Оголённый нерв. Акт второй

      Днепропетровск. Это город лечит и возрождает меня также, как многих, например, Питер. В тот кризисный год я умудрилась вместе с НЕЙ побывать и в Северной столице и даже вновь увидеть Волну в тот момент, когда на Украине умерла наша общая подруга, не дождавшись пересадки органов. МЫ тогда буквально на сутки сорвались на ночном поезде, купив последние билеты на «боковушки» в плацкарте. Волна умудрилась именно на той тяжёлой неделе впервые в жизни выбраться в Россию. И так мы вместе попрощались с Элей, не находясь с ней рядом в момент ухода, но держась друг за друга. И буквально через несколько месяцев круг всё же замкнулся в Днепропетровске, но уже без НЕЁ. Сейчас меня очень ломает от невозможности поездок в этот город, где остаются друзья, которые ждут, что кошмар закончится, и мы вновь, как раньше, обнимемся. Только вот «как раньше» уже, наверное, не будет никогда. Где-то там, так и не перебравшись в безопасное место, Волна вот уже много лет через все расстояния держит крестиком пальчики, с первого мгновения веря в НАШИ отношения. Я сбежала в Днепропетровск, испытывая только эмоции злости. Хотелось кричать и всё вокруг крушить. Однако в поезде мне попалась весёлая разношёрстная компания мужчин и женщин: ночью мы не спали, пили пиво и почему-то ели ложками чью-то красную икру. В дороге я резко успокоилась. Поездка в итоге сложилась не нравоучительной или истерично-рыдающей, как та, которая случилась с мужем за год до этого. Я много гуляла пешком по городу в одиночестве, дышала жарким августовским воздухом и наслаждалась видами Днепра. Толком не обсуждала ЕЁ с Волной при встречах, словно в самой себе искала какую-то опору. Перед отъездом домой неожиданно скупила в торговом центре нереальное количество сувенирной продукции с символикой «Спанч Боба», потому что он ЕЙ нравился.       Обиделась я, конечно же! Именно так и ведут себя люди, не желающие возвращаться. За несколько дней, почти не общаясь с НЕЙ, лишь перед сном даря друг другу пару аккуратных слов в телефонных разговорах, пришла к мысли, что хочу быть рядом. Душа требовала ЕЁ. Зависимость это или что-то иное — на тот момент мне многое казалось неважным в рассуждениях, и жизнь следовала исключительно путём эмоций. ОНА на самом деле является прекрасным представителем манипуляторов, однако именно эта черта в ЕЁ характере в какой-то степени и манила в омут таких сложных чувств. Словно каждый раз я пыталась доказать себе, что смогу построить для НАС новую вселенную. Мне уже совершенно не хотелось менять ЕЁ. Но будто бы я жаждала убедиться в судьбоносности нашей встречи. Однако огрызаться и давать отпор тоже училась. И эта поездка словно успокоила нас ОБЕИХ, возвращая в начальную точку мысли: «Нам же так хорошо вместе».       Когда на весы кладёшь чувства, то оцениваешь их как на приёме у психолога: плюсы и минусы. И удивительно, но плюсов оставалось больше. В быту всё казалось идеальным. Секс периодами, конечно, подвисал во время наших «американских горок», уменьшаясь в количестве, но никогда — в качестве. С моим ребёнком поначалу тоже не возникало никаких проблем в отношениях. ОНА словно вторая мама окутывала его бесценной заботой. И если бы не ЕЁ увлекающаяся натура, то меня многое устраивало. Молодость часто сопровождается мыслями, что эмоции и ссоры подпитывают отношения. Глупость, конечно, несусветная. Однако в какой-то момент жизнь на пороховой бочке, являясь потребностью в дополнительном адреналине, «убедила» в том, что МНЕ хорошо.       Из Днепропетровска я вернулась воодушевлённая. И МЫ в итоге даже не стали обсуждать с НЕЙ причины моего отъезда, фактически выяснив всё ещё в моменте, когда я купила билет на поезд. И ЕЁ «люблю тебя» в тот день, когда ОНА пыталась уговорить меня остаться, звучало всё же искренне. А я через форточку в своей голове избавилась от шелухи, фокусируясь на самом важном. Потекли рядовые будни, впервые за долгое время относительно спокойные. С нами продолжала жить Марина. Она устроилась на работу в Москве, но с общего позволения пока оставалась в нашей квартире — на соседнем диване. И этот временной период оказался самым нейтральным в отношениях с НЕЙ, ввиду постоянного нахождения на одной с нами территории чужого человека. Такие странные перипетии. В те же годы мы, например, отказали в приюте другой хорошей девочке, аргументируя тем, что она должна попробовать сама решить свои проблемы. Жестоко. Но кого-то мы будто учили, а кому-то помогали, наоборот, не веря в силы человека. Как-то умудрялись расставлять свои собственные приоритеты и выбирать, возможно, под давлением «друзей». Несколько лет спустя, пустили к себе двух девочек, которых за одну ночь хозяева выставили из съёмной квартиры. Матери Терезы, не иначе? Однако пройдут годы прежде, чем мы, наконец, перестанем «спасать» людей. Не потому, что очерствеем, а по причине исчезновения многих из нашей жизни.       