Заводная куколка

Вечные шорохи, чужие мелкие заметки на собсвтенных листах, движение где-то вдалеке на полке, где двигаться ничего не должно. Это Пика пугало. Отчасти. Это было похоже на безумие, когда бывает,что вздрагиваешь при малейшем стуке дерева о дерево. Что могло напугать человека, который устрашает одними своим взглядом? Вот и Пик раньше не предполагал. Оказывается, речь шла не о призраках, не о паранормальности некоторых случаев и даже не о демонах или о чем либо более ужасающем. Ответ вязался сам по себе, когда ты задаешь вопрос; —Кто это был? Что или кто каждый раз шумел где-то на полке, столе или еще где? Неизвестность. Страшнее всего — когда ты перестаешь списывать всё на нечаянность и случайность; начинаешь придавать совпадениям большой смысл. Если не результат событий, то что?       Страх не был леденящим, но зато он был тем, кто подкрадывается вместе с будоражащим тихим звуком к спине и вызывает холодящую дрожь. У Пика замирало сердце каждый раз. Самым страшным для него было то, что он не мог найти себе разумного и логического объяснения. Это пробирало все его тело злобным потом и заставляло сердце биться чаще. Пик не показывал своего жуткого волнения по этому поводу. Сейчас не время. Тем более, разве ветер может стучать? Совпадение? Скорее всего. В таком случае, разве падающие в шкафах вещи почти сами по себе тоже совпадение? Ну, возможно. Даже если это происходит уже не впервый раз. Даже если это уже не будет правдой.

***

Нарисованные брови Куромаку свелись к переносице, когда он пытался управиться с слишком большой ручкой для его кукольного строения тела. Мелкие карандаши из комплекта все поломались от многочисленной работы над своими расчётами и писать было не чем — зато шариковая ручка на столе Пика подходила почти идеально. Почти. Кукло-Куро, конечно, очень пытался что-то написать неподручным предметом, но выходило очень плохо. Солдатик вновь поморщился — чистая бумага уже была в небольших точках и случайных полосках. Это в некоторой степени раздражало, но, впрочем, никак письму это не мешало.       Неудобная и тяжёлая ручка в бледных кукольных ладонях затряслась, будто сама по себе в сильной тревоге — Куро похватился было сжать предмет в руках, как он выскользнул из рук. Вытянутая ручка с громким стуком ударилась об стол, затем же и с звуком, волнующим душу, торопливо покатилась к краю стола с неистовой для миниатюрной куклы скоростью.       Сердце Куромаку замерло в груди, когда в один момент ручка почти скатилась, а затем спокойно остановилась. Он тихо выдохнул, лицо его исказило выражение теплейшего облегчения и самого нежнейшего блаженства.              Как бы не так.

