Гарри Поттер и Отходы Производства

      Этот кусок уже публиковался где-то в каментах, но пусть и тут полежит — Мисс Браун, мисс Грейнджер, мистер Поттер. Следуйте за мной, — голос декана Гриффиндора был ровен, как обычно.       Троица отверженных встала из-за стола, переглянулась, накинула на плечи сумки и двинулась за деканом. К удивлению Гарри, идти им пришлось недолго: МакГонагалл привела их к каморке Филча. Тот словно бы ждал их, а может быть, и вправду ждал.       — Мистер Филч, — церемонно приветствовала его МакГонагалл, — мне нужны ключи от карцера.       Лаванда вздрогнула. Гермиона, похоже, собиралась икнуть, но передумала и только задрала голову еще выше. Гарри оставался спокоен — были у него на то основания.       — Я все-таки был неправ в прошлом году, — прошептал он подругам, — настоящий карцер тут тоже есть!       — Разумеется, есть, мистер Поттер, — мерзко захихикал прекрасно расслышавший его шепот Филч, — и он ждет-не-дождется постояльцев! Какая жалость, что Ваш отец… — тут он поймал холодный взгляд МакГонагалл, оборвал свою тираду и, угодливо согнувшись, вручил декану Гриффиндора здоровенный заржавленный ключ.       Гарри мог бы поклясться, что Миссис Норрис, развалившаяся на каминной полке, подмигнула ему — если кошки вообще умеют подмигивать.       МакГонагалл поманила их за собой, и все четверо спустились по той самой лестнице, что вела в подвалы, где в прошлом году отмечали смертенины Почти-Безголового-Ника и Плаксы Миртл. Однако, пройдя всего лишь один пролет, МакГонагалл остановилась и открыла ключом неприметную, окованную железом дверь.       — Прошу за мной, леди и… джентльмен, — бросила она, войдя в темный проем.       Едва они переступили порог, вспыхнули факелы в держателях. Гермиона и Лаванда вздрогнули и прижались к Гарри. Это был всем карцерам карцер!       Чего тут только не было: кандалы, свисающие со стен, были грубыми и ржавыми, не то, что вычищенные до блеска побрякушки в каморке Филча. Здоровенная дыба, напоминающая стол, Ведьмины Стулья, целых четыре штуки, столики с зажимами для голов, две здоровенные бочки — видимо, для утоплений, и крюки на потолке — для подвешиваний. В углу стояла жаровня с самораскаляющимися углями, а стены занимали шкафчики с инструментами, при взгляде на которые мисс Грейнджер немного успокоилась: видимо, они напомнили ей что-то из обычной жизни.       В зал, заставленный всеми этими ужасами, выходило четыре решетчатых двери, за которыми виднелись сплошь утыканные гвоздями лежанки с ремнями для фиксации постояльцев.       Разумеется, с потолка капала вода, стекая в желобок вдоль стены.       — Вау! — сказал Гарри. Девочки отстранились и посмотрели на него, как на сумасшедшего, а МакГонагалл улыбнулась.       — Видимо, мистер Поттер недостаточно впечатлен атмосферой? — с улыбкой спросила она.       — Нет, что Вы, профессор! Я очень даже впечатлен. Но… может быть, хватит пугать девчонок?       — С чего Вы взяли, что я их пугаю, мистер Поттер?       — Ну… Мне показалось, что там, в Большом зале Вы, да и профессор Дамблдор тоже, поддержали Гермиону, правильно? А то, что мы с Лавандой и близнецами присоединились к ней, вас же вообще обрадовало? Значит, в этом вот, а тем более на кроватях с гвоздями, вы нас не поселите, верно?       — Верно, мистер Поттер. Итак… — профессор постучала палочкой по стене и сказала: «Гостиница!»       