Четвёртая попытка жить

Вот и наступил день бала. Белла, как я и предполагала, поедет с Эдвардом, а нам с Дереком надо будет заехать за Кайлом, так как Дафни вызвался отвезти отец. И вроде всё уже решено, расписано и даже немного предсказуемо. Я позавтракала, открыла вино и начала собираться. Хотя «начала» — это громко сказано. Скорее морально готовилась к тому, чтобы начать. Сборы проходили долго, потому что полдня я валялась и смотрела сериалы, листала ленту в телефоне и делала всё, лишь бы не собираться. Хе хе. Я сделала ещё глоток вина, уткнулась в телефон и решила, что откладывать дальше уже просто неприлично… хотя, если честно, ещё минут десять я себе точно могла позволить. «Клыки и метлы» Вы: Ну шо, есть новости? Редж: О, спящая ведьма объявилась. Мы уже думали ты сбежала на пенсию. Вы: Я готовлюсь к балу, между прочим. Это стратегически важная миссия. Душнила: Если отбросить твой трагический вкус к школьным мероприятиям — да, новости есть. Лускони: И довольно интересные. Вы: Так, я уже чувствую, что сейчас будет что-то неприятное. Говорите. Душнила: Южные кланы. Старые конфликты. Так называемые «вампирские войны». Редж: Перевожу с языка зануд — вампиры раньше резали друг друга пачками. Хиппи: Не просто резали. Там были целые армии новообращённых. Очень много крови и очень мало мозга. Вы: Звучит как вечеринка. Лускони: Ро, сосредоточься. Вы: Я сосредоточена. Продолжай. Душнила: Мы узнали имя, которое постоянно всплывает. Мария. Вы: … Редж: Да-да. Та самая. Хиппи: Судя по всему, она не погибла. Просто исчезла после распада южных армий. Лускони: Есть следы активности на юге. Техас, возможно север Мексики. Информация старая, но слишком регулярная, чтобы быть совпадением. Вы: Вы хотите сказать, что она до сих пор жива? Душнила: Вероятность высокая. Вы: Стоп. Медленно. Объясняйте нормально. Что за войны вообще? Душнила: Южные вампирские войны — это конфликты кланов за территории. Создавали армии новообращённых, использовали их как расходный материал, а потом уничтожали, чтобы скрыть следы. Хиппи: Очень грязная история. Там почти никто не доживал долго. Лускони: И Мария была одной из тех, кто этим управлял. Возможно про нее и говорила твоя бабка, а точнее помогала ей. Вы: Ну да, пока всё сходится Душнила: Да. Последние упоминания ведут в Техас. Следы обрываются, но слишком много совпадений. Редж: Но самое интересное не она. Вы: Даже боюсь спрашивать. Лускони: У неё была правая рука. Командующий армией новообращённых. Хиппи: Майор, не имени, не фамилии, как будто кто то постарался все стереть. Вы: … Редж: «Майор» встречается чаще, чем её собственное имя. Он выигрывал для неё почти все столкновения. Душнила: Если тебе нужен кто-то, связанный с тем периодом — логично искать именно его. Вы: Он жив? Лускони: Неизвестно. Душнила: После распада армий он исчез. Ни подтверждения гибели, ни новых следов. Хиппи: Как будто растворился. Редж: Что, честно говоря, для древнего солдата звучит подозрительно оптимистично. Вы: То есть у нас есть живая военачальница где-то в Техасе и её пропавший майор, который может быть ключом… и ни одного нормального адреса? Душнила: Именно. Лускони: Но теперь мы хотя бы знаем, куда копать. Хиппи: И почему вокруг тебя снова начинает пахнуть керосином. Редж: Кстати, ты вообще на бал собираешься или сразу в Техас поедешь? Вы: Сначала бал. Потом, возможно, международные вампирские разборки. Всё по расписанию. Ахха Собираться я всё-таки начала ближе к вечеру, когда откладывать стало уже физически невозможно. Солнце медленно сползало за горизонт, и комната наполнялась мягким золотым светом — тем самым, в котором всё выглядит чуть красивее, чем есть на самом деле. Хотя сегодня, кажется, мне это было и не нужно. Первым делом — душ, горячий, почти обжигающий, чтобы стряхнуть ленивое настроение и собрать мысли в кучу. Пар заполнил ванную, волосы тяжело легли на плечи, и вместе с водой будто смылась дневная рассеянность. Я долго возилась с причёской. Несколько раз распускала волосы, раздражённо вздыхала и начинала заново. В итоге остановилась на высокой причёске — аккуратно собранные вверх локоны открывали шею и плечи, оставляя пару мягких прядей у висков. Она делала силуэт строже… взрослее. Опаснее, что ли. Я повернула голову в сторону