*****

Пик вошёл в комнату, громко хлопая дверью. Он даже не сразу заметил вскоре лежащую ручку на полу — только громкий звук отрезвил его затуманенное сознание. Мужчина было с тяжелым вздохом наклонился чтобы поднять предмет, приобретённый пару месяцев назад, как заметил в боку собственного поля зрения движение. Он почти мгновенно отскочил с ручкой в ладони, взглянув на нечто очень неожиданное: подвижная кукла в миг замерла на месте, однако глаза её тревожно забегали снизу вверх и справа налево. Пиковый король остановился в ступоре, поморгав несколько раз, однако, ничего не прошло. Кукольный "принц" подаренный Феликсом ранее свалился на месте с стола на пол, почти туда же, куда и делась ручка. И было слышно отчётливое "ойк". Это мужчину и перепугало. С чего вдруг деревянному изделию начать двигаться и ойкать? Тем более, только что произошедшие видения пугали ещё больше — может быть, он давным давно свихнулся? Чокнулся, сошёл с ума, давным давно съехала крыша вместе с орущей во всю дурь кукушкой? Янтарные глаза расширились как крупные монетки, рот приоткрылся в едва улавливаемом ужасе в суровом ужасе пикового. Ступор длился недолго, ведь ручка тут же полетела в некогда двигающийся предмет и теперь уже лежащий на полу абсолютно безвольно. Деревянный солдатик снова неряшливо пискнул и убедил тем самым владельца комнаты и замка в целом, что ему все таки не показалось. "Оно живое" – пронеслось в голове восьмого клона, когда ему то-ли померещилось, то-ли показалось, что Куромаку дернулся. — Какого мать его.. - только и успел он выругатся, прищурив янтарные глаза и пытаясь снова полуаше рассмотреть некогда очень любимый подарок. А теперь это нечто. Теперь оно было чем-то, что издавало звуки и двигалось. Теперь, в миг Пик нашёл объяснение всему необъяснимому — выражение лица почти автоматически стало немного более удивленным. Сколько Пик пялился — он сам не имел понятия. — так значит ты живой? - последовал наконец после долгой тишины тихий вопрос грубым голосом короля-императора. Когда в ответ ничего не последовало и все это больше походило на комедию, гнев Пикового стало закипать. Его и так было очень легко вывести из себя в связи с последними событиями, которые действовали на нервы; об остальном, любому желающему напомнить лучше забыть про эту идею. Ещё пару мгновений молчания. Брови свелись к переносице, а лицо стало кислее, чем если бы кто-то съел целый лимон вперемешку с такими же кислючими конфетками.       Наконец, своим типичным, басовым тоном клон задал ещё один риторический вопрос: «Я с кем разговариваю?»       Агрессия кипела бурлящим потоком слов и выражений где-то в голове, там, где протекают мысли. Хотелось браниться. Очень много. Ему же не могло это показаться больше трёх раз? А кукла в ответ молчала; замерла в железной позе, словно, неживая. Но Пик уже догадался об обратном, поэтому и запустил какой-то скрученный из скомканной бумаги кружочек. Когда многоуважаемый маленький «Куро-принц» не подарил восьмому ответы, тот взъелся не на шутку. Раздраженный тон сменился на гневный и кричащий. Мужчина сместился с места длительного ступора и вскоре оказался возле злощасного подарка, который тут же чуть не полетел в стену. —Сколько мне еще повторять?! Мне не могло показаться! - А затем колебание на лице полу-живого объекта, который пиковый король ещё не до конца смог изучить и понять. Но он отчетливо понимал, что это нечто действительно реагирует. Особенно когда нарисованные глаза вдруг забегали. Снова ступор. Леденящий холод побрел по спине целым табуном неожиданности и удивления.

Что это только что было?

Пик теперь не мог оторвать презрительного взгляда от предмета с поразительным ново-открытым качеством двигаться. Тёмный зрачок зациклился на миловидном деревянном солдатике; вот только серые пряди-волосы были сбиты в разные стороны, очки слегка скошенны, а костюмчик остался непривычно беспорядочным. —Тебе кто нибудь говорил, что у тебя не получается обманывать людей? - приподнимая бровь, Пик почему-то спрашивает. Он сам не знает, почему разговаривает с скорее всего неживым объектом, который его не слышит. Гнев и агрессия в моменте наконец притупились, когда его строгий взгляд обрамлял белое кукольное личико. Вдруг оно двинулось. Нарисованные глазки в миг печально закрылись, а брови застыли в разочаровавшихся дугах. Король-император чуть вздрогнул от неожиданности, ещё чуть крепче сжимая искусно вырезанное дерево. Восьмой клон протяжного и почти разочарованно выдохнул. —А если я никому не скажу? - почти как с ребенком, он предложил, тем сам, забрасывая удочку. Он же не совсем бессердечный ублюдок?

***

—Так значит так?

Куро молча качнул головой в знак согласия, слегка двигаясь телом немного назад, как в детском мультике.

—Мгм-м, – задумчиво приставляя кулак к губам промычал Пик, глядя на живую ныне куклу сверху вниз сверлящим взглядом. Затем последовал немного саркастичный вопрос далее: «И долго ты у меня по шкафам шаришься?» В ответ деревянный человечек призадумался немного, а затем, с гордостью заявил какое-то трёхзначное число, добавив в конце "часов". Брови мужчины естественно поднялись вверх, однако глаза оставались прикрыты благодаря упорным стараниям сна и усталости за день.

—Ты скоро уснёшь.

—Не сегодня, — ответ басом.

Тихий, почти стеснительный и не такой уверенный и горделивый тон голоса вдруг спрашивает, немного погодя:

«Почему?»

—Мне же нужно узнать ещё пару увлекательных историй, не так ли?

—.......

Бусинка наблюдала за этим исподтишка. Ей не нравилось, что объект двигался так свободно и раскрепощенно. Она готова была наброситься на то, что напоминало ей серую мышку. Просто очень большую. И твердую. Круглые бусины янтаря сузились в мелкие щелки. Филину хотелось конечно де выпотрошить это провоцирующее нечто, если бы не радостный хозяин. Он всегда был слишком счастливым рядом с куклой.              Наверное, это было единственное, что остановливало смертоносную, но очень умную птицу от нападения на очередную жертву длинных и острых когтей.