Смерть со вкусом вишни

       »»———— ˗ˏˋ 🍒 ˎˊ˗————««

             — Как ты считаешь, что самое страшное, что может произойти в твоей жизни? — Итан свесил ногу с кровати Джесси и уставился в упор на его лицо.       — Ммм…Не знаю. Не сданная сессия? — Джесси недовольно зыркнул на развалившегося на его учебниках друга, но тот только гаденько усмехнулся, устраиваясь поудобнее.       — Я про реальные вещи спрашиваю.       — Я никогда не думал об этом. —Итан вытащил тетрадь прямо из-под носа Джесси и тот прикрыл глаза, чтобы успокоится и не прибить надоедливую пиявку на месте. — Что ты от меня хочешь?       — Ответа! Мы общаемся уже несколько лет, но я почти ничего не знаю о тебе.       — Всё потому, что ты задаёшь дурацкие вопросы.       — Эй! Вообще-то это очень важные вопросы, чтобы лучше узнать собеседника.       — Сочувствую твоей будущей девушке…       — Я гей.       — Мгм…—Джесси выхватил тетрадь и стал искать нужную строчку в учебнике, на которой остановился до того, как Итан прервал его. — Стоп. ЧТО?!       — Я гей, Джесси. —Итан сказал это так буднично, словно это не было самым большим откровением, которое заявляют людям о себе.       — Какого хрена ты…что…я…зачем ты сказал это сейчас?       — Видишь, я же говорю, что эти вопросы помогают узнать друг друга лучше. — Итан поудобнее уселся на кровати, сминая ногами листы с готовыми заданиями и конспектами. — Теперь ты знаешь, что я гей.       — Хватит повторять это. —Джесси отвернулся в сторону, стараясь сдержать довольную улыбку. Нельзя было показывать, что эти новости его обрадовали.       — Что такое, Джесси? Боишься радоваться слишком сильно?       — Почему мне вообще должно быть до этого дело? — Натужно возмутился Джесси.       — Потому что я неотразимый красавчик и, очевидно, нравлюсь тебе.       — Очевидно? Да тебе не занимать уверенности в себе.       — Я не пере прохожу одну и ту же игру уже несколько месяцев, после того как меня сравнили с её главным героем, сладкий.       — Ты слишком большого мнения о себе.       — Правда? — Итан наклонился к лицу Джесси опаляя щёку тёплым дыханием. — Может проверим папку со скриншотами?       — Я так понимаю, что самым страшным для тебя, окажется откровение, что не все безоговорочно хотят тебя, да?       — Близко. Но нет.       — И что же тогда?       — Страшно будет проснуться в один день и понять, что тебя нет рядом. Не найти ни тебя, ни твоих вещей, даже твоего номера в своей записной книжке.       — Что ты имеешь в виду? —Джесси скосил взгляд на Итана. Но не стал показывать, что эти слова беспокоили его сильнее, чем было нужно.       — Ничего из-за чего стоило бы забивать свою прекрасную голову. —Итан в очередной раз нашёл повод взъерошить волосы Джесси, наплевав на все его попытки уложить непослушную шевелюру. — Считай, что я просто боюсь сойти с ума.       — В таком случае у меня для тебя плохие новости. Кажется, я сдам тебя в психушку.       — Отлично. Наконец мы будем заперты с тобой наедине, и никто нам не помешает. —Итан обхватил Джесси со спины руками и уложил свой подбородок ему на плечо, лениво наблюдая за тем, как чужая рука двигается по бумаге.       — Это ещё с какой радости?       — Если я и правда сошёл с ума и выдумал тебя, не значит ли, что смогу забрать твой прекрасный образ с собой?       — Значит лечиться ты не собираешься?       — Мне не нужен мир, в котором не будет тебя. —Заявил Итан с особенной гордостью.       — Ты знаешь, что это звучит через чур, даже для тебя?       — Но это правда. —Он зарылся носом в воротник футболки и втянул запах носом, в очередной раз выбивая Джесси из колеи.       — Я не верю, что ты бы бросил всё, только потому что я пропал с твоих радаров.       — Ты прав. — Итан обречённо вздохнул, застигнутый врасплох. — Я бы не просто «бросил всё», Джесси.       — Спасибо, что хоть иногда признаёшь мою правоту. — Джесси довольно хмыкнул и улыбнулся своей маленькой победе.       — Я бы оборвал все связи с этим миром, если бы он отобрал тебя. —Он прижался к Джесси так близко, что становилось больно на физическом уровне. Джесси закашлялся, и хватка сразу же стала слабее.       — Ты же не имеешь в виду…       — Именно это я и имею в виду.       — Нет, тебе точно надо лечиться. — Джесси попытался выбраться из железной хватки, но Итан не позволил ему отдалиться, сжав ещё крепче.       — Я готов лечиться, только если моим врачом будет такой сладкий красавчик, как ты.       — Иди к чёрту.       — Я уже тут, чертёнок.              

