Покидая Сеул

Декабрь 2025

На утро Хосок просыпается не от будильника, а от ощущения счастья. Юнги держит его в своих объятьях во сне, у них в ногах спит Танг. Хосоку кажется, что они перешли какую-то незримую черту в их отношениях и что теперь всё будет иначе. Теперь он даже думает, что все те вопросы, которые он так хотел задать Юнги, уже неактуальны, — и так ясно, что он для старшего не просто разрядка сексуального напряжения. Хосок не знает, он чувствует. Он улыбается и думает, что стоит выключить будильник, чтобы не потревожить сон Юнги, но тот предательски начинает звонить в ту же самую секунду. Хосоку приходится дёрнуться и потянуться за телефоном, который лежит на тумбочке рядом с кроватью, чтобы отключить звук. Юнги просыпается. — Прости, — говорит Хосок — я не хотел тебя будить. Не просыпайся, возвращайся в сон. Я быстро оденусь и уйду. — Нет, я сделаю тебе кофе — Юнги ещё сонный и его глаза не до конца открыты. Хосок находит его сейчас невероятно милым. — Не стоит, я и сам могу. Да и вообще без кофе могу обойтись. — Не перечь старшим — Юнги, видимо, хочет произнести это строго, но спросонья у него не получается. Хосок издаёт смешок. — Поцелуй меня и я пойду на кухню. А ты можешь пока одеться и умыться. Хосок наклоняется и касается губ Юнги своими. Танг просыпается от того, что они двигаются в постели и скрипуче мяукает. Их поцелуй чуть смазывается из-за того, что они оба начинают смеяться. Одевшись и умывшись, Хосок выходит на кухню, где Юнги в трусах и футболке делает им кофе. — Ты всё-таки мог ещё поспать, хён, — произносит Хосок, — чувствую себя немного виноватым. — Не стоит — Юнги уже выглядит бодрее, — я сам захотел. Они снова целуются, пьют кофе и перекидываются парой фраз. Перед уходом Хосок оборачивается на старшего, что стоит у двери босиком. Он держит на руках кота. — Было приятно с тобой познакомиться, Тани — Хосок гладит кота между ушами. — Думаю, вы скоро увидитесь снова — говорит на это Юнги. — Или, возможно, ты приедешь ко мне в гости, хён — Хосок произносит эти слова, чуть волнуясь, но находит в себе смелости поднять глаза на Юнги. — Я бы очень этого хотел — Юнги улыбается младшему. Хосок покидает дом Юнги в полной эйфории. Он ещё не проснулся до конца, да и вообще сейчас все его мысли о том, что они провели с Юнги время у него дома, и что, может быть, скоро Юнги пожалует к нему. Хосок не замечает, как кто-то фотографирует его из окна, сидя в машине, что припаркована возле дома Юнги.