зеркала и невольно усмехнулась — выглядело так, будто я собираюсь не на школьный бал, а заключать сделки с дьяволом. Макияж занял ещё больше времени. Лёгкий, но выверенный до мелочей. Тон — почти невидимый, только чтобы кожа выглядела ровной и сияющей. Тёплые тени подчеркнули взгляд, тонкая стрелка вытянула линию глаз, делая её чуть хищной. Немного хайлайтера — свет поймался на скулах. Губы — насыщенный, но глубокий оттенок, ближе к винному, словно продолжение настроения вечера. Платье я надевала почти торжественно. Изумрудная ткань мягко скользнула по коже, прохладная и тяжёлая. Оно идеально облегало фигуру, подчёркивая талию, плавно уходя вниз и открывая высокий разрез до бедра при каждом шаге. Спина оставалась полностью оголённой — дерзко, но без пошлости, словно вызов, брошенный миру. Глубокое декольте добавляло смелости образу, но всё держалось на грани элегантности. Я на секунду замерла перед зеркалом. Высокая причёска вытягивала силуэт, изумруд делал глаза ярче, кожа казалась почти фарфоровой, а вся я — неожиданно… другой. Не той девушкой, что полдня лежала с телефоном и сериалами. Кто-то уверенный. Кто-то, кто точно знает, куда идёт. Последним штрихом стали шпильки — тонкие, высокие, опасные почти как оружие. Я сделала пару шагов по комнате, привыкая к высоте, и платье мягко зашуршало при движении. Я выглянула в окно и увидела, что Дерек уже ждёт. Божечки… что за мужчинка? Он стоял, облокотившись на машину, будто случайно оказался в кадре какого-нибудь романтического фильма. Волосы аккуратно уложены, пиджак сидел идеально, а у рубашки были расстёгнуты пару верхних пуговиц — ровно настолько, чтобы выглядеть расслабленно, но не небрежно. Он выглядел действительно красиво и уверенно. Я невольно улыбнулась. Мой мальчик вырос. На секунду даже стало немного странно — ещё недавно он казался мне вечно серьёзным подростком, а сейчас перед домом стоял мужчина, на которого точно будут оборачиваться. Я вышла из дома. — Добрый вечер самому красивому мужчине на планете Земля, — сделала я лёгкий книксен. Он мгновенно засмущался, отвёл взгляд и тихо рассмеялся. Божечки, ну что за сладкий пирожок. — Ро… ты просто великолепна, — он буквально не мог оторвать взгляд. Я привыкла к комплиментам, но в его голосе было столько искреннего восхищения, что внутри стало тепло. — Могу сказать тебе о том же, — улыбнулась я. — Ну что, поехали? Он кивнул и — неожиданно — открыл мне дверь с водительской стороны. — Ооо, мистер Клаус, да вы джентльмен? — Да-да… я такой, — окончательно смутился он, после чего быстро обошёл машину и сел на пассажирское место. Я тихо усмехнулась, заводя двигатель. Вечер обещал быть интересным. Мы заехали за Кайлом. Он вышел к машине заметно напряжённый, но выглядел… действительно отлично. Костюм сидел чуть непривычно, будто он сам ещё не верил, что может выглядеть так взросло. Волосы аккуратно уложены, плечи расправлены — старался изо всех сил. Я, конечно, из-за шпилек оказалась выше него, но ничего страшного. Пусть гордится, что рядом с ним длинноногая красотка. Ахаха. Мы вышли из машины, и Кайл сразу растерялся, явно не понимая, что делать дальше. — Сейчас ты должен согнуть локоть, и я тебя за него возьму, — мягко подсказала я, улыбаясь. — А… да, конечно. Прости, — он смутился ещё сильнее. Я рассмеялась. — Да расслабься ты. Это просто бал, а не казнь. — Я буду ждать Дафни, — проговорил Дерек. — Хорошо. Мы будем внутри. И помни — ты обещал мне танец. Я улыбнулась, и мы с Кайлом направились к входу. Чем ближе мы подходили, тем громче становилась музыка — современная, ритмичная, с тяжёлым басом, который чувствовался даже через стены. Двери зала распахнулись, и нас накрыло светом, шумом и движением. Зал преобразили до неузнаваемости. Потолок был украшен гирляндами огней, словно маленькими звёздами, по стенам тянулись ткани в серебристых и тёмно-синих оттенках, отражая свет прожекторов. В центре — танцпол, уже полный людей, смеха и блеска платьев. И почти сразу я почувствовала взгляды. Много взглядов. Сначала на меня — это было привычно. Изумрудное относительно открытое платье, высокая причёска, шпильки, уверенная походка. Люди оборачивались, перешёптывались, кто-то откровенно замирал. А потом их взгляд скользил к Кайлу. И вот тут в воздухе