︵‿︵‿୨୧‿︵‿︵

             Джесси опустошил все три бутылки с водой, которые принесла Джини, всего за один раз. Но даже это не помогло его телу остыть. Сейчас, впервые за всё время, он посмотрел на них с Итаном другими глазами.       «Я думал, что наши отношения не нуждаются в дополнительном разъяснении.»       Джесси продолжал раз за разом прогонять в голове речь, которую произнёс друг со сцены. Его голос был бодрым, но вот глаза выдавали то, что он на самом деле находился на грани нервного срыва. Вспомнились и слова Люси о «группах риска», с которыми им доводилось работать. И страшна была сама мысль, что однажды он может увидеть перед собой папку с именем некогда своего без пяти минут парня.       «Боже…он ведь правда сказал, что между нами происходит что-то серьёзнее дружбы. И это несмотря на то, что я всегда пресекал его флирт.»       Джесси зажал пустую бутылку воды между рукой и покрасневшим из-за стыда лицом. Хотелось провалиться сквозь землю и умереть, чтобы не чувствовать себя полным идиотом.       «Всё, что я сделал ради его счастья и благополучия оказалось полной бессмыслицей. Я своими собственными руками усложнил ему жизнь. Теперь он винит себя в том, что я ушёл. А у меня даже нет возможности как-то объясниться с ним…»       Когда поток самобичевания немного стих и Джесси смог оторвать руку от лица, то встретился с понимающим взглядом девушки. Она не требовала объяснений и не осуждала его за эмоциональный всплеск и незрелость. Она просто оставалась рядом, на случай если Джесси окажется нужна её компания.       Внезапно, всего в этом помещении оказалось для Джесси «слишком». Людей было слишком много, и они были слишком громкие. Осуждающих голосов и взглядом направленных на него тоже было слишком много, даже если это и было лишь его навязчивой мысль. Откровение Итана было слишком болезненным, слишком честным и слишком личным. Чувства, которые боролись в его груди, были слишком противоречивые. Всё его нутро слишком сильно хотело плюнуть на все правила и предупреждения и найти его. Найти и сказать о том, что он понял свою ошибку. Рассказать ему всё, что случилось и о чём он даже не подозревал. Извиниться за собственную глупость и слабость. А потом взять с него обещание прожить полную, счастливую жизнь и отпустить. Не ради себя. Ради них обоих. Возможность увидеть, что он найдёт достойного человека, который будет достаточно смелым для того, чтобы попытаться сделать его счастливым. Который не убежит, поджав хвост, только потому что его чувств было настолько много, что это стало невыносимым для того, чтобы уживаться с ними.       «Я всегда считал, что ты достоин только самого лучшего.»       Стало душно. Настолько, что сделать даже намеренный вдох становилось невозможной задачей. Джесси сорвался с места. Ему необходимо было покинуть клуб. Это место больше не было его спасением. Прямо сейчас оно грозило стать могилой. Конечной точкой для их с Итаном истории. Джесси бежал. В очередной раз бежал от того, что могло оборваться без его желания.       Вирджиния осталась сидеть на месте. Девушка может и хотела бы догнать его. Но у неё отлично получалось читать других людей. И пускай они с Джесси не были близки. Видимо он был достаточно красноречив в своём нежелании обсуждать это с другими.       Он двигался быстро, шаги были уверенными и размашистыми, он отлично знал, где что находиться. А потому грациозно лавировал между столиками и внезапными препятствиями в виде лестниц и порогов. Жаль, что его осведомлённость не помогла ему справиться с очередью, возникшей в гардеробе. Часть людей собиралась по домам, не желая оставаться на вечеринку, организованную по окончанию концерта. Кто-то искал компанию на вечер, а кто-то был достаточно пьян для того, чтобы шататься от одного человека к другому с тупыми вопросами и усложнять жизнь всех окружающих.       Джесси постарался унять нарастающее раздражение знакомым себе способом. Дыханием. Эту методику когда-то в шутку посоветовал Итан и Джесси её запомнил. Он запоминал всё, что было как-то с ним связанно. Поэтому если бы тот не обмолвился, что сам так делает, вряд ли бы Джесси вообще стал бы слушать.       