В тот период у Марины появилась новая девушка — Рыжка, которая в одно мгновение неожиданно стала моей очень близкой подругой. Она проживала в Казани, но регулярно приезжала в Москву к Марине и, конечно, начала общаться с нами. Эта девушка как яркий лучик, соответствующий своему цвету волос и прозвищу, дарила мне столько положительных эмоций, сколько никто не давал за последнее время. Она лихо подружилась с нашим мелким. Будучи на целых десять лет младше меня, во многих моментах являлась словно моим отражением: творческая и талантливая. Нас даже звали одинаково, и мы обе оказались левшами. Самоучка, прекрасно владеющая гитарой. Во мне в те годы явно проснулся фетиш на девушек с этим инструментом. Она сама сочиняла музыку и стихи. А её исполнение «Любовь зарядила дожди-пистолеты» от Зверей надолго стало моим самым любимым. Когда мы, растекаясь звуками на два голоса, вместе пели «Дыхание» от Наутилуса, то мир будто бы останавливался и замирал, слушая наши одинаковые по тональности ноты. На мои стихи у нас рождались песни с её музыкой. Казалось, что я нашла в этой девушке дружескую отдушину, и это в итоге примирило меня с Мариной, как таковой. Столько лет я жила в пузыре одиночества без близких, с которыми могла бы делиться переживаниями, и теперь появился такой человечек.       В конце октября у НЕЁ скоропостижно умерла бабушка. Именно она вырастила ЕЁ вместо бросившей матери, и это, конечно же, явилось невосполнимой утратой. Я, как могла, окутала любимую своей поддержкой и помощью, толком на самом деле не умея соболезновать и не имея такого опыта потери. Кажется, чего проще? Однако чужая боль часто ощущается иначе, пока ты сам не осознаешь что-то похожее. Да, к тому моменту уже ушёл мой дедушка. Но ЕЁ бабушка фактически являлась мамой. В тот день, когда ЕЙ пришлось в одиночестве уехать на похороны в город К***, мой сын слёг с тяжелейшей ветрянкой. И навсегда в памяти остался момент, как я всю ночь качала малыша на руках, завернув в одеяло, чтобы он не расчёсывал себя, и боролось с его высоченной температурой, но все эти часы при первой же потребности держала ЕЁ на телефоне, оставаясь рядом даже через расстояние. На сорок дней мы отправились вместе, и именно тогда я впервые познакомилась с отцом любимой. Постулат «чужая семья потёмки» подтверждался полностью. За несколько лет мы встретимся всего два раза, и оба на самом деле оставят приятное впечатление. И если бы я не знала, какую дичь он творил со своей матерью, во многом ушедшей так внезапно его же стараниями, с женой и с дочерьми, то не поверила бы, наблюдая поведение этого мужчины в моей реальности. Однако в те непростые дни само ощущение того, что я — частичка ЕЁ семьи, попавшая на «запретную» территорию, очень воодушевляло.       На новогодние праздники в тот год к нам запланировано приехал старшенький. «Должны» были вместе провести их в Москве. Почему-то бабушка с дедушкой отпустили его тогда с большим трудом по результатам перенесённой простуды, а мы сразу же, встретив автобус из Тулы, в нарушение всех договоренностей отправились на электричку до города К***, где и решили спонтанно отметить Новый год. Откуда берётся бесконечное послушание перед чужими людьми? Словно советское воспитание неискоренимо вселилось в нас по самые гланды, не давая голоса. ЕЁ сын сразу же запуганно заплакал из-за того, что бабушка запретила ему ездить в этот «неблагополучный» город. Соседи сдали нас в первый же час, и бой курантов омрачился какой-то несуразной истерикой по телефону, когда ОНА всё же с моей подачи озвучила бывшей свекрови, что мальчик к ним больше не вернётся. И это на самом деле оказалось так легко, забрать своё. И совсем было не страшно принимать взрослые решения, когда рядом есть поддержка.       