Почему ты так долго молчал ?

Тэхён, спрятанный в мягких неоновых огнях на втором этаже вип-зоны, наблюдал за посетителями ночного клуба. Кто-то потягивал напиток через соломинку, кто-то пытался соблазнить миленького омежку у барной стойки. Он же ждал его — альфу, что с недавних пор будоражил его сущность, заставляя сердце замирать при каждом взгляде на парня. Впервые он увидел его полгода назад, на новогоднем корпоративе, у них в офисе. Красивый, накачанный, в окружении соблазнительных сладких омег, Чонгук сиял белозубой улыбкой. Он был в светлых скинни и шёлковой рубашке цвета морской волны, мягко облегающей его накачанные мышцы торса; из-под закатанного до локтя рукава выглядывало тату; на губе пирсинг; дерзкая улыбка, — альфа, знающий себе цену. Тэхён наблюдал за ним весь вечер, не сводя глаз. Он мог взять здесь любого омегу, если бы только захотел, но он увидел то, что было недоступно. В пьяном угаре начались игры. Сначала это были невинные новогодние развлекалки, а потом начались более серьёзные действия для тех, кто посмелее: игры на раздевание. В итоге альфа остался в одних боксерах и носках. Пьяный, почти голый, и довольный. Омеги практически облизывали его при всех. Тэхён бы и сам не прочь это сделать. Он с трудом сдержал себя, чтобы не утащить парня в свою берлогу, но были кое-какие обстоятельства, мешающие ему это сделать: он был помолвлен с омегой и через два месяца у них свадьба. Нет, это не был брак по любви, это брак по расчёту, но даже не его, а родителей. По большому счёту ему было глубоко наплевать, с кем его там хотят поженить. Это нужно для бизнеса, авторитета, но не для него. Он ясно дал понять родителям, чтобы не питали надежд на великое глубокое чувство по отношению к его будущему мужу. Они были в курсе, что их сын по альфам. Да, так уж сложилось, что единственный наследник семьи Ким — альфа, и, как бы это помягче сказать, принимающий. Когда ему исполнилось восемнадцать, он впервые почувствовал влечение, но не к омегам, а к такому же, как он. Он стал засматриваться на одного красивого сильного парня в старшей школе. Причём, это не просто было любование красивым телом спортсмена, а именно сексуальное влечение. До самого выпускного он тщательно скрывал своё предпочтение, так и не решившись действовать. Характером и силой бог Тэхёна не обделил. Он не был похож на смазливого омежку, но и для альфы он был слишком красив. Многие омеги в универе истекали, пуская на него не только слюни. Но они его даже не интересовали. Слишком сладкие приторные ароматы доводили до тошноты. Ему же всегда нравились более сильные запахи, с тонкой горчинкой или прохладой. И вот однажды он унюхал его — тот самый желанный, что будоражил не только низ живота, стягивая всё узлом, но и саму сущность Тэхёна. Чон Чонгук — наглый, холёный, разнеженный вниманием, альфа. От него исходил насыщенный аромат перечной мяты, смешанный с горечью жжёного кедра. Своеобразная и немного необычная смесь двух абсолютно разных ароматов. Но именно это понравилось Тэхёну, и захотелось не только слизать его с мускулистого тела альфы, но и пропахнуть самому, чтобы каждой клеточкой ощутить этот коктейль. Чонгук появился в офисе примерно год назад и работал на фирме отца Кима айтишником, что совсем не сочеталось с его яркой внешностью. Он не был похож на ботанов, сидящих за компьютером в офисах, в очках с толстыми линзами и замусоленными рукавами. Он приезжал в офис на дорогом «Харлее» из последней серии, весь в чёрной