситуации — слухи о «студентах-родителях Бикона» распространились по всей школе, несмотря на попытки персонала соблюдать конфиденциальность. Но когда они прошли мимо группы первокурсников, Блейк заметила нечто иное. Взгляды не были направлены на них обоих — или даже в первую очередь на неё, как на члена пары, являющегося фавном. Вместо этого взгляды следовали за Жоном, задерживаясь с интересом, который Блейк узнала слишком хорошо. Группа первокурсниц действительно прервала разговор, чтобы посмотреть, как он проходит, перешептываясь за ладонями с оценивающими взглядами. Одна блондинка с зеленой лентой в волосах даже вздохнула, когда Жон рассеянно провел рукой по волосам, проверяя свиток. Блейк почувствовала внезапный, неожиданный жар в груди — острую, собственническую эмоцию, которая застала её врасплох своей интенсивностью. Ощущение было настолько чуждым, что ей потребовалось мгновение, чтобы идентифицировать его: ревность, чистая и простая, с подспудным территориальным инстинктом, о наличии которого она не знала. Её глаза сузились, когда она поймала другую студентку — брюнетку в красной форме академии — открыто пялившуюся на Жона с нескрываемым интересом. У девицы хватило наглости толкнуть подругу и прошептать что-то, что заставило их обеих захихикать. Блейк поймала себя на том, что придвигается ближе к Жону; её плечо коснулось его плеча в безошибочно собственническом жесте. Когда его рука автоматически нашла её руку, она почувствовала вспышку удовлетворения от разочарованных взглядов их аудитории. — Все в порядке? — спросил Жон, не замечая внимания, которое он получал. — Ты кажешься напряженной. Блейк моргнула, удивленная собственной реакцией. С каких это пор она стала такой... собственницей? Это было совсем на нее не похоже. Она гордилась тем, что была независимой, рациональной — не склонной к примитивным территориальным инстинктам из-за партнера. И все же... мысль о том, что эти девушки оценивают новообретенную уверенность Жона, то, как ответственность расширила его плечи и придала ему целеустремленную походку — это запустило в ней что-то первобытное. «Мой», — прошептал голос на задворках ее разума. «Он мой. Наш. Часть нашей семьи». — Блейк? — позвал Жон; беспокойство прокралось в его голос. — Я в порядке, — ответила она, встряхиваясь от своих мыслей. — Просто... думаю о Синтии. Лицо Жона смягчилось от понимания. — С ней все будет хорошо. Мы заберем её прежде, чем она успеет соскучиться. Блейк кивнула, благодарная, что он приписал её рассеянность родительскому волнению, а не территориальным чувствам, бурлящим внутри нее. Когда они продолжили путь на занятие, она сделала мысленную пометку найти Янг до обеда — если кто-то и мог помочь ей разобраться в этих незнакомых эмоциях, то это была её напарница. Лекция профессора Гудвич по продвинутым техникам манипуляции аурой прошла как в тумане. Блейк делала заметки механически; её разум постоянно возвращался и к Синтии в детском саду, и к тревожной ревности, которую она испытала ранее. Когда наконец прозвенел звонок, она собрала свои материалы с необычной поспешностью. — Мне нужно кое-что уточнить у Янг до обеда, — сказала она Жону. — Можешь занять мне место? — Конечно, — ответил он, выглядя слегка озадаченным её срочностью, но не задавая вопросов. — Все в порядке? — В порядке, — заверила она его быстрой улыбкой. — Просто командные дела. Это не займет много времени. Она заметила характерные золотые волосы Янг в толпе коридора и ускорила шаг, догоняя напарницу прямо у боевой арены. — Янг, — позвала она, привлекая внимание блондинки. — Есть минутка? Мне нужно поговорить с тобой. Янг повернулась; удивление мелькнуло на её лице, прежде чем смениться её обычной легкой улыбкой. — Для