Смерть со вкусом вишни

       »»———— ˗ˏˋ 🍒 ˎˊ˗————««

             Очередная неделя подошла к концу. Сказать, что Джесси морально несколько раз был готов вновь попытаться умереть – значит ничего не сказать. Курт, заметив первые проблески здорового румянца на щеках Джесси расцвёл, как никогда. Он был уверен, что купленные им веганские пирожки и хумус смогли исцелить мальчишку. А Джесс, в свою очередь, не стал расстраивать Курта своим предположением о том, что ему вообще не нужно есть, чтобы чувствовать себя живым. Упаковки с хумусом скапливались в помойном ведре и потом заботливо выносились самим мужчиной. Так что Джесс отделывался только лёгким испугом каждый раз стоило Курту оказаться на пороге с пакетом в руках.       Но были и радостные новости. Курт сказал, что время его восстановления подошло к концу. И в скором времени он отведёт его осмотреться на новом месте. Джесс ждал этого дня, как не ждал даже подарка от Санты на Рождество. Вся эта угнетающая больничная атмосфера ему изрядно надоела за те две недели, что ему пришлось провести здесь. Радостного было мало, остаётся надеется, что место, куда они направятся, окажется не хуже. Пожалуй, единственное на что надеялся Джесс, чтобы это не оказалось приютом для бездомных или что-то вроде того. Его чувствительный нос просто не выстоит перед этим убийственным сочетанием запаха грязных носков, алкоголя и пота.       Да и спокойствие и даже умиротворение, читаемое на лице Курта, заставляло его не на шутку напрячься. За время, проведённое с этим человеком Джесс понял только одно. Он был абсолютно непредсказуем, а предположить, что может скрываться в голове у такого человека было почти невозможно. Курт в один момент мог толкать серьёзную философскую речь, а уже через секунду залиться безумным смехом от самой тупой шутки, которую отпустил ни к месту. Поэтому, когда он с абсолютно счастливым лицом объявил, что Джесси в их «новом доме», ждут новые знакомые, с которыми ему необходимо будет познакомиться, он отнёсся к этому с крайней настороженностью.       Джесс не любил людей. Не то, чтобы они сделали ему хоть что-то плохое. Просто его тело отвергало любую связь с другими людьми. Ему было некомфортно и неловко. Да и не вписывался он никогда в другие компании. Типичный задрот с задатками социопата. Единственный человек, которого, он худо-бедно подпустил и о чём потом ни раз жалел был Итан. И то только потому, что тот сам влезал в его личное пространство. Не заботясь ни о его мнении, ни о чувствах. А как отбиваться от таких людей Джесси никто не научил. Он и сам был в замешательстве поначалу. Пытался игнорировать, надеясь, что парню быстро наскучит и он оставит его в покое. Но Итан оказался куда более упёртым, чем Джесс мог себе представить.       Их встречу он помнил во всех деталях. Она всё ещё была ярким пятном в памяти. И, наверное, единственным воспоминанием от которого сердце не скручивалось в трубочку. Если так подумать, этот парень и правда привнёс в его жизнь много радостных моментов. Просто из-за незнания того, что делать с нарастающими чувствами Джесс похерил всё радостное и счастливое, оставив только обрубки собственных сожалений и разочарований.       Джесс затряс головой отгоняя навязчивые мысли. Итан не выходил из его головы ни на секунду. Он засыпал и просыпался с его именем на потрескавшихся губах. Так ещё и за день умудрялся сотню раз вспоминать каждую мелкую деталь, связанную с ним. Он находил его во всех вещах и окружении. И это касалось не только его личных вещей. Даже палата, в которой он лежал, отсылала к моментам, когда они оба по неосторожности попали в больницу. Мозг активно сопоставлял любые новые, даже незнакомые предметы, с ситуациями, в которых неотвратимо присутствовала его физиономия. Не будь его чувства к Итану настолько светлыми, он бы точно возненавидел его.       Перед глазами мелькали знакомые улицы, высотные здания, а мимо мчались люди, как и всегда, не обращая внимания на его существование. Что-то в мире остаётся вечным. Курт молчал о том, куда они направляются. Мужчина в целом вёл себя замкнуто, ограничиваясь короткими фразами и проверяя, как Джесси себя чувствует. Но тот, ничего кроме страха неизвестности, не испытывал. Счёт в его голове давно перевалил за три сотни, но он продолжал считать, хотя Курт больше и не порывался копаться в его мыслях. Живот скручивало от лёгкого голода, но он старался игнорировать это. Джесс видел, как Курт сложил в свою дорожную сумку, кроме части его одежды, ещё несколько упаковок с ненавистным хумусом.       Они шли пешком ещё около получаса, пока не остановились неподалёку от университета, в котором учился Джесси до произошедшего. Курт направился на заправку за дозой живительного никотина. Джесс узнал о зависимости Курта совершенно случайно, когда заметил, как тот шарился по карманам в поисках заначки. И всерьёз был удивлён, что современным и более удобным аналогам тот, всё ещё отдавал предпочтение старым добрым сигаретам.       