Force of Gravity

Резкий контраст между вечеринкой, полной людей, и пустым домом, в который он вернулся, выматывал. Майк зашёл внутрь и бросил кейс с гитарой, оглядывая тёмную гостиную. — Мам? — позвал он, надеясь услышать ответ. Тишина. Ни звука. Скинув куртку, Майк закрыл дверь на замок и стал искать, чем занять себя. Вялым шагом он двинулся на кухню и дернул дверцу холодильника — а там ряды полупустых соусов и несколько помидоров. С тяжёлым вздохом Майк машинально заглянул в кладовку, даже не дотрагиваясь до черствой пачки чипсов. Было ещё не слишком поздно — Майк ушёл с вечеринки раньше, не любя поздние воскресные мероприятия. Наивная часть его надеялась, что мама будет дома и они смогут устроить семейный ужин. В средней школе он терпеть не мог сидеть за столом, слушая, как все жуют и глотают, а теперь Майк думал, что, возможно, это не так уж плохо. Всё равно лучше, чем оглушающая тишина. Он повернул голову к входной двери, когда услышал, как дрожит ручка. — Майк? Ты дома? Улыбка появилась на губах Майка, когда он завернул за угол, но быстро исчезла. Он никогда особо не был близок с отцом — в детстве ему отчаянно хотелось его одобрения, а теперь тот казался каким‑то осуждающим призраком, от которого Майк старался убежать. — Привет, — помахал он, включая свет. — Что я тебе говорил насчёт того, чтобы оставлять эту штуку на подъездной дорожке? Это унизительно, — пробормотал отец. Майк с трудом сдержал закатывание глаз. — Да, извини. Я не знал, будете ли вы дома сегодня… — Не важно, будем ли мы дома, сынок, держи это подальше от моей подъездной дорожки. Понял? Мама тяжело вздохнула и прошла на кухню, поставив сумку с продуктами на стол. Майк последовал за ней. — Мама, ну скажи ему, что это не так важно. Нэнси говорила… — Майк, слушай своего отца, — сказала она с оттенком раздражения в голосе. Его отец развалился в гостиной, глаза уже были прикованы к телевизору. Майк теперь жалел, что хотел, чтобы родители были дома, — проведя столько времени в одиночестве, он почти забыл, какими несчастными они стали. Или, может, какими несчастными они всегда были. Майк прислонился к стене, пока его мама суетилась на кухне. — Холли вернётся домой на этой неделе?.. — Что я говорила о поднятии этой... ситуации, Майк? — резко спросила она, наконец посмотрев на него с тёмными кругами под глазами. — Мам, я знаю, но мы не видели её целую вечность. Это всего лишь на одну неделю... Она с силой поставила банку. — Майкл, если ты хочешь оставаться дома всю неделю, присматривать за сестрой, отводить её в школу — напомню, у них занятия до обеда, — кормить её и уделять время от своих представлений, тогда пожалуйста. Мы оба знаем, что этого не случится, так что сейчас её пребывание у бабушки — лучший выбор. — Майкл, оставь мать в покое, — крикнул его отец из другой комнаты. — Да ладно, это несправедливо. Только потому, что Нэнси уехала в колледж, не значит, что можно начать сплавлять своих детей, — настаивал он. — И я знаю, что вы заняты... — Да, мы слишком заняты, чтобы слушать твои жалобы на то, что мы считаем лучшим для вас всех. Ты ещё не достаточно зрелый, ты не понимаешь... — Она твой ребёнок, мам. Ты правда хочешь, чтобы она оставалась с бабушкой? Серьёзно, нельзя просто уйти в новую жизнь, потому что надоела старая. Твой паршивый бизнес не важнее... — Достаточно! Майк поджал губы, крик отца раздался по дому. Телевизор выключился, и он не посмотрел в сторону мужчины, когда тот прошёл на кухню. — Ты не имеешь права так разговаривать с матерью. Мы сделали всё, чтобы у тебя была крыша над головой. Ты должен быть благодарен, — строго сказал его отец. — Я никогда не говорил, что не благодарен, но это полная чушь... — Следи за языком! Майк опустил глаза на пол. — Я просто