Покидая Сеул

Ноябрь 2025

Во время практики Чимин посматривает на Хосока многозначительно. Хосок не понимает, в чём дело, пока младший не отводит его в сторону во время перерыва. — Надо поговорить — говорит Чимин, понизив голос и отпивая воду из бутылки. — Хорошо — соглашается Хосок. — Что-то случилось? — Нет — Чимин быстро оглядывается, — но я очень хочу это обсудить. Давай спустимся в кафе после репетиции? — Ладно. Весь остаток тренировки Хосок гадает, о чём же Чимин хочет ему рассказать. Они входят в кафе и Чимин кивает на самый дальний столик у окна. В кафе только трое посетителей. Хосок и Чимин кланяются Ли Тэмину, который ужинает, сидя в углу. Тот отвечает им тем же. Потом им кланяются двое ребят-трейни, и теперь уже Хосок и Чимин отвечают им. — Что там, выкладывай! — Говорит Хосок, когда они усаживаются в углу. Хосоку уже не терпится. Чимин отпивает глоток от своего смузи, оглядывается на дверь и тихо произносит: — Кажется, Намджун-хён и Сокджин-хён — Чимин переходит на шёпот — встречаются. — Что? — Хосоку кажется, что ему послышалось. — Ты слышал, хён, я не буду это повторять. — С чего ты взял? Ты уверен, Воробушек? — Я и раньше замечал, что между ними что-то есть — продолжает шептать Чимин. — Ну что, ты разве не видел? Они часто ходят вместе обедать. На гастролях номер Сокджина постоянно рядом с номером Намджуна. Нередко они приезжают в компанию на одной машине. — Так ведь они живут по соседству — вспоминает слова своего менеджера Хосок. — И, возможно, просто дружат, что такого? — Ты бы стал называть своего друга «чагия»? — Чимин делает хитрое лицо. Хосок смотрит на него непонимающе. — В общем, сегодня я приехал пораньше — объясняет Чимин — и решил зайти к Сокджину-хёну поболтать. Его машина стояла на парковке. Я подошёл к гримёрке, дверь была чуть приоткрыта. Я услышал, как Намджуни-хёен, который очевидно был там, сказал: «Жди меня вечером, чагия. У меня есть для тебя сюрприз.» Хосок вникает и часто моргает, переваривая услышанное. Если подумать, Намджуна и Сокджина можно часто увидеть вместе. Хосок вспоминает, как они разговаривали в аэропорту и улыбались друг другу. Тогда Хосок был слишком погружён в свои мысли, чтобы придать этому значение. Однако, сказанное другом, заставляет Хосока засомневаться в том, что его менеджер и старший хён группы — просто друзья. — Представляешь? — Чимин делает забавное выражение лица. — Ты же никому об этом не рассказал больше, Воробушек? Хосок чувствует ответственность, как лидер, ведь дело касается мембера его группы. Репутация Намджуна и сам Намджун Хосока беспокоят не меньше. Ведь Намджун не только его менеджер, но и друг. — Конечно, нет, хён — обиженно дует губы Чимин. — За кого ты меня принимаешь? Только тебе. — Им проще — после паузы и раздумий произносит Хосок. — За Намджуном журналисты не охотятся, а, значит, он может проскользнуть в дом хёна незамеченным. Он примеряет ситуацию Сокджина и Намджуна на себя и Юнги, а потом с грустью думает о том, что Юнги его никогда к себе и не приглашал. Впрочем, и он его тоже… — Но согласись, — говорит Чимин, — это офигеть какая новость. — Согласен — кивает головой Хосок, — но нам лучше особо об этом не распространяться. Чимин изображает жестом, что закрывает рот на замок и выкидывает ключик. Хосок улыбается, глядя на тонсена.