Джесси остался снаружи, не желая путаться под ногами и слушать неловкий флирт от Курта, которым он одаривал любую женщину, которая хоть как-то реагировала на него. Мимо заправки проходили компании студентов. Занятия закончились совсем недавно и теперь часть из них торопится домой, на работу или по зависать где-нибудь с друзьями. Странно осознавать, что совсем недавно и он был таким же, как они. А теперь он стоял от них по другую сторону. Возможно, когда-то и он прошёл мимо подобного ему…       По нёбу растёкся приторный вкус вишни и Джесси закашлялся от неожиданности, словно подавился собственной слюной. В ушах зазвенело, а живот скрутило особенно сильно. Нос учуял удивительно сильный, невероятно концентрированный запах сладкого парфюма. Затянувшиеся порезы на руках пронзила острая боль и на светлом худи проступили капли горячей крови. Чья-то рука коснулась его плеча, и он поднял голову, еле сдерживая порыв рухнуть на землю.       Почва ушла из-под ног, когда знакомый обеспокоенный взгляд оглядел его лицо. Итан стоял на расстоянии вытянутой руки. За спиной был слышен гул участников его группы и парочки друзей из спортивной команды, которых Джесс знал только в лицо. На секунду появилось непреодолимое желание плюнуть на все предостережения Курта, схватить Итана за руку и сбежать до того, как тот закончит с покупками.       — Вам плохо? Я могу вызвать скорую.       «Какое ещё к чёрту Вам, Итан…он, не помнит меня?»       — Оставь этого бродягу в покое, чел. А то ещё грохнет тебя за бутылку дешёвого пойла.       — Завали свою пасть, Стив. — Неожиданно громко рявкнул Итан. Джесси испуганно дёрнулся в сторону и тот смягчил взгляд, когда их глаза встретились. — Не слушайте его. Вы можете встать? Вам есть куда идти? У Вас есть родственники, которые могут приглядеть за Вами?       — Итан…       Имя сорвалось с его губ раньше, чем он успевает осознать, что действительно произнёс его вслух. Только по застывшему на лице друга недоумению он понял, что натворил.       — Что вы сказали?       — Итак…нормально себя чувствую.       — Вы уверены?       «Меня сейчас либо вырвет, либо вырубит. Но да! Я уверен, что так и будет, если ты наконец отойдёшь и не увидишь этот позор.»       Благо Курт оказался рядом в самый подходящий момент, ловко выхватывая Джесси из цепких рук Итана и аккуратно отодвигая его к себе за спину. В ту же самую секунду, как из взгляды разошлись Джесси полегчало. Он уже не слушал о чём эти двое мило болтали, но через пару минут Итан с друзьями двинулись дальше, и он даже не бросил на него ни единого взгляда. В сердце защемило от досады.       — Не нужно обижаться и расстраиваться. Теперь для него ты выглядишь абсолютно по-другому, как и для остальных своих знакомых.       — Что ты имеешь в виду?       — Ты не исчез из его памяти. Но выглядишь теперь, как другой, абсолютно незнакомый ему человек. Вот что я имею в виду.       — Ты опять копался в моей голове?       — Это прекрасно читалось по твоим намокшим глазам, пирожок.       — Не обязательно делать на этом такой акцент. — Джесси быстро вытер лицо тыльной стороной руки.       — Я просто хочу напомнить тебе важность того, чтобы твоя прошлая жизнь осталась в прошлом. И чем быстрее ты отречёшься от неё, тем быстрее начнёшь жить заново.       — Новая внешность – новая личность? — Джесси грустно усмехнулся. — Звучит паршиво.       — Звучит, как шанс с открытым доступом к базе накопленного жизненного опыта. — Лицо Курта озарила улыбка всего на мгновение, пока черты лица вновь не выпрямились, возвращая ему серьёзный вид. — Ты можешь, конечно, бегать за старыми друзьями и семьёй пытаясь доказать, что ты их друг и сын, но я бы советовал поберечь нервы, как себе, так и другим. Позволь им двигаться дальше без тебя.       — Я не собирался ни за кем бегать.       — Это просто наставление на будущее. Помни, что ваши дороги разошлись раз и навсегда.       — Я это уже понял, не обязательно в сотый раз об этом напоминать.       — Я буду повторять это, пока в твоей голове не перестанут появляться мысли о том, чтобы куда-то сбежать за руку со своим бывшим.       — Итан не мой бывший! И ты говорил, что не копался в моей голове, но соврал!       — Точно так же, как ты соврал, что всё понял. Я хочу дать тебе нормальную жизнь, но для этого тебе нужно слушать то, что я говорю, понимаешь?       — Я не просил тебя об этом. — В груди полыхал огонь из самых разных эмоций.       — Никто не просит о своём рождении и возвращении после смерти, но раз это происходит, значит нужно хотя бы постараться прожить новую жизнь с достоинством.       — Я понимаю о чём ты говоришь. Но я не хочу отрекаться от своего прошлого и от людей, которых любил.       Рука крепко сжимала браслет, от которого отваливалась засохшая бурая кровь. Курт сел рядом на тротуар и без лишних слов закатал рукав худи, доставая из сумки набор для перевязывания. Джесси в ужасе пошатнулся, но крепкая рука заставила его остаться на месте.       — Оставь этот бедный браслет в покое. Я не собираюсь отнимать его.       — Так ты и о нём знал…       — Я не глухой, как может показаться, Джесси. Я не спал, когда ты уходил за ним из палаты и знал, что ты сжимал его в руке, пока я не ушёл.       — Тогда…       — Почему не забрал? Потому что моей целью не является отобрать у тебя всё, что ты считал важным. Я могу дать совет, наставление, как было бы проще жить, но окончательное решение всегда будет за тобой.       — Прости. — Чувство досады разливалось по груди.       — Тебе не за что извиняться. Некоторые становятся абсолютно неконтролируемыми, когда приходят в себя. Ты держался молодцом всё это время. Я даже мог спокойно оставить тебя в палате одного не боясь, что придётся разыскивать тебя по всему городу.       — А что, были и такие?       — А ты думал, что один такой особенный? Потерпи, скоро я познакомлю тебя со всеми, кто заставлял мою пятую точку страдать.       На этом их диалог прервался. Джесси старался перевести дыхание и прийти в прежнее состояние. В голове то и дело возникали вопросы, озвучить которые он не осмеливался. Курт и так знал очень много. Нет. Даже слишком много информации, которую Джесси предпочёл бы оставить при себе и унести с собой в могилу.       «Унести с собой в могилу…»       Горькая усмешка тенью проскользнула на его лице. Курт не позволил сделать это. Случайно или нарочно сейчас не так уж и важно. Он прав в одном – теперь ему нужно привыкать жить в новых условиях. И чем быстрее он разберётся в правилах игры, тем быстрее найдёт все необходимые ответы.       Живот скрутило в очередном спазме. Курт шёл впереди, прибывая то ли в собственных мыслях, то ли нарочно игнорируя Джесси. Хотя он уже не в том положении, чтобы кого-то стесняться и бояться осуждения. Курт не глухой и не слепой. Если он знал о браслете с самого начала, значит знал и о том, что не могло существовать «магического хумуса», который бы поставил его на ноги за такой короткий срок.       «Ты думал, что один такой особенный?»       Джесси не мог быть уверен, как много возвращенцев прошло через Курта. Он никогда не интересовался даже примерным числом. В его голове цифры всплывали незначительные. Но даже в этом случае Курт видел и знал о том, что с ними происходит и как именно работает та или иная реакция, точно не понаслышке. А ещё он отчётливо помнил напуганный взгляд белокурой девушки, стоило Курту застать их врасплох. После потери сознания он её не видел. Курт никак не объяснялся. Да и Джесси не стремился получать ответы, которые были ему не интересны. Если им суждено встретиться в будущем – так тому и быть. А если нет, то…имени её он в любом случае уже не помнит. У него всегда была проблема с запоминанием новых лиц и имён.       «И даже здесь ты умудрился стать исключением.»              

︵‿︵‿୨୧‿︵‿︵

             Работа в парах. Одного этого словосочетания хватило, чтобы тревожность начала бить через край. Принудительная коммуникация с другими людьми входила в чёрный список Джесси и занимала в нём почётное первое место. Хотя его ненависть к сырости и холоду сложно было чем-то перебить. Но у людей отлично получалось портить о себе впечатление всего за считанные секунды.       Джесси остался единственным студентом, который после слов профессора о том, чтобы объединиться в пары даже не обернулся в сторону своих однокурсников. Джесси предпочитал полагаться на решение судьбы. Может быть, ему повезёт и ему просто не хватит пары. Проще одному проделать работу за двоих, чем пытаться мириться с чужим характером и мнением на счёт совместного проекта. И его план почти сработал. Почти.       Когда все пары расселись, стало очевидных, что единственный, кто остался сидеть в одиночку, был Джесси. Профессор почти было обратился к нему с заветным вопросом, когда дверь в аудиторию открылась с характерным противным скрипом. Аудитория, до этого утопающая в гуле из голосов резко оказалась погружённой в гробовую тишину. На пороге стоял кто-то из опоздавших студентов. Джесси даже мимолётного взгляда в его сторону не отпустил. В глубине души он уже презирал его за одно своё существование.       «Мог уже не приходить. Никто бы не расстроился…»       Профессор только радостно хлопнул в ладоши и что-то пролепетал опоздавшему. Послышалось невнятное мычание и стол едва заметно качнулся, когда парень грузно опустил свою сумку на стол. Джесс не оторвал взгляда от экрана собственного ноутбука даже после того, как профессор закончил с объяснениями и раздал необходимые для выполнения работы указания. Его напарник не торопился проявлять хоть сколько-нибудь большую заинтересованность к совместной работе. Так с чего ему в таком случае идти на контакт первым?       