Оголённый нерв. Акт второй

      В период того лета две тысячи одиннадцатого года я будто бы прожила ещё одну жизнь, крайне насыщенную разными событиями и закрутившую в калейдоскоп безудержных эмоций всё, что случилось за последние несколько месяцев. И именно тогда была поставлена точка.       Казалось, что в меня вселилась Цветаева — та самая поэтесса, у которой все чувства на разрыв, и попробуй хотя бы кто-то осуди женщину с нестабильной психикой. Как говорят индейцы: «Прежде чем осуждать кого-то, возьми его мокасины и пройди весь его путь, попробуй все его слёзы, почувствуй всю его боль. Наткнись на каждый камень, о который он споткнулся. И только после этого говори, что ты знаешь, как правильно жить».       Муж очередной взлом сразу же прокомментировал наездом в мой адрес.       — О чём подумает моя семья, когда это увидит?! Ты опозорила меня! Это точно вытворил кто-то из ЕЁ окружения, ненавидящий тебя. Или ОНА сама, чтобы отобрать у меня всё.       Я слушала его монологи, будучи максимально отрубленной эмоционально. Натянутая улыбка клоуна и оттопыренный пальчик королевы, держащей чашечку чая, сопровождал мой внутренний визуал. Я точно оказалась в Зазеркалье, защищаясь фантазиями из своих мыслей. Делать какие-либо выводы уже просто не хватало душевых сил. Параллельно названивал родной брат и тоже пытался разобраться в произошедшем. Его жена, подписанная на меня, явно попыталась ему донести тот факт, что выложенная на странице книга — безусловно моя личная история. Конечно, если начать её читать, то без каких-либо вариантов по первым строчкам всё представлялось логичным: дату рождения моего сына близкие люди точно знали. Но я убеждала родного человека, что это обычный взлом мошенников, и попросила не реагировать на выкладываемую кем-то неизвестным информацию, пока мне не вернут доступ к странице.       А муж весьма нетривиальным способом продолжал взращивать моё безграничное чувство вины, подчёркивая, что он такую ересь в отношении меня и нашей семьи точно не сотворил бы, и репутация ему дороже. На четвёртый день не выдержала и, получив на работе несколько свободных дней для написания отчёта по итогам очередной проверки, снова сбежала на сутки к НЕЙ. Взлом стал той последней стадией, когда я окончательно отпустила все тормоза, державшие меня ради изображения красивой мины. И пусть оставить даже на один день сына с мужем было совсем непросто и, возможно, в будущем несло неприятные последствия, но фактически это оказался единственный вариант, позволяющий быстро восстановить ресурс в тот самый момент, когда ты находишься на грани, чтобы просто не сброситься с моста в Москву-реку. Мысленно я каждый раз извинялась перед ребёнком, но иначе, видимо, в тот период не могла. Выбирала себя. Сталкивалась с осуждением. Даже сейчас любой из читателей прошипит про себя: «Что не так с этой женщиной? Ребёнок дороже всего». А я тогда искренне понимала, что происходит с матерями, которые оставляют детей с бабушками и уезжают за лучшей жизнью. И знала, что теперь не вправе судить их. Не предполагала только, что это испытание позже повернётся ко мне с другого ракурса. И пока мой мозг разрывали мысли о взломе, и муж крайне истерично пытался уверить меня в ЕЁ виновности и не понимал, почему я не слышу его доводы, я решила сбежать к той, которую так сильно любила.       В течение суток-реанимации, проведённых у НЕЁ, на мою почту пришло весьма странное письмо как бы из технической поддержки «Контакта», где был указан список последних заходов в мой профиль и номера ІР-адресов — ЕЁ ІР. Я искренне пыталась анализировать происходящее с нейтральной точки зрения. В какой-то момент на ЕЁ номер неожиданно начали приходить угрожающие сообщения о том, чтобы ОНА убиралась из своего родного города, и лесбиянки здесь не нужны. Только вот номер этот был у НЕЁ не основным, и фактически о нём знали только я и Алёна. Получается, что все три героя истории могли оказаться замешены в происходящем: ОНА, муж и Алёна? Однако ОНА вообще молчала, делая вид, что взлом — это совсем неважная составляющая нашей жизни сейчас. ЕЙ всегда так внешне легко удавалось выглядеть максимально спокойной даже в самые сложные моменты. Наверное, именно это качество я