По возвращении в Москву, несмотря на каникулы, я умудрилась добиться встреч с директорами двух школ. Словно поймала свой любимый «конёк» — решать проблемы. Есть у меня такой талант. Без документов, с небольшой отсрочкой, пока ОНА не заберёт их из Тульской области, пытаясь хотя бы на день отпроситься с работы, нашего ребёнка всё же приняли в школу, которая находилась прямо во дворе дома. И даже съёмная квартира не стала помехой, как и отсутствие прописки. Тогда вопросы с временными регистрациями решались очень быстро и за достаточно небольшие деньги. На первое время мы сразу же купили сыну одежду и обзавелись двухэтажной кроватью, отлично поместившейся в маленькой детской. Младший, казалось, был счастлив такому соседству больше всех. В те дни впервые за последний год я наблюдала, как ОНА искренне улыбается и растворяется в этой бесконечной радости от присутствия рядом самого близкого человека. Никуда не нужно бежать, никому ничего не надо больше доказывать. Даже ЕЁ бывший муж, с которым они к тому моменту окончательно развелись, одобрил это решение. И последний разговор в Тульской области прошёл в итоге спокойно и без упрёков.       Почему-то долгие годы МЫ пытались сохранять нормальные отношения с бывшими родственниками ради детей. А стоило ли оно того? Столько нервов, колкостей и унижений сопровождало нас. И ни один из наших детей не вынырнул из этой истории без поломанной психики. Но мы упорно разрешали им общаться и выделяли время, которое просили отцы и бабушки с дедушками с обеих сторон. А как иначе, казалось нам? Нормальные люди так себя и ведут. Ключевое слово «нормальные». Ради чего? Ради того, чтобы в подростковом возрасте младший ребёнок принёс информацию, как родня годами вещала ему, что мать променяла член на лесбиянку, называя это всё гораздо более грубыми словами и унижая. И сын ведь искренне не один год пытался меня защищать и оберегать от этой «правды». А я так надеялась, что сама смогу ему мягко всё объяснить, когда придёт время. Старший и вовсе годами выслушивал, какая его мама гулящая, пьющая и из неблагополучной семьи. Но мы продолжали упорно себе твердить, что отцы должны присутствовать в их жизни, и дети точно не виноваты в разводе. На днях психолог «разрешил» мне больше никогда не разговаривать с бывшим мужем и «разрешил» не отпускать ему грехи из-за того, что он неоднократно вытворял со мной. Пятнадцать лет после развода я провела в страхе — удивительный факт при всей моей визуальной силе духа для всех окружающих.       Конечно, многое в нашей зарождающейся семье изменилось, когда сыновей в одной квартире стало двое. И дёргание детей другими родственниками в том числе рыхлило почву непонимания между всеми НАМИ. Уже тогда почти сразу прозвучали первые звоночки ревности у детей, а у НАС — упрёки и ссоры. В какой-то момент старший и вовсе высказал, что я для него никто, и он не будет меня слушаться. Но ОНА сразу же указала ему, что моё слово — такой же закон, как и ЕЁ собственное. Поддержка, несмотря ни на какие сложности в налаживании наших связей, — основной путь любви. И мальчик, которого умудрились «забить» из-за лишнего веса в старой школе, где бабушка и дедушка совсем его не защищали, мелкими шажками начал подниматься из этого омута комплексов и креп в своей уверенности, приобретая новых друзей и воодушевляясь успехами в школе, буквально сразу же выйдя на отличные оценки по окончании третьего класса. Мой бзик хорошей учёбы, конечно, изрядно со временем помотает обоих мальчиков. Однако хорошие плоды, наверное, всё же прорастут. По крайней мере, в тот момент я в это верила, училась быть матерью и набивала шишки вместе с ними.       Младшенький, гиперактивный и очень эмоциональный, с трудом, конечно, сочетался с полярно спокойным старшим. С возрастом мой сын становился всё более громким в своём поведении. И ОНА порой казалась излишне строгой с ним, ведь его фактически разрывали на две семьи и мучали регулярными разговорами о том, как папа заберёт его к себе, когда ему исполнится семь лет. Всё это ребёнок дублировал нам, не снижая градус напряжения в наших с НЕЙ отношениях. Когда воспитывают трое — результат часто становится плачевным, особенно если подходы оказываются разными. В то же время мальчики сразу же начали называть друг друга братьями и в саду, и в школе и первыми фактически натянули канат силы нашей зарождающейся семьи. Мы с НЕЙ тогда определили главные правила: постараться не осуждать друг друга перед детьми и оставаться в равных правах при их воспитании.       