***

Разговор с Чимином о Сокджине и Намджуне снова заставляет Хосока подумать об их отношениях с Юнги. Может быть, ему всё-таки стоит поднять тему их отношений? Хосок задумывается. А что он собственно хочет добиться от Мина? Признания в любви? Услышать эти слова хочется, но не под напором и не под давлением. Чтобы Юнги признал, что они встречаются? Было бы неплохо внести какую-то ясность. Но Хосок даже не представляет, с чего начать. Не странно ли спрашивать «мы встречаемся?» или «кто мы друг другу?» через столько лет? Тем не менее, на протяжении нескольких дней всё это не даёт Хосоку покоя. Может быть, действительно стоит уточнить, что между ними и какие у них перспективы на будущее. В конце концов, даже по ответам и реакции Юнги на эти вопросы, уже будет понятно, что он чувствует. Во всяком случае, Хосок очень на это надеется. Следующие пару дней Хосок размышляет, как ему вызвать Юнги на разговор. Написать «нам надо поговорить»? Он не хочет делать из этого драму. Если вдруг что-то пойдёт не так, Хосоку нужно обратить всё в шутку или представить всё так, будто это для него не так уж и важно. А вот это «нам надо поговорить» уже настраивает на какую-то серьёзность. Может быть, договориться о встрече в отеле, как обычно, и потом, после секса завести этот разговор? С одной стороны, Хосок полон решимости, с другой, его потряхивает от мысли о том, что всё пойдёт не так и что это будет концом их связи. Он не хочет терять Юнги. Да всё, что между ними сейчас есть, в какой-то степени причиняет ему боль. Но в то же время это делает его счастливым. Наверное, он мазохист. Хосок глубоко вздыхает, думая обо всём этом, так и не находя в себе силы на решающий разговор. Юнги пишет ему сам, и его предложение является для Хосока полной неожиданностью. Хочешь посмотреть на моего кота? Хосок смеётся, когда читает это. Все знают, что эта фраза-новая версия «Не хочешь ли поесть вместе рамен?» Я серьёзно — пишет Юнги в следующем сообщении, — хочешь познакомиться с Тангом? Пока ты его видел только на фото и видео. А вживую нет. Хочу — отвечает Хосок, — но для этого мне нужно прийти к тебе домой. Насколько это безопасно? Я думаю, это можно устроить. У меня есть идея. Договорились — отвечает Хосок, сердце которого трепещет от счастья, — он окажется дома у Юнги! Но между их договорённостью в переписке и собственно самой встречей проходит месяц. Не так-то просто двум занятым айдолам выделить свободное время, да так, чтобы оно совпадало у обоих. Хосок впервые тяготится работой со дня дебюта. Нет, конечно, он любит своё дело, но ему так не терпится увидеться с Мином, что он злится, когда им не дают ни одного выходного за две недели. А когда выходной всё-таки выпадает, Юнги приходится уехать на съёмки в Пусан.