особенно оценила и в мае, и позже. Никогда, в отличие от меня, ОНА не опускалась до истерик, и этим возвращала мне чувство контроля над ситуацией. Муж словно вокруг да около ходил, намекая, а я даже не стала с ним делиться информацией из письма техподдержки, но оставалось внутреннее ощущение, что он всё же знает о нём и ждёт, когда расскажу сама, чтобы подхватить новые нападки. Алёна… ОНА в итоге эмоционально сорвалась на эту девушку после сообщений с угрозами. Российский номер, с которого приходили месседжи, явно не был доступен с территории Украины, но вдруг ей помогала Алекс? Фактически, спустя много лет, понимаешь, что всё свелось к одному: супруг — больше некому. Но правду я так никогда и не узнала. Ни у кого не хватило смелости признаться в мелочности такого поведения. Однако, как только мой муж исчезнет из общего пространства, взломы и странные инсинуации с техникой растворятся сами собой. Останется лишь горечь со вкусом полыни: туда же канет огромное количество людей из моего окружения и подписчиков с авторского сайта. Творчество, разочаровавшись, я фактически поставлю на стоп на очень много лет. Потерю «друзей» так и не отпущу в сердце. Доверие к людям так и не восстановлю, оставляя себе такое право, чтобы попытаться заново собрать сильную личность, но и на это понадобятся годы.       Однако те сутки, проведённые с НЕЙ, снова помогли успокоиться. Мы, реагируя лишь на течение своих чувств, той ночью плавали раздетыми в Волге, и я, которая, кроме моря, не признавала никаких водоёмов, будучи достаточно брезгливой и опасливой, окуналась в эту реку и, пожалуй, впервые за долгое время чувствовала себя максимально свободной. Мы кинематографично целовались под луной, а мимо проплывали теплоходы. И именно тогда восстановился «Контакт», который наконец вернули хозяйке. Сколько же там оказалось взволнованных сообщений от подписчиков! Некоторые отражали весьма гневный характер, подчёркивая, что это ненормально выливать свою личную жизнь на всех. И как же оперативно почистился лист френд-зоны, избавляя меня от нетолерантных людей.       Я вернулась домой и сразу сообщила мужу, что через неделю, когда наступят праздничные июньские выходные, снова уеду к НЕЙ, несмотря на прилёт моей матери к нам в гости в этот период. Фарс семейной жизни затягивался. «Страх потеряла» — эта фраза полностью отражала моё обновлённое поведение. Из крайности в крайность. Я теперь не боялась ничего и будто бы в итоге издевалась над моими обоими партнёрами.       ОНА удивительным образом начала ревновать меня, не желая делить с мужем. А я всё ещё продолжала анализировать возможные выходы из ситуации с минимальнами последствиями, мысленно готовясь к последнему нелегкому шагу. Да, после всех издевательств я ещё о чём-то думала и продолжала поддерживать видимость семья для родных и окружающих. Единственное покинувшие меня заблуждение — я более не жалела супруга и, да, не чувствовала себя виноватой перед ним, однако держалась за ощущение меня как плохой матери, лишающей сына отца.       Те июньские праздники максимально душевно расслабили. Однако я умудрилась и там напортачить. В парке, где город гулял с размахом, к нашей компании в виде ЕЁ сестры с парнем и Лизы прибился одноклассник девочек, который под залпы фейерверка по окончании вечера неожиданно поцеловал меня, весь день оказывая мне весьма прозрачные знаки внимания. ОНА визуально на людях держала дистанцию, зная, что каждая «собака» в этом городе, надумав что-то, лихо разнесёт сплетни о нас. А парень «подхватил» пьяненькую девушку, как только я оказалась одна. Он был несимпатичный внешне, маленького роста, и с трудом осознавалось, что же довело меня до того, чтобы подпустила к себе фактически постороннего человека. Домой мы с НЕЙ добирались в сопровождении агонии ЕЁ злости. ОНА бы и сразу в парке наказала провинившуюся, но, демонстративно игнорируя в дороге и обидевшись, всё же довезла нас до дома. Прощения, конечно же, я вымаливала сексом, яростным и злым во всех ЕЁ жестах. И смех, и грех, но это происшествие явилось для нас своеобразным опытом, демонстрирующем, прежде всего, ЕЙ истинные чувства по отношению ко мне.       