говорю, что Холли не должна расти без семьи. Вы же сами сказали, что это всего на неделю. Прошло почти два месяца. Вы правда этого хотите? Его отец фыркнул. — Знаешь что? Вот поэтому я не хотел детей, Карен. Вот почему. — Тед... — Нет, я иду спать. Разберись со своим сыном, — Майк стоял не двигаясь. — И сними эти украшения. Делают тебя похожим на девчонку. Позор. Зажмурив глаза, он не поднял взгляд, когда его отец вышел с кухни и поднялся по лестнице. Он покрутил кольцо на левом пальце, вызывая в памяти день, когда Робин подарила его ему. Его мама вздохнула. — Ты поел, да? «Вот поэтому я не хотел детей, Карен». — Да. — Просто иди спать, Майк. Мы поговорим об этом позже. Он больше ничего не сказал — не доверял своему голосу. Майк развернулся и вышел из кухни, поспешно поднявшись в свою комнату. Захлопнув дверь за собой, он уже не мог сдерживать слёзы. Подняв руку к рту, Майк впился в кулак, чтобы скрыть рыдания. Он опустился на пол у двери, сжавшись в клубок. Он снова ощущал себя ребёнком — жалким ребёнком, отчаянно ищущим внимания родителей. — Идиот… — прошептал он себе, солёные слёзы катились по губам. — Ты идиот. Слова рвались прерывистыми вдохами, пока он пытался оставаться тихим. Майк откинул голову назад, уставившись в потолок. Его взгляд скользнул в сторону, а потом оказался на полу. Всхлипывая, он выпрямился и протянулся к предмету, привлёкшему его внимание. На губах появилась грустная улыбка, и он дрожащей рукой схватил старый медиатор. Нэнси и Холли подарили его ему на пятнадцатилетие, а когда медиатор износился, они просверлили в нём небольшое отверстие и продели цепочку. Майк надел его на шею и уставился. Он был жёлтым — или когда-то был. Краска уже облупилась, выцвела от времени, но свет всё ещё пробивался сквозь старое покрытие. Он поднялся с пола и рухнул на кровать, не снимая с себя одежду. Майк накинул на плечи одеяло и откинул телефон в сторону, уставившись в окно. Он хотел, чтобы шёл дождь. С детства он обожал дождь. Гроза была слишком громкой, сильный ветер Майку не нравился, а мягкий стук капель был идеальным — звук, который словно соответствовал его чувствам. Глупая мысль, но скрытая, о которой никто не должен был знать. Если бы никто не знал, это не причиняло бы ему боли. И не причиняло бы другим. Если бы никто никогда не узнал, что когда светит солнце, всё, о чём может думать Майк, — это тёмные облака и капли воды, способные испортить одежду, волосы или даже вызвать аварии, — тогда всё было бы нормально. По крайней мере, дождь не жёг и не оставлял долговременных повреждений. Но раз всем остальным нравилось солнце, возможно, Майк тоже мог бы научиться его любить.

***

— Привет. Майк оторвал взгляд от тетради и оглянулся. Макс смотрела на него с каплей подозрения в глазах. — Чего тебе? — Ты в порядке? — Всё нормально, — прошептал он, голос раздался по тихой библиотеке. Макс закатила глаза. — Ты думаешь, что я тупая? — Да… — она ударила его по руке. — Ладно, ладно! Я просто устал, ничего особенного. — Ты устал или «ничего особенного»? — И то, и другое, — пробормотал он. — Что-то случилось? — Родители вернулись прошлой ночью, — Майк не смотрел на неё, глаза были прикованы к тетради перед ним. Он не усвоил ни единого слова. — Твои родители — придурки, — сказала рыжая. Оскорбления были единственным способом, которым она умела утешать людей. Иногда он это ценил; сейчас был не тот случай. — Нет, они просто заняты и всё такое, ничего серьёзного. — Ты ел вчера? Он сжал губы в тонкую линию. — Макс, я пытаюсь учиться. — Майк... Он закрыл книгу и встал. — Я иду в туалет. Майк не дал ей возможности вымолвить и слова, он вскочил, устремив глаза на пол. Его друзья иногда бывали настойчивыми, он знал, что они желают добра, но это всё было