Покидая Сеул

2012-2015

Став трейни, Хосок почти не виделся с Юнги. Единственным местом их встреч ранее были кастинги, а теперь это отпало. Лишь раз Хосок случайно встретился с Мином в супермаркете. Их беседа была скомканной. Им обоим будто бы было немного неловко. И хотя они были знакомы, но в то же время они не были близки настолько, чтобы, например, обменяться телефонами. Оба парня посетовали, что приходится очень много тренироваться в спортзале, сидеть на диетах, практиковаться в танцевальной студии и что они оба ужасно устают. На этом всё. Вторая встреча за год до дебюта Юнги была на съёмках клипа одной популярной группы. Они оба мелькнули в массовке. Многие трейни проходили через это. На самих съёмках Юнги лишь кивнул Хосоку в знак приветствия, а потом их развели по разным комнатам, чтобы одеть и накрасить перед выходом на съёмочную площадку. Не то чтобы Хосок часто думал о Юнги, но иногда вспоминал его. Новость о том, что он скоро дебютирует в группе 13Charm, не была удивительной. Хосок слышал что-то такое в закулисье от одного из менеджеров. Юнги был единственным репером, а теперь ему прочили ещё и роль лидера группы. Хосок легко мог представить старшего на этой позиции. Юнги был достаточно серьёзным и ответственным, у него был неплохо подвешен язык. Хосок думал, что несмотря на то, что он не будет самым старшим, авторитета в глазах других ребят у Мина будет не занимать. Самого Хосока пока в дебютанты не определяли, что уже начинало нервировать, — прошло более двух лет, и Хосок чувствовал себя готовым к сцене, но руководство считало иначе. Всё, что ему оставалось, это продолжать усердно работать и ждать. Группа Юнги выстрелила почти сразу же. Их первый альбом прогремел, а заглавная песня попала в корейские и японские чарты. Главный солист группы, юный Чон Чонгук, сразу стал любимцем публики. У группы появился фандом — шармы — и он буквально начал расти как на дрожжах. Юнги часто давал интервью. Точнее интервью брали у всей группы, но он говорил больше остальных. Трое парней из 13Charm были совсем юными, а старший, Ёнджун, предпочитал отмалчиваться. Хосок следил за 13Charm и за Юнги после их успешного дебюта. Он говорил себе, что это профессиональный интерес. Даже менеджер, Намджун, который впоследствии станет его персональным, советовал наблюдать и учиться у других. Хосок и учился. Ему нравилась группа Юнги и их музыка, нравилось, как они себя держат на сцене и как общаются с фанатами. Но дело было не только в этом. Хотя они с Юнги никогда не были близки, они всё же были не чужими. Что-то неуловимо тянуло Хосока смотреть на старшего. Он пересматривал два клипа группы и некоторые их интервью по многу раз. И, в основном, фокусировался на Юнги. Свободного времени у Хосока было катастрофически мало. Помимо тренировок и репетиций, была ещё учёба в школе. И пред дебютный год совпал с тем, что у него появилась девушка. Ханна была старше на год и не из робкого десятка. Она сама взяла Хосока в оборот. Он был не против. Тогда его сексуальность только начала пробуждаться. Он даже и не размышлял по поводу того, кто ему нравится — парни или девушки. Несмотря на то, что он уже давно не жил с родителями, Хосок всё ещё был домашним в душе и в чём-то наивным и инфантильным. Он скучал по родителям и часто звонил им, не стесняясь порой пустить слезу в разговоре с мамой. Хосок всегда был эмоциональным, что для него, как для артиста, было даже и неплохо. Намджун посоветовал ему попробовать превращать свои эмоции в тексты и музыку и позже Хосок стал автором нескольких песен для группы. Все вокруг, казалось, стремились получить первый сексуальный опыт и Хосок не был исключением. Восемнадцать лет- самый подходящий для этого возраст. Ханна была ему приятна и всё произошло само собой. В то время, как у Хосока была одна-единственная девушка, Юнги успел сменить не одного партнёра. Отношения для айдолов, да и для трейни были табу, но многие находили лазейки. Руководство было строгим, но некоторые менеджеры давали поблажки, понимая, что многие трейни и айдолы юны и у них бушуют гормоны. Что касается Юнги, отношений как таковых у него никогда и не было. Дружба с привилегиями, секс на одну ночь или то, что называлось, свободными отношениями, было для Юнги максимально комфортной моделью. Юнги не был прожжённым циником, считающим, что любви нет, он не использовал людей, просто договаривался с ними. Те, кому подобное подходило, соглашались. Другие отказывали, и Юнги относился к этому с уважением. Никто не разбивал ему сердце в прошлом, ничего такового. Просто романтика была не для него. Секс — самое близкое расстояние, на которое он подпускал к себе людей. Юнги не анализировал, почему ни с кем не хочет сходиться ближе. Но на периферии сознания мелькало то, что так удобнее и для карьеры, и для него самого. Юнги предпочитал не заводить друзей, в этом не было необходимости, да и времени на друзей у него не было. У него были какие-то знакомые и приятели с пред дебютных времён, он вполне неплохо общался с многими в компании. С одноклассниками и ребятами из своей группы Мин, конечно, был дружелюбен, но они всё равно чувствовали некоторую дистанцию, которую держал Мин. Единственным другом Юнги был тот же Минсо-Рейсер. Став айдолом, Юнги стал намного осторожнее, секса заметно поубавилось. Но это его не огорчало. Они так впахивали, что ни на что попросту не было сил и времени. Порой вечером все мысли крутились только вокруг того, чтобы побыстрее смыть макияж, принять душ и упасть на кровать в общежитии. Группа Хосока — E4U — EverythingForYou, дебютировала годом позже группы