Семья Найтшейд

80 г. П.В. — Начало августа Лекционный зал гудел от предзанятийной болтовни: студенты занимали свои обычные места с небрежной фамильярностью рутины семестра. Профессор Ублек носился перед аудиторией, раскладывая свои заметки и карты с характерной скоростью, время от времени делая срочные глотки из своего вездесущего термоса. Блейк сидела на своем привычном месте, окруженная товарищами по команде, но её внимание было решительно в другом месте. В третий раз за пять минут она проверила свой свиток; экран отображал с виду невинное погодное приложение, скрывающее прямую трансляцию с камер наблюдения детского сада — привилегия, которую профессор Озпин тихо санкционировал, признавая уникальные проблемы, с которыми столкнулись неожиданные студенты-родители Бикона. — С ней все в порядке, Блейк, — прошептала Вайсс, заметив рассеянность напарницы. — Ты проверяла две минуты назад. И ещё за две минуты до этого. — Я знаю, — пробормотала Блейк, неохотно гася экран. — Просто... это самый долгий срок, на который мы оставляем её на попечение кого-то другого. Руби наклонилась вперед с ряда позади них. — Персонал детского сада супер-квалифицированный! Мисс Мейпл показала нам все свои сертификаты, помнишь? И Синтия выглядела такой счастливой, играя с этими цветными кубиками. — И за ней специально присматривает та милая леди-фавн, — добавила Янг. — Как её зовут — Уиллоу? С лисьими ушами? Она казалась совершенно очарованной нашей маленькой племянницей. Уши Блейк дернулись под бантом, признавая их заверения, в то время как её пальцы нервно барабанили по парте. Рационально она знала, что они правы. Однако эмоционально разлука с Синтией ощущалась как отсутствие жизненно важного органа — постоянное, ноющее осознание отсутствия, которое делало сосредоточение на чем-либо другом почти невозможным. Через проход Жон, казалось, справлялся не лучше. Его тетрадь лежала открытой, но пустой перед ним, ручка нетронута, пока он смотрел на часы с интенсивностью, обычно приберегаемой для боевых ситуаций. Время от времени его рука тянулась к карману, где лежал свиток; пальцы подергивались от едва подавляемого желания проверить его. — Мистер Арк! — голос профессора Ублека хлестнул по классу, как кнут, заставив Жона подскочить. — Возможно, вы просветите нас, в чем заключалась ошибка генерала Хейлфорта при подходе к Вейлу? Жон моргнул, явно застигнутый врасплох. — Я... эм... — Недооценка местной местности, — прошептала Пирра рядом с ним. — Точно! Атака в долине, — повторил Жон с вынужденной уверенностью. — Он... эм... не учел особенности местности. — Именно! — подтвердил Ублек, перемещаясь в другую часть комнаты. — Дорогостоящее предположение, демонстрирующее опасность недооценки преимуществ своего поля в боевых сценариях! А теперь переходим к контрнаступлению при... Жон с облегчением осел на стуле, бросив на Пирру благодарный взгляд, прежде чем его глаза неизбежно вернулись к часам. Прошло всего двадцать минут девяностоминутной лекции. Казалось, прошла вечность. Мягкая вибрация свитка Блейк заставила её сердце забиться быстрее. Она незаметно проверила уведомление; напряжение заметно ушло из её плеч, когда она прочитала сообщение: рутинное обновление из детского сада об утреннем перекусе и играх Синтии. Ничего срочного, просто стандартная проверка, которую они обещали предоставлять. Вайсс заглянула через плечо, приподняв элегантную бровь на реакцию Блейк. — Все в порядке? — В порядке, — прошептала Блейк в ответ. — Просто запланированное обновление. Она хорошо ест. — Видишь? Не о чем беспокоиться, — Вайсс вернула внимание к своим тщательным записям, но не раньше, чем добавила с нехарактерной мягкостью: — Осталось всего несколько часов. Через проход Блейк поймала вопросительный взгляд Жона. Она едва заметно кивнула, наблюдая, как подобное облегчение омывает его черты. Они выработали эту безмолвную коммуникацию за месяцы совместного родительства — целые разговоры, передаваемые через мельчайшие выражения и жесты, особенно полезные в более сложные моменты с Синтией. Профессор Ублек продолжил свою скорострельную лекцию. В нормальных обстоятельствах Блейк вела бы подробные конспекты, особенно по темам, связанным с фавнами, которые часто появлялись на экзаменах. Сегодня, однако, её тетрадь оставалась почти пустой, за исключением нескольких разрозненных фраз и случайных зарисовок знакомого плюшевого кролика. Остаток лекции прошел в тумане беспокойства для обоих родителей. Когда Ублек наконец отпустил класс, Жон вскочил со стула прежде, чем профессор закончил говорить, чуть не споткнувшись о собственные ноги в спешке добраться до прохода. — Полегче, Жон, — предостерегла Пирра, собирая свои материалы в более разумном темпе. — Детский сад закроется только через несколько часов. — Я знаю, я знаю, — признал