Где-то в тот же период от нас всё же съехала Марина, ведь, наконец, нам стало тесно. Ага, именно тогда… Так иронично появление в доме ещё одного ребёнка расставило многое на свои места. На фоне переезда старшего сына наши проблемы взаимоотношений сами собой начали растворяться в быту. Оставалась ещё Алёна. В тот момент она, видимо, и сама уже понимала невозможность их чувств. Думаю, что даже обиделась. Последние оковы их любви ломались в Москве, где сразу всё стало так серьёзно. Игры закончились. И хотя они всё равно продолжали общение, градус его понижался. Лишь нотки чувства собственничества сохраняли эту связь. Та летняя встреча не окажется последний, но зима изменила многое.       Ещё осенью я купила для НЕЁ в подарок кольцо, и написала стихи, заявляя о серьёзности своих намерений. Девчачья забава, которая многим кажется не особо важной. Но в тот момент именно таким образом хотелось внести какую-то определённость в наш статус, пусть и неофициальным способом. ОНА тогда фактически промолчала, ничего толком не сказав в ответ: ни да, ни нет. Попросила о времени. Это кольцо всё же оказалось таким особенным и любимым для НЕЁ. Оно продержалось много лет, и лишь недавно, когда на даче ОНА чуть было не отрезала себе «болгаркой» пальцы, его пришлось срезать. В те годы я будто бы верила в нас гораздо сильнее. Возможно, вынуждала ЕЁ принимать какие-то решения. Мне казалось, что каждый раз именно я двигала наши отношения вперёд. Исключением, пожалуй, явилась лишь самая первая ночь: не случилось бы её, не было бы и никаких НАС. Однако после переезда сына, в один из вечеров, ОНА подошла ко мне с коробочкой и сделала ответное предложение, фактически откликаясь на тот мой осенний призыв и окончательно определяя совместное будущее.       В феврале две тысячи тринадцатого, благодаря нескольким смелым людям и небольшому количеству наших подруг, ровно на пороге того момента, когда в крышку гроба всей ЛГБТ-культуры России начали вколачивать гвозди, принимая соответствующие законы, состоялась наша неофициальная, но весьма значимая для НАС свадьба, мало чем отличающаяся от настоящей. Регистрировались мы в музее «Эротики» на Новом Арбате, обмениваясь кольцами под звуки любимой мелодии «Dream of Me» в исполнении Кирстен Данст, под которую я когда-то танцевала для НЕЁ приватный стриптиз. Двадцать третье февраля мы навсегда будто бы украли себе как наш собственный праздник. В футболках с надписями «невеста», ОНА — в джинсах, я — в юбке, несмотря на мороз и мимо гуляющих людей, мы целовались на улице под взглядами камеры нашего фотографа и множества свидетелей и отпускали в небо воздушные шары. И «весь мир» действительно ждал, замерев на одной из самых насыщенных улиц Москвы и наблюдая за очень красивой парой. И МЫ совсем ничего не боялись. Нежданный итог двухлетних отношений, но нам казалось, что к этому дню мы уже так долго прожили вместе, пройдя через столько испытаний. Счастливые и невероятные в своей искренности. Кажется, что именно такие картинки принято постить в социальных сетях.       Я верила, что теперь всё наладится, и время потечёт словно спокойная река. Но с НЕЙ никогда не было спокойно… Ну, что сказать тебе, родная? Упущен, может быть, момент. Прости меня, что я такая. Боюсь услышать снова «нет». Я долго-долго собиралась, И это нелегко, пойми. И, кажется, чуть не сломалась, Слова услышав вдруг твои. Я вновь рискнуть хочу сейчас, Откинув все слова и мысли. Что останавливает нас? Ведь мы с тобой хотим быть вместе. Мне не нужны бумаги, штампы, Мне не важны стереотипы. И мы погасим ночью лампы, Угомоним и сердца всхлипы. Устроим всё «как надо», ярко И романтично, и нежданно. Сейчас же хочется подарка, Услышать то, что так желанно. Хочу поверить, что ты можешь, Хочу услышать, что «МОЯ». Хочу понять, ты тоже жаждешь Сказать, что «я теперь ТВОЯ»? Ты подарила столько счастья. Ты — солнце, звёзды, океан. Ты прогнала мои ненастья. Я верю — чувства не обман. И прокричу тебе я только Без лишних глаз, без суеты: «Давай прошепчем слово «горько» Наедине, лишь я и ты!» Пусть всё начнется снова там, Где зачинались наши чувства, Где суждено навеки нам Оставить память безрассудства. Люблю тебя, и это всё, Что важно слышать друг от друга. Люблю я солнышко моё. Ты мне сестра, жена, подруга. Стань половинкой ты моей, А лучше навсегда стань целым. Дорога на двоих теперь, И мир отныне станет белым. Невестой будешь ты прекрасной, И для двоих устроим ночь Любви и страсти бесконечной, Уйдут отныне слёзы прочь. Всё это будет, пусть не сразу, Но обещаю до конца я сохранить, Не обернув в простые фразы, Семьи очаг, любви святую солнечную нить.