Пространство вокруг них поплыло, и уже через несколько секунд они стояли в совершенно другой комнате. Дыба превратилась в огромный стол, жаровня — в камин, Ведьмины Стулья — в удобные мягкие кресла, одно из которых было в гриффиндорских цветах (его немедленно заняла МакГонагалл), а остальные три — в слизеринских, рэйвенкловских и хаффлпаффских. Бочки с водой в дальнем углу исчезли, вместо них появилась дверь, ведущая, очевидно, в душ и туалет, а решетчатые двери камер стали сплошными; что было за ними, было неясно, но вряд ли там все еще стояли койки с торчащими из них гвоздями. Только свисающие со стен кандалы остались кандалами, но теперь они выглядели такими же новенькими и блестящими, как и те, что висели в каморке Филча.       — Эээ… Профессор, как я понял, стучать палочкой по стене и говорить «Карцер» не стоит? — спросил Гарри, по кивку декана садясь в слизеринское кресло. Разумеется, Гермиона выбрала кресло в сине-бронзовых цветах, а Лаванда уютно устроилась в хаффлпаффском.       — Вам, мистер Поттер, точно не стоит, — немного нервно улыбнулась профессор. — Вообще-то эта комната подчиняется мне как заместителю директора, но… Вы уже несколько раз изрядно удивляли и меня, и профессора Дамблдора. И, кстати, я бы попросила вас всех, особенно мисс Браун, не распространяться о… секретах этого помещения. Мне не хотелось бы, чтобы вам завидовали. Это сильно… усложнит ситуацию.       Гарри, Гермиона и Лаванда согласно кивнули.       — Теперь о доступе. Пожалуйста, подойдите каждый к своей двери и постучите по ней палочкой. Отлично. Теперь в комнату можете войти только вы, каждый в свою. Ваши вещи сейчас доставят. Четвертая комната зарезервирована для близнецов. К сожалению, те, кто не был достаточно храбр для того, чтобы пойти против большинства, не смогут сюда попасть, а через дверь они будут видеть ту картину, которую вы застали здесь, когда мы вошли. Именно поэтому я и показала ее вам, а вовсе не для того, чтобы испугать вас, мисс Браун, мисс Грейнджер. А теперь, мистер Поттер, в порядке ответной любезности я хочу знать, почему галстуки мистера Фреда Уизли и мистера Джорджа Уизли не поменяли цвет. Не разочаровывайте меня, мистер Поттер, я уверена, что мимо вас эта шутка не прошла.       — Профессор, мы… на самом деле, мы готовили шутку над слизеринцами. Ну, над их квиддичной командой.       — Почему-то я не удивлена. И?       — Я заказал Шимусу на каникулах семь маггловских галстуков, в гриффиндорских цветах. Совершенно обычных, безо всякого волшебства.       — И вы планировали подменить галстуки… Ах да, мистер Дред и мистер Фордж как раз недавно интересовались у профессора Флитвика чарами подмены…       Гарри увидел, как Гермиона что-то лихорадочно записывает в блокнотик.       — И, я полагаю, господа Уизли не забыли повесить на них счетчик отменяющих чар? — продолжила МакГонагалл. — Не удивляйтесь, мистер Поттер, я в курсе, что мистер Филч понес тяжелую утрату. Просто… если Вы когда-нибудь еще получите подобную возможность, поинтересуйтесь не только Мародерами, но и Гарпиями. Не квиддичной командой, а… Впрочем, Глинни Гриффитс тоже входила в наш маленький клуб вместе с Августой Огден и Помоной Смаггли.       Наконец-то Гарри понял, кого напоминали ему те три сестрички из Лютного. Это, кстати, многое объясняло. В том числе и бородавку на щеке профессора Гербологии.       — А что касается господ Новых Мародеров… Так даже лучше. Мистер Фред Уизли, мистер Джордж Уизли… Минус десять баллов за нарушение формы одежды.       Гарри показалось, что с самой вершины гриффиндорской башни до него донесся восторженный вопль близнецов. МакГонагалл, судя по улыбке, тоже его услышала, а вот мисс Грейнджер и мисс Браун оставались в недоумении.       — Не портите девушкам сюрприз, мистер Поттер, не надо ничего объяснять. Пожалуй, это приказ. А сейчас давайте разберем ситуацию, в которой мы оказались.