удушающим. Майк прикусил нижнюю губу, внимание его рассеялось. Он буквально нёсся по коридорам, так что, когда он врезался в кого-то, это не было удивительно. — Чёрт, извини. — О, всё в порядке... Майк? Он поднял взгляд. — Джейн, привет. Она послала ему ослепительно яркую улыбку. — Ты в порядке? Немного спешишь. — Да, я в порядке. Не смотрел, куда иду. Ты цела? Джейн тихо рассмеялась. — Я в порядке. А ты? Этот вопрос заставлял его хотеть закричать. — Я в порядке, да. — У тебя сейчас свободное время? — спросила она, и Майк чуть не бросился обнимать её, когда она быстро сменила тему. Он не был уверен, было ли его расстройство очевидным, или ей просто было всё равно, но в любом случае это было приятно. — Да, занимался. Джейн кивнула. — Мне тоже нужно. Я как раз направлялась в библиотеку, так что, наверное, мне стоит... — Хочешь присоединиться? — резко выпалил он, отступая, когда увидел её замешательство. — Я имею в виду, я занимаюсь с моей подругой Макс. Хочешь присоединиться? — Да! — её лицо покраснело. — В смысле, звучит круто, я бы с радостью. Её неосведомлённость о его жизни была освежающей, и та паника в груди начала угасать. На его губах заиграла улыбка, и он начал идти обратно в том направлении, откуда только что пришёл, Джейн шла рядом с ним. Майк не мог не смотреть — в её походке была такая прыгучесть, что за ней было забавно наблюдать. Если бы ему пришлось выбрать человека, олицетворяющего радость, он выбрал бы Джейн. — Спасибо, кстати. — За что? — спросил он. — Ну, за то, что затащил всех нас в машину Лукаса той ночью. Это супер-неловко, но я ценю твою помощь. — Я… — Серьёзно, я обычно не пью, но Стив сказал, что это поможет успокоиться… Не то чтобы вы были плохи, я вовсе не нервничала из-за того, что вы плохо играли — это было бы глупо, — Джейн прочистила горло. — И ещё спасибо, что нашёл Уилла. Он меня всегда пугает. — Почему? — спросил он, интерес вспыхнул, когда он услышал имя парня. Это было похоже на то, что его внимание сфокусировалось, будто он только и ждал, когда кто-нибудь упомянет имя Уилла. — Он хорошо прячется. Поэтому я и не хотела уезжать с самого начала. Все наши другие друзья думают, что он просто покажется, когда готов или что-то в этом роде. Это странно, но даже когда мы были маленькими, он как бы мысленно отключался. Так что если ему удавалось спрятаться на несколько минут, это могло превратиться в часы, и он даже не знал бы об этом. Майк не удержался и улыбнулся: — Держу пари, играть с ним в прятки было настоящей войной. Она удивлённо рассмеялась. — Он ни разу не проигрывал. Они вошли в библиотеку, и Макс резко подняла голову, когда дверь открылась. В его сторону был брошен сердитый взгляд, и он неловко помахал, пока они с Джейн садились. — Нельзя просто так убегать, придурок, — сказала она, хлопнув его по руке. Он оттолкнул её. — Я привёл друга, будь любезна и поздоровайся. — О, ты сестра Байерса? Лицо Джейн слегка потемнело: — Э-э, да… Джейн. — Верно, Джейн. Извини, наверное, это был ужасный способ… идентифицировать тебя. — Всё нормально, я к такому привыкла. Макс фыркнула. — Только делает всё ещё хуже. С этого момента буду называть старшего Байерса «брат Джейн», как тебе такое? — Идеально, — рассмеялась Джейн, улыбка снова вернулась на лицо. — Так вы придёте на нашу групповую встречу после школы? — Ну, я пыталась отвертеться, но Уилл — мой способ добраться домой, так что выбора особо нет. — Эй, да ладно, теперь ты с нами, — сказал Майк. Джейн посмотрела на него. — Почему? Потому что я помогла вам с одной идеей? — Это очень важная идея! — сказал он, положив руку на сердце для драматического эффекта. — Что бы мы делали, если бы ты не помогла с цветами для гирлянд? — Эй, нельзя привлекать постороннюю помощь, — сказала