Декабрь 2025

Через месяц им везёт, — их графики наконец позволяют им встретиться. Идея Юнги состоит в том, чтобы отвести подозрения и возможную слежку. Он намеренно уезжает из дома и караулящий у его дома журналист едет за ним. В это время Хосок, которому Юнги заранее выслал свой код от квартиры, едет в его дом. Таким образом, они надеются запутать след и не попасться на глаза. Хосок оказывается в большой квартире Юнги один и первым делом осматривается. Жильё Мина просторное и светлое. Немного хайтека, немного цветного рождественского декора, но, в целом, всё в спокойных тонах. Хосок удивляется — их квартиры немного похожи. У Юнги тёплые полы, а на полу в гостиной пушистый ковёр. Уютно. Хосок присаживается на диван и берёт свой телефон в ожидании хозяина квартиры. Ему всё ещё не верится, что он у Юнги дома. Словно он попал в сон. — Мяу — требовательно произносит чёрный кот, выходя из спальни. — Тани! — Восклицает Хосок. — Привет, а я Чон Хосок. Кот подходит к гостю и обнюхивает его. — Много наслышан о тебе — говорит парень. — Мяу — отвечает кот и Хосок на это смеётся. — А ты говорливый, да? Можно я тебя поглажу? Хосок осторожно гладит животное между ушей. Кот вспрыгивает на диван рядом и снова обнюхивает гостя. В этот самый момент в прихожей хлопает дверь и на пороге комнаты возникает Юнги. — Познакомились уже? — Улыбается он, глядя на Хосока и своего кота. — Да, только что — отвечает младший. Хосок бросает взгляд на Юнги. Они не виделись больше месяца с того самого дня, когда прилетели из Гонконга. То была середина ноября, а теперь уже скоро Рождество. — А ты уже и ёлку поставил — говорит Хосок. — А у меня всё никак руки не дойдут. — Да, поставил — подтверждает Юнги. Он подходит к Хосоку и садится рядом. Их ноги соприкасаются и Хосока охватывает приятное волнение. Сколько лет прошло, а Юнги всё ещё вызывает у него бабочек в животе и эйфорию влюблённости. — Хорошо выглядишь. Тебе идёт новый цвет — говорит Юнги, нежно проводя рукой по волосам младшего. Пару недель назад Хосока покрасили в каштановый цвет перед съёмками рекламы. — Спасибо, хён — Хосока вдруг охватывает смущение. Юнги действует на него так, словно он, Хосок, влюблённый в старшеклассника школьник. А ему ведь уже двадцать девять, а если по корейскому исчислению возраста, так вообще тридцать! — Ты ел? — Да, я не голоден. Юнги придвигается ещё ближе и безо всяких предисловий приближает своё лицо к лицу Хосока. Расстояние между ними неумолимо сокращается. Прикосновение губ старшего к его губам ощущается, как возвращение домой. Губы Юнги тёплые и сначала сухие, но вот уже бальзам с губ Хосока увлажняет их. Широкая ладонь Юнги покрывает щёку Хосока. Младший прикрывает глаза и слегка улыбается в поцелуй. Его переполняют чувства и, не имея возможности высказать, Хосок выражает их в поцелуе. Он смелеет и перестаёт стесняться. Его язык первым открывает рот Юнги и проникает внутрь. Хосок не так часто перехватывает инициативу и старшему это приходится по душе. Он стонет в поцелуй, подстёгивая тем самым Хосока к дальнейшим действиям. Хосок забирается рукой под свитер Юнги и проводит рукой по спине. Юнги возбуждает даже такая невинная ласка и он снова глухо и кратко стонет. Через какое-то время Юнги возвращает себе доминирование, — нависает над Хосоком, который уже полу лежит на диване и припадает губами к его шее. Юнги обожает ключицы Хосока — острые и соблазнительные, но сейчас доступ к ним преграждает одежда. И недолго думая, Юнги начинает стаскивать свитшот с Хосока. Это приятно — никуда не торопиться и выцеловывать каждый миллиметр кожи. Хосок отвечает на его ласки стонами и движением вперёд, а ещё он обхватывает плечи Юнги своими руками, держась за них так крепко словно тонущий за спасательный круг. Через недолгое время Юнги скидывает свой свитер на пол, сняв его через голову. Теперь на них только джинсы и бельё. Несмотря на то, что диван довольно широкий, он всё ещё неудобен для того, чтобы двое людей на нём занимались любовью, а потому Юнги предлагает: — Пойдём в спальню? Сняв друг с друга одежду, они впервые ложатся не на гостиничную постель. У Хосока слегка кружится голова. Он прижимает Юнги к себе плотнее, стараясь слиться с ним в одно целое. Кажется, что атомы их кожи проникают друг в друга по мере того, как Юнги двигается в нём. Страсть поглощает их с головой, и они теряют счёт времени. Их сплетённые тела блестят от пота, лица раскраснелись, волосы Хосока прилипли ко лбу. Полный беспорядок, такой хаотичный и в то же время такой прекрасный. Два часа и четыре оргазма спустя они приходят в себя, чтобы заказать еду и ужинать, сидя на полу в гостиной Мина. — Как тебе моя берлога? — Шутливо спрашивает Юнги у Хосока. — Очень уютно — отвечает младший, — мне нравится. И Танг. Он просто прекрасен. — Ты ему тоже нравишься, — говорит Юнги, видя, как кот примостился с ними рядом, чувствуя себя в полной безопасности. На языке Хосока крутится вопрос, который он так давно хочет задать, но он не решается. Этот вечер слишком идеален, чтобы портить его неловкими расспросами и выяснениями отношений. Он ждал почти десять лет и подождёт ещё немного. — Мне, наверное, стоит вызвать такси и уехать домой — говорит Хосок, помогая Юнги собрать пустые коробки из-под еды в мусорный пакет. — Останься — коротко просит Юнги. — Поедешь утром. Просто выйдешь первым, а мне нужно в агентство к одиннадцати. — Хорошо — Хосоку и самому совершенно не хочется уезжать. — Я поставлю будильник на шесть. Они спят обнажённые в объятьях друг друга, счастливые и разморённые, не подозревая, что их поджидает в самом ближайшем будущем.