коже, обтягивающей его великолепное тело. Тэхён приезжал в офис всегда чуть раньше, чтобы из окна собственного кабинета лицезреть это триумфальное восхождение по ступеням офиса, а заодно и к его сердцу. Каждый раз он сжимал подоконник до побеления подушечек пальцев и скрипа зубов. После чего выходил в коридор и вдыхал шлейф, оставшийся после прохождения по нему Чонгука. И так вот уже полгода. Всё было не так плохо до того момента, когда на улице ударила невыносимая летняя жара. Чонгук приехал в офис в обтягивающих шортах и чёрной футболке, промокшей насквозь от знойного солнца. Тэхён как раз выходил из кабинета и столкнулся с ним в коридоре. — Мистер Чон, — фыркнул тогда Ким, рассматривая альфу, а точнее раздевая его глазами, — Вам не кажется, что это не тот наряд, в котором стоит появляться в офисе? — На улице слишком жарко, чтобы надевать костюм, мистер Ким, — дерзнул альфа. — Значит, принесите его сюда и переодевайтесь. Это неприемлемо, — продолжил Тэхён настойчивее. — Я понял Вас, мистер Ким. Больше не повторится. Простите, — несколько раз поклонившись, проговорил Чонгук и постарался быстро ретироваться с глаз злого начальника. С тех пор Чонгук не приезжал в шортах на работу, но это засело на подкорке у Тэхёна. Запах альфы, перемешанный с его потом, сводил с ума Тэхёна. Последние два месяца он жил словно в аду, желая недосягаемое. Он превратился в гребаного сталкера, следящего за своим подчинённым. Вычислил: в каком спортзале тот занимается, в каком кафе предпочитает обедать, и что в кофе он кладёт одну ложку сахара, и примерно одну треть чашки наливает молока, что любит читать и ходить в кино на премьеры. Он вычислил бар, в котором каждую субботу Чонгук веселится с друзьями, даже не замечая, что за ним наблюдает пара карих глаз. Каждую субботу Тэхён приходит сюда, мучая себя, и это похоже на мазохизм. Ему бы найти кого-то, отвлечься, но он словно заворожённый, снова и снова идёт в этот бар и уходит ни с чем, наблюдая, как альфа удаляется пьяненький, уводя с собой одного, а то и парочку сладеньких мальчиков. А Тэхён возвращается домой и снимает напряжение в душе, изливаясь себе в ладонь, дроча на видео в своем телефоне. Да, он сделал его украдкой, когда Чонгук танцевал внизу, а вокруг него, извиваясь и виляя бедрами, терлись те самые омежки. — Сука, — судорожно дёргаясь от очередного одинокого оргазма, — как же мне это осточертело, — откидываясь на подголовник ванной, — с этим надо что-то делать. Может, взять отпуск и проветриться? Вопрос так и остаётся без ответа. ☀️☀️☀️ На улице август. Жара уже немного спала, даря драгоценную прохладу по ночам, хотя днём солнышко всё ещё припекало, оставляя свой еле видимый след на коже людей, тех, кто по забывчивости не нанëс солнцезащитный крем. Тэхён особо не заморачивался по этому поводу в связи с тем, что его природный цвет кожи был слегка с медовым оттенком, и загар всегда ложился плавно и очень красиво, придавая лёгкий бронзовый тон. Он всё-таки вырвал пару недель отпуска у родителя и отправился на Чеджу, развеяться и поубавить пыл в отношении своего подчинённого. Тихая небольшая вилла вдалеке от общественных пляжей дарила тишину и покой, остужая, разморенного теплыми лучами солнца, легким соленым бризом. Второй день Тэхён наслаждался своим уединением и откровенным кайфом. Но самое главное, здесь не было его — альфы, с глазами чернее ночи и охренительно шикарной фигурой, с каплями воды на ней, блестящими на солнце; с тату на всю правую руку, что будоражит