Лекция окончилась под гул бурных обсуждений. Все пары постарались определить свои функции, задачи и договорится о совместном выполнении отдельных частей работы. Их же пара могла похвастаться исключительной степенью игнорирования существования друг друга. Джесс не торопясь собирал вещи. Его сосед вскочил и убежал куда-то за пределы аудитории в первую минуту после долгожданного звонка. И это хоть и радовало, но и раздражало.       «Я был бы рад сделать всё один. Но тащить какого-то оболтуса на своих плечах в мои планы не входило.»       Но там же где заканчивается одна проблема, возникает новая. Он даже связаться не сможет с ним. Они мало того, что не разговаривали, а значит не обменивались контактами. Джесс понятия не имел, как его напарник выглядел. Даже в общем чате найти его будет проблематично, только если не начать писать всем одногруппникам подряд.       Джесс оказался в полупустом коридоре самым последним. Следом за ним выбежал и профессор, спешно закрывающий двери собственного кабинета и убегая вперёд своего неторопливого студента. Все куда-то спешили. Дела, друзья, семья, работа или даже вечер в компании компьютерных игр. У всех была причина торопиться покинуть стены университета. Джесс же придёт в общежитие и будет куковать один. Из четырёх людей, кто должен был делить с ним один этаж, подселили только одного полудохлого парнишку. По всему его болезненному, почти умирающему виду было видно, что к концу обучения физмат высосет из него остатки былой человечности.       С одной стороны Джесси радовало отсутствие шумящих соседей. А с другой стороны, держатся поодаль от всех было тем ещё испытанием. Особенно, когда на общей кухне можно было встретить скример в виде осунувшегося живого трупа. Но это всё, конечно, были сущие мелочи. Внутреннее равновесие и спокойствие было для него превыше всего. А жизнь с этим парнишей никакого дискомфорта не вызывала. Джесс спокойно успевал сделать все задания, ещё и находил время для чтения очередной серии фантастических книг.       Вот и сейчас, всё чем он займётся по наступлении долгожданных выходных, будет чтение книг и просмотр научных видео где-нибудь на ютубе. Ну и выкроет время, чтобы попробовать найти своего горе напарника методом ленивого расследования в групповом чате. Хотя, недолго думая, Джесс решает заняться этим, пока идёт до здания общежития. Не хочется тратить на это ни одной лишней минуты. Тем более, что Джесс и не рассчитывает действительно вычислить его. Это мало что могло бы изменить, но он хотя бы узнал имя и фамилию этого бедолаги.       Обычно возле общежития редко можно встретить кого-то из других жильцов. Но сегодня, к большому удивлению Джесси, возле здания находилось сразу несколько машин и целая толпа студентов, громко обсуждающих что-то. Джесс проскочил мимо всех и проскользнул внутрь, улавливая уже привычный запах сырого камня и чистящих средств. Аккуратно переступив табличку с предупреждением о мокром полу, Джесс остановился у своей двери. Его внимание привлекла груда коробок, которая расположилась вокруг одной из двух пустующих комнат. Неужели кто-то сегодня въезжает?       Джесси было безумно лень проверять чат общежития, где могли скинуть новости о заселении ещё одного студента. В конце концов их этаж пустовал, надеется, что так продолжится до самого выпуска было бы глупо. Поэтому Джесси привычно оставил дверь приоткрытой и приступил к выполнению своей повседневной рутины. Он сходил принять быстрый освежающий душ, приготовить себе скромный обед и сесть за выполнение домашних заданий прямо на общей кухне. Его горе сосед предупредил, что не вернётся в общежитие до конца выходных, а значит он был предоставлен самому себе на это время.       Громкий стук раздался эхом по всему этажу и Джесси громко вздохнул, вспоминая о груде ждущих своего часа коробках. Он решил проигнорировать стук, но он повторился вновь спустя каких-то секунд двадцать. А после ещё и ещё.       «Что за придурок долбиться в дверь вместо того, чтобы открыть её собственным ключом?»       Раздражение, часть которого всё ещё не прошла с лекции, начала скапливаться в груди ещё активнее прежнего. Человек, кто бы он ни был, наживает себе прямых врагов. И не важно, что он просто попадает под горячую руку расстроенного Джесси. Тому было просто необходимо найти виноватого, чтобы наконец выпустить скопившейся негатив.       Толкнув, итак, незапертую дверь рукой Джесс на секунду опешил, заметив вместо лица нового соседа, ещё несколько высоких столбов с коробками.       «Да такое количество вещей даже во все наши комнаты не вместится.»       Джесси постарался аккуратно протиснуться сквозь картонную баррикаду, но случайно толкнул один из столбов плечом. Коробки затряслись и на голову Джесси начала приземляться канцелярия и целые стопки с тетрадями. Коробка окончательно потеряла равновесие и рухнула на пол с громким хлопком, из-за которого парень испуганно отшатнулся в сторону, задевая спиной новые коробки.       