***

В прекрасном настроении Хосок добирается домой, переодевается и едет в агентство. День проходит вполне обычно — тренировка в спортзале, индивидуальная отработка танца, урок вокала, обед с Намджуном и обсуждение расписания на конец декабря и начало следующего года. Хосок нередко проводит в компании почти весь день, если нет съёмок или концертов. Под вечер у них групповая практика. Все мемберы группы собрались для того, чтобы отточить синхронность для скорого выступления на телевидении. Обстановка непринуждённая. Сокджин шутит, все смеются. Чимин показывает новую связку и они пытаются отработать её все впятером. В это время дверь в зал для практики открывается и на пороге показывается Намджун. На нём лица нет, — кажется, Хосок никогда не видел его таким бледным и таким озабоченным. Он подходит к Хосоку, что само по себе уже необычно, — практики редко прерываются менеджерами без особой на то причины. — Идём — кидает он Хосоку безо всяких объяснений и направляется к двери. Хосок делает знак Чимину, мол продолжайте без меня и идёт следом за Намджуном. Намджун ведёт его к лифту и молча нажимает на кнопку «минус один», как только Хосок заходит следом. Они направляются на парковку? Что вообще происходит? — Поговорим в моей машине — бросает Намджун через плечо, не смотря на Хосока. Сердце младшего наполняет тревога. Явно что-то не так, но что? Что могло случиться за какие-то пару часов, ведь только в обед они с Намджуном мило болтали и обсуждали съёмки на шоу. Намджун и Хосок усаживаются в автомобиль старшего. Намджун на водительское сидение, Хосок на сидение рядом. Он не первый раз здесь, но, кажется, никогда Намджун не был так напряжён раньше. — Я только что от начальства — начинает Ким без предисловий. — Ситуация непростая, я должен многое тебе сказать, но сначала я задам тебе пару вопросов. Хочу услышать от тебя ответы. Мне нужна правда. А потом я уже буду думать. Сердце Хосока делает кульбит. — Шпион снял тебя выходящим из дома Мин Юнги в пол седьмого утра — произносит Намджун. — И этому может быть куча объяснений, но я хочу знать правду. Хосок молчит, поражённый услышанным. У него буквально пропадает дар речи. Он просто не знает, что он должен сказать. — Есть вероятность, что ты был в гостях у кого-то из этого дома, но не у Юнги — решает помочь Хосоку Намджун. — Или ты был у Юнги по делу. Хотя семь утра довольно странное время для деловой встречи. Или… — Я был у Юнги — выдавливает из себя Хосок. Но это буквально всё, что он может сказать. Намджун ждёт пояснений и, не дождавшись, продолжает. — Слушай, Хосоки, я тебе не враг. Я на твоей стороне, чем бы это ни было. Именно поэтому я привёл тебя в машину, здесь нас вряд ли прослушивают. Я не сдам тебя руководству, но мне нужно иметь все ответы на вопросы, чтобы защитить тебя. Хосок всё ещё в ступоре. — Вы встречаетесь? — Задаёт прямой вопрос Намджун. Хосок утвердительно качает головой. До него, наконец, доходит, что всё очень плохо, и первый, о ком он думает, это Юнги. Как это отразиться на нём? А следом он думает о своей группе, и у него начинается паника от того, что он их так подвёл. — Да — выдавливает он ослабевшим голосом и его начинает трясти, что не скрывается от глаз Намджуна. — Так, спокойно! — Намджун говорит веско, но Хосок уже всё глубже погружается в панику. — Всё, что есть у журналюг, это твоё фото. То, как ты выходишь из дома Мин Юнги. Это даже не ваше совместное фото. Но есть уже кое-что, что этот грёбаный папарацци потребовал у компании взамен на то, чтобы хранить молчание и не писать статью о том, что вы, возможно, встречаетесь. Хосок понимает: даже если у этого человека есть только его фото, он может раздуть из мухи слона, — представит всё так, будто бы Юнги и Хосок — любовники. А людям часто и не нужны неопровержимые доказательства, им достаточно того, во что они хотят верить. Это будет на руку конкурентам обеих групп, потому что рушит карьеру сразу двух айдолов и бросает тень на два крупнейших агентства. DiamondEntertainment наверняка готовы заплатить за этот компромат не один миллион вон. — Деньги? — Догадывается Хосок. Намджун трёт переносицу пальцем — ему тоже нелегко. Хосок представляет, как ему влетело, ведь Хосок его подопечный. — Сначала хотели денег — делится Намджун, — и сумма