не только зрение, но и сердце; с пухлыми губами, чуть обветренными от солёного воздуха… — Что за хрень? — вырывается изо рта Тэхёна, когда он видит перед собой именно того, от которого бежал. Чон Чонгук собственной персоной выходил из воды, стряхивая воду с волос, как в самых сексуальных фильмах. Этот бог в человеческом обличье сейчас приближался к Тэхёну, лежащему на шезлонге под зонтиком, с приподнятыми очками, и явно охреневающему. Тэхён смотрел на него. И, кажется, время останавливалось — это было похоже на замедленную съёмку. — Добрый день, мистер Ким, — крикнул Чонгук, вырывая из транса босса, что откровенно завис с открытыми глазами и ртом. — Вот так сюрприз. Вы тоже тут? — Нет, меня нет, — пробубнил Тэхён, зажмуриваясь и опуская очки обратно на глаза. И чуть громче: — Здравствуй, Чонгук. — Оу, Вы помните, как меня зовут? — прыгая на одной ноге возле босса, выбивая ладошкой воду из уха и разбрызгивая прохладные капли вокруг себя. — Забудешь тут, блин, — одними губами. — Вы что-то сказали? — Помню, говорю, — отворачивая взгляд от нагло-красивого мокрого альфы. — Вы здесь с кем-то или один? А то я приехал и никого не знаю. — Я один, — выдохнул босс. — Хотел побыть в тишине, подальше от работы. — Ой, как я Вас понимаю, — падая на соседний шезлонг. — Да неужели? — фыркает Тэхён так, чтобы Чонгук его не слышал. — А давайте отдыхать вместе. Вдвоём всё-таки веселее. Тэхён потянул улыбку, промолчав на это, понимая, что отдых накрылся красными чонгуковыми плавками и его выделяющимся достоинством под мокрой тканью, на которое он уже с минуту как залипает. Сморгнув наваждение, он отвернулся от Чонгука и сделал вид, что наслаждается тишиной, — а тишина ему теперь только сниться будет, ибо неугомонный характер альфы, засидевшегося на офисном стуле, требовал выплеска эмоций. Спустя пять минут, Чонгук перетащил свои вещи на шезлонг рядом с боссом и, вручив ему прохладный мохито, даже не спросив хочет он его или нет, завалился на своё ложе. Тэхён смотрел офанаревшими глазами то на свой стакан, то на Чона. — Спасибо, — всё, что смог выдавить из себя он в ответ на этот жест. — Фух, жарко сегодня, — выдал младший, сделав несколько больших глотков прохлады. Тэхён смотрел, как играют его мышцы на горле, а в голове уж совсем другая картина. Чувствуя, как собственный член задёргался в его шортах, он быстро ретировался в прохладную морскую бирюзовую гладь, ныряя в неё с головой и с разбегу. Вынырнув, зачесал мокрые волосы назад, даже не смотря на Чонгука. В голове только одно: «Нужно меньше на него смотреть, и всё будет хорошо». Отвернувшись, он отплыл от берега и распластался на поверхности воды звёздочкой, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает его. Но тишина длилась недолго. Спустя несколько минут, рядом послышались всплески воды и чужое прерывистое дыхание. Он поднял голову и — господи, нет, Чонгук открыто улыбался, подплывая к нему совсем близко. — Я решил проверить, всë ли у тебя хорошо, а то ты долго не шевелился. — А тебе не пришла в голову мысль, что если бы мне было плохо, я бы пошёл на дно? — Неа, — выплюнув воду, попавшую ему в рот, ответил Чонгук. — Ну естественно, — фыркнул Тэхён и медленным брассом направился к берегу. «Отдохнул, твою мать, — мысленно выругался он, загребая руками воду. — И с каких это пор мы перешли на ты?» — вопрос к Чонгуку, но он так и не будет озвучен. — Ты уже выходишь? — вопрос вдогонку. — Да, — не поворачиваясь, — я уже накупался, — уже тише, себе