Макс. — Это совершенно нечестно. — А разве ты не работаешь с Стивом и Эдди? — настаивала Джейн. — Это настоящий ад, — протянула Макс. — Ну что, они ещё не переспали? — Майк! — возмутились обе девушки в один голос. Он игриво приподнял брови, глядя на их недовольные лица. — Что? Думаю, это бы сняло их напряжение. — Перестань, я не хочу думать о том, как Эдди и Стив трахаются, — сказала Макс, содрагаясь при это. Джейн кивнула. — Да, этот образ может не давать мне спать по ночам. — Да ладно, думаешь, они бы, типа, накинулись друг на друга или... Макс прикрыла ему рот рукой. — Если ты не заткнёшься, мы обе уйдём. — Джейн никогда бы так не поступила, правда? — спросил он, подмигнув младшей девушке. Её лицо порозовело. — Извини, Майк, но нам с Макс нужно держаться вместе. Он закатил глаза. — Вы обе драматизируете. Если бы Эдди и Стив просто заткнулись, всё было бы гораздо проще. — И ты думаешь, что секс исправит это? Честно, я уверена, что это только всё усугубит. Сначала они грызут друг другу глотки, а тут ещё добавляется и сексуальное напряжение? Спасибо, но нет, — Макс щёлкнула ручкой, опустив глаза на свои записи. — Ну, ты тоже придешь после школы, Макс? Она фыркнула. — К сожалению, меня втянули, и я не могу выкрутиться. Хотя я заслуживаю за это дополнительные баллы. — Я тоже, — пробормотала Джейн, наклонившись, чтобы достать что-то из своего рюкзака. После этого их разговор затих, и Майк вернулся к своему предыдущему занятию: уставился в учебник, не читая ни слова. Он взглянул в окно, пока урок медленно подходил к концу. Солнце светило сквозь стекло, лучи были резкими и беспощадными. Джейн была залита светом, её голова была опущена, несколько прядей выбились из косы. Майку пришлось прищуриться от света, обжигающего роговицу, у него начала болеть голова. — Ты в порядке, Майк? — спросила Джейн, поднимая взгляд, белый свет отразился в её глазах. — Я в порядке, извини. Ему нужны были солнцезащитные очки.

***

— И вот так я поняла, что он списывал с моих тестов. Честно, удивительно, что я раньше не догадалась, — сказала Джейн. После уроков Майк снова столкнулся с ней, и они шли в одном направлении. — Подожди, он попросился сесть рядом с тобой? — Джейн кивнула. — И тебе это никогда не казалось странным? Она фыркнула, засмеявшись: — Не знаю! Просто Крисси думала, что я ему нравлюсь, но я знала, что это не может быть правдой. Он сощурил брови. — Почему? — Ой, не знаю… я не такая. Майк улыбнулся и слегка толкнул её плечом. — Ты хорошая, Джейн Байерс. — Спасибо, — тихо сказала она, лицо её покраснело. В этот момент Майк понял, что это просто её особенность. — Но люди так привыкли, что я сестра Уилла, что я, наверное, тоже к этому привыкла. Не то чтобы это его вина… скорее моя, ведь я просто хожу за ним хвостиком. — Ты — отдельная личность, Джейн. Не думаю, что все видят в тебе только сестру Байерса. Джейн пожала плечами. — Может быть… В любом случае, люди в меня не влюбляются, это очевидно. — Обычно такие вещи не объявляют по громкой связи. Она с нежностью закатила глаза, когда они свернули за угол, класс рисования уже был недалеко. — Да, понятно, но обычно можно догадаться. — Ах, правда? — сказал он, открывая дверь. Они оказались первыми в классе. Он бросил рюкзак и прыгнул на одну из парт. — Ну да? — Ладно, Джейн Байерс, расскажи, откуда у тебя такие знания, — легко улыбнулся Майк брюнетке. — Ну… хочешь, чтобы я объяснила каждый случай, когда какая‑нибудь девочка подходила ко мне и просила номер моего брата? Улыбка Майка слегка дернулась. — И насколько длинный этот список? — Это происходит с седьмого класса. — Чёрт, — выдохнул он. — Да, я… — она прервалась, когда дверь резко распахнулась. — Я уже сказала, что не буду этим заниматься. Этот придурок сошёл с