Юнги. Агентство, которому они принадлежали, — JQ Corporation, с самого начала противопоставило их группу группе 13Charm. До этого самая известная женская группа StarHitEntertainment постоянно сравнивалась с другой женской группой из JQ Corporation. Так что подобные методы продвижения и раскрутки были вовсе не новы в индустрии. Это было словно некоей моделью: одна группа становилась известной, и её известность использовалась как трамплин для второй. И всё же Хосоку было немного некомфортно. Журналисты доходили до того, что сравнивали их с Юнги рост, вес и стиль одежды. Они искусственно создавали и здоровую конкуренцию между ними, и вражду. Как-то раз, к примеру, один из авторов статьи утверждал, что Юнги заявил, что Хосок не подходит для роли лидера, в отличие от него. Хосок даже не был уверен до конца, что это правда — Намджун его предупреждал, что журналисты любят преувеличивать, а то и привирать для охватов аудитории, — но некая неприязнь уже поселилась в его сердце. Она не была сильной и не была личной, но элемент конкуренции присутствовал. Скорее всего, с Юнги было то же самое. Слова Юнги из интервью попали в больное место. Хосок не рвался становиться лидером. Он не боялся ответственности, но ему казалось, что он не годится на эту роль. В их группе, помимо него и Чимина, были Сокджин, а также двое младших — Бомгю и Чонмин. Сокджин, самый старший из них, лидером быть отказался. Оставался Хосок. Выбора ему особо не давали, просто сказали занять эту позицию, и Хосок повиновался. В группе он также был в дэнс лайн и одним из вокалистов. Первый год после дебюта был сумасшедшим и, казалось, пролетел как одна минута. Они записали три клипа, поучаствовали в телерекламе, сходили на несколько ТВ шоу. Публике они полюбились, и критики к ним тоже были благосклонны. В конце года E4U одержала победу на премии Melon Music Awards, обойдя в финале группу Юнги. Получить первый дэсан в первый же год жизни группы было большой удачей. Они как будто бы следовали по пути успеха 13Charm — у них также был резкий и успешный старт и они тоже получили дэсан в первый год своего существования. Хосок был на седьмом небе от счастья — было очень много приятного: первые письма от фанатов, поддержка публики на выступлениях, наклёвывался крупный рекламный контракт, у них, наконец, появились, пусть пока и не огромные, деньги. Но было и немало трудностей. Группу не щадили и заставляли работать ещё больше. Компания была с ними строга и на совещаниях, куда порой приглашали лидеров групп, нарратив был такой — не смейте гордиться своим успехом и не останавливайтесь на достигнутом. Донесите то же самое и до своих мемберов. Их сценические костюмы выглядели богато, но за кулисами ребята жили скромно. Они были дружны и поддерживали друг друга, но всё равно им приходилось нелегко. Их постоянно взвешивали, следили за тем, что они едят, настаивали на косметических процедурах, некоторые из которых были болезненными, постоянно гоняли на тренировки и в зал для практик. Хосок понимал, что они сами выбрали этот путь и, конечно, никто из них не думал и жаловаться, но всё же это было физически изнуряюще. Чимин как-то упал в обморок в зале для практик от физического перенапряжения и нагрузки. То же самое случилось и с макнэ, Чонмином, в общежитии после одной многочасовой тренировки. Хосок уставал не меньше других. Ему постоянно приходилось на своём примере демонстрировать, что нужно усердно трудиться. Он просто не мог позволить себе слабину. При этом ему надлежало поддерживать боевой дух группы и отвечать перед менеджерами за промахи своих мемберов. Порой под вечер разговорчивый Хосок не мог не только говорить, но и думать. Казалось, у него уставал даже мозг и там, словно бегущая строка, оставалась лишь одна мысль — спатьспатьспать. Однажды их группа выступала в составе сборного концерта, целью которого было собрать средства для благотворительных целей. Там же была и 13Charm. Юнги и Хосок увидели друг друга за кулисами. Гримёрки их групп были рядом. Хосок и Чимин как раз направлялись к своей. Они были уже полностью одеты и накрашены для выступления. Воспользовавшись случаем, пока стилисты красили младших, Хосок и Чимин пошли к автомату купить напитки и снеки. Возвращаясь, они увидели, как группа Юнги в полном составе покидает свою гримёрку, чтобы выйти на сцену. На Юнги были чёрные джинсы со стразами и прорезями на коленях, чёрная шёлковая рубашка и портупея поверх неё. Ему сделали макияж — смоуки айз — и хорошо уложили выкрашенные в ярко-красный волосы. Надо сказать, выглядел он просто потрясающе, как впрочем и остальные ребята из его группы. Но Хосок смотрел только на Юнги. Юнги поймал его взгляд и не отвёл глаз. Он слегка ухмыльнулся, едва заметно, но от глаз Хосока это не укрылось. Хосок, словно антагонист старшего, был одет в белый костюм — узкие брюки, пиджак по фигуре с серебристой вышивкой и чёрную шёлковую рубашку, которую стилисты велели расстегнуть на три пуговицы. Обувь на это раз, что было редкостью, была удобной — мягкие чёрные ботинки на плоской подошве. Хосок выглядел хорошо, он это знал — перед тем, как пойти за снеками, он осмотрел себя в зеркало. Но под взглядом Юнги он вдруг почувствовал, что теряет уверенность. Это было странно и Хосок не мог понять, с чем это связано: с тем, что их противопоставляют, или с чем-то внутри него самого. Но факт оставался фактом — они смерили друг друга взглядами. Юнги усмехнулся, а Хосок стушевался. И где-то на периферии сознания у Хосока мелькнула мысль — а он красив. Конечно же, он не мог знать, что и Юнги подумал о нём то же самое.