Джесси закрыл глаза и начал глубоко вдыхать ртом. Он задерживал воздух в лёгких на пару секунд, прежде чем протяжно выдохнуть ртом. И повторял так, пока не почувствует, что его пульс становится прежним, а желание оторвать людям ноги окончательно не отойдёт на второй план.       Оказавшись на улице ему сразу полегчало. Шум и напряжение осталось в стенах клуба и воспоминания о былых временам законсервировались вместе с ними. Джесси пошёл привычным маршрутом, каким они обычно ходили с Итаном, после концертов. Джесси обычно без умолку болтал о том, насколько их выступление было впечатляющим и рассказывал сплетни о происходящем в зале. А Итан просто шёл рядом и слушал. Пожалуй, это было единственным исключением, когда они могли поменяться ролями. Джесси напитывал друга своей болтовнёй, а тот принимал её с благодарной улыбкой на лице. Может, со стороны их тесное общение и казалось другим невозможным, да что уж говорить, Джесси и сам считал его таким. Но все эти маленькие, но важные детали, действия, сделанные молча, поддержка, шутки и внимание, делала их настолько близкими друг для друга.       Сгущались сумерки и на улице становилось заметно холоднее. Не за горами маячил первый снег, а там и предновогодняя суета. Джесси шёл по знакомым улицам, но смотрел на них иначе. Вокруг ничего не изменилось. Всё тот же вид, припаркованные машины, те же трещины на асфальте и отходящая от стен зданий штукатурка. Мир продолжал жить своей жизнь и будет делать это и дальше. Его уход ничего не изменил в глобальном смысле. Но оказал губительное воздействие на него самого.       Сегодняшний вечер был полон открытий. Радостных и не очень встреч. Для кого-то он станет благословением, но для него это стало непосильной ношей. Ему просто нужно смириться с услышанным. Он может винить себя до скончания веков, но ни сожаления, ни редкие взгляды на Итана из темноты не помогут исправить то, что он натворил. Ничего не сможет вернуть его обратно.       Джесси сам не понял, как резко очутился возле знакомого дома. Ноги привели его к знакомым дверям, пока он находился в своих мыслях. Сердце сжалось, когда взгляд остановился на знакомых окнах.       «Я же говорил закрывать окна, когда уходишь из дома. Опять будешь мучаться и мёрзнуть.»       Глаза наполнились непрошенными слезами. Он помнил их быт во всевозможных подробностях. То, из-за чего вечно ругался на Итана. То, как делал ему завтраки, потому что он вечно просыпал. И как раздражался от довольной ухмылки, когда Итан пытался подловить его на заботе.       Он не понял, как очутился возле двери. Его дрожащая рука поднялась к подсвеченным цифрам и только, когда палец коснулся прохладного метала он отпрянул от двери.       «Это самое настоящее безумие.»       Джесси смотрел на сверкающие цифры, которые так и манили закончить начатое. Но он смог пресечь эти чувства. Он собрал в кулак остатки собственного самообладания. Нужно вернуться в центр. Вернуться и заняться важными вещами. У них с Люси висело незаконченное дело. Роб всё ещё находился в группе риска. И их халатное отношение никак не поможет ему справиться со своими трудностями.       «Главное, что Люси вернулась в строй. Значит всё было не зря.»       Джесси сжал руки в кулаках и сделал несколько решительных шагов в сторону. Звенья браслета бились друг о друга, донося оглушительный звон до ушей Джесси. Захотелось содрать его с себя, вместе с участком кожи, к которой он прилегал. Но после этого пришлось бы вырвать собственное сердце, чтобы перестать чувствовать боль и вину.       Тонкий электрический разряд прошёлся от кисти вверх. Чужие холодные пальцы нерешительно, но крепко сомкнулись вокруг. Прозвучал очередной звон метала, разрушая последние стены вокруг израненного сердца.       — Я же говорил, что найду тебя.       Джесси дёрнулся в сторону, но рука крепко держала его на месте. Мысли в голове смешались в одно сплошное месиво. Этот голос он знал слишком хорошо. А ещё лучше он знал, что скрывается за этим дрожащим надрывным окончанием фразы.       