ума и я не… — О боже, — перебила её Макс, заходя в комнату и бросая рюкзак на пол. — Ты даже не дала ему договорить. Если кто и портит всё, так это ты! Робин последовала за ней, а Эдди ворвался в комнату и плюхнулся на стул со стоном: — Я знал, что эти ублюдки опоздают. Вот мы и тратим своё драгоценное время. — Ты сегодня не в настроении, — сказал Майк, глядя на Эдди с улыбкой. С ним было почти невозможно не смеяться: в нём было что-то такое яркое, из-за чего находиться рядом было как смотреть мыльную оперу. — Отвянь, Уилер, сегодня тебе лучше не попадаться мне на глаза. — Твои глаза уже заняты, — весело протянул Майк, уворачиваясь от карандаша, который Эдди бросил в него. — Они застряли на Стиве Харрингтоне. — Почему здесь только сестра? Она ведь не попадалась Андерсону, — Эдди встал и направился к Джейн, словно осматривая её со всех сторон. — Эдс, не пугай её, — пробурчал Майк, мягко толкая друга в плечо. — Как там тебя зовут? — Джейн. Эдди кивнул. — Ммм, неплохо. Так звали мою бабушку. — Нет, не звали… — сказала Макс, но длинноволосый парень оборвал её. — Заткнись, я налаживаю контакт. Джейн наконец улыбнулась. — Поможет, если я скажу, что Стив надоедливый? На лице Эдди проскользнула улыбка. — Да, это помогло бы, мэм. Добро пожаловать в команду. Дверь открылась снова, на этот раз без особой драмы. Первым зашли Дастин и Стив, на лицах у обоих читалось раздражение. За ними шли Лукас и Крисси, а Уилл отставал на шаг. — Смотрите, кто наконец-то появился, — сказала Робин. — Мы на две минуты опоздали, отвали, — сказал Стив, скривив лицо в привычной усмешке. На самом деле это было его обычное выражение. Майк почти не обращал на них внимания, его взгляд, казалось, был прикован к Уиллу. Младший парень ещё ни слова не сказал, рюкзак лежал на полу, а он сам прислонился к стене. В стиле Уилла была удивительная непринуждённость: белый лонгслив, сверху — расстёгнутая клетчатая рубашка, синие джинсы и потертые белые кеды. — Зачем нас хотел собрать Андерсон? — спросила Макс, пытаясь разрядить обстановку. Дастин шагнул вперёд и поставил на стол папку. — Он хочет, чтобы мы скооперировались или что‑то в этом роде. Это его планы. — Планы? Какие планы? Я думал, мы должны были придумывать планы… Эдди перебил Стива: — Если ты ещё раз скажешь «планы», я нахрен выйду из себя. — Ой, правда? Я так боюсь… — Ладно, хватит, — сказал Лукас, слегка толкнув Стива в плечо. Майк скрестил руки, покручивая браслет на запястье. Его текущий план состоял в том, чтобы оставаться тихим — что было достаточно сложно, — пока он не найдёт причину вмешаться. Его взгляд снова забрёл в сторону Уилла. Тот стоял прямо у книжной полки, которая отбрасывала на него тень так, что казалось, будто он прячется. Потребовалось лишь несколько мгновений пристального взгляда, прежде чем Уилл повернулся к нему, и их взгляды встретились. Майк почувствовал, как его сердце забилось чаще, наконец получив то внимание, которое он жаждал, хотя никогда не признался бы в этом. Уилл не улыбнулся и не сделал никакого дружественного жеста, его взгляд был непоколебим. Остальные всё ещё разговаривали, но Майк их не слушал. Он опустил глаза на грудь Уилла, не в силах сдержаться. Он остановился на бёдрах парня; у Уилла одна нога была прижата к стене. Майк знал, что младший подросток силён, он мог видеть мышцы под плотной тканью. Сжав кулак, Майк убрал руку за спину, будто она была в опасности вырваться и прикоснуться к тому, на чём застрял его фокус. Он поднял взгляд снова, прочистив горло, когда обнаружил, что Уилл всё ещё смотрит на него, глаза тёмные и скрытые за густыми ресницами. Майк сжал челюсть, глядя в другую сторону комнаты. — ...