we got to hide what we're doing

Вряд ли Уилл мог бы себе представить еще неделю назад, что утро перед школой станет таким приятным и хлопотным. Сегодня он проснулся бодрее обычного, хотя и заводил себе будильник на пятнадцать минут раньше. Этого запаса ему оказалось мало, ведь даже с ним он пропустил два звучных крика мамы с первого этажа, зазывающего к завтраку. Хотелось хотя бы частично привести себя в порядок. Обычно он всегда обходился лишь базовой гигиеной и аккуратностью, иногда и вовсе влезая в то, что упадет с полки. Сейчас же проводились самые сложные мыслительные процессы, напрягались все извилины, отвечающие за понятие хорошего вкуса. К завтраку он спустился последним: Джейн уже почти доела свой омлет. – Всё хорошо? – конечно, закономерный интерес от мамы был ожидаем, но Уилл всё равно упрямо поморщился. Иногда ему казалось, что этого внимания становилось слишком много. – Да! – почти мгновенно выпалил Уилл, громко рухнув за стол и подгребая к себе поближе тарелку. Джойс, к счастью, не уловила в ответе ничего предосудительного, но на всякий случай нежно провела по голове Уилла рукой. – Ты сегодня прям светишься, Уилл. Тебе очень идет эта рубашка! –вскользь произносит мама, отшагивая обратно к холодильнику. Джейн нетерпеливо улыбалась, прикрывая рот. У Уилла горели уши. Одно дело, когда ты сам в себе признаешь эти чувства. И совсем иначе, когда их замечают близкие! По дороге до школы они продолжили разговор уже с Джейн. – Если вы с Макс ещё соберетесь по магазинам, то я, видимо пойду вместе с вами! – несдержанно восклицает Уилл, отдергивая рукава рубашки. Всю дорогу он беспощадно мучал свои пуговицы и рукава, то закатывая те по локоть, то спуская обратно к запястьям. Джейн, шедшая рядом, только глухо посмеивалась. – Мне кажется, ты слишком нервничаешь! Ты ведь Ричи понравился до того, как стал рубашки так тщательно выбирать, вот и не переживай, – сестра твердо и уверенно дернула Уилла за плечо, чтобы тот прекратил теребить ткань. Уилл послушно выдохнул. Наверное, вся эта паника была вызвана банальной неопытностью. Это были его первые отношения, первые поцелуи, первые свидания. Он вспоминал как вел себя Лукас, каким был Майк. Далеко за примером ходить не нужно – за стенкой была Джейн. Всё, что он мог – это полагаться на наблюдения. – Просто я совсем не знаю, как правильно… – он не смог договорить. Джейн как всегда слишком проницательно смогла предвосхитить его слова. – Уилл, не бывает правильного и не правильного. Ошибаться тоже нормально, – она приветливо улыбнулась, боднувшись лбом в плечо. Её лицо резко исказилось хмурыми бровями, – Но если ты будешь ежедневно так паниковать, то ничем хорошим это не обернется. Расслабься и будь собой. За это ты и понравился Ричи. Такой, какой есть. Пожалуй, Джейн как и прежде оказалась права. Уилла и самого начинало раздражать собственное противоестественное ощущение паники по любой мелочи. Нужно было брать себя в руки. Да, точно. Прямо с сегодняшнего дня. Никаких гребанных тревожных мыслей. Никакой паники по пустякам. Подходя к школе Уилл заметил, что Ричи уже был на месте – стоял у стоянки велосипедов. Его окружали друзья, кажется, Билл и Стэнли. Из всех только Ричи говорил громче всех и размахивал руками, будто описывая что-то грандиозное. Уилл не переставал пялиться, за что тут же получил вполне заслуженный тычок в бок от сестры. – Держи себя в руках! – со смешком произнесла Джейн. Время летело незаметно и одновременно с этим лениво тянулось до бесконечного. Сам того не замечая, Уилл посматривал на стрелки часов, подгоняя секундную двигаться чуть быстрее. Он ждал обеденного перерыва. Теперь он мог легко найти Ричи по школе, зная куда он направится в обед. От друзей он легко сможет уйти, если ляпнет, что забыл в кабинете что-то важное. Его план на удивление, сработал. Не пришлось даже стараться. Пообещав ребятам присоединиться позже, он тут же сорвался с места, выбегая на крыльцо внутреннего двора. У машин бочинились старшеклассники, по углам прятались с сигаретами. Ричи он нигде не видел. – Меня потерял? – сзади оказался он, коснувшись ладонью плеча Уилла. Он уже легко мог определить его по ударившему по носу одеколону. В этот раз он будто бы переборщил. – Мы сегодня ещё не пересекались… Вот и думал, что найду тебя здесь, – робко уточнил Уилл, пуская Ричи вперед и зашагав следом. Они заняли прежнее место под навесом козырька. В тени  они не особо привлекали внимания. Ричи закурил. – Слушай, насчет вторника… – Уилл заговорил первым, но Ричи тут же его перебил. – Да, я свободен, всё точно! – он отчеканил это так бодро и уверенно, видимо решивший, что Уилла беспокоила неопределенность. – Хорошо, тогда давай