моей любимой мамы-кошки? Всегда. Что случилось? Блейк оглядела оживленный коридор. — Где-нибудь в приватной обстановке? Что-то в её тоне, должно быть, передало её серьезность, потому что выражение лица Янг сменилось на озабоченное. — Пустой класс вон там, — сказала она, указывая на дверь слева. — Нора сказала, что Порт отменил свои утренние лекции из-за «срочных дел с Гримм» — что, вероятно, означает, что он охотится на что-то для нового проекта таксидермии. Блейк последовала за Янг в пустую комнату, закрыв за ними дверь. Теперь, когда у нее было полное внимание напарницы, она обнаружила, что не знает, как начать. Как объяснить развивающиеся собственнические инстинкты по отношению к тому, кто начинал как друг, превратился в со-родителя и теперь был... чем-то более сложным, чем любой из этих ярлыков мог бы охватить. — Это насчет Синтии? — подсказала Янг, когда молчание Блейк затянулось. — Как прошла сдача в сад? — Сдача прошла нормально, — кивнула Блейк, благодарная за подсказку. — Это насчет... кое-чего другого. Чего-то, с чем я не уверена, как справиться. Янг запрыгнула на одну из парт, болтая ногами, и уделила Блейк полное внимание. — Я вся во внимании. Ну, не буквально вся во внимании — это больше по твоей части, — её ухмылка лишила шутку колкости. Блейк закатила глаза, но поймала себя на том, что слегка расслабилась. Это была Янг — прямолинейная, верная и удивительно проницательная под своей беззаботной внешностью. Если кто-то и поймет, то это она. — Я думаю, я начинаю ревновать, — сказала наконец Блейк, слова вырвались потоком. — И не просто чуть-чуть. Собственнически, территориально. Брови Янг взлетели вверх. — Ого. Ладно, это не то, чего я ожидала. Что случилось? Блейк начала расхаживать; её волнение делало невозможным стоять на месте. — Мы возвращались из детского центра, и я заметила, как эти первокурсницы просто... пялились на Жона. Не с любопытством, а с интересом. — Ты имеешь в виду, они его оценивали? — уточнила Янг; намек на веселье прокрался в её голос. — Да, — подтвердила Блейк, прекращая ходить, чтобы посмотреть прямо на Янг. — И это меня беспокоило. Сильно. Больше, чем должно было. — Определи «беспокоило», — надавила Янг, подавшись вперед с интересом. Блейк колебалась, затем решила, что полная честность — её единственный вариант. — Я хотела схватить его за руку и дать понять, что он занят. Я практически испепелила взглядом одну девицу, которая была особенно очевидна в этом. Я даже поймала себя на мысли «мой», — она подчеркнула последнее слово с недоверием. — С каких это пор я думаю о ком-либо как о «моем»? К удивлению Блейк, Янг не засмеялась. Вместо этого она задумчиво кивнула. — С тех пор, как ты стала частью семейной ячейки, — просто ответила она. — Это на самом деле довольно нормально, Блейк. Ты провела месяцы, строя что-то с Жоном — что-то важное. Конечно, ты будешь чувствовать желание защитить это. — Но это не было защитой, — возразила Блейк. — Это было... собственничеством. Примитивным. Я никогда не чувствовала себя так раньше, даже когда... — она оборвала себя, не желая привносить Адама в этот разговор. Выражение лица Янг смягчилось от понимания. — Не каждая сильная эмоция токсична, Блейк, — мягко сказала она. — Чувствовать вспышку ревности, когда кто-то другой проявляет интерес к твоему партнеру? Это по-человечески. Или по-фавньи, — добавила она с легкой улыбкой. — Это проблема только если ты позволяешь этому контролировать свои действия или если пытаешься контролировать его. Блейк прислонилась к стене, обдумывая слова Янг. — Я ничего ему не сказала, — призналась она. — Я была слишком удивлена собственной реакцией. — Вероятно, к лучшему, — согласилась Янг. — Хотя честно? Жон, вероятно, был бы на