он, слегка подпрыгивая на носках в ожидании товарищей. — Я просто подумал, может, мы могли бы... заглянуть. Во время обеда. Просто быстрый визит. — У нас боевая подготовка с Гудвич после обеда, — мягко напомнил ему Рен. — На противоположной стороне кампуса. Лицо Жона вытянулось. — Точно. Конечно. — Но, — ярко вмешалась Нора, — мы можем заскочить, типа, на две минуты! Как раз хватит времени взглянуть и, может быть, дать пятюню ребенку! Крошечные пятюни — лучшие пятюни. Блейк, добравшаяся до их места с командой RWBY на буксире, обменялась взглядом с Жоном. — Быстрая проверка не повредит, — сказала она; облегчение было очевидным в её голосе от того, что не ей пришлось это предлагать. — Вы, ребята, безнадежны, — рассмеялась Янг, хотя в её тоне было больше нежности, чем насмешки. — Но ладно, Операция «Обеденная Проверка Ребенка» запущена. У нас есть сорок пять минут до занятия Гудвич, что означает ровно семь минут на ребенка, если учитывать время на дорогу. — Я рассчитала наиболее эффективный маршрут, — добавила Вайсс, сверяясь со свитком. — Если срежем через восточный двор, а не пойдем по главной дороге, сэкономим примерно три минуты в каждую сторону. Руби уставилась на напарницу. — Ты составила маршруты до детского центра? — Конечно, — чопорно ответила Вайсс. — Правильное планирование предотвращает плохую производительность. — Перевод: Ледяная Королева так же раскисла из-за ребенка, как и все мы, — театральным шепотом произнесла Янг, уворачиваясь от вялого шлепка, который Вайсс направила ей в руку. Объединенные команды направились через кампус; их темп был значительно бодрее, чем типичные прогулки между занятиями. Несколько студентов выкрикивали приветствия, когда они проходили мимо, но ни Блейк, ни Жон не замедлились, чтобы ответить; их фокус был един и непоколебим. — Знаете, — заметила Руби, когда они спортивным шагом пересекали восточный двор, — не думаю, что я когда-либо видела, чтобы вы двое двигались так быстро вне боевых ситуаций. — Неправда, — возразила Янг. — Помнишь, когда у Синтии был тот легкий жар на прошлой неделе? Я почти уверена, что Жон преодолел звуковой барьер, добираясь до лазарета. — Это было другое, — слабо запротестовал Жон. — Она была больна. — А теперь она совершенно здорова, — мягко напомнила ему Пирра. — В безопасной, контролируемой среде с квалифицированными воспитателями. — Которые, вероятно, гадают, почему параноидальные родители проверяют ребенка всего через три часа, — добавила Вайсс. Уши Блейк слегка прижались под бантом. — Мы не параноики. Мы... добросовестные. — Супер-добросовестные, — поддержала Нора. — Типа, самые добросовестные родители в мире! Что, кстати, совершенно очаровательно. Они добрались до детского центра в рекордное время; маршрут Вайсс оказался таким эффективным, как и было обещано. У входа Блейк и Жон остановились, внезапно смутившись своей едва скрываемой тревоги. — Может, нам стоит просто... посмотреть через окно? — предложил Жон, уже двигаясь к большой стеклянной панели, открывающей вид на главную игровую комнату. — Нет нужды беспокоить её, если она спокойна. Блейк кивнула в знак согласия, присоединяясь к нему у окна. Внутри они могли видеть нескольких младенцев, занятых различными делами под бдительными взглядами воспитателей. Потребовалось всего мгновение, чтобы заметить Синтию, сидящую на цветном коврике, пока мисс Уиллоу помогала ей складывать мягкие кубики. Ребенок выглядел совершенно довольным, хихикая, когда башня неизбежно падала. — Она выглядит... счастливой, — заметила Блейк, удивленная противоречивыми эмоциями, которые вызвало это осознание — облегчение, что у Синтии все хорошо, смешанное с иррациональным уколом, что по ним не скучают. — Да, — согласился Жон; похожий эмоциональный коктейль слышался в его голосе. — Действительно счастливой. Они наблюдали ещё минуту; никто не делал попытки войти, несмотря на то, что они мчались через весь кампус ради этой возможности. Позади них их товарищи обменялись понимающими взглядами. — Так... мы заходим или просто скрываемся снаружи как подозрительные личности? — наконец спросила Янг. Блейк покачала головой. — Не стоит прерывать. У неё явно все хорошо, и наш вход может просто сбить её с толку. — Особенно если нам придется снова уйти прямо сейчас, — добавил Жон, неохотно отступая от окна. — Лучше подождать до обычного времени, когда будем забирать. — Ого, — сказала Руби с искренним восхищением в голосе. — Это... очень по-взрослому с вашей стороны, ребята. — Действительно, — согласилась Вайсс, проверяя время на свитке. — И удачно, так как у нас теперь ровно шестнадцать минут, чтобы добраться до класса профессора Гудвич, прежде чем мы официально опоздаем. Когда они повернулись, чтобы уйти, в дверях появилась мисс Мейпл; её понимающее выражение лица окинуло собравшуюся