Все три дня, проведённых в городе К***, мне названивала мама, которая вообще не понимала, по какой такой веской причине я вдруг уехала к неизвестным ей друзьям и бросила семью, тогда как она прилетела с Сахалина в короткий отпуск. Сама бы я понимала эту странную женщину, у которой посттравматический синдром вылился в итоге в безбашенное поведение. Мать каждый разговор подчёркивала, что мой сын очень скучает, а я радовалась нахождению именно её рядом с ним. Вернувшись в Москву поздно ночью, приняла душ и попыталась лечь спать, но муж подчеркнул, что этих действий мало, чтобы смыть ЕЁ запах. А ОНА настолько проникла под кожу и внутрь души, что снилась мне как реальная. Я чуть с кровати не упала, когда во сне обнаружила ЕЁ, лежащую на моём ковре и зовущую к себе. Кажется, этому сумасшествию не было предела.       При этом у НЕЁ всё так же оставались неразорванными отношения с Аленой. Удивительно, но в тот период у нас с этой девушкой в итоге даже случился разговор в Skype tet-а-tet, где она на полном серьёзе умоляла меня отступить, рассказывая, что уже накопила денег на билет до Москвы в одну сторону. Ещё чуть-чуть, и они с НЕЙ будут вместе. А мне необходимо вернуться к мужу, перестать позориться и начать вымаливать прощения за все грехи. ОНА знала о нашей «милой» беседе, но не вмешивалась. Месяцами мы, привыкшие к треугольникам, продолжали в них существовать, как в должном.       Мой онлайн-дневник тогда, пожалуй, максимально чётко отразил в строчках состояние хозяйки, сохраняя запись о том, что загнанная в угол собака не может обманывать, она бьётся в агонии. Как же я устала ото всех! В один из выходных мы всей семьей по просьбе одной из моих подруг с сайта актёра, Венты, выбрались на соревнования по конкуру. Боже, лошади — это действительно лучшее лекарство, сравнимое в моём случае, возможно, только с арт-терапией. Вента в один из дней той весны, когда я только-только начинала сходить с ума из-за моих чувств к НЕЙ, оказалась единственной, кто в реальности завалился ко мне с бутылкой текилы, и даже немного спасла, облегчив состояние разговорами. Однако в солнечный день соревнований, пока муж гулял рядом с сыном, прыгая с ним по лестницам трибун, эта женщина так легко обозначила вслух простую истину: «Для всех хорошей не будешь». Так стёклышки калейдоскопа моей жизни пытались совпасть в какое-то адекватное решение. Но напоследок я зачем-то решила до кучи впечатлений съездить вместе с мужем в Питер на выходные, в очередной раз переругавшись с НЕЙ из-за того, что я продолжаю вести себя как собака на сене. Кто бы говорил? И эта поездка оставила прекрасные фотографии, а ещё, наконец, подвела нашу семью к итогу, вылившись в очередной скандал. Мы остановились у моей интернет-подруги в Петергофе. И супруг полночи промучил её на кухне разговорами под алкогольными парами, рассуждая о том, кто прав и кто виноват, и доведя до полного отрицания. Она искренне посочувствовала мне, считая, что его поведение переходит все рамки. А он ведь тоже искал поддержку. Его крайне бесило непонимание того, почему все окружающие стоят на моей стороне. И это при том, что ни один человек, кроме НЕЁ, вообще не знал о том, что муж поднимал на меня руку и насиловал. И именно на той кухне мы в одно мгновение решили все же разъехаться, словно и не существовало этого ковыряния мозгов на протяжении двух месяцев после майского побега. Супруг произнес эти слова по пьяни, а я за них зацепилась, не давая обратной дороги.       В Москве в итоге состоялся более основательный разговор с предложением взять паузу в отношениях. Все же мы знаем, чем такие паузы обычно заканчивается? В середине июля у меня планировалась командировка в Самару, и по возвращении из неё я попросила оставить нас сыном в квартире одних, чтобы пожить отдельно и дать мне возможность окончательно понять, что делать дальше, и как быть с нашим браком. Настоятельно акцентировала внимание на том, что не ухожу к НЕЙ, а ухожу именно от него. Муж не простит и не изменится. Я тоже не прощу всё, что он сотворил со мной. И трепать нервы точно пора заканчивать. Ребёнку нужна здоровая атмосфера вокруг. В тот момент супруг рвал мосты, ныряя в безысходность, и заявил, что единственное о чём он точно жалеет, это появление нашего сына на свет. Как можно было такое произнести вслух? А муж на самом деле готовился его делить. А ещё напоследок сообщил, что буквально на днях сходил к проститутке, и она сказала ему, что секс с ним прекрасен. Как же ему хотелось получить доказательство своего превосходства в постели! Отличный итог семейной жизни, ничего не скажешь. Мы как бы стали квиты после такого? Или как?       