Несущий свет

Кабинет директора был обставлен строго и официально. Тяжелый дубовый стол, полки с книгами, портрет основателя школы — все создавало атмосферу порядка и дисциплины. Директор, пожилой мужчина с проницательным взглядом и седыми висками, сидел за своим столом, сложив руки перед собой. Уайт Бонни, как староста, стоял рядом, готовый дать показания.       Бонни сел напротив директора, его спина была прямой, а взгляд — уверенным. Он не выглядел испуганным или виноватым. Он знал, что поступил так, как должен был.       Рядом с ним, с не менее подозрительной уверенностью, расположился Фокси. Его лицо всё ещё выражало гнев и унижение, но он явно старался держать себя в руках, возможно, надеясь представить ситуацию в свою пользу.       — Итак, — начал директор, его голос был спокойным, но требовательным. — Что здесь произошло? Уайт, расскажи мне, что ты видел.       Уайт Бонни подробно и объективно описал события, стараясь не принимать ничью сторону, лишь констатируя факты. Он упомянул о провокации со стороны Фокси, о его унизительных словах, о том, что Бонни сначала пытался уйти от конфликта, а затем вынужден был применить силу для самообороны.       Когда Вайт закончил, директор повернулся к Фокси.       — Фокси, твое слово.       Фокси наклонился вперед, его голос был полон негодования.       — Это он напал на меня! Я просто подошел поздороваться, а этот… этот новенький кролик тут же кинулся на меня с кулаками! Он совершенно не умеет контролировать себя!       Бонни спокойно слушал его, не перебивая. Когда Фокси закончил, директор перевел взгляд на него.       — Бонни?       Бонни кивнул.       — Господин директор, я не хотел начинать драку. Фокси оскорблял меня, моего брата и моих друзей. Он называл нас «слабенькими кроликами» и говорил, что мы «жуем свою траву». Когда я попросил его оставить нас в покое, он продолжил провоцировать. Я попытался уйти от конфликта, но он продолжал нависать надо мной и угрожать. Я лишь защищал себя, когда он не оставлял мне другого выбора. Я не наносил ему ударов без причины.       Директор внимательно слушал, его взгляд переходил с одного на другого. Он видел уверенность в глазах Бонни и злость в глазах Фокси.       — И что это за «бирюзовая аура», о которой говорил Уайт? — спросил директор, обращаясь к обоим.       Фокси фыркнул.       — Это он выдумал! Или это какая-то его новая «фишка», чтобы оправдаться!       Бонни же ответил спокойно:       — Это моя энергия. Я могу её использовать. Это часть меня.       Директор задумчиво кивнул, принимая к сведению. Он знал, что в их школе есть ученики с необычными способностями.       — Фокси, — сказал директор, его голос стал более строгим. — Твоя репутация в этой школе известна. Ты часто провоцируешь других учеников. Твои слова были оскорбительными.       Затем он повернулся к Бонни.       — Бонни, твоя реакция была слишком бурной. Физическое насилие, даже в целях самообороны, является нарушением правил.       Директор сделал паузу, обдумывая решение.       — Фокси, ты будешь наказан за провокацию и оскорбления. И тебе придётся возместить ущерб, если он есть. Тебе будет назначен дополнительный урок по этикету и контролю над эмоциями.       Фокси сжал кулаки, но промолчал, понимая, что спорить бесполезно.       — Бонни, — продолжил директор, — Я понимаю, что ты защищался. Но ты должен учиться решать конфликты без применения силы. Тебя ждет выговор. И ты будешь обязан пройти курс по управлению своим гневом, чтобы научиться контролировать свою энергию.       Бонни кивнул, принимая наказание. Он понимал, что директор справедлив. Он защищал себя, но перешел черту.       — Оба вы, — сказал директор, взглянув на них обоих. — Вы оба совершили ошибки. Я надеюсь, что этот урок пойдет вам на пользу. И я хочу, чтобы вы научились уважать друг друга. Это последнее предупреждение. Следующее нарушение — и последствия будут куда серьёзнее.       Он отпустил их. Выйдя из кабинета, Фокси бросил на Бонни убийственный взгляд, но ничего не сказал. Бонни же, выйдя вслед за ним, почувствовал облегчение. Он знал, что сделал правильный выбор, защитив себя и своих друзей. Но теперь ему предстояло научиться контролировать свою силу, чтобы избежать подобных ситуаций в будущем. Школа в Хоккайдо оказалась местом, где ему придется многое узнать и о себе самом.       Бонни, вернувшись во двор, где его ждали Спрингтрап, Мангл и Баллора, выглядел спокойным, но в его глазах всё ещё читалась усталость от произошедшего. Атмосфера вокруг них была заметно напряжённой. Некоторые ученики украдкой поглядывали на них, обсуждая недавнюю драку.       — Думал, всё сразу свалится на меня, — произнес Бонни, подойдя к своим друзьям. Он сел на ступеньку рядом со Спрингтрапом. — Но директор был справедлив. Выговор и курс по управлению гневом. Фокси получил что-то похожее, но ещё и за провокации.       Спрингтрап, который, казалось, ждал этого разговора, ответил серьезным тоном, его обычно беззаботное выражение сменилось на озабоченное.       — Бонни, ты забыл, что нам сказал отец? Не применять проклятую энергию, уж тем более техники на обычных людях.       Услышав это, Мангл и Баллора переглянулись. На их лицах читалось недоумение. Словосочетание «проклятая энергия» явно выбивалось из обыденной школьной лексики.       Бонни нахмурился, его взгляд стал мрачным.       — Я знаю, Спрингтрап. Но он не оставил мне выбора. Он продолжал давить, угрожать. Я не мог просто стоять и позволить ему унижать нас. К тому же, я не применил полную силу, это был лишь… импульс.       — Импульс, который мог привести к серьезным проблемам! — Спрингтрап повысил голос, но тут же взял себя в руки, заметив любопытные взгляды. — Отец говорил, что наша сила — это не игрушка. Она не для того, чтобы решать школьные ссоры. Особенно когда речь идет о тех, кто не обладает ею.       Баллора, которая до этого молча слушала, наконец, подала голос, её глаза оставались закрытыми.       — «Проклятая энергия»? Вы говорите о чём-то вроде… особых способностей?       Мангл кивнула.       — Да, бирюзовая аура, которая появилась вокруг руки Бонни… это было невероятно.       Бонни вздохнул. Он понял, что им придется объяснить.       — Да, это так, — начал он. — Мы с Спрингтрапом… и Бон-Бон… мы отличаемся от большинства. В нашей семье есть наследственная способность к использованию особой энергии. Мы называем её «проклятой» не потому, что она плохая, а потому что её очень трудно контролировать, и она может причинить много вреда, если ею неправильно пользоваться.       — Наш отец всегда учил нас держать это в секрете, — продолжил Спрингтрап, глядя на Мангл и Баллору. — И никогда не применять её без крайней необходимости. Особенно на тех, кто не имеет такой же силы.       — Но если это такая сила… почему вы не используете её для чего-то большего? Для борьбы со злом или… — Мангл запнулась, пытаясь подобрать слова.       — Это очень сложный вопрос, Мангл, — ответила Баллора, словно она уже знала ответ. — С большой силой приходит большая ответственность. И большой риск. Не всегда «зло» очевидно, и не всегда стоит вмешиваться.       Бонни кивнул, соглашаясь с Баллорой.       — Именно. И использование её против обычного человека… это почти табу. Я нарушил это правило, и я это понимаю.       — Фокси ведь не пострадал сильно, верно? — спросила Мангл, её взгляд был обеспокоенным.       — Нет, — ответил Бонни. — Он просто упал. Я не хотел причинять ему серьезный вред. Только… дать понять, что с нами нельзя так обращаться.       Спрингтрап взглянул на брата.       — Ну, теперь он точно понял. Но это не значит, что ты должен забывать о нашем обещании отцу.       Бонни лишь молча кивнул. Он знал, что Спрингтрап прав. Его сила была даром, но и огромной ответственностью. И ему действительно нужно было научиться контролировать её, чтобы избежать куда более серьезных проблем в будущем. Сегодняшний инцидент был лишь первым звоночком.       — Кстати, насчёт техник. Моя техника заключается в том, что я могу использовать способности из известных мне видеоигр, а также усиливать тело с помощью проклятой энергии.       Бонни говорил спокойно, как будто рассказывал о погоде, но в его словах звучала глубокая серьезность. Мангл и Баллора слушали, затаив дыхание.       — Значит… ты можешь использовать способности из видеоигр? — переспросила Мангл, её глаза расширились от удивления. — Это как… например, суперсилы? Или что-то другое?       — Всё зависит от игры, — пояснил Бонни. — Это может быть что угодно: ускорение, усиление физических способностей, даже какие-то энергетические атаки. Но это не безгранично. Есть свои ограничения, затраты энергии. И, как я уже сказал, чаще всего это проявляется самопроизвольно, когда я сильно чем-то взволнован или испытываю сильные эмоции. Бирюзовая аура вокруг кулака — это один из примеров.       Спрингтрап кивнул.       — А моя способность — манипуляция кровью. Я могу управлять своей собственной кровью, делать её сильнее, более плотной, использовать её как оружие или щит. Это довольно… жутко, я знаю. Но тоже требует огромного контроля. Отец поэтому и настаивал на секретности.       Баллора, которая слушала очень внимательно, теперь медленно кивнула.       — Понимаю. Огромная сила, которая может легко выйти из-под контроля. И которую нужно скрывать от мира, который, возможно, не готов её принять. Это тяжело.       — Очень, — согласился Бонни. — Иногда кажется, что это больше проклятие, чем дар.       — Но ведь это и ваш дар, — мягко возразила Мангл. — Он дал вам возможность защититься. И, наверное, если научиться им управлять, он может принести и пользу.       — Ты права, Мангл, — кивнул Спрингтрап. — Отец всегда говорил, что главное — не сила сама по себе, а то, как ты её используешь. И как ты учишься её контролировать.       — Вот поэтому я и пытаюсь, — добавил Бонни. — Пытаюсь понять, как это работает, как управлять этим. Но иногда… это сложно.       Он снова посмотрел на снег, который все еще падал за окном, но теперь его взгляд был более задумчивым. Он понимал, что его секрет, кажется, раскрыт двум новым подругам. Но, к своему удивлению, он не чувствовал страха или сожаления. Наоборот, было легкое облегчение от того, что ему не приходится держать всё в себе.       — Спасибо, что выслушали, — сказал он, обращаясь к Мангл и Баллоре. — Я не знаю, что вы теперь думаете о нас, но…       — Мы думаем, что вы очень интересные, — прервала его Мангл с улыбкой. — И мы не осуждаем. Наоборот, мы восхищаемся вашей силой и тем, как вы стараетесь её контролировать.       Баллора тоже улыбнулась, её глаза, оставаясь закрытыми, казалось, излучали тепло.       — Главное — это быть верным себе и своим близким. А это, — она кивнула в сторону Спрингтрапа и Бонни, — у вас получается.       В этот момент прозвенел звонок, оповещая об окончании обеденного перерыва. Братья и их подруги поднялись. Бонни почувствовал, как груз ответственности немного ослаб. Возможно, в этом новом, морозном Хоккайдо, среди необычных учеников и их секретов, он найдет не только проблемы, но и настоящих друзей, которые поймут его. И, возможно, даже помогут ему освоить эту «проклятую энергию».