Он успел лишь краем глаза заметить, как сверху, на него, после активного раскачивания, начали накреняться новые, на вид более грузные коробки. И в момент, когда столкновение казалось неизбежным, кто-то схватил его за руку и потянул на себя. Джесси замешкался, споткнулся о собственные ноги и разбросанные по полу бумаги. Он летел вниз так же стремительно, как приближались и коробки, готовые окончательно придавить его сверху. И в момент, когда он был готов смириться со своей судьбой во второй раз, чужие руки с силой прижали его к себе и буквально вырвали из опасной западни в самый последний момент.       Джесс наблюдал за разворачивающимся крушением всей конструкции с ужасом на глазах. Сердце стучало где-то в висках, в горле заметно пересохло, а уши и щёки залились румянцем.       «Хоть бы в этих коробках не оказалось ничего ценного. Иначе я до конца своих дней не расплачусь.»       Руки, крепко державшие его до этого момента, аккуратно разомкнулись и выпустили из своей хватки. Джесс дёрнулся в сторону и уставился на лицо нового соседа. И почва снова ушла из-под ног. На него смотрела пара ледяных глаз. Голубой цвет был настолько глубоким, а взгляд цепким, что, не выдержав даже десяти секунд Джесси стыдливо опустил взгляд в пол.       «Мне конец. Он точно захочет меня прибить.»       Джесси видел его в университете. И на удивление сразу смог запомнить. Юноша был из тех, кто всегда находился в центре внимания, там, где было шумно и многолюдно. Ему было плевать на нормы и приличия. Поэтому не редкостью было увидеть его бегущим в компании с другими спортсменами в коридорах между лекциями. Пару раз он вкатывался в аудиторию на скейтборде и на неодобрительные замечания со стороны профессоров отвечал яркой улыбкой.       Джесси наблюдал за ним, пытаясь понять стоит ли его опасаться. По университету ходили всякие слухи. Начиная с того, что он обыкновенный бабник и драчун, у которого были богатенькие родители, обеспечившие его место. Заканчивая совсем уж сказочными историями о принадлежности к мафиозному клану. И он был готов поверить слухам просто видя, как тот себя вёл. Но, стоило Джесси приглядеться к нему, как в голову закрались первые сомнения.       Однажды, он случайно заметил лист с успеваемостью на столе у их руководителя, когда заходил к нему для получения новой ключ карты от общежития. И удивлению Джесси не было предела, когда он увидел знакомое имя в самом начале списка. Там, где находились лучшие ученики потока. Итан не был отличником, но это не мешало ему находиться в топ пять по всей группе.       И так же это не мешало ему оставаться в центре внимания и грязных сплетен. Со временем своих наблюдений Джесси стал всё больше убеждаться в том, что людям просто было нечем заняться. Вещи, в которых якобы участвовал Итан и обвинялся другими были настолько абсурдными и надуманными, что Джесси пару раз не удержался от громких смешков. Хотя бы потому, что виделся с ним в те дни и при тех обстоятельствах, о которых так сладко лепетали остальные.       Итан никогда не пытался никому понравиться. Эта его черта и сформировала вокруг себя вредителей, которые могли придумать что угодно и остаться безнаказанными. Итан точно слышал о том, что говорят люди. Но не предпринимал никаких попыток, чтобы как-то опровергнуть это. Напротив, если у других возникали вопросы правдивости слухов он только язвительно ухмылялся и уверенно соглашался с любым бредом, который только мог прозвучать. Так и сформировалась целая фанбаза вокруг выдуманного другими образа.       Джесси с интересом следил за развитием этой истории. Выдержка Итана удивляла. Он сам не заметил, как стал уважать человека, с которым ни разу не говорил вживую. Он улыбался каждый раз, стоило Итану зайти в аудиторию и громко поздороваться со всеми присутствующими. Но для самого парня он оставался пустым местом. Он был уверен в этом. Ни разу их взгляды не пересекались, даже когда Джесси смотрел на него в упор или случайно сталкивался на лестнице или в кафетерии. И его это вполне устраивало. Он мог сколько угодно наблюдать за ним, не боясь быть обвинённым в этом. Вряд ли Итан вообще знал о его существовании.       Но сейчас, впервые с момента, когда Джесси начал «следить» за ним, их взгляды наконец встретились. Острые, чуть впалые линии челюсти выдавали каждое нервное движение мышц. Кажется, Итан был не сильно рад возникшему в коридоре разгрому и разбросанным повсюду личным вещам. Джесси проклинал всё своё существование. Не таким ему хотелось запомниться в чужих глазах.       — Прости. Я сейчас же всё уберу!       Джесси буквально рухнул на пол, стараясь как можно быстрее и аккуратнее собрать все разлетевшиеся листы. Сердце звучно клокотало, а руки не слушались. Пальцы дрожали и листы раз за разом падали обратно. Джесси пытался взять себя в руки и продолжить уборку. Но Итан остановил его, перехватив руку Джесси, когда тот потянулся за очередным листом.       — У тебя кровь.       Джесси остановился и направил удивлённый взгляд на собственную руку, с которой стекали крупные капли бордовой крови. Только сейчас он заметил, что успел испачкать не только пол, но и несколько собранных им листов. Жар накрыл его с головой, а в глазах всё поплыло. Он зажмурился и отвёл взгляд в сторону, прижимая руку к белоснежной рубашке и попытался встать на ватных ногах. Его легонько повело в сторону, и он почти завалился обратно, но Итан опять оказался рядом и аккуратно поддержал его за спину.       — Ты в порядке? Может отвести тебя к врачу?       — Всё хорошо. Сейчас я найду, чем заклеить руку и всё уберу.       — На тебе лица нет, ты весь бледный.       — Всё хорошо, правда.       После сказанных слов его качнуло в сторону ещё сильнее прежнего. Итан подхватил его за талию и помог дойти до ванной комнаты. Джесси облокотился на стену и попытался перевести дыхание. Картинка перед глазами плыла уже чуть меньше, но жар всё ещё расходился по всему телу.       —Сейчас. Я обработаю руку и всё уберу, обещаю.       Джесси зашёл в ванную видя перед собой сгущающуюся тьму. Кровь пропитала футболку, и та неприятно липла к телу. Он старался не смотреть вниз, но увиденное ранее продолжало всплывать перед глазами. Он успел ухватиться за край ванны, прежде чем ноги перестали держать его в прямом положении. Грохот, последовавший за падением, отскочил от стен ванной и эхом раздался по коридору. Макушка Итана незамедлительно втиснулась в узкий дверной проём, проверяя Джесси. А после увиденной картины он незамедлительно оказался рядом, приподнимая чужое лицо.       Джесси открыл глаза спустя пару минут. Он лежал на диване в общей гостиной, укрытый собственным пледом. Порез на руке пульсировал, но когда он вытащил руку, чтобы осмотреть рану, то увидел только крепко перевязанный бинт на своей кисти. Взгляд упал на чёрную футболку, в которой он лежал и которая совершенно точно не принадлежала ему. На ней был яркий принт с названием какой-то рок-группы, о которой он слышал, но никогда не слушал сам.       Позади него, за кухонным островком над чем-то хлопотал Итан. Джесси хватило сил, чтобы повернуть голову в его сторону и замереть в таком положении. Итан с серьёзным видом ковырялся в кофе машине, которая сдохла ещё несколько месяцев назад. Соседу Джесси было лень нести машинку на ремонт, а сам парень кофе пил крайне редко, предпочитая кафе самостоятельному завариванию. И, кажется, их халатное отношение сыграло ему на руку. Позволяя тихо понаблюдать за тем, как перекатываются мышцы на сильных руках и как сводятся брови к переносице, стоит лицу стать ещё более сосредоточенным.       Спустя несколько минут Итан наконец собрал все детали машинки и, к их общему удивлению, она издала заветное шипение при включении и в подставленный стакан полилась горячая тёмная жидкость. Воздух наполнился ароматом свежемолотого кофе и Итан звучно выдохнул, протирая лицо кухонным полотенцем.       Захватив с собой кружку с кофе и небольшую стопку с помятыми листами, Итан обошёл диван и сел в кресло поблизости. Джесси прикрыл глаза, притворяясь, что так и не пришёл в сознание. А сам осторожно подглядывал за тем, как меняются эмоции на лице Итана по мере того, как он погружается в работу над бумагами. Парень бормотал что-то себе под нос, постукивал ногой и делал какие-то неопределённые акценты самому себе рукой. Это походило на заучивание стихотворений в школе, только с куда большим рвением. Но даже этого хватило для того, чтобы Джесси залип на эту картину и выпрямился, усаживаясь поудобнее на диване.       Итан оторвался от бумаг, когда увидел шевеление со стороны. И Джесси застыл на месте, перестав дышать. Ледяные глаза юноши, за которыми ему так нравилось наблюдать, опять были направлены в его сторону. Не знай он, что всё, что происходило с ним было реальностью, точно бы подумал, что это просто очередной сон. Итан никогда не смотрит в его сторону. И никогда бы не посмотрел на него так, что он физически ощущал тепло от одного только взгляда.       — Ты как?       — Уже намного лучше. Спасибо.       — За что?       Джесси опешил. Итан смотрел на него в упор и ждал ответа. Только что он мог ответить? Без слов казалось понятным за что Джесси благодарит его. Или это какая-то проверка, о которой Джесси ничего не знает?       — За то, что потратил своё время на помощь мне.       Лицо Итана скривилось от негодования. Джесси перевёл взгляд на собственные пальцы и принялся ковырять сухую кожу. В комнате повисло непонятное напряжение. Итан продолжал смотреть на него, словно ожидая продолжения. Но после того, как Джесси продолжил упорно игнорировать его, встал и не говоря ни слова подсел рядом, разворачивая пострадавшую руку, лицевой стороной к себе.       