под нос. — А ты в каком бунгало? — спросил Чонгук, но Тэхён специально нырнул под воду, делая вид, что не услышал и погрёб быстрее. Оставалась только одна надежда на покой — в своем маленьком домике — и он его не отдаст, не сейчас по крайней мере. Ему нужно срочно обдумать, что делать дальше с этим нагло-красивым безбашенным альфой. Всë, что было на лежаке Тэхёна, быстро летит в сумку. Сбежать, и побыстрее, в свой домик, в норку! Он чувствует себя сейчас крабом-отшельником, прячась от злого хищника в своём маленьком временном жилище. Странная паника поселяется где-то под рёбрами. — Какого хрена я вообще делаю? — кидая сумку на стул, — Ким, твою мать, Тэхён! Ты взрослый мужик, а ведёшь себя, как подросток в пубертате, — быстрые шаги по комнате туда-сюда не успокаивают. Подойдя к большому зеркалу, он останавливается. — Соберись, Тэхён, тебе почти тридцатник, а ты как малолетка! — но собственное отражение молчит, лишь смотря на него большими изумлёнными глазами. — В душ, — указывая на себя в зеркале, и словно подчиняясь, идет в ванную комнату. Он стоит долго, играясь с регулятором воды, делая контрастный душ. Это немного успокаивает тело, но не мысли. Есть вариант съехать в другой отель. Но смысл? От себя всё равно не убежишь. — Откуда ты вообще взялся на мою голову? — бурчит Тэхён, вытирая воду с тела. — Так, нужно вести себя, как в офисе, строго и непринуждённо. На обед он не идёт, заказав еду в домик. Креветки, осьминожки и всякая морская прелесть под разными соусами, кимчи, и конечно же, любимый рамëн. Наевшись до отвала, он падает звёздочкой на кровать. Мысли плавно уплывают в страну Морфея, оставляя все тревоги за стенами его бунгало. ☀️☀️☀️ Вечер встретил Тэхёна красивейшим оранжево-красным закатом. Тёплые воды Тихого океана ласково облизывали его ноги, по щиколотку зарытые в песок у прибоя. Он сидел, облокотившись на руки, закрыв глаза, наслаждаясь тонкими, словно лепестки цветов, порывами бриза, ласкающими его лицо. Это был второй день пребывания альфы на отдыхе, который должен был отвлечь его от навязчивых мыслей о Чонгуке. Но… —Приве-ет, — раздаётся знакомый возглас где-то за спиной, вырывающий Тэхёна из медитации. — Привет, — буркнул в ответ альфа, даже не оборачиваясь, зная кому принадлежит этот голос. Кидая рядом с боссом свою сумку, Чонгук наспех снимает футболку и ныряет в предзакатный прибой с разбегу. — Идём, — выныривая, — вода восхитительная, чего куксишься? — Я не хочу, — ответил Тэхён, смотря на мокрое тело парня, торчащее из воды по пояс. Точнее на верхнюю охренительно накачанную часть его тела и руку, забитую рисунками, поправляющую волосы, отбрасывая их назад — услада для глаз и очередной порез на сердце Тэхёна, — но не смотреть на этот шедевр альфа не в силах. А Чонгук, словно чувствуя, что творит со своим боссом, проводит ладошкой по своей грудной клетке облизываясь. — Сука, — шипит Тэхён и отводит взгляд. В свете заката этот соблазнитель выглядит просто завораживающе красиво. — Пошли купаться, — не унимается младший и брызгает водой в босса, — идём, — Тэхён пытается игнорировать и увернуться от брызг, что удаётся не очень хорошо. Вода попадает на лицо и одежду. Он фыркает, стряхивая с себя капли. — Ты такой смешной, когда злишься, — не унимается Чонгук. — Что смешного? Ты меня обрызгал всего. — Да ладно, — выходя на берег и хватая босса за руку, — идем, вода офигенная. Он тянет Тэхёна, не обращая внимания на сопротивления и бубнеж старшего. С громким смехом он падает в