появлялось лёгкое удивление. Красивый — да. Но в школе его привыкли считать лузером. Тем самым тихим парнем, которого редко замечают… если рядом нет кого-то вроде меня. Я чуть крепче взяла его под руку, словно демонстративно показывая: сегодня он здесь со мной. Кайл нервно сглотнул. — Они все смотрят… — Потому что ты шикарно выглядишь, — спокойно ответила я. — Привыкай. У входа нас первой заметила Джессика. — Вау… Ро! — она окинула меня взглядом. — Ты выглядишь… вау. Просто вау. — Спасибо, Джесс, — усмехнулась я. Её взгляд метнулся к Кайлу, и на секунду на лице промелькнуло удивление. — Кайл… ты… эм… тоже отлично выглядишь. Он неловко кивнул. Анжела подошла следом, улыбаясь мягче всех. — Вы очень красиво смотритесь вместе, — искренне сказала она. — Спасибо, — ответил Кайл, и я заметила, как он немного выпрямился. Майк Ньютон появился почти сразу, с привычной самоуверенной улыбкой. — Ро, ты сегодня убиваешь, — присвистнул он. — Я даже начинаю ревновать. — Поздно, Майк, — хмыкнула я. — Очередь была вчера. Он рассмеялся, но взгляд снова задержался на Кайле — оценивающий, слегка недоумённый. А мне это  даже понравилось. Мы прошли дальше в зал, музыка становилась громче, свет ярче, вечер только начинался… и я увидела Калленов. Они, как всегда, выделялись даже в толпе нарядных людей. Спокойные, красивые как боги, будто вокруг них существовало отдельное пространство — красивее, дороже и увереннее. На секунду я даже замедлила шаг, разглядывая их со стороны. И каждый раз это ощущалось одинаково: словно смотришь не на одноклассников, а на идеально поставленную сцену. Розали выглядела как Афродита, сошедшая с Олимпа. На ней было нежно-розовое платье с перламутровым переливом, ткань мягко ловила свет и будто светилась изнутри. Рядом возвышался Эммет в костюме-тройке, который сидел на нём так идеально, будто его шили прямо по нему. Он выглядел довольным, уверенным и явно наслаждался вниманием окружающих. Пикси была в чёрном мини-платье с глубоким вырезом на спине. На первый взгляд платье казалось простым, но когда видишь его на Элис — понимаешь, что лучше выглядеть невозможно. Оно подчёркивало миниатюрную фигурку, открывало красивые ноги, а сама она двигалась так легко, будто музыка существовала только для неё. Ну а рядом стоял Джаспер. И я чуть не потекла. Богиии… он был в чёрных, чуть зауженных штанах, сверху — ИЗУМРУДНАЯ рубашка. Я убью Элис. Рукава были чуть закатаны, верхние пуговицы расстёгнуты, и он выглядел как мужчина… нет, как модель… нет, как актёр… корочеее… слишком. Просто слишком. И этот цвет — тот самый оттенок, которого у меня платье! Рядом с такими чувствуешь себя гадким утёнком. Вот! Хотя где-то глубоко внутри я понимала — сегодня я выгляжу не хуже. Просто рядом с ними всегда кажется, что играешь в другой лиге. — Пошли, познакомлю тебя, — проговорила я с улыбкой, уже направляясь в их сторону. — Что? Нет-нет, зачем? — испугался Кайл, почти остановившись. Я почувствовала, как он напрягся рядом, и мысленно усмехнулась. Конечно, для него это выглядело как добровольный поход в логово самых популярных людей школы. — Что значит зачем? Просто познакомлю. Давай, начинай уже врываться в школьную жизнь, и начнём мы с самых популярных людей в этой школе, — гордо вскинула подбородок я и чуть ли не силой потащила его за собой. Иногда людей нужно буквально вытаскивать из их зоны комфорта. И если честно — мне даже нравилось наблюдать, как он пытается не паниковать. — Лорен, так-то, тоже популярная… — испуганно проговорил он. — Лорен редкостная сука, а Каллены адекватные, — парировала я, даже не сбавляя шаг. И чем ближе мы подходили, тем отчётливее я чувствовала их внимание. Они заметили нас почти сразу. Розали первая скользнула взглядом — быстрым, оценивающим, чуть прищуренным. И одобрительно улыбнулась. Я даже внутренне выдохнула. Одобрение Розали — это почти официальное разрешение существовать. Эммет рядом с ней выглядел расслабленным, но уголок его губ дрогнул, будто происходящее его откровенно забавляло. Он явно уже придумал пару шуток на наш счёт. Элис улыбнулась — легко и тепло. Но сильнее всего я почувствовала взгляд Джаспера. Он стоял чуть в стороне, как обычно — спокойный, почти неподвижный. Сначала его глаза были рассеянными, будто он просто наблюдал