седьмом небе от счастья, если бы узнал, что ты чувствуешь «территориальность». Этот парень без ума от тебя ещё до того, как сам это осознал. Теплый румянец пополз по шее Блейк. — Не в этом дело, — настояла она, хотя не могла полностью подавить довольное трепетание в груди от оценки Янг. — Нет, дело в том, что ты испытываешь совершенно нормальные эмоции для кого-то в твоей ситуации, — сказала Янг. — Вы с Жоном растите ребенка вместе. Вы познакомились с семьями друг друга. Вы делите комнату, даже если вы оба всё ещё настаиваете, что это просто по «практическим причинам», — она изобразила воздушные кавычки вокруг последних слов; ее скептицизм был очевиден. — Конечно, вид других женщин, проявляющих к нему интерес, запустил некоторую собственническую реакцию. Сказанное так, это звучало разумно. Блейк поймала себя на том, что немного расслабилась. — Значит, ты не думаешь, что я превращаюсь в какого-то контролирующего человека? Янг рассмеялась; звук был искренним и обнадеживающим. — Блейк, ты одна из самых яростно независимых людей, которых я знаю. Момент «эй, это моего мужчину они разглядывают» этого не меняет, — она спрыгнула со стола и подошла к Блейк, положив обе руки ей на плечи. — Тебе позволено иметь чувства, даже сложные. Тот факт, что ты беспокоишься об этом, на самом деле показывает, насколько маловероятно, что ты станешь контролирующей. Блейк выдохнула воздух, который, как она не осознавала, задерживала. — Ты права, — уступила она. — Я просто не ожидала этого. Это застало меня врасплох. — Это потому, что ты провела так много времени, стараясь не привязываться ни к чему и ни к кому, — заметила Янг; её тон был мягким, но прямым. — Теперь у тебя есть семья, и с этим приходят все эти запутанные, сложные эмоции. Это новая территория. «Семья»,— слово отозвалось в груди Блейк тем же ровным теплом, что она чувствовала ранее. — Я никогда не думала, что она у меня будет, — тихо призналась она. — Не после всего... что было до. — Но у тебя это есть, — твердо сказала Янг. — И это нормально — хотеть защитить это. Просто, может, не шипи на первокурсниц, ладно? Не очень хорошо для отношений в команде. Блейк фыркнула; напряжение наконец спало. — Я не шипела. — В этот раз, — поддразнила Янг, обнимая Блейк за плечи и направляя её к двери. — Пойдем, мама-кошка. Пошли на обед, пока Нора не съела все самое вкусное. Когда они снова влились в поток студентов, направляющихся в столовую, Блейк почувствовала легкость. Янг была права — чувствовать желание защитить то, что она построила с Жоном и Синтией, не было неправильным или опасным. Это было просто частью принятия этой новой жизни, которую она никогда не ожидала, но без которой теперь не могла представить себя. Впереди в коридоре она заметила Жона, ожидающего у входа в столовую; его глаза сканировали толпу, пока не нашли её. Его лицо озарилось улыбкой, настолько искренней, что её сердце пропустило удар, и Блейк почувствовала, как остатки неуверенности тают. Вот каково это — иметь семью: что-то драгоценное, что ты защищаешь не потому, что владеешь этим, а потому, что это часть тебя. И это, решила Блейк, ускоряя шаг, чтобы присоединиться к нему, было чем-то, что стоило пережить во всей его сложной красе. /-/ Омаке: Проблемы с униформой Блейк стояла перед ростовым зеркалом в их новой квартире, тщетно дергая свою форму Академии Бикон. Белая блузка натянулась на груди, растягивая пуговицы так, что она чувствовала себя выставленной напоказ и неуютно. Черная юбка была ещё хуже — молния отказывалась закрываться полностью, оставляя щель, которую никакое стратегическое позиционирование не могло скрыть. — Это не может быть правдой, — пробормотала она, изворачиваясь, чтобы осмотреть себя под разными