М+Ю 8. Отцы и дети.

Через два дня была кремация. Карина уже давно высказала пожелание быть сожжённой и развеянной над заливом, и её волю подруга и совладелица бизнеса исполнила. Собралось довольно много народу, Карина тоже решила сходить на свои похороны, познакомиться с кем-нибудь из призраков, что обитали в крематории, да и вообще выйти, развеяться. Миша хохотнул, что вот они, какие, развлечения мёртвых. Но оказалось, это и для живых был неплохой аттракцион. Аня со Славкой тоже решили пойти. Аня — поддержать Мишу, а Славка поговорить с мёртвыми и поддержать Варю. Та чувствовала себя странно, понимала, что не должна выглядеть счастливой, ведь никто не знал, что мама стала призраком. Поэтому долго перед зеркалом тренировала грустное лицо. Карина молчала, и это Мишу несказанно радовало, так что утро начиналось мирно. Жаль было, что Юра не мог пойти с ними, но тот спал. Сегодня их утро было смазанным, Миша едва успел вернуться к рассвету со слежки, но, благо, дела свои закончил и этой ночью ему никуда не было надо. Сегодня они ждали в гости Паладина с Наташей, те очень хотели познакомиться с дочкой Миши. Можно было поехать к ним, но это решили отложить на потом. Церемония прощания прошла тихо. Слёз, истерик и стенаний не было, все давно свыклись с тем, что Карины скоро не станет, так что люди просто собрались отдать ей дань уважения и проводить в последний путь. Если бы они знали, как на самом деле обстояли дела, разбежались бы, наверное. Миша так и не научился одеваться прилично, чтобы выглядеть сообразно своему статусу успешного бизнесмена. Он всё так же походил одновременно и на мента, и на бандита, поэтому подошедшая шикарная фифа взглянула на него оценивающе, оценила и осталась недовольна. Фифой была партнёрша Карины по бизнесу, не молодеющая, но молодящаяся женщина лет сорока с небольшим, в чёрном брючном костюме и шляпке с вуалью, что Мише казалось очень забавным. — Здравствуйте, — нейтрально поприветствовала она Мишу. — Меня зовут Алла, я партнёр Карины. А вы Михаил? — Да, — кивнул Миша. Алла ему не нравилась с первого взгляд. Он научился у Юры, да и сам неплохо умел читать людей, и видел, что рассудила Алла по обложке. По лонгсливу и кожаной куртке, по кепке и кроссовкам. — Чем обязан? — Я хотела обсудить наш с Кариной бизнес, — сказала Алла. Миша обернулся, но девочки стояли далеко, вместе с Аней и явно разговаривали с усопшими. Всё было хорошо. Если бы Мише сказали даже месяц назад, что для него “хорошо” будет, когда дети играют с призраками, он бы не поверил, а шутника нахуй бы послал. Но сейчас он видел, что Варя тоже занята, наверное говорит с мамой с помощью Славки, и успокоился. — Знаете что, Алла, — Миша смерил её взглядом, — приезжайте завтра вот по этому адресу и привозите все документы, поговорим. Прежде чем о чём-то говорить предметно, надо узнать, что у вас там происходит, в бизнесе. — А вы что-то в бизнесах понимаете? — Алла очень хотела скрыть надменность и превосходство, но получилось у неё плохо, но Миша лишь улыбнулся. — Как знать, может и понимаю, — пожал он плечами. — А теперь извините, мы поедем, на поминки оставаться не будем, нечего там детям делать. — Вот вам моя визитка, мало ли что, — Алла сунула Мише довольно простенькую визитку, у самого Миши были гораздо круче, Наташа сделала дизайн, закачаешься. И Юре тоже. А для иных визитки были ещё и двусторонние. Но Миша достал свою обычную, которую давал людям, не связанным с миром иных и Русским Двором никаким образом. У Шибанова не было дорогущего айфона, костюм, пошитый на заказ для особых случаев, был один, и Миша надевал его полтора раза, но визитка у него была дорогущая, хотя как-то помпезно или ярко не выглядела. Просто чёрный прямоугольник тиснёной бумаги, надпись “Михаил Шибанов” и телефонный номер. Без украшательств, без ничего. Но её очень было приятно держать в руках, такая шелковистая, нежная. Миша, когда их получил, одну затрогал, так она ему понравилась. Как