Итан еле стоят на своих двоих. От него разило алкоголем за километр. То, что он вообще дошёл в таком состоянии до дома уже само по себе было достижением. Он и раньше мог напиваться после концертов. Но обычно всё равно старался держать меру, чтобы Джесси не пришлось волочить его тушу по лестнице на пятый этаж. Интересно, всегда ли он возвращался в таком состоянии, когда Джесси ушёл или только сегодняшний вечер стал исключением?       Джесси попытался одёрнуть руку, но пальцы продолжали упорно держаться за него, не позволяя даже помыслить о том, чтобы уйти. Пришлось посмотреть Итану прямо в глаза. Но даже после того, как их взгляды встретились ни один мускул на его лице, не дрогнул. Он продолжал смотреть на него с вожделением и надеждой, плескающейся в опьяневшем взгляде.       — Мы…знакомы?       — Думал, что я не смогу узнать тебя, сладкий?       Пьяная туша буквально навалилась на Джесси. От испуга он обхватил Итана за талию, не позволяя рухнуть. Парень закопался носом вглубь клетчатой рубашки и накрутил на палец отросшие пряди волос.       — Кудряшки такие же мягкие, какими я запомнил их. Парфюм, браслет, ты даже рубашку мою надел.       — Это просто…одежда.       — Я тоже так подумал, когда увидел тебя в клубе.       «Что? Когда?»       — В мире ведь много кучерявых парней в клетчатых рубашках. А потом я увидел у тебя на руке браслет. Ты даже теребил его так же, пока нетерпеливо ждал своей очереди в гардеробе.       — Ты что, следил за мной?       — Я всегда наблюдал за тобой, пока ты не видишь. В университете, в магазине, в библиотеке. Даже в кофейне возле дома, когда я специально забирал твои ключи, чтобы найти повод увидеться вне дома.       — Я не хочу тебя расстраивать. — Джесси сглотнул, старясь держать голос ровным и не выдавать нарастающую в теле дрожь. — Мне правда очень жаль. Ты выпил слишком много и не понимаешь, что творишь.       — Ты так и не научился врать.       — Давай я помогу довести тебя до дома.       Итан резко перехватил левое запястье Джесси и закатал рукав, обнажая тусклое кровавое пятно. Парень усмехнулся Джесси прямо в ухо оглаживая ткань пальцем. А вот сам владелец застыл с ярко читаемым удивлением на лице.       — Я знал, что ты таскал эту рубашку у меня из шкафа под предлогом стирки, а я делал вид, что не замечаю её отсутствия даже по прошествии следующих нескольких недель.       — Пятно на рукаве не доказывает принадлежность вещи к тебе. —Джесси резко одернул рукав и рука Итана упала вниз, словно он был просто безвольной куклой.       — А то, что я назову тебе точные данные с размером на бирке и они никак не совпадут с твоими, тоже посчитаем простым совпадением?       — Ношение оверсайз одежды – не преступление.       — В отличии от наглой лжи. — Голос друга звучал со стальным холодом. Таким его Джесси слышал только в присутствии неприятных для Итана личностей. И его родни.       — Я не…к чему вообще весь этот разговор? Разве я похож на человека, о котором ты говоришь?       Итан завис на мгновение. Его взгляд озадаченно прошёлся по незнакомым линиям лица и вернулся к знакомым деталям внешности. Хватка на запястье постепенно ослабевала, пока не исчезла вместе с остатками надежды в ледяных глазах. Он неловко качнулся назад и Джесси стоило недюжинной выдержки остаться на месте и не подлететь с желанием помочь.       — Но ты…и эта кофта и браслет! —Он попытался вновь схватиться на руку Джесси, но у того получилось отлепить от себя Итана и отодвинуть взбудораженного парня в сторону. — На браслете должна быть гравировка, как на моём!       — Как на…твоём? — Глаза Джесси расширились от удивления, когда на запястье он заметил такой же браслет, как у него, но с голубоватыми вкраплениями, вместо красных.       — Эта была парная линейка. Я узнал об этом только в день получения заказа. Подумал, что это судьба, но смелости показаться с ним на руке набрался только сейчас. —Его глаза держались открытыми только благодаря радостным воспоминаниям и выработанной силе воли. Иначе он давно бы спал где-нибудь на скамейке или даже развалившись в кустах, посчитав их самым удобным местом на Земле.       — Мне правда жаль, что так получилось, но что не делается, всё к лучшему.       — Что?       — Нужно забыть о прошлом и продолжать жить дальше. Только так можно построить счастливое будущее.       — Счастливое будущее без единственного человека, который приносил счастье в мою жизнь? — Он нахмурился пуще обычного. Брови почти полностью скрыли его глаза из-за чего казалось, что Джесси разговаривает с лунатиком.       — Не может же он быть единственным. В мире полно хороших людей. Нужно только приглядеться.       — Забавно. Когда другие говорят мне эти слова, то они не вызывают во мне никаких эмоций, кроме насмешки. Но стоило ему вскользь упомянуть это, как сердце сжалось в груди и было готово разорваться в любую секунду.       — Если он причинил тебе такую боль, разве не было бы лучше забыть о нём?       — И что ты предлагаешь сделать? —Итан развёл руки в сторону и отшатнулся вслед за ними. Джесси схватил его за плечо, не позволяя окончательно пасть в этом сложном бою, но Итан сбросил его руку. — Отформатировать мозг и стереть его упоминания из сердца?       — Конечно нет, это даже звучит глупо.       — Тогда что? Что мне делать, чтобы не видеть его в каждом прохожем? Что делать, чтобы перестать чувствовать, что я…—Голубые океаны наполнились слезами. Джесси никогда не видел, чтобы Итан плакал. Он даже шутил, что тот просто не знает, как это делается. И сейчас сердце сжалось в очередной раз. Он продолжает приносить боль. Пока он рядом, так будет всегда. — Опоздал?       — Я не знаю. — Джесси был абсолютно честен. — Я не знаю, как исправить то, что уже сломано.       Итан продолжал молча смотреть Джесси в глаза. Но казалось, что он капается в самых потаённых уголках его души, в надежде отыскать ответы на все свои вопросы.       — Но я думаю, что самое лучшее, что ты можешь сделать сейчас – это отпустить. Его и себя.       — Отпустить?       — Да. Иди домой, включи любимый фильм и закажи еду, а когда заснёшь, то попробуй проспать момент, когда твоя душа окончательно освободиться от этих оков.       — Освободиться…от оков?       — Да! Когда чувства и мысли о нём перестанут тебя тревожить. Только тогда ты наконец сможешь вздохнуть полной грудью и встретить заслуженное счастье без страхов и сожалений.       — Мне…мне правда нужно это сделать? Разве нет других вариантов? Он не вернул ключи, они остались у него. Может…может он ещё вернётся.       — Итан…— Джесси хотел остудить его пыл до того, как станет совсем поздно. Но Итан не хотел ничего слышать.       — Я должен дождаться его. Он вернётся. Да. Он бы не ушёл ни сказав ни слова. — Парень начал ходить из стороны в сторону и общаться с самим собой, чем сильно напрягал случайных прохожих.       — Он не…       — У него просто проблемы дома. Когда он разберётся, то точно выйдет на связь.       — С чего ты взял, что…       — Нужно оставить дверь открытой. Тогда он сможет войти, даже если ключи потерялись.       — Он не вернётся! —Джесси сказал это так громком, как только мог. Итан замер, а его тело сжалось.       Одинокая слеза скатилась с лица юноши. Он схватился сначала за браслет, впиваясь в него пальцами до побеления. А после схватился за голову.       — Не правда.       — Правда.       — Ты лжёшь. — Он толкнул Джесси в грудь и тот рухнул на землю, не ожидая удара такой силы. — Я знаю его. Он бы никогда так не поступил со мной.       — За всё это время, он хоть раз связался с тобой? —Джесси схватился за руку, на которой уже проступили свежие капли крови и сжал её.       — У него есть свои причины не делать этого.       — Хочешь и дальше жить в иллюзиях – валяй. Но своим ожиданием ты никогда не сможешь вернуть его обратно.       Итан застыл на лестничной клетке.       — Он ушёл. И не вернётся ни завтра, ни через год, ни через десять лет. — Слова Джесси били в спину Итана с такой едкой резвостью, что он сам был удивлён, откуда в нём столько агрессии и жестокости. — Хочешь потратить на бессмысленное ожидание всю жизнь и дальше чувствовать, как боль и разочарование превращают твою любовь в ненависть?       — Я никогда не смогу возненавидеть его. — Итан повернулся обратно, виновато оглядывая то, что натворил ранее.       — Так же, как он никогда бы не оставил тебя? —Джесси едко усмехнулся. — Тогда почему ты один?       — Но я верю ему. Он обещал, что всегда будет рядом.       — Ложись спать. Я серьёзно. Хорошенько взвесь факты, которые лежат у тебя прямо перед лицом. И реши, чего ты действительно хочешь. —Он наконец встал на ноги и отряхнулся, игнорирую протянутую Итаном ладонь. — Только не надо тешить себя ложными надеждами. Реальный взгляд на вещи доставляет куда больше пользы.       — Я не хочу спать, но у меня в холодильнике есть немного пива. — Джесси знал этот тон. Он был доброжелательным, говорящим, что всё хорошо. Итан всегда использовал его, когда пытался загладить вину. — Не хочешь составить компанию?       — У меня много дел. Лучше ложись спать. Пиво никуда не денется.       — Почему он не мог просто стать банкой пива…       — Мне правда нужно отвечать на этот вопрос? —Джесси раздражали даже подобные мелочи, которые раньше для него были одной из самых милых деталей, которые только были в его друге.       — Нет. — Итан неловко теребил пальцы и переминался с ноги на ногу, не находя себе места. — Но я бы не отказался сейчас от компании.       — На. А теперь иди спать.       — Зачем ты отдал мне рубашку?       — Разве она не была твоей минут десять назад? —Джесси ещё раз указал в сторону дома и развернулся спиной к Итану, собираясь уходить. — Ляг в кровать, прижми её к себе и продолжай воображать, что кто-то, кто безвозвратно ушёл, вернулся к тебе. Либо разорви и выкинь её в мусорный бак, позволяя начать жизнь с чистого листа. Решение за тобой.       — Вот как, значит.       — Я пойду. Не напивайся больше так сильно, ладно?       Но в ответ прозвучала только гнетущая тишина. Джесси постарался проигнорировать навязчивый зов сердца развернуться и побежать назад. Курт был прав. Только, когда Джесси сможет оставить своё прошлое позади, у них обоих появится шанс на исцеление.       Стоило этой мысли укрепиться в мозгу, как наставник вырос перед ним, словно по велению волшебной палочки. Шаг мужчины был быстрым, а лицо напряжённым. Он сжимал в одной руке телефон, почти не отводя взгляда от экрана, а второй несколько длинных свечей. Джесси бы показалось это странным, не будь он глубоко занят собственными переживаниями.       — Вот ты где. —Курт улыбнулся, но Джесси продолжал игнорировать его присутствие. Пересекаться взглядом хоть с кем-то из знакомых людей, крайне не хотелось. Особенно, когда этот некто умеет читать тебя, даже когда ты этого совсем не хочешь.       — Искали?       — Пойдём со мной. — Он схватил Джесси за руку и беспардонно потащил в противоположную сторону.       — Куда?       — Поможешь.       — Загубить жизнь ещё одному человеку? —Джесси ещё раз оглядел своего наставника, который продолжал тащить его за собой. Но упёрся ногами, когда ответа так и не прозвучало. — Я пас.       — Загубить? —Курт посмотрел ему в глаза с неприкрытым удивлением и попытался ещё раз потянуть его за собой. Но в этот раз Джесси был непоколебим. — Разве я не говорил, что мы помогаем людям?       — Это непрошеная помощь. Нельзя игнорировать чужие решения и желания в угоду «великой цели». Даже звучащей столь благородно.       — Давай ты сам взглянешь на этот случай и потом только будешь делать выводы.       — Я хочу перевестись.       — Не понял.       — Я хочу переехать.       — Джесс, я понимаю, что у тебя был тяжёлый день, но тебе стоит обдумать это на холодную голову. — Курт хотел подойти ближе, но Джесси выставил перед ним руку. Наставник замер.       — Я не спрашиваю разрешения. Это моё решение. Прими его к сведению, когда освободишься.       — Постой, Джесси.       — Я устал. —Джесси возобновил путь, на этот раз непоколебимо шагая вперёд, даже не оборачиваясь в сторону своего наставника, который ждал объяснений. — Передай остальным, что я вернулся в свою комнату, чтобы не искали.