это даже не имеет смысла. Если мы делаем бал на основе «Гэтсби», мы не можем играть рок-музыку... Эдди застонал. — Музыка не обязана соответствовать теме. Просто скажи, что ненавидишь настоящее искусство, и мы пойдём дальше. — А что если устроить что-нибудь вроде тематической вечеринки в стиле двадцатых? Всем пришлось бы нарядиться — это могло бы быть круто, да? — предложила Крисси, усаживаясь с блокнотом. — Как мы будем обеспечивать дресс-код? — спросила Робин. Джейн пожала плечами. — Это не обязательно должно быть требованием. — Верно, но тогда никто не будет наряжаться, — пробурчал Лукас. — Может, нам стоит устроить вечеринку в костюмах... — Тогда это будет просто Хэллоуин, — сказала Макс. Майк почувствовал на себе чей-то взгляд и знал, кому он принадлежал. Внутренне он говорил себе не смотреть, потому что тогда он снова пропустит разговор. Он не хотел смотреть — не было никакой причины, по которой он должен был пялиться на парня, роняя слюни изо рта. Уилл был его другом, он не хотел на него смотреть. Хватит смотреть на меня. — Мы могли бы нанять живой оркестр! Я не хочу на него смотреть. — Как, чёрт возьми, мы это сделаем? Это выходит за рамки нашего бюджета. Майк прикусил язык, чувствуя, как кольца впиваются ему в ладонь. Он отвел взгляд от скучающего лица Эдди, не в силах бороться с зависимостью, его взгляд легко нашёл Уилла. Глубокое разочарование распространилось внутри него, когда младший парень больше не смотрел в его сторону. — Ну, кто-нибудь из вас умеет играть на скрипке или на ещё какой-нибудь фигне? Посмотри на меня. — Я раньше играл на трубе. Пожалуйста, посмотри на меня. — Это могло бы сработать. Боже, посмотри на меня. Посмотри на меня. — Майк? Разве ты не играешь на виолончели? Он резко вдохнул и посмотрел на Робин, сердце колотилось. Все взгляды были прикованы к нему. Майк прочистил горло, пытаясь осмыслить половину услышанного разговора. — Э-э, я раньше играл, но не очень хорошо. Макс фыркнула. — Скромничает. Он прекрасно играет. — Ты умеешь играть на виолончели? Это впечатляет, — сказала Джейн, на её лице сияла улыбка. — Мой скрытый талант, — усмехнулся он, откинув руку на стол. — О, отлично. Теперь наш план — иметь одного виолончелиста? Это всё, до чего мы додумались? На данном этапе мы могли бы... — Стив, достаточно, — наконец заговорил Уилл, его голос был спокойным и бархатистым. Он напомнил Майку о возможности лечь в постель после изнурительного дня. Странная мысль, но идеальное сравнение. Все замолчали, будто короткие слова Уилла обернули поводками их шеи. Уилл оттолкнулся от стены. — Единственное, о чём нам нужно беспокоиться, — это то, на чём будет сосредоточена каждая группа. Если это не ваша группа, то ваше негативное мнение не имеет значения. — Уилл прав, это займёт целую вечность, если мы продолжим ссориться, — сказал Лукас. Майк кивнул. — Верно. Так что Эдди и Стив должны просто сосредоточиться на музыке. Если мы хотим живое исполнение — хорошо, мы можем это сделать, но просто попытайтесь найти несколько песен, которые вы оба не ненавидите. Робин, вам с Дастином и Лукасом даже не нужно определяться с темой, просто начните делать плакаты и решайте, как люди будут получать билеты. Байерс и я спланируем украшения, а затем свяжемся с вами. Понятно? Все неохотно согласились, и это медленно завершило их маленькую встречу. Майк не спеша слез со стола, наблюдая, как остальные торопливо выходят. Его взгляд снова нашёл Уилла, и он не мог пошевелиться, пока младший парень не вышел из комнаты и не скрылся из виду. Из его губ вырвался вздох, пока он боролся с желанием побежать за Уиллом и поговорить с ним. Майк быстро покачал головой — он вёл себя нелепо. Уилл был другом, замечательным другом, с которым он чувствовал, что сближается. Это всё. Ничего не было неправильным, никогда ничего не было неправильным.