сразу после школы? Я не хочу заходить домой. Скажу своим, что договаривался с Джейн. Она прикроет, – неопределенно пожал плечами Уилл. Даже если его пропажу не заметят друзья, то вот предки наверняка будут задавать лишние вопросы. Ричи умилился. День не мог стать ещё лучше после уверенного запланированного вечера вторника. Теперь понедельник обрел совершенно контрастный стереотипам настрой. Уилл провел остаток дня в школе полностью погруженный в свои фантазии, наперед задумывая о том, что ему надеть, как покрасивее упаковать браслет в подарок и с какой точки на карте Хоукинса им стоило бы начать. Как назло, Майку тоже не терпелось влезать в это хрупкое только-только выстроенное счастье. – Там новый ужастик показывают, может, пойдем все вместе? – спросил он в коридоре после последнего урока. Уилл еле сдерживался. – Ну, было бы неплохо, мы давно в кино не ходили, – Лукас с сомнением покосился на остальных. Дастину было фиолетово, а вот Уилл выглядел вполне на свое внутреннее состояние. – Нет уж, давайте дотерпим до выходных. Мы же и вечеринку хотели посетить и скататься в парк аттракционов, не много ли для одной недели? – его голос звучал слишком дерзко, будто он этим обличал дешевые попытки Майка вернуть расположение всех своих друзей. Майк такого тона не понял и тут же нахмурился почти обиженно. – Ты же сам говорил, что тебя бесит, когда мы в кино ходим только с девчонками, – Майк выглядел растерянным, будто окончательно переставал понимать поведение друга. И Уиллу самую малость было даже жалко его. И себя в частности, за то, что пока не мог быть откровенным. – Да, прости, просто мне кажется, что нам лучше сохранить силы для выходных или типа того, – хотелось избежать разговора. Он выпалил настолько дурацкое оправдание, настолько лишенное логики и смысла. Казалось, друзья прожигали в нем дыру взглядами полными осуждения. Но, к счастью, спорить они не стали, когда Дастин упомянул взлетевшие цены на аттракционы. Всё-таки, куда логичнее было сослаться на карманные расходы и их скромное количество. В выборе между кино и аттракционами проиграть было без шансов. Дастин пообещал выпросить у Стива копию на кассете. Этот кошмарный эпизод, впрочем, легко заменился новым, когда Уилл у себя дома пробовал смастерить упаковку подарка своими руками. Он проклял себя за то, что не побеспокоился об этом заранее, оставляя на последний вечер! Мог хотя бы пригласить его в четверг, чтобы сохранить себе времени! К вечеру все пальцы были в засохшей корочке от клея, на столе было хаотично много вырезок из журналов, обрезки картона и клочки атласной ленты. Из всего своего набора он смог сделать небольшую коробочку, обклеенную разными изображениями с кассетами, пластинками, альбомами групп и частями тел. По боковым граням коробочки две ладони тянулись друг другу, венчаясь тугим узелком завязанного бантика. Уилл считал это вершиной своего искусства. Хотелось бы верить, что Ричи поймет весь смысл, который так старательно вкладывался в это, казалось бы, совершенно маленькое и нелепое сочетание! Когда после ужина вся семья разошлась по комнатам, а с Джейн они обменялись парой фраз о завтрашнем, Уилл поймал себя на мысли, что хотел бы в этот раз встретить Ричи сам. Он терпеливо дождался наступления тишины, осторожно открыл створки окна и нерешительно переставил ноги наружу. Сердце обернулось кульбитом, когда он уверенно перенес вес тела на ноги и постарался удержаться на черепице пологого козырька над входной дверью. Теперь он мог ощутить весь тот бешеный адреналин, который переступает Ричи каждый вечер! Он в самом деле бесстрашный придурок! Ричи появился на горизонте спустя десять минут. Почти как часы в одно и то же время. – Че-е-е-го?! –  растянул гласные Ричи, когда с трудом вскарабкался к козырьку. Уилл протянул ему руку, помогая подняться. Их освещало только мягкое серебристое свечение полумесяца и глухой теплый свет от окна Уилла. – Ничего не говори, я сам не знаю зачем сюда вылез, – робко ответил Байерс, смущенно отводя взгляд в сторону. Все эти книги, реклама и фильмы не врали. Любовь делает людей безумными. Ричи вот очевидно был безвозвратно потерян для мира. Он так завороженно пялился, так восхищенно и трепетно. – Дай угадаю, тебе просто хотелось получше рассмотреть, как я надрываюсь, потею и краснею, пока сюда залезаю, да? Есть способы куда приятнее, – он неоднозначно подмигнул, двинув бровью, отчего у Уилла к лицу прильнуло ощутимым румянцем. В этой озвученной тупой шутке легко угадывался всё тот же прежний Ричи. – Иди к черту, – Уилл отвернулся, тут же влезая обратно в комнату. Ричи звучно хихикнул, влезая следом. – Ла-адно, скромник, идем сюда, – Ричи сразу же развел