группу. — Мне показалось, я мельком увидела знакомое лицо в нашем окне, — тепло сказала она. — Мисс Белладонна, мистер Арк — вы хотели зайти на минутку? У Синтии все замечательно, как вы можете видеть. Блейк и Жон обменялись быстрым взглядом, прежде чем Жон ответил за них обоих. — Спасибо, но мы просто проходили мимо. У нас боевая подготовка через... — он взглянул на Вайсс, которая одними губами произнесла «пятнадцать минут» с преувеличенной четкостью. — Пятнадцать минут. На другой стороне кампуса. — Я понимаю, — улыбнулась мисс Мейпл. — Первые дни часто тяжелее для родителей, чем для детей. Если это поможет, она попросила «Ма-му» и «Па-пу» один раз во время утреннего круга, но сразу после этого очень увлеклась пением. — Правда? — Блейк не могла не спросить; её уши навострились под бантом. — Только один раз, — заверила её мисс Мейпл. — Это совершенно нормально, и она прекрасно переключилась. Увидимся, когда придете забирать — в четыре тридцать, верно? — Ровно, — подтвердил Жон, не в силах скрыть нетерпение, несмотря на попытку выглядеть беззаботным. Пока они спешили к классу Гудвич — теперь с запасом всего в двенадцать минут благодаря короткому разговору — Янг игриво толкнула Блейк. — Вы двое на самом деле собираетесь пережить день, не похищая её из сада. Я впечатлена. — Мы не настолько плохи, — запротестовала Блейк, хотя и без особой убежденности. — Вы буквально спринтовали через кампус, чтобы подглядеть в окно, — заметила Вайсс. — И вы оба проверяете свитки каждые три минуты, — добавила Руби. — И Жон выглядит так, будто кто-то украл его любимую толстовку, — вставила Нора. — И вы упомянули Синтию ровно семнадцать раз с завтрака, — внес лепту Рен, удивив всех своим точным подсчетом. — Ладно, ладно, — уступил Жон с виноватой улыбкой. — Мы, может быть, немного... чрезмерно вовлечены в её первый день. — Это мило, — заверила его Пирра. — Вы оба так глубоко заботитесь о её благополучии. — Хотя, возможно, слегка чрезмерно, — добавила Вайсс. — Детский сад буквально на территории Бикона, укомплектован квалифицированными профессионалами, под прямым надзором самой профессора Гудвич. — Логика не всегда побеждает, — тихо вздохнула Блейк. — Даже когда знаешь, что все хорошо, есть эта... тяга. Эта потребность быть уверенной. Янг обняла напарницу за плечи. — Ну, вы оба прошли первый тест на разлуку с отличием. Сделали только одну ненужную проверку, не опозорились, разрыдавшись, и, возможно, даже доживете до времени, когда нужно забирать, без нервных срывов. — Спасибо за вотум доверия, — сухо ответил Жон. — Всегда пожалуйста, пап, — подмигнула Янг. — А теперь нам лучше прибавить ходу, если не хотим объяснять Гудвич, почему опоздали на боевую подготовку. Упоминание о потенциальном опоздании подстегнуло группу к почти бегу; разговор переключился на предположения о сегодняшних спарринг-партнерах. Пока они спешили, Блейк поймала себя на том, что идет в ногу с Жоном. — Она действительно выглядела счастливой, — тихо сказала она, только для него. — Да, — согласился он. — Думаю, мы делаем что-то правильно. — По-видимому, так, — Блейк позволила себе маленькую улыбку. — Хотя я всё ещё считаю минуты до четырех тридцати. — Я тоже, — признался Жон. — Кто быстрее до двери детсада? — Идет, — ответила Блейк; перспектива дружеского соревнования предлагала желанное отвлечение от часов, всё ещё простирающихся между настоящим моментом и воссоединением с их дочерью. Позади них товарищи обменялись понимающими взглядами — равными частями веселья и привязанности к этой маловероятной паре, которая так полно приняла свои неожиданные роли штатных родителей-студентов Бикона. При всех их поддразниваниях никто не мог отрицать восхищения, которое они чувствовали, наблюдая, как Блейк и Жон осваивают эту неизведанную территорию — их преданность Синтии соответствовала только их решимости продолжать обучение Охотников наряду с родительскими обязанностями. — Пять льен, что они оба прибудут забирать как минимум на пятнадцать минут раньше, — прошептала Янг Вайсс, когда они приближались к боевой арене. — Я не принимаю эту ставку, — чопорно ответила Вайсс. — Я уже поставила будильник на свитке на четыре часа, чтобы напомнить им не уходить с занятий раньше. — Ты хороший друг, Вайсс, — кивнула Руби, похлопав напарницу по плечу. — Я практичная, — поправила Вайсс, хотя легкая улыбка играла на её губах. — Кто-то должен быть таким, когда эти двое устанавливают новые рекорды по тревоге разлуки. Когда класс профессора Гудвич показался в поле зрения, Блейк бросила последний взгляд на свиток — просто быстрая проверка времени, сказала она себе, игнорируя иконку приложения детского сада, которая, казалось, пульсировала искушением. Всего ещё четыре часа, сорок семь минут и тридцать две секунды до того, как забирать. Не то чтобы она считала.