ребёнок, игрался, поглаживая пальцами чёрный прямоугольничек. Юра тогда долго с него смеялся. — Звоните, если возникнет необходимость о переносе встречи, — протянул Миша визитку Алле. — Тяжело наверное одному с дочерью? — проникновенно спросила Алла. — Я не один, и мы справляемся. Большое спасибо за заботу, — мирно ответил Миша. — А теперь простите, нам пора. Эй, Ань, малышня, поехали. Они с кем-то попрощались, и вышли из помещения крематория на улицу, в неприятный мерзкий осенний дождик. Самое то погода для похорон. Девочки уселись в машину, Аня тоже, а Миша ещё постоял под дождём, нахлобучив кепку, но нужно было ехать, хотя они никуда не торопились и не опаздывали. Миша попросил подождать и позвонил приятелю, пообещал обед у себя и попросил пробить эту Аллу по всем статьям и инстанциям, вытащить всё к завтрашнему полудню, а лучше вообще к утру. И узнать, что там у этой фифы за бизнес. Только после этого они уехали из крематория. — Так, девы мои, мне нужна ваша помощь, — сказал Миша. — Точнее, Славкина, но это если мать разрешит. — Что тебе надо, Шибанов? — устало, но с улыбкой спросила Аня. — Мне надо, чтобы Карина рассказала мне всё про свой бизнес и свою партнёршу, — выдал Миша. — А Славка записала слово в слово мне на диктофон. Сможете? — Миш, это я могу сделать, зачем дщерь впутывать? — рассмеялась Аня. — Сделаю тебе. Сделаем, да Карин? — Да, — прошелестело рядом, но сейчас Миша был к этому готов, так что даже не дёрнулся. — Пап, — позвала Варя, — там дядя с синей кожей и рогами. Маленькими, но всё равно. А с ним такая девушка, как Маричка. — Феи гуляют, Варюш, — Миша даже не обратил на это внимания, ну увидела дочка фей, так не первый раз видит. Нормально всё. Славка тоже засмотрелась. — В кафе какое-нибудь хотим, или домой сразу? — Домой, — попросила Варя. — Не хочу больше много народу. Аня, а вы к нам заедете? Пожалуйста. Мы со Славой поиграем, а ты с мамой поговоришь. — Хорошо, — согласилась Аня. — Миш, ты не против? — Я всегда только за, — улыбнулся Миша. Домой доехали быстро, город почти не стоял. Миша вернулся почему-то вымотанный и уставший сверх всякой меры. Он почувствовал это после разговора с Аллой, но не придал значения. А сейчас прямо валился от усталости. Но было не до возлегания на кровати с Юрой. — О, ребята, — появился домовой, посмотрел на Варю внимательно, — да у нас фея. Варя, как ты себя чувствуешь? — Странно, — призналась Варя. — И тут всё такое стало другое. И ты немного другой. — Теперь ты видишь грёзу, потому что тебя произошёл кризалис, — объявил Тихон. — Ты теперь фея. — Я? Да? — Варя сначала захлопала в ладоши, а потом посмотрела на всех остальных. — Это же хорошо? — Хорошо, конечно, — заверил Миша и упал в обморок. Сколько прошло времени, он не знал, но он всё ещё лежал на полу в прихожей, значит немного, над ним хлопотала Аня, а чувствовал он себя лучше. Девочки сидели рядом и были очень взволнованы. Миша сел, прислонившись спиной к стене, вдохнул-выдохнул и поднял глаза на Аню. — Только не говори, что я заболел, — с надеждой попросил он. — Лучше бы ты заболел, — вздохнула Аня. — Из тебя кто-то силы выпил, я попозже погадаю, кто именно. Пока я тебя подлечила, больше не пьют, это точно, так что Миш, полежи-ка ты пока на диване, я пообщаюсь с Кариной, а девочки поедят и поиграют. — Я к Юре пойду, — уверенно сказал Миша пока не спеша подниматься. Ему было очень неловкой, что так случилось, он вообще в обмороки никогда не падал, а тут такое, да при куче баб. Это было неприятно. А ещё злость брала, он не представлял, кто мог его “пить”. После Юры, вот, в обморок он не падал, а тут такое. — Пап, ты в порядке? — беспокоилась Варя. — Да, малыш, — заверил Миша. — Со мной всё в порядке. Аня меня подлечила. Я сейчас позвоню Маричке, приедет, расскажет тебе как быть феей. Договорились? — Ага, — Варя обняла Мишу, присев ему на колено. — Не болей, папочка. — Не буду, дорогая, — заверил Миша, чувствуя, как ему становится гораздо