Ангельские методы

      Утро. Лёгкий ветер. Пение птиц за окном. Запах крепкого кофе и шампуня. Запеканка в холодильнике. Легкие, озорные солнечные лучи. Что может быть проще и приятнее?       Джинн Гуннхильдр спешно одевалась, в перерывах между «оххх…», «планирование…», «постановка задач…», «город…» попивала кофе со вчерашней запеканкой. Жизнь исполняющей обязанности действующего магистра была вовсе не простой. В свой скромный возраст она несла на плечах непропорционально большую ношу — судьбу целого города.       С момента ухода Варки, действующего магистра, пришлось взять на себя чересчур много обязанностей. И времени на спокойную жизнь вовсе не было. Город и его безопасность превыше всего.       И в последнее время эта ноша давала знать о себе всё больше и больше. Мир вовсе не был спокойным местом. Участились нападния ордена Бездны и хиличурлов. Напряжённая экономическая обстановка обострила связи с другими регионами. Пусть на городе это не сказалось, но это лишь вопрос времени. Поставки из дальних стран всё сильнее затягиваются, и через пол года может встать боком вопрос об обеспечении жителей провиантом.       Идя на работу, Гуннхильдр лишь тяжко вздыхала. Мешки под глазами. Немного подрагивающий голос. Тусклый взгляд. Постоянное зевание. Всё это с головой и потрохами выдавало человека, слишком много отдающего сему месту, и слишком мало получающего взамен. И даже так — она любила этот город.       Очередное утро началось с планёрки. Капитан Кавалерии Кэйа Альберих с небольшим отрядом был послан в район Спрингвейла разобраться с появившейся там шайкой Похитителей сокровищ. Капитан разведки Эола Лоуренс с подконтрольными ей рыцарями была отправлена к узкому проходу между землями винокурни и Каменными вратами — единственный на данный момент торговый маршрут между Ли Юэ и Мондштадтом был занят орденом Бездны. И даже Капитан следственной группы Альбедо был отправлен на Драконий Хребет.       Обстановка была, мягко говоря, удручающей. В последний раз ситуация была такой же неприятной, когда город терроризировал Двалин. Лишь чудом удалось избежать катастрофы. Но сейчас это «чудо», именуемое Путешественником, пропало без вести.       — Совсем себя не бережёшь… — Протянула Лиза, сидя на диване у стены.       — Прости, ты что-то сказала? — Вздрогнула от неожиданности Джинн, едва не опрокинув чернильницу на отчёт.       — Говорю, что ты совсем себя не бережёшь. Неужели не можешь делигировать свои полномочия кому-то еще? Всем нужен отдых, милашка. Даже тебе.       — Я не могу оставить город… — Печально улыбнулась девушка.       — Не думаю, что город сильно опечалится, если ты возьмёшь себе один выходной среди недели. Тем более, что ты последний год вообще без выходных.       — Лучше подумай, что делать с орденом Бездны на побережье Сокола…       В дверь постучали. Сначала робко, затем настойчивее.       Переглянувшись между собой, девушки лишь пожали плечами. Мало ли кто.       — Входите.       В комнату вошёл юноша среднего роста, застенчивой улыбкой и копьём за спиной. Его длинные светлые волосы небрежно торчали в разные стороны, закрывая часть лба.       — Мика Шмидт по приказанию действующего магистра ордена Варки прибыл! — Отчитался юноша, стоя по стойке смирно.       Обстановка в помещении тут же стала спокойнее, и даже Джинн позволила себе улыбнуться. Сей юноша, передовой геодезист, ушёл в экспедицию с Варкой ещё несколько лет назад. И, судя по тому, что вернулся жив-здоров, да с новостями — уже славно. Значит, всё не так уж и плохо.       В ходе непринуждённой беседы новоприбывший рассказал всю хронику новостей. Над Нод-Краем нависла угроза, но местными силами и помощью Ордо Фавониус удалось уберечь мир от катастрофы. После сражения с обезумевшим Дотторе пропал Путешественник. Его так и не нашли, но судя по словам местной богини, девы Луны, «не стоит искать луч в непроглядной тьме, когда он вернулся к Солнцу». И сам действующий магистр, склонив голову, наказывал выпить за его возвращение.       В других регионах обстановка всё больше накаляется. И неизвестно, что, как и когда закончится, и как это отразится на взаимоотношениях с Мондштадтом.       — Благодарю за доклад, можете быть свободны.       — Магистр Джинн, разрешите обратиться?       — Да?       — Вам официальное письмо от магистра Варки. Лично в руки.       Получив письмо, Джинн вскинула бровь. Безусловно, похоже на Варку. Но раньше он просто присылал гонца с какой-нибудь письмецо или вестью, а здесь — официальная бумага, с сургутной печатью, оформленная положенным образом, что никак не вяжется с его образом.       Лиза удивлённо вздохнула и подошла ближе к подруге. Взяв письмо в руку, она провела по конверту, чтобы убедиться в отсутствии срыва и перестановки печати. Но всё оказалось в порядке. Печать родная, вскрытия не было.       — Ладно, посмотрим…       Открыв конверт, Джинн достала сразу несколько листов, исписанных от руки. Последние новости, сведения, определённые координаты и указы. Всё это тут же было обработано и принято к сведению. Достав несколько фотографий, девушка прикрепила их к материалам дел.       — Милая, тут ещё один лист! — Прощебетала Лиза, пока её подруга устало смотрела на карту. — Должно быть, выпал, пока ты открывала конверт.       — Будь добра, прочитай его. — Ответила Гуннхильдр, опустившись на диван.       Хотелось прилечь и отдохнуть. Поспать. Почувстовать себя живой. Полноценной. Отдохнувшей. Счастливой. Не думающей только о судьбе города. Получить уже что-то взамен, чёрт подери!