воду, увлекая того за собой. Бухтеж на мгновение затихает, пока Тэхён закрывает рот, чтобы не нахлебаться солёной воды. А Чонгуку только и дай поплескаться вокруг старшего. Кажется, ему доставляет удовольствие дразнить Тэхёна. — Расслабься, Тэ, — выныривая в очередной раз слишком близко с, стоящим по пояс в воде, боссом. — Тебя словно в тиски зажали, — хватая за руку и слегка потряхивая её. Тэхён даже не успевает сообразить, как оказывается зажат в крепкие объятия Чонгука со спины, чувствуя его горячее дыхание на своей шее. — Не делай так больше, — скидывая альфу с себя, рычит Тэхён. — Извини, я не хотел… Я… — отплывая, смущённо. — Я понял, тебе неприятно моё присутствие, — чуть обиженно. — Да нет же, блин! — смотря на потухшие глаза Чонгука. — Ты не так понял. Я не… Блин… Почему так сложно-то всё? — Всё просто. Вы мой босс, мистер Ким, я Вам не нравлюсь, и моё присутствие Вас напрягает. Простите, что нарушил субординацию, — отплывая от Тэхёна. — Это не так, работа тут вообще ни при чём. Зараза! — хлопая по воде ладошками от злости. — Дело не в тебе, а во мне. — Вы поссорились со своим омегой, а я Вам мешаю грустить? — Ни с кем я не ссорился, да и нет никого у меня. Господи, чего я вообще перед тобой оправдываюсь?! — выходя из воды и снимая мокрую футболку. — Красивый, — послышалось тихое где-то сбоку. Тэхён обернулся на это, заметив, как Чонгук быстро отводит свой взгляд от него. «Мне же не показалось?» — мелькает в голове, но вслух он не произносит ни слова, продолжая выжимать мокрые вещи. — Пойду переоденусь, — тихо произнёс Чонгук, нарушая неловкое молчание, и направился к берегу. Тэхён проводил его взглядом, чувствуя себя совершенно растерянным. Он знал, что ему нужно что-то сказать, но слова словно застряли в горле. — Чонгук, подожди, — собравшись с духом, он всё же окликнул младшего. — Ты… Ты не мешаешь мне, — немного запинаясь, — и дело не в работе. Просто… Мне сложно. — Со мной? Потому что я Ваш подчиненный? Я понял. Простите, что нарушил ваше уединение, больше этого не повторится, — он поднял полотенце с песка и направился к своему домику. — Идиот! Какой же я идиот! — ругался на себя Тэхён, смотря на удаляющийся силуэт альфы. — Господи, ну почему всё так сложно? — загребая руками свои волосы. — Вот что мне делать теперь? — выдыхая и опуская руки. — Как же я устал. Он повернулся обратно к океану и плюхнулся всем телом в воду, раскидывая брызги вокруг себя. Несколько минут он лежал в воде, ощущая, как волны омывают его, но прохлада не приносила успокоения. Слова Чонгука, сказанные так прямо и болезненно, засели в его сознании. «Я понял. Простите, что нарушил ваше уединение, больше этого не повторится». Эта фраза эхом отдавалась в голове, усиливая чувство вины и растерянности. Воспоминание о том, как Чонгук тихо произнес «Красивый» и затем быстро отвел взгляд, заставило его сердце болезненно сжаться. Он поднялся на ноги и медленно побрел к берегу, чувствуя тяжесть на плечах и как вода стекает по его телу. Он посмотрел на светящиеся огоньки домиков с сожалением. В одном из них сейчас находился Чонгук и, вероятнее всего, тоже пытался прийти в себя после их неловкого разговора. Тэхëну хотелось бы подойти, исправить всё, сказать что-то правильное, но что? Признаться в своих чувствах? Нет. Он категорически к этому не готов. — Брр, прохладно, — чувствуя, как мурашки пробегают по мокрому телу от ветерка. — Так, нужен душ и алкоголь. Много алкоголя, — пробубнил он сам себе и направился в домик.