В Самару я в итоге позвала ЕЁ с собой: лето, каникулы, сын в деревне. Давай попробуем побыть только вдвоём и по-настоящему. Семнадцатого июля, в день рождения мужа, я улетела в командировку, зная, что по возвращении мы с сыном останемся в этой однушке, где три с половиной года назад начиналась его жизнь, вдвоём, а супруг временно переберётся к своим родителям. Перед прощанием он насильно склонил меня к постели, а я снова подчинилась. В последний раз не стала сопротивляться. Хотя клятвенно обещала ЕЙ, что более не допущу мужа до своего тела. Лежала бревном, и только когда он кончил в меня, сбросила его с себя и побежала в ванну. Душ смыл все годы… Переоделась, села к нему в машину, и мы поехали в аэропорт: как же иронично спустя пятнадцать лет воспринимается всё происходящее, фактически являясь настоящим моральным кошмаром. По дороге он подвёз меня к банкомату и заставил распечатать квитанцию с остатком счёта, чтобы точно знать, сколько у меня осталось денег на момент нашего официального расставания. Забегая вперёд, отмечу, что их он тоже разделил пополам, когда мы стали дробить совместно нажитое имущество. И это оказалось такой мелочью на фоне делёжки вилок, ножей и постельного белья. Вишенкой на «торте» станет тот факт, что впоследствии, благодаря мужу, нам с сыном дадут десять дней на поиски новой квартиры, выставив практически на улицу с его подачи.       Самолёт уносил меня в Самару, а ОНА параллельным курсом выезжала ко мне на поезде. Я не сказала мужу о том, что позвала ЕЁ, но к тому моменту он уже всё понимал, и утром понедельника, когда я должна была встречать на вокзале прибывающий состав, позвонил, чтобы язвительно поздравить.       — ОНА победила, да?       — Я победила… Не ОНА. Ты так ничего и не понял.       В Самаре мы действительно попали в иной мир, в котором на короткое время снова так легко и прекрасно дышалось. Оплатила для НЕЁ в гостинице подселение к себе в номер, долго объясняя мальчику на ресепшен, зачем мне это нужно, и что нам не требуется отдельное спальное место. До сих пор из моей жизни не исчезли эти казусные объяснения, а нынче в России местами это влечёт опасные реакции. Но не сдаюсь, упорно заказывая общую кровать. Пока я в течение дня работала, ОНА гуляла по городу и купалась в Волге: здесь река казалась морем на фоне той, которая протекала к городе К***. Жара в тот год стояла невозможная. Вечерами мы гуляли вместе, держась за руки. Куда делись те времена, когда в этой стране так свободно можно было касаться друг друга на людях? Даже целоваться… Тогда же в местном кинотеатре посетили сеанс с заключительной серией «Гарри Поттера» — в этом событии тоже будто бы можно было отыскать сакральный смысл, завершая просмотром мою историю с браком. Первая книжка появилась у меня в общежитии — там, где я познакомилась с мужем.       Пять дней в Самаре оказались прекрасны, в том числе и безудержным сексом: однажды мы чуть было не затопили всех под нашим номером, «резвясь» в душевой кабине. День встречи запомнился тем, как ОНА сладко целовала меня, прижимая к стене в номере, блуждая руками по чулкам и срывая бельё. Даже Алёна испарилась на это время с нашего общего горизонта. ОНА будто бы и себе давала пространство для принятия окончательного решения. По завершении командировки вместе добрались на такси до Тольятти, где проживала Лиса, а мы запланировали провести с ней выходные перед возвращением домой. По дороге умудрились заехать к моей подруге детства из Нижнего Новгорода, гостившей в этом городе у свёкров. С рождения мы были близки, и именно её семья помогала когда-то обрести опору в момент отсутствия рядом с юной девушкой, только-только переехавшей в Москву, родных. Душевная, освободившая от многой мишуры поездка случилась тем летом и подарила столько радостных встреч. Обратно домой мы с НЕЙ выдвигались порознь тем же порядком, что и несколькими днями ранее, но уже в одну квартиру. Ещё целую неделю ОНА прожила вместе со мной и с моим сыном на общей территории.       