Он аккуратно снял бинт и приподнял пропитавшийся кровью ватный диск. Джесси задрал голову так высоко, как только мог, чтобы не видеть всей этой картины. И громко ойкнул, стоило пальцам Итана коснуться кожи рядом с пульсирующим порезом. Парень же даже не шелохнулся, продолжая поступательно вытирать кожу от остатков крови и наносить новый слой мази, полностью меняя повязку.       — Через пару часов нужно будет ещё раз поменять повязку, а завтра уже можешь всё промыть и оставить подсыхать на воздухе.       — Спасибо.       — И в этот раз тоже благодаришь за потраченное время?       — Вежливо благодарить людей, когда они делают для тебя что-то хорошее.       — Не нужно благодарить меня, если делаешь это только из вежливости. Не люблю эти идиотские формальности.       — Хорошо, я понял. Прости.       — Вообще я думал, что ты тоже не сторонник подобных формальностей, Джесси.       — Что? Откуда ты знаешь моё имя?       — А почему я не должен его знать? На общих лекциях ты сидишь всего в ряду от меня. Я часто видел твоё имя в списках присутствующих.       — А. Оу… ну да, в таком случае это имеет смысл.       — А ещё я не мог не знать имя человека, с которым мне нужно выполнять совместный проект. Жаль, что этот человек не удостоил меня тем же убийственным взглядом, каким смотрел на профессора после моего появления.       — Так ты…мы…напарники?       — Не вижу радости в твоих красивых глазах, соседушка.       — Что?       — Не смотри на меня так. Я просто подшучиваю над тобой. Ты знал, что твои уши и щёки за секунду становятся бардовыми, когда стесняешься?       — Не правда. Ничего я не краснел. Тут просто жарко.       — Разве рядом с тобой бывает иначе? Я наблюдал за тобой с первого дня обучения. Видел, как ты смотришь на других, как посылаешь людей глазами, когда из твоего рта вылетает очередная «вежливость».       «Этого не может быть. Я точно сплю. Это всё бредни моего больного разума. Да. Это точно визуальные и слуховые галлюцинации.»       — Ты выглядишь удивлённым. Не уже ли не знаешь, какое впечатление производишь? Многие бы хотели найти правильный подход к тебе. Ты выглядишь таким суровым и неприступным. И знал бы я, что за этим горячим образом прячется такой милый стеснительный зайка, давно бы забрал тебя себе.       Мозг Джесси окончательно отказался осознавать озвученные Итаном слова. Сложно было понять, что в действительности скрывается за непроницаемым взглядом и уверенным тоном. Вполне вероятно, что это очередная шутка. Либо скрытая издёвка. Оба варианта Джесси не нравились. Но и верить, что подобное он мог озвучить в его сторону без капли иронии, Джесси не собирался.       — Ты точно нормально себя чувствуешь? Не сильно ушибся после удара?       — Со мной всё в порядке. Немного кружится голова.       — Просто ты выглядишь так, словно ждёшь момента, чтобы сбежать.       «Потому что ты находишься слишком близко.»       — Я немного утомился. Не нужно переживать за меня.       — Ты теперь мой сосед по общежитию. Переживать за тебя это часть моих непосредственных обязанностей. — Итан одарил Джесси яркой улыбкой и тот завис, поражённый этим зрелищем в самое сердце. Итан заметил этот взгляд и его глаза игриво сверкнули, прежде чем сократить расстояние между их лицами. — Надеюсь мой сосед не будет против, если я позаимствую его гель для душа? С этим переездом я буду разбирать вещи до следующей недели. А мне тааак сильно хочется сходить в ванну.       — Бери всё, что тебе нужно.       Красноречивый насмешливый взгляд парня вернул Джесси способность анализировать сказанное. Он густо покраснел и вскочил на ноги, не задумавшись о том, что ноги всё ещё не могли полноценно удерживать вес его тела. Но это не помешало ему очень даже бодро двинуться в сторону ванной комнаты. Итан вальяжно шёл позади него, не отрывая взгляда от затылка Джесси. Тот чувствовал прожигающий взгляд всем своим естеством и старательно отвергал мысли, просачивающиеся в его голову.       Джесси выставил сразу несколько цветных бутыльков на край раковины и Итан благодарно кивнул ему. Джесси не успел даже выскочить за порог ванной комнаты, когда Итан уже стянул с себя футболку и принялся расстёгивать ремень собственных брюк. Итана не сильно заботило происходящее. А вот для Джесси эта картина стала концом его личности.       «Я же не смогу уснуть после того, что мои глаза увидели прямо сейчас. Это нечестно быть таким красивым.»       Итан не мог похвастаться, какой-то особенной формой своего тела. Он был в меру спортивным, в меру подкачанным и в меру худым. Он никогда не стремился выковать из своего тела что-то, хотя, справедливости ради, все данные для этого у него имелись. Просто ему это было не интересно. Только вот Джесси от этого легче не становилось.       Он не находил себе места, пока Итан утопал в тепле под горячими струями воды. Джесси ходил по залу из стороны в сторону. Даже заварил себе кофе, хотя обычно не любил заниматься этим из-за муторного процесса. Он мог просто уйти и закрыться в своей комнате. Но это казалось неуместным. Итан только въехал в общежитие, а всё с чем встретил его Джесси был обморок и разбросанные по всему коридору личные вещи парня.       «Точно. Я совсем забыл, что обещал собрать разбросанные вещи по коробкам.»       Но не успел Джесси закончить собственную мысль, когда на талию опустились две горячие руки, а на плечи стекало что-то холодное. Он дёрнулся в сторону, и его шея буквально впечаталась в чужой нос, который беззастенчиво скользнул ниже к ключицам, втягивая в себя его запах.       — Я не ошибся. Твой гель с яблоком и карамелью очень тебе подходит.       — Что ты делаешь?       — Я? Думаю о том, как всё ещё не съел тебя, сладкий. Могу же я называть тебя так?       — Если после этого ты отпустишь меня, то называй, как хочешь…но это звучит очень странно.       — Что же в этом такого странного, сладкий?       — Никто не называет своих соседей такими прозвищами.       — Как хорошо, что я не «никто». И что я могу поделать, если ты сладкий?       — Предлагаю не кричать об этом всему миру.       — За это можешь не переживать. Я могу спрятать тебя от всего мира, только попроси.       Итан сделал ещё один тягучий вдох, проходящий мурашками по позвоночнику Джесси. Руки, державшие его за талию, медленно покинули своё место. А ещё через несколько секунд Итан и вовсе отстранился, позволяя Джесси вдохнуть полной грудью.       — Пожалуй я лучше просто сменю гель для душа, когда этот закончится.       — Не меняй.       — Ммм?       — Это твой запах. Если ты резко поменяешь его, как я смогу узнать тебя?       — О чём ты говоришь? — Джесси нервно хихикнул. Ты же не животное, чтобы по запаху определять кто перед тобой стоит.       — А вдруг я внезапно ослепну или меня похитят? Должен же я как-то понять, что ты пришёл меня спасать.       — У меня есть рот, чтобы говоришь, а у тебя уши, чтобы слушать.       — Нет, это не то же самое. Голос можно подделать, как и внешний вид. Но вот запах не подделаешь.       — Но кто угодно может воспользоваться этим гелем для душа и будет пахнуть так же.       — Воспользоваться может кто угодно. Но никто не будет пахнуть так, как пахнешь ты, когда пользуешься им.       — Ты утрируешь.       — Думаешь? Понюхай сам.       Итан приблизил к лицу Джесси его же руку. Парень бросил на него вопросительный взгляд и вдохнул еле ощутимый запах сладкого яблока носом. После того, как Джесси убрал руку от лица, Итан резко сократил между ними расстояние. Бёдра Джесси впечатались в кухонную стойку, и он крепко вцепился за её край пальцами.       — А теперь почувствуй, как этот запах звучит на мне.       Итан задрал голову к потолку, оголяя перед ним свою длинную шею. Джесси проглотил вставший в его горле ком и растерянно осмотрел парня перед собой. Итан не шутил. Он правда предлагал Джесси сделать тоже, что делал сам пару минут назад. Парень не оставлял ему даже возможности отказаться от этой сомнительной идеи. Его руки расположились по обе стороны от дрожащего тела. Предотвращая тем самым любую попытку сбежать.       Джесси набирает в лёгкие, как можно больше воздуха и медленно выдыхает. Нужно сделать это быстро и дело с концом. Это же просто гель для душа. Он нюхал его тысячу раз, что может пойти не так?       Но не так пошло абсолютно всё. Приблизившись к горячей, всё ещё влажной после душа коже, у Джесси перехватило дыхание. По какой-то необъяснимой причине парень действительно пах иначе. Джесси чувствовал знакомые нотки геля для душа, но запах на чужом теле был не таким сладким. Напротив, он казался каким-то терпким, даже горьковатым. Но это не значило, что он не подходил Итану. Скорее ощущался иначе. Более зрело и желанно.       Но и на этом потрясения свалившиеся Джесси на голову не закончились. В прямом смысле этого слова. Не успел Джесси отстраниться, как на его макушку положили подбородок. Джесси поднял голову и встретился со взглядом насмешливых глаз.       — Так понравился запах, что аж дар речи потерял?       — Запах, как запах. Это ты меня здесь зажал и прохода не даёшь.       — Так значит это я виноват?       — Ещё бы.       — Что ж, ради тебя я согласен быть повинным во всех грехах.       — Не смешно.       — Но ты улыбаешься!       — Ничего подобного. Ты опять выдумываешь.       — У тебя не получится провести меня. Ты, конечно, очень сладкий и милый, но я знаю, что за этим скрывается тот ещё чертёнок.       — Бойся собственных желаний, Итан.       — Зачем же их бояться, когда можно просто полюбить.       — Ещё одно слово и я попрошу выселить тебя отсюда.       — Тогда тебе придётся выслушивать мои серенады под твоим окном ночи напролёт.       — Я куплю беруши.       — Тогда я буду кричать всему миру о том, какой ты сладкий. И рано или поздно до тебя дойдут эти слова.       — Изверг.       — Позже ты поймёшь, что я был самым лучшим соседом в твоей жизни.       «Жаль, что я влюбился в тебя раньше, чем успел осознать, насколько глубоко впиваются шипы в моё сердце.»