лучше. — Ну всё, беги играть с подругой. Славка тоже обняла Мишу, заверив, что мама его вылечит, если он ещё будет болеть, на этом девочки удалились в комнату к Варе, а Миша поднялся аккуратно. — Иди, раз хочешь, — Аня, может, и не понимала всю глубину желания Миши быть рядом с Юрой, но знала, как гули привязаны к своим домиторам, поэтому даже не пыталась возражать. — Маричке я сама позвоню, поспи. — Ага, хорошо, — кивнул Миша. — Разбуди через пару часов. И Миша ушёл, улёгся рядом с Юрой, хотел обнять, но тот проснулся, зачем, непонятно, но тонко чувствующий всё, он иногда просыпался, когда Миша к нему приходил, но сразу же засыпал обратно, не подавая признаков жизни. А вот сейчас засыпать не стал, почувствовал, что с Мишей что-то не так, слишком тяжело он лёг на кровать, даже не раздеваясь. Это насторожило, и Юра, собрав всю свою волю в кулак, открыл глаза. Миша был бледен сверх всякой меры, но дышал ровно, слабо, усталу улыбнулся Юре и, погладив его по щеке, коснулся губами губ. — Спи, Юр, — тихо сказал он. — Что случилось? — Юра не мог не узнать, что такое произошло, что Миша решил спать завалиться, да ещё в таком состоянии. — Мишань, что случилось? Варя в порядке? — Вести с полей: Варя фея, из меня кто-то выпил силы, Аня с Кариной, Слава с Варей. Ждём Маричку, — отрапортовал Миша. — А теперь можно я посплю? — Миша, кто выпил? — ничего не понял Юра, ему вообще всё сказанное Мише показалось бредом, но он решил поверить, потому что идти проверять сил бы у него не хватило. — Ладно, после заката расскажешь, спи, мой хороший. И Юра обнял Мишу, прижал к себе, чтобы через секунду закрыть глаза и провалиться в свой мёртвый сон без сновидений. Миша тоже уснул почти сразу, привычно устроив голову у Юры на плече, даже не надеясь проснуться раньше, чем часа через четыре. За это время ничего не должно было случиться. Проснулся Миша сам. Прислушался, но потом вспомнил, что у них шумоизоляция, поэтому, что творилось в квартире, было совершенно непонятно. А ещё было темно, потому что окна были поляризованы и, на всякий случай, зашторены, и Миша посмотрел в телефон. Да, уже ранний вечер, проспал он часа четыре, судя по всему. Он прислушался к себе и понял, что чувствует себя отлично. Поэтому, совершенно не боясь разбудит Юру, включил неяркий ночник и переоделся в домашнее, погладил Юру по плечу и, выключив свет, вышел, прикрыв за собой дверь. Дома было тихо. Как-то очень тихо, и Миша пошёл искать хоть кого-нибудь, но даже домовой не появлялся, а на столе в кухне нашла записка, что они все, включая Маричку, пошли гулять. — Ну вот и хорошо, — чуть улыбнувшись, вздохнул Миша. — У меня есть время для себя, уюта и покоя. Да, теперь в их доме нормальных людей не было вообще. Хорошо это было или плохо, Миша пока для себя не решил. Усевшись на кухне на диван, Миша взял телефон и написал Ане, что проснулся, спросил, будут ли они ужинать после прогулки, а потом решил выпить кофе. Этого ему сейчас явно не хватало. Телефон пиликнул сообщением, и Миша открыл мессенджер. Это от Ани пришёл аудио файл, видимо, она поговорила с Кариной. Миша запустил его и стал готовить кофе. Файл был аж минут на двадцать, Аня вещала приятным голосом, слово в слово передавая сообщение Карины. Алла была её давней подругой, они бизнес строили вместе, нареканий она не вызывала, с дележом денег всё тоже было в порядке. Карину всё устраивало, а вот Мише эта Алла очень не нравилась. Карина говорила Аниным голосом, что Алла любит Варю, часто делала ей недешёвые подарки. В общем, тишь да гладь. Документами занималась тоже Алла, но Карина её проверяла, никаких нареканий не было. Карина сказала, что долю бизнеса можно и продать, а деньги положить в банк под проценты. Миша с этим был полностью согласен, он не собирался заниматься маникюрным салоном. Он и рестораном-то своим занимался через пень-колоду, но хорошо платил Лене, и та его не подводила за всё время ни разу. Миша задумался, и пока он думал, кофе