углами. Ткань, которая когда-то сидела идеально, теперь казалась ограничивающей, цепляясь за изгибы, которые казались более выраженными, чем она помнила. Она снова попыталась с юбкой, втянув живот и пытаясь застегнуть молнию силой. Она сдвинулась ещё на дюйм, прежде чем упрямо застрять, оставив её выглядеть растрепанной и разочарованной. — Может, я по ошибке взяла чужую форму, — сказала Блейк себе, хотя даже произнося слова, знала, что это неправда. Знакомая потертость на левом рукаве и едва заметная починка там, где Гэмбол Шрауд однажды зацепил ткань, подтверждали, что это определенно была её форма. Дверь квартиры открылась, за чем последовал характерный смех Янг, эхом разнесшийся из гостиной. — Блейк! Мы принесли кофе и... оу. — голос Янг резко оборвался, когда она появилась в дверном проеме спальни; её золотистые брови поползли вверх при виде открывшейся картины. — Возникли некоторые... технические трудности, напарница? Вайсс появилась позади Янг, оценивая затруднительное положение Блейк с характерной прямотой. — Твоя униформа, кажется, довольно плохо сидит, — заметила она тщательно нейтральным тоном. Уши Блейк прижались к голове от смущения. — Дело в форме, — слабо настаивала она, даже прекращая попытки застегнуть юбку. — Что-то, должно быть, случилось с ней во время хранения. Янг полностью вошла в комнату, кружа вокруг Блейк с оценивающим взглядом человека, проводящего инспекцию. — Не хочется тебя расстраивать, но я не думаю, что форма села, — она неопределенно махнула в сторону талии Блейк. — Похоже, кто-то наслаждался всеми этими домашними обедами немного слишком сильно. — Янг! — запротестовала Блейк, её лицо вспыхнуло. — Просто говорю, — продолжила Янг с ухмылкой, — тебя определенно стало больше, чем раньше. Не в плохом смысле! Просто... приятная округлость, понимаешь? Вайсс подошла ближе; её аналитический взгляд охватил натянутые швы и зияющую ткань. — Что именно ты ела в доме семьи Арк? — спросила она с искренним любопытством. — Перемена весьма заметна. Блейк рухнула на край кровати; боевой дух покинул её, когда она приняла очевидную истину. — Всё, — призналась она со вздохом. — Джунипер настаивала на том, чтобы кормить нас постоянно. Огромные порции яиц и мяса на завтрак, белок и картофель на обед, сытные ужины с добавкой и ещё добавкой... — она беспомощно махнула рукой на свое тело. — Я не могла отказать её стряпне. Это было невероятно. — Очевидно, — ухмыльнулась Янг, усаживаясь на стул рядом с комодом. — А что насчет Ромео? Не говори мне, что у него та же проблема. Упоминание Жона только усугубило разочарование Блейк. — Это делает всё ещё хуже, — простонала она, откидываясь назад на кровать. — Я спросила его сегодня утром, подходит ли ему всё ещё форма. Знаете, что он сказал? В плечах жмет, и брюки тесноваты в ногах. — О нет, — ухмылка Янг стала шире. — Не говори мне... — Он раздался во всех правильных местах, — продолжила Блейк; её голос приобрел отчетливо горький оттенок. — Плечи шире, руки рельефнее, даже грудь выглядит плотнее. А я выгляжу так, будто меня надули. Губы Вайсс дернулись от едва сдерживаемого веселья. — Понятно. Значит, Жон набрал то, что можно милосердно назвать «мышечной массой», пока ты набрала... — Жирок, — несчастно закончила Блейк. — Чистый, неприглядный жирок. Это несправедливо. Мы ели одну и ту же еду! — Вообще-то, — задумчиво сказала Янг, — это не обязательно правда. Парни наращивают мышцы иначе, чем девушки, особенно когда занимаются физическими тренировками. Все эти спарринги с отцом, вероятно, помогли ему переработать лишние калории в реальную силу. — Пока я играла с Синтией и болтала с мамой, — пробормотала Блейк. — Отлично. Вайсс деликатно присела на край кровати; её выражение лица