называлась такая, что всей группе бы пришлось год пахать без зарплаты. Но потом это издание предложило сделку. — Какую сделку? — При упоминании Юнги его сердце падает куда-то вниз. Очень может быть, что в данную минуту Юнги общается со своим руководством и его голова вот-вот полетит с плеч. — Сделка заключается в том, что издание, которое теперь имеет твои фотографии, хочет обладать эксклюзивным правом на новость о тебе и о твоей девушке. — Что? — Хосок не понимает. — Какой девушке? — Ту, которую тебе уже выбрали. Кан Лиён. Кан Лиён — айдолка из женской группы «Evershine» из их агентства. Хосок всё равно не понимает. — Hunch — издание, которое тебя засекло, любезно — Намджун делает кавычки в воздухе пальцами — предложили агентству сделку: мы делаем фейковые новости об отношениях тебя и Лиён, а они получают на это право съёмки и эксклюзивной публикации. Взамен они будут хранить молчание о том, что видели тебя выходящим из дома Юнги. Хосок хмурит лоб, пытаясь переварить сказанное. — Почему именно Лиён? — Наконец, спрашивает он. — Это решение руководства. Они считают, что так будет лучше для «Evershine», их популярность пошла на убыль, а последний камбек был не слишком удачен. К сожалению, отказаться невозможно. Даже за деньги. Руководство предлагает тебе либо разорвать контракт, либо согласиться на то, что предлагает Hunch. Хосок понимает, что разорвать контракт — не вариант. В первую очередь, для его группы, да и для него самого. Неустойка превышает ту сумму денег, с которой Хосок мог бы расстаться. Может быть, фиктивные отношения с Лиён — не такой уж плохой выход из ситуации? — Вам нужно будет появляться вместе и сделать официальное заявление об отношениях. Тебе нельзя никому рассказывать о том, что эти отношения фейк — начинает перечислять условия Намджун. — А также компания настаивает, чтобы ты не общался с Юнги. Хосок бросает на Намджуна встревоженный взгляд, — ему кажется, что ему послышалось. — Это временная мера — пытается успокоить своего подопечного Намджун, — и, конечно, они не могут вам запретить видеться. Но я бы реально советовал тебе не общаться с Мином какое-то время. Есть вероятность, что вас снова вычислят. Тем более, теперь, когда у Hunch есть козыри, они будут следить за вами обоими с удвоенной силой. — Ты предлагаешь мне прекратить эти отношения? — Хосок чувствует, как всё внутри него сопротивляется даже тому, чтобы произнести эту фразу. — Я предлагаю залечь на дно на какое-то время — говорит Намджун. — Подумай, как многим вы оба рискуете. В конце концов, до окончания твоего контракта осталось три года. — Ты предлагаешь мне не видеться с ним три года?! — Хосок возмущён. — Нет, Хосоки, нет — старший кладёт ему руку на плечо и слегка сжимает его. — Я предлагаю тебе не общаться с Юнги какое-то время. Пусть всё уляжется. Мы запустим эти новости о фиктивных отношениях с Лиён. А там, будет видно. Хосок опускает руки в ладони и трёт ими лоб и щёки. — Я понимаю, ситуация дерьмо — Намджун действительно звучит сочувствующе. — Но ты же понимаешь, выхода нет. Я почти уверен, что Hunch могут предложить, если уже не предложили Мин Юнги и StarHitEntertainment подобную сделку. Хосок начинает представлять, как и он сам, и Юнги начнут «встречаться» с девушками. Пусть всего лишь для вида, но всё равно неприятно. И ещё хуже то, что им нельзя видеться. Сколько это «пока всё не уляжется» займёт времени? Месяц, пол года, год?.. Хосок даже думать об этом не хочет. И надо же было этому случиться как раз в тот момент, когда их отношения начали улучшаться. Счастье длилось меньше суток… — В семь тебя ждут у руководства — осторожно произносит Намджун, вырывая Хосока из раздумий. — Не волнуйся, они уже выпустили пар. Может быть, конечно, будут с тобой строги, но, в основном, эта встреча для того, чтобы дать тебе инструкции. Насчёт Лиён и насчёт того, как тебе следует вести себя публично. Намджун видит, каким поникшим стал Хосок, и пытается его приободрить. — Всё наладится, Хосоки, вот увидишь. Это временно. К сожалению, другого выхода нет. Хосок пытается судорожно найти какой-то выход, но его мозг не в состоянии что-то придумать. Пока же он вынужден согласиться с Намджуном, что ему ничего не остаётся, как согласиться изображать отношения с Лиён и держаться от Юнги подальше.