кончился, а больше не хотелось. В принципе, он мог задоминировать эту даму, и она расскажет ему всё, но был ли в этом смысл? Смысла большого Миша не видел. Просто женщина, просто подруга Карины, ничего примечательного. — Эй, Карин, если слышишь, я продам бизнес, — вслух сказал Миша. — Всё проверю и продам. — Хорошо, — шепнуло ему над ухом, и Мишу передёрнуло. — Блядь, — выругался он, — просил же не делать так. Девочки, все разом, вернулись только через час. Аня со Славкой сразу собрались домой, они зашли только, чтобы попрощаться с Мишей и узнать, как он себя чувствует. Миша заверил, что с ним всё отлично, и они удалились, а Шибанов остался с Маричкой и Варей. — Папа, — радостная дочка подлетела к нему, схватила с блюда на столе яблоко и протянула ему, — съешь, пожалуйста. Миша понимал, что сейчас с ним произойдёт. Его зачаруют. Миша этого категорически не хотел, его Грёза, даже самая замечательная, добрая и сказочная, не радовала, но теперь его дочь стала феей и будет видеть Грёзу постоянно. Значит, надо было знать, какие опасности её подстерегают. Так что придётся съесть грёбаное яблоко. — Но завтра ты пойдёшь в школу, договорились? — решил поторговаться Миша, потому что ребёнок к школе был готов чуть более, чем полностью, была радостная и контактная, не плакала. Наверное, хорошо, что Карина стала призраком и теперь жила в их доме рядом с Варей, по крайней мере, его Варюша не грустила и не рыдала навзрыд, как когда только узнала о смерти матери. — Хорошо, — грустно согласилась Варя, но потом воспряла духом. — А вообще, школа это здорово. Я уже насиделась дома. — Ты три дня дома сидишь, — даже удивился Миша, он бы неделями в школу не ходил, если бы было можно. — Ну что, учиться надо, — сказало дитё. — Так мама говорит. И ты так говоришь, и Юра. — Ты права, дочь, учиться надо, — согласился Миша. Кем Варя хочет стать, обсуждать было рано, а с учётом того, что она стала феей, выбор профессии несколько сузился до каких-нибудь небанальных. — Миш, — Маричка сидела рядом с Варей на диване в кухне, Миша устроился в кресле, — Варя богган. Это, скажем так, феи-рабочие, хранители уюта, им нравится помогать другим. Они черпают гламур из хорошей работы. Из заботы о ближних, но склонны к полноте. Ешь уже своё яблоко. Миша задумался и забыл про яблоко, но откусил кусок, проглотил, и хлопнул своими светлыми ресницами. Маричку он уже привык видеть с рогами и копытами, а вот Варя смотрелась по-новому. Ничего сверхъестественного, только волосы выглядели светлее и рыжее и прямо кучерявились, а на лице появились весёлые веснушки. И глаза стали ещё синее, словно два горных озера на него смотрели. А ещё появилась какая-то… не мультяшность, но сказочность. Сейчас Варя даже пополневшей не выглядела, но мало ли, как со временем меняются богганы. — И что нам с Юрой теперь делать, раз у нас фея? — спросил Миша. Ему нужны были инструкции хоть какие-нибудь, чтобы понимать, что можно делать, а что нельзя. — Ничего, — пожала плечами Маричка, тоже с чувством поедая яблоко. — Живите. Варе в школе особо ничего не угрожает, Варя даже пока не тёмный богган, а не определившийся, так что чернушных шуток не будет. Миш, у вас всё будет хорошо, Варюша легко научиться быть феей. Но я хочу сегодня её взять в Грёзу, чтобы познакомить с другими феями. Дети там тоже есть. — Только не в Место встречи, — сразу сказал Миша. — Нет, не волнуйся, — заверила Маричка. — Вы с Юрой пойдёте с нами? — Обязательно, и это даже не обсуждается, — сказал Миша. — Вот проснётся, и пойдём. Только… Варь, послезавтра в школу, сегодня вернёмся поздно. — Хорошо, папочка, — улыбнулась Варя нежной и лучистой улыбкой. Да, феей она была ещё прекраснее, чем человеком. — А хочешь посмотреть, что я уже умею? — Конечно, — Мише было очень интересно, что может уметь только-только родившаяся фея. Ещё Миша радовался, что это первый кризалис Вари, значит, она останется примерно той, какой он её знает. Просто Варвара Шибанова, девочка