приобрело озорное качество, которого Блейк научилась бояться. — Знаешь, — сказала она с обманчивой небрежностью, — может быть другое объяснение полному энтузиазма режиму кормления от миссис Арк. — Что ты имеешь в виду? — подозрительно спросила Блейк. — Ну, — продолжила Вайсс, явно наслаждаясь моментом, — во многих традиционных семьях, когда молодую женщину приводят домой знакомиться с родителями, особенно в таких... семейных обстоятельствах... у матерей иногда возникают определенные ожидания. Глаза Блейк сузились. — Ожидания? Янг уловила мысль мгновенно; её лицо озарилось нечестивым восторгом. — О боже, Вайсс, ты права! Миссис Арк, вероятно, пыталась откормить Блейк! — Прошу прощения? — Блейк резко села. — Подумай об этом, — продолжила Янг, жестикулируя с энтузиазмом. — Ты появляешься с её драгоценным сыном и ребенком, живете вместе, играете в семью... Она, вероятно, думает, что вы двое практически женаты. Все это дополнительное кормление? Классическое поведение свекрови. Она готовит тебя к булочке в духовке! Лицо Блейк сменило несколько оттенков красного, прежде чем остановиться на убийственно пунцовом. — Это... она бы не... мы даже не встречались тогда! — Это не мешало ей надеяться, — захихикала Янг. — Спорю, она распланировала все твое будущее. «О, этой милой девочке-фавну нужно немного мяса на костях, если она собирается подарить мне ещё внуков!» — Янг Сяо Лонг, я тебя убью, — пригрозила Блейк, хотя её голос слегка дрогнул от смущения. Вайсс тем временем изучала Блейк с новым интересом. — Вообще-то, это довольно здравая стратегия с биологической точки зрения, — размышляла она. — Обеспечение адекватных питательных резервов для потенциальной беременности... — ВАЙСС! — взвизгнула Блейк, хватая подушку и швыряя её в напарницу. Янг согнулась пополам от смеха. — О боже, это идеально! Блейк откормила Мама Арк для подготовки к ребенку! Неудивительно, что Жон выглядит так хорошо — она берегла все порции для наращивания мышц для своего сына! Блейк закрыла лицо руками. — Я ненавижу вас обеих. И я ненавижу вкусную стряпню Джунипер. И я особенно ненавижу то, что Жон выглядит так, словно сошел с обложки фитнес-журнала, а я выгляжу так, словно была в спячке. — Эй, — сказала Янг, её смех наконец сменился чем-то более сочувственным, — если это что-то значит, тебе это идет. Жон уж точно не возражает. — Не в этом дело, — простонала Блейк. — Дело в том, что мне нужна новая форма и, по-видимому, абонемент в спортзал. — Или, — предложила Вайсс с хитрой улыбкой, — ты могла бы просто принять очевидные надежды миссис Арк на твое будущее и подарить ей тех внуков, которых она явно ждет. Вторая подушка попала Вайсс прямо в лицо. — Я покупаю новую форму, — твердо заявила Блейк, вставая и пытаясь ещё раз поправить плохо сидящую одежду. — И я начну тренироваться в два раза усерднее. И если кто-то из вас упомянет об этом Жону... — Наши рты на замке, — пообещала Янг, хотя её ухмылка говорила об обратном. — Программа подготовки внуков от Мамы Арк останется между нами. Взгляд Блейк мог бы расплавить сталь, но прежде чем она смогла сформулировать подходящую угрозу, голос Жона позвал из гостиной. — Блейк? Все в порядке? Я слышал крики. — Все отлично! — быстро крикнула в ответ Блейк, затем бросила на напарниц предупреждающий взгляд. — Ни. Единого. Слова. Янг сделала преувеличенное движение, будто застегивает молнию на губах, в то время как Вайсс просто улыбнулась с удовлетворением человека, который только что получил отличный материал для шантажа. Блейк вздохнула, глядя на свою бунтующую форму еще раз. — Я действительно ненавижу стряпню Джунипер Арк, — пробормотала она. — Нет, не ненавидишь, — весело ответила Янг. — Ты просто ненавидишь, что это сработало.