Здравствуй, дорогая моя Джинн!

Надеюсь, письмо дойдёт до тебя в добром здравии!

Отсутствуя в городе многие

годы, я невольно спрашиваю себя —

как там рыцари? Как родные

улицы? Всё ли мирно и спокойно,

как всегда?

Недавно до меня дошёл гонец.

Я получил твои сведения,

они просто бесценны. Рад, что

в городе есть такой защитник.

И всё же, я обеспокоен.

После слов гонца о том, что он нашёл

тебя изнемождённой и в полу-бессознательном

состоянии на рабочем месте

я задумался — не сильно ли тяжёлая

это ноша для тебя?

      От неожиданности девушка даже подскочила на месте.       — Что-что-что он написал, Лиза?       — Тут так и написано, дорогая. Читать дальше?       — … Да, пожалуй.

В конце концов, слишком долго

Держать в своих руках бразды

правления может быть весьма

утомительно, особенно для таких

ответственных девочек, как ты.

Ставлю 10.000 моры на то, что

за время моего отсутствия ты ни разу

не сходила на свидания и не

делала тех вещей, что делают

обычные девушки в твоём возрасте.

И я так подумал — пожалуй,

нужно дать тебе передышку.

Я направляю в Мондштадт человека

с официальной бумагой, который

станет новым действующим магистром

на срок, пока я не вернусь с похода, или

не будет назначено что-то другое.

Надеюсь, это даст нашему

Рыцарю-Одуванчику необходимый

отдых, и позволит жить полноценной жизнью.

Варка, рыцарь Бореалис

      Слеза. Солёная, одинокая слеза потекла по девичей щеке. За ней ещё одна. Третья. Пятая. И вот, исполняющая обязанности действующего магистра сидит на диване и плачет, как будто школьница после неудачного бала.       — Ну же, милашка, соберись! — Попыталась подбодрить её подруга.       — Лиза! — Сквозь слёзы спрашивала несчастная. — Разве я… Так плохо работала?..       — Нет конечно! Ты умничка! Большая умничка!       — Я, наверное, плохо исполняла… Если нет… доверия…       — Глупая! Тебя наоборот ценят и любят! — Лиза всеми силами утешала свою коллегу. — Ты большая молодец, но даже тебе нужен отдых. Разве это так плохо?       — А если Мондштадт…       — Боже, да не случится ничего с этим городом! Он веками стоял, и ничего с ним не случилось. От того что ты отдохнёшь, ничего страшного не случится!       Но в душе Джинн уже поселилась горечь и отчаяние. Девушка прекрасно понимала, что ей нужен отдых, она истощена и перегорела. Но эта неожиданная новость выглядела для неё как удар в спину, как предательство. Она все силы отдала для этого города, чтобы что? Чтобы в столь трудный час её отправили на покой?       Весь дальнейший день прошёл как в тумане. Как будто дня и не было. Капитаны возвращались, приносили известия, но вся информация проходила как крупицы песка сквозь пальцы. И даже сейчас, сидя на своей постели, она не понимала — плакать ей или радоваться? Потерянная, она даже не могла воспринимать всё вокруг. Ударила температура и головная боль.       Чрезмерно утомлённая, изнемождённая и опечаленная, она отправилась спать, молясь лишь о том, чтобы всё это было глупой шуткой…