девяти лет. Но потом, кризалис за кризалисом, она будет возвращаться такой, какой Миша с Юрой её узнают в этой жизни. Наверное, конечно, что-то будет меняться, но до этого ещё надо было дожить. И жизнь эта будет очень долгой. А ещё Миша знал, что феи возвращаются, и даже когда кто-то из их фей-друзей умрёт или погибнет, они обязательно вернутся, Мише с Юрой надо будет просто подождать. А сколько ждать, это не важно. Миша вдруг почувствовал яблоко горьким, как какое-то лекарство, и только его выдержка и мужество, а ещё наличие аж двух свидетелей, да ещё и женского пола не дали ему моментально выплюнуть кусок. Проглотил. Откусил ещё, скривился и выбросил яблоко. — И что это было? — не очень понимая, что произошло, как-то растерянно-обиженно спросил Миша. — Это я обманула твои чувства, — хихикнула Варя. — Мне Маричка рассказала, и я поняла, что могу. — Больше так не делай, — строго сказал Миша. Он уже понимал, что его дочь моментально превратилась в опаснейшего диверсанта, и если ей рассказать, что ещё можно сделать с помощью таких сил, то будет очень страшно. — Договорились? На меня и Юру не накладывай такие штуки, хорошо? — Хорошо, пап, — хлопнула глазами Варя, выражая крайнюю степень серьёзности. — Прости меня. — Да ничего, всё хорошо, — Миша вздохнул. — Ладно, феечка ты моя любимая, Юра через пару часов проснётся, раз тебя Маричка хочет в Грёзу сводить, то давай сегодняшнее задание пока сделай. — Ага, — и Варя ускакала делать уроки. Миша почувствовал как мимо него словно ледяным ветром пахнуло, похоже, это Карина пошла за дочерью, а Миша с Маричкой остались вдвоём. Маричка сказала, что Варя будет тёмным богганом, все Варичи тёмные, но это не страшно. Вернее, не должно быть, ведь она ещё ребёнок, и совсем не злой или обиженный жизнью. Так что особых проблем быть не должно. Но Миша всё равно волновался, потому что это была его дочь, его малышка, которой он хотел только лучшего. — Миш, феей быть сложно, но не плохо, — заверила Маричка. — Просто представь себе, что Юре нужно было бы что-то, но не кровь, которое, чтобы получить, надо потратить, да ещё получается не всегда, да ещё и хрен найдёшь. — Но мы можем ей в этом как-то помочь? — спросил Миша, потому что перспективы были не особо-то радужные. — Как-то помогать Варе получать гламур? — Помогайте ей в уборке, готовке, в каждой её затее, — улыбнулась Маричка. — И ждите, что она будет пользоваться своими силами и на вас. Мы, феи, склонны прикалываться даже над близкими. Я бы даже сказала, особенно над ними. — Как с тобой только Макс живёт? — посетвал Миша. — Хорошо он со мной живёт, — рассмеялась Маричка. — Весело. — Уж представляю, — нервно хохотнул Миша. — Да ладно тебе, Михаил, — Маричка продолжала смеяться. — Мне вот интереснее, как Юра с тобой живёт. — Тоже хорошо и весело, — заверил Миша. — Вон, спит целыми днями, а я тут маюсь с вами со всеми. Не дом, а проходной двор. Миша привычно бурчал, хотя на самом деле его всё устраивало. Он был полностью всем доволен и счастлив в этом дурдоме, даже Карина уже не казалась таким злом, как в первый день. Тем более, Юра с ней договорился, хотя что он ей сказал, Миша так от него и не добился. Они проболтали все два часа, пока Варя делала уроки, а Юра спал, но к закату Миша оставил Маричку и пошёл к Юре, устроился рядом, как обычно и стал ждать единственного в сутки удара сердца. Он его даже услышал в полной тишине комнаты. — Доброе утро, — улыбнувшись, сказал Миша, а Юра его сразу поцеловал, без приветствия, накрыл губами губы, утягивая в нежный глубокий поцелуй. Миша тут же обнял Юру, и они несколько минут только целовались, наслаждаясь друг другом, напитываясь на целую ночь, ведь мало ли, как и что пойдёт дальше, а сейчас у них было время, они были рядом, в своей кровати, так чего не целоваться. Но оживляться Юра не спешил, так что накала страстей не было, но было приятно, хорошо. Было светло и прекрасно. — Доброе, — наконец оторвался от губ Миши Юра. — А