Ноябрь, 2025

В аэропорт Чхеклапкок группа E4U прибывает, когда регистрация на рейс до Сеула уже началась. Хосок не выспался, как и все остальные. Он едва разлепил глаза, когда Намджун постучал в его дверь и почти приказал собираться как можно быстрее. Хосок умылся, оделся и подхватил свой собранный накануне багаж. Сонный Чимин жмётся к нему и что-то лепечет про кофе, который купит, как только они пройдут регистрацию и сдадут багаж. Чонмин и Бомгю, оба в чёрных масках и кепках, молчат и двигаются в очереди как зомби, почти синхронно передвигая свои одинаковые чёрные чемоданы на колёсиках. Один Сокджин выглядит и ведёт себя так, словно он спал восемь часов. Хосоку кажется, что он даже успел подкраситься. Сокджин даже в маске распространяет вокруг себя «звёздную ауру». Они стоят в очереди рядом с Намджуном и о чём-то разговаривают. Хосок замечает в соседней очереди впереди Чонгука из 13Charm. Значит, Юнги тоже где-то поблизости. Хосок ловит себя на том, что начинает искать Мина глазами в толпе. «Всё, что мне остаётся, это искать глазами в толпе твоё лицо» — Хосок написал эту строчку в прошлом году для заглавной песни их нового альбома. Песня о любви парня к девушке, которая не отвечает ему взаимностью; они почти не общаются, но часто видятся. Буквально история отношений Юнги и Хосока. Сколько раз они пересекались вот так! Аэропорты, концерты, музыкальные шоу, съёмочные площадки телепрограмм. Никто из них ничем не выдал то, что они не просто айдолы из групп конкурирующих лейблов, не просто знакомые со времён кастингов, они-любовники. Любовники вот уже десятый год. Хосок замечает затылок Юнги в очереди и ему становится спокойнее. Только вчера он целовал этот затылок, а ощущение будто прошло несколько месяцев. Каждый раз это контрастный душ — ощущение интимности, когда ближе уже невозможно, а потом отдаление, отчуждение и показное (а показное ли?) равнодушие. Мин словно чувствует его взгляд и оборачивается. Он смотрит на Хосока всего пару секунд и, прежде чем отвернуться, улыбается и едва заметно кивает. Боже, это такая мелочь, но сердце Хосока делает кульбит и начинает биться чаще. Он чувствует себя счастливым. Глупо, наверное, но он всё ещё трепещет от улыбки Юнги как влюблённый подросток. А ведь ему в следующем году тридцать. Хосок хранит потом эту улыбку в сердце, как драгоценное воспоминание, и думает об этом взгляде, когда засыпает.