В первые дни после возвращения, которые мне выделили для работы дома, мы гуляли по Москве, и я впервые показывала ЕЙ город таким, каким бы хотела, чтобы ОНА запомнила и полюбила его. Эта девушка никогда так много ранее не передвигалась пешком, но вместе со мной накручивала километры. Где-то на мосту у Лаврушинского переулка, на специальных деревьях, вместо «замочка влюблённых», мы повесили брелок, как знак на память о наших чувствах под небом столицы. Последующие дни той недели я посещала офис, а вечером ОНА встречала нас с сыном, угощая невероятно вкусным ужином. Чем-то постоянно радовала: то шарики под потолком, то плакаты с признаниями в любви. Конфетно-букетный период становился таким привычным, а ведь ещё совсем недавно я ни на что не претендовала. Сын регулярно привычно просыпался в пять утра, и ОНА полностью занималась им, давая мне доспать после ночей любви. Столько всего впервые открывалось нам в те дни друг о друге и о наших телах. Я брала, ОНА отдавала. Я касалась языком, ОНА стонала. Я устраивала стриптиз, ОНА кайфовала. Я попросила остаться навсегда, ОНА не отказала...       «Если свыше кем-то даны такие чувства, то будет огромной глупостью сейчас, выбросить их на помойку».       Естественно, ОНА не могла принять такое решение сразу, собиралась для начала поехать в деревню и подумать, как поступить дальше, ведь ЕЁ сын — наша четвёртая цифра в уравнении. Море вопросов: как наши отношения вообще повлияют на детей; как две женщины могут растить мальчиков в однополой семье; как отреагируют родные и общество. Пожалуй, в тот момент только мой решительный и бесстрашный взгляд вселил в НЕЁ хотя бы толику уверенности перед отъездом. Слабоумие и отвага — назвала бы я свой тогдашний настрой сейчас. Но не так ли совершаются на пути жизни все серьёзные поступки и достигаются цели?       Однако после ЕЁ отъезда, помимо прочего, в августе нас с мужем дождалась поездка в Турцию, которую мы малодушно не стали отменять, оправдывая всё необходимостью оздоровления на море ребёнка и нежеланием терять деньги. Перед самым отъездом мне позвонила мама и начала выпытывать, что происходит в моей семье. Оказалось, что свекровь доложила ей о том, что с мужем мы живём теперь порознь. Мама волновалась, но вместо поддержки подчеркнула, что разводом я обрекаю себя на нищету, а ещё очень уж испереживалась, что я скрыла сам факт произошедшего, а ей за неделю до этого пришлось поздравлять моего мужа с очередной годовщиной свадьбы. Ну, да, это же самое тяжёлое во всей этой ситуации… Чтобы закрыть причитания, всё же сообщила, что он бил меня. Разошлись мы в разговоре на выводе мамы, что с самого первого дня знакомства она его не любила, и он её раздражал. Надо отдать должное, что-то отрицательное услышала от неё впервые более, чем за десять лет. Могла ли она вытащить меня из этого ада вместе с отцом и братом, если бы я рассказала всё раньше? Вряд ли. Ведь жертвы абьюза часто отвергают любую помощь, долго не чувствуя реальной опасности.       Самый ужасный отдых в Турции вызвал такое итоговое отторжение, что отрезал меня от этой страны на целых десять лет. Днём мы делили уход за сыном: утром — муж, после обеда — я, или наоборот. А ночью супруг трахал всё, что двигалось. На ужине прямо при мне договаривался о будущих свиданиях на сайтах знакомств. Однажды в пьяном виде снова попытался меня изнасиловать, но я смогла защититься и спряталась на балконе, пока он не вырубился. И там же на курорте при множестве свидетелей-отдыхающих я влепила ему пощёчину, когда он сообщил, что его мать в курсе моих лесбийских наклонностей, и они сделают всё, чтобы отобрать у меня сына после развода.       И именно за день до возвращения в Москву ОНА написала в ICQ, что приняла окончательное решение, переезжать в Москву, и готова попробовать построить нашу совместную жизнь. И на этом мой брак неофициально можно было считать завершённым. Казалось, счастливее меня в мгновении того момента, не нашлось бы на свете ни одного человека. Но никто из нас ещё не знал, сколько тяжёлых испытаний это решение принесёт за собой.