теперь рассказывай, что у вас тут произошло, пока я спал. — Да всякое, — вздохнул Миша, обнял Юру, прижал его к себе, вырисовывая на плече узоры пальцами, и стал рассказывать про похороны, про то, что ему стало плохо непонятно от чего, про Варю, которая теперь была феей, про её новые силы. Юра слушал не перебивая, ему было очень интересно, он даже жалел, что пропустил столько всего, и гостей, и Маричку, но Миша ему сказал, что они сегодня идут в Грёзу. Он так уже зачарованный, его сама Варя зачаровала, ну а Юру тоже кто-нибудь зачарует. Сегодня ещё ждали Паладина с Наташей, но, когда те приедут, было непонятно, ведь только-только наступил вечер. Юра предложил или гостей, или Грёзу перенести на другой день, но Миша заверил, что они всё успеют. Раздался звонок в дверь. — Так, я пойду открою, а ты одевайся, — скомандовал Миша и поднялся. За дверью обнаружились Паладин с Наташей. Как они умудрились оказаться тут так рано, был большой вопрос, но Миша предположил, что они просто приехали на рассвете и устроились спать в ближайшей клумбе. Это их умение было невероятным, но для Юры Миша такого не хотел. Как он тогда будет обнимать его и целовать по вечерам? — Привет дорогим гостям, — вышел одетый в домашнее Юра. — Рано вы, как успели? — А у вас тут двор хороший, земля мягкая, — рассмеялся Паладин. Варя тоже вышла посмотреть на гостей, даже успела надеть своё домашнее нарядное платье, чтобы быть красивой. — Ясно всё с вами, — Юра пожал руку Паладину, поцеловал в щёку Наташу. — Проходите, у нас новости. — А у нас подарок маленькой… фее? — удивился Паладин, похоже, они с Наташей были зачарованы оба. — Да, я фея, — улыбнулась Мишина дочка. — Меня Варя зовут. — Меня Наташа, — и Тори протянула ладонь Варе, та её пожала. — А этой мой муж, его зовут Пётр, но все называют его Паладин. И ты можешь так звать. — А Паладин, это имя такое? — деловито спросила Варя. — Это прозвище, — улыбнулся сам Пал. — Вообще это такой воин, очень честный и бесстрашный. Всех спасает. — А ты всех спасаешь? — тут же спросила Варя, ей были очень интересны новые гости. — Стараюсь, — не стал хвалиться Паладин. — Но не всегда получается. Ладно, у меня для тебя подарок. И Паладин вытащил из-за пазухи котёнка. Рыжая шёрстка была покрыта чёрными пятнами и полосками, а ушки стояли торчком на макушке, совсем не так, как у обычных котов, да и мордовка была узенькая, с полосками от глаз к носу, казалось, что котёнок чуть-чуть улыбается. — Держи, это тебе, — и Паладин протянул котика Варе. — Ой, какой красивый, — обрадовалась Варя. Миша с Юрой только переглянулись и поняли, что и кот у них теперь тоже будет жить, с этим уже было ничего не поделать. — А как его зовут? — Пока никак, — ответила Наташа, — но ты можешь назвать его как хочешь, он не обидится. — Папа, Юра, как мы котика назовём? — спросила Варя, но оба только пожали плечами. Мише пришёл в голову Джульбарс, но это имя было каким-то собачьим, а Юре Барсик, но это было так избито и банально, что даже предлагать не стал. — Обри, вот как тебя будут звать. — Я с ним договорился, — сказал Паладин, когда они уже прошли на кухню, — лоток, игрушки, лежанку, мы всё привезли, шлейку и ветпаспорт тоже. Это саванна, порода такая. Взрослый вот такой будет. Паладин показал фото просто огромного кота, стоящего рядом с ребёнком. Да это не кот был, а лошадь просто. — Ты ему скажи, чтобы цветы не жрал и вообще не трогал, — попросил Юра. — Пал, Нат, — заговорила Маричка. — Я Варю в Грёзу веду, познакомить с кем-нибудь, пойдёте с нами? — А чего не сходить? — пожал плечами Паладин. — Мы всё равно сегодня ничего не делаем. — Вот и отлично, — обрадовался Миша. Через полчаса все были одеты и готовы к походу в Грёзу. Но почему-то не радовало этого только одного Мишу, он хорошо запомнил, какая бывает Грёза, поэтому постоянно боялся увидеть какую-нибудь гадость. Юра обнял его и поцеловал, шепнув на ухо, чтобы тот прекратил психовать. Миша сделал вид, что прекратил.