2016

Хосок заходит в туалет клуба и удивляется, что там никого нет, ведь сам клуб полон. Он подходит к раковине, включает холодную воду и умывает лицо. Хосок смотрит в зеркало, задумавшись, и не замечает, как дверь открывается и кто-то входит внутрь. — Что, везунчик Чон Хосок не может смириться с тем, что его группа заняла второе место? — Голос звучит ехидно, но без злобы. Мин Юнги. Хосок бросает на него взгляд. Тот одет в повседневную одежду-джинсы, футболка, кеды. Отсутствие макияжа делает его моложе. На этот раз его волосы высвечены в светлый блонд. — Так вы тоже вроде как не выиграли — произносит Хосок нейтральным тоном. У него нет желания ругаться, да и повод не кажется слишком значительным. Каждый июнь Корейская Ассоциация Айдолов устраивает спортивные состязания, которые называются олимпийскими играми айдолов или IAOG — Idol Athletics Olympic Games. На самом деле, турниры проходят лишь по лёгкой атлетике, так что условно это не олимпиада, но название остаётся таковым уже на протяжении нескольких лет. Иногда эти игры проходят в Сеуле, порой в других городах. В этом году они все собрались на 4 дня на Чеджу. Соревнования проходят на стадионе Jeju World Cup Stadium. В них принимают участие около ста двадцати айдолов. Гостиницы Чеджу переполнены. Сегодняшний день-последний в соревнованиях. В командном зачёте команда лейбла Хосока, капитаном которой он является, заняла второе место. Команда, в которой был Юнги и его мемберы, заняла четвёртое место. Некоторые айдолы решили воспользоваться ситуацией и пошли в клуб. Хосока отпустили с неохотой, а трём младшим и вовсе не разрешили — они несовершеннолетние. Чон просто хотел немного развеяться, выпить и потанцевать, но усталость этого дня сказалась и, перед тем как пойти в туалет, он уже подумывал вернуться в гостиницу пораньше. — Не выиграли — соглашается Юнги. — Поздравляю со вторым местом! С этими словами он приближается к Хосоку ближе. В его глазах блеск, видимо, он выпил. — Спасибо, хён — отвечает Чон. Юнги останавливается и смотрит на него. — Ты изменился — говорит он — с тех пор, как мы познакомились. Очень сильно. Конечно, Хосок изменился. Прошло пять лет. Ему уже было двадцать, и он точно больше не походил на пятнадцатилетнего подростка, которым был, когда они ходили на кастинги. Хосок вытянулся, стал стройнее, у него даже изменилось лицо. Юнги, впрочем, тоже мало походил на себя прежнего. Он тоже стал выше и взрослее. Низковатый голос окончательно установился, как и у Хосока, и в нём появилась лёгкая хрипотца. Кроме того, их немало изменили процедуры, через которые проходят многие айдолы — отбеливание кожи, постоянный косметический уход и строгое следование диетам и режиму. Однако, кое-что осталось прежним — присущий Юнги насмешливый взгляд и его улыбка, обнажающая дёсна. Хосок не отвечает и не может отвести взгляда от Юнги, — тот его будто бы загипнотизировал. Они стоят у раковины ещё какое-то время, а потом словно что-то в переносном смысле рушится — тонкая стена или… Хосок, правда, не знает, что именно, но вот уже Юнги впивается в его губы своими и целует, целует, целует его так, что у Хосока подгибаются колени, а сердце начинает колотиться как бешеное. Поцелуй и ласки хаотичны, они хватаются то за одежду, то за волосы друг друга. Это одновременно похоже на борьбу и на безумно страстный танец. Хосок даже не осознаёт, как он оказывается у стены,

***

и Юнги прижимает его своим телом так плотно, что Хосок чувствует его рёбра на своих через их две футболки. Когда они отлипают друг от друга, им требуется время, чтобы отдышаться. Хосок ни о чём не думает, он просто полностью во власти ощущений. — Если не трусишь, приходи в мой номер ночью, часа в три — тихо произносит Юнги. Его дыхание всё ещё не восстановилось до конца. — Триста одиннадцатый. Не дождавшись ответа, он разворачивается и уходит, оставляя Хосока в полном смятении.