руками для объятий, Уилл нерешительно шагнул навстречу. Вышло как-то нелепо, но приятно. Ричи тут же слишком сильно сдавил ему руками по спине, будто хотел целиком вдавить Уилла себе под ребра. Забрать и никому не отдавать. – Полегче, ты меня так раздавишь! – Ни за что! Я не смогу жить без того, кто терпит мой ублюдский юмор! – Ричи умиленно боднулся ему в лоб, затем в макушку. Он скатился лицом по щеке, прямо в шею. Уилл мог кожей ощутить его сбивчивое дыхание ему в ключицы. Теплое и приятное. – Слушай… – Рич… Они сказали это одновременно, отчего сразу же оба смущенно напряглись. – Ты первый, – Уилл решил отдать ему возможность. Ричи, сглотнув, набрался смелости. – В общем, я много думал сегодня о том, куда нам пойти завтра и решил, что будет неплохо сперва зайти в кафе. Ну знаешь, после уроков мы будем голодные и уставшие, тебе после душнилы Майка наверняка потребуется килограмм мороженого. Мне, впрочем, тоже. А после мы могли бы пойти в кино или аркады. А потом… – он сбился, постучав себе по виску пальцем, – Ах да, после этого на великах прокатиться до озера. Уилл слушал его завороженно. – А я только хотел спросить тебя об этом, – насмешливо ответил Байерс, сощурившись, – Мне нравится! Ричи самодовольно и горделиво приосанился, поправляя дужку очков. Выглядел он так, будто по меньше мере открыл ещё одну неопровержимую аксиому. Его личный путеводитель: как заставить Уилла Байерса улыбаться. У него получалось. И он просто не мог не гордиться этим. – Значит, ты позволишь мне тебя угощать и платить за тебя? – аккуратно и вальяжно спросил Ричи. Он видимо нарочно понизил голос, чтобы звучать увереннее. Первую реакцию приступа нервного смеха пришлось со всей силы придушить внутри, Уилл паниковал. Не потому что ему не нравилась мысль. Паниковал, потому что Ричи действительно хотел за ним ухаживать. Как это делают парни мечты из книг или сказок. Никогда не дают усомниться, всегда замечают перемены и никогда не оставят на ночь без сна. – Но ведь приглашающий должен, – Уилл не успел договорить, Ричи приставил к его губам указательный палец. – Не хочу этого слышать, Уилл. Дай мне хоть немного побыть джентльменом, – и Уилл наверняка не смог отказать, когда Ричи так улыбается. – Если мне память не изменяет, джентльмены в окна не долбятся, – он шутливо толкнул Ричи кулаком в грудь. Ричи неотрывно смотрел на него, даже не думая отстраниться. – А ты знаком с другими? – игриво переспросил он в ответ и окончательно смутил Уилла. Они традиционно обменялись робкими поцелуями, немного отвлеклись разговором о прошедшем дне и своих ожиданиях от завтрашнего. Уилл ловил себя на мысли, что с Ричи ему не приходилось слишком много думать. Ему не требовалось пытаться понять его намерений, не требовалось осмыслять всё, что он вкладывает в свои слова. Ричи был прямолинейным, иногда даже чересчур, но даже это было не плохо. Он говорил, что ему нравилось, мог сказать прямо, если был недоволен. С ним не приходилось выпытывать искренность. Их общение роднилось с понятием безопасности. Что-то почти схожее с домом. Уютным и принимающим тебя любым. – Скорей бы завтрашний день, – мечтательно произнес Ричи, потянувшись. Они уже несколько последних минут просто валялись на кровати, перебирая друг другу пальцы, толкаясь коленками. – Не терпится к любимой миссис Хьюстон на урок прикладного дуракаваляния? – Уилл дразнился. Он с каждым разом становился смелее, озвучивая, кажется, давно сдерживаемые глупости, которые не всегда мог себе позволить. И Ричи это чертовски нравилось! – Ага, мечтаю провести с ней жаркие часы отработки, – насмешливо отозвался Ричи. Уилл тут же с наигранным возмущением вцепился ему в плечи, драматично растрясывая. – Ты не можешь променять меня на училку по математике! – Тогда тебе самому предстоит заниматься со мной, – Ричи снова применил этот его дурашливый низкий голос, отчего Уилл тут же замялся и отвернулся, толкнувшись от Ричи. Тот лишь глухо посмеялся. Они снова неотрывно заобнимали друг друга, будто им предстоит выстрадать не ночь, а целую вечность до следующей встречи. В каждое объятие, в каждый поцелуй хотелось вложить больше. Будто это тоже такой же важный язык, который только им двоим можно понять. Пожалуй, теперь Уилл нисколько не удивлялся тому, как не отлипали друг от друга Майк и Джейн в первые полтора года их отношений. – До завтра, Уилл Байерс. Надеюсь, тебе приснится сон со мной. – До завтра, Рич. Тебя всю ночь будут мучать кошмары с миссис Хьюстон. Ричи поражено приложил ладони к груди, переваливаясь через окно и нарочно оседая по карнизу. Они оба смеялись, пока Ричи пытался слезть на траву. Хотелось бы, чтобы во сне они и правда могли быть рядом снова.