за залом… а потом остановились на мне. И задержались. Взгляд медленно скользнул сверху вниз — от высокой причёски к оголённым плечам, линии спины, изгибу талии, разрезу платья. На лице появилась наглая ухмылка, и я чуть ли не физически чувствовала, как его взгляд скользит по моему телу. От этого по коже пробежали мурашки, совсем не связанные с температурой в зале. Его глаза на мгновение потемнели, хотя, возможно, мне показалось из-за игры света. Он точно не голодный и точно не раздражён… ну, я надеюсь. Значит, глаза темнеют не только по этим причинам. Надо будет обдумать. Затем — едва заметное напряжение в челюсти. Он моргнул, словно возвращаясь в реальность, но взгляд уже не отвёл. И почему-то именно это заставило сердце сбиться с ритма. Чёрт. Кайл рядом окончательно занервничал. — Они… точно не против? — тихо спросил он. — Уже поздно, — шепнула я с улыбкой. — Мы почти дошли. И через пару шагов мы остановились прямо перед Калленами. — Всем привет, хочу представить самого лучшего мужчину — Кайла, — с улыбкой проговорила я. — Кайл, это Розали, Эммет, Элис и Джаспер. Прошу любить и жаловать. — Приятно познакомиться, — смущённо проговорил Кайл, стараясь не смотреть на девушек. Я захихикала. Бедный, его сейчас закоротит. — Розали, ты просто богиня, выходи за меня замуж. Не ну правда, она была великолепна. — Эй! — недовольно выкрикнул Эммет и притянул Роуз ближе к себе. Я специально не обратила внимание. — Роуз, со мной ты будешь счастливее, я обещаю. Она засмеялась. — А как же я? — притворно расстроенно проговорила Элис. — И ты тоже, устроим тройничок и будем жить в полиаморных отношениях, — засмеялась я вместе с Элис и Розали. — Так, мне уже не смешно! — насупился Эммет. — Мелкота, тебе вообще рано о таком думать, — засмеялась я. Джаспер тихо усмехнулся, опустив взгляд, но я заметила — он наблюдает. Не за разговором. За мной. Дальше мы стояли и обсуждали, как украшен зал. Кайл ушёл принести мне напиток — эх, джентльмен. Я проводила его взглядом и поймала себя на странной гордости за него. — Припёрлись наконец-то, — услышала я шипение Роуз. Я обернулась и увидела Эдварда и Беллу. Она улыбалась, хоть и была с загипсованной ногой. Они подошли к нам. — Привет, — смущённо поздоровалась Белла. — Привет, красотка, ты выглядишь потрясающе, — улыбнулась я и обняла её. Эда я проигнорировала, хоть он и помог мне с Лорен, но осадок от разговора про Джаспера ещё остался. И, судя по его взгляду, он это прекрасно понимал. Эдвард мрачно посмотрел на Джаспера, потом снова на меня. Я ответила тем же и с вызовом смотрела на него. Джаспер это заметил, сжал челюсти и начал с угрозой смотреть на брата, но ничего не сказал. Воздух между ними будто стал тяжелее. Даже музыка на секунду ушла куда-то на задний план. Не знаю, сколько бы ещё мы играли в гляделки, но подошёл Кайл с напитком и протянул мне. — Кайл, познакомься, это Эдвард и Белла, — протянула я. Кайл неловко кивнул. — Так, детишки, вы как хотите, а я хочу танцевать. Кайл, пошли! — с улыбкой проговорила я, и он не успел опомниться, как я уже вывела его на танцпол. Музыка вибрировала в полу, свет переливался, люди смеялись, двигались, кружились — вечер наконец начал жить по-настоящему. Я поймала себя на мысли, что именно этого и хотела: шума, движения, лёгкости, чтобы ни о чём не думать. Мы танцевали, и я заметила, как на него прям-таки пялится подружка Дафни. Отлично! План вселенной работал без моего участия. — Кайл, это кто? — я кивнула на ту девочку. — Это Мэри, подруга Дафни, — быстро проговорил он. Так-так-так. — Пригласи её на медленный танец! — Что? — Не «что», а «кого». Пригласи Мэри на медленный танец, она с тебя глаз не сводит. Он нервно сглотнул. — Попробую… — смущённо проговорил он. Ого. Я думала, придётся уговаривать. Похоже, насмотрелся на Дерека и осмелел. Чему я была несказанно рада. Маленькие победы всегда греют сильнее всего. Танец закончился, я буквально отправила Кайла к Мэри лёгким толчком в спину, а сама пошла к Дереку, который подпирал стенку с видом человека, переживающего экзистенциальный кризис. — Потанцуем, красавчик? — подошла я с улыбкой. — Давай… — как-то грустно проговорил он, и мы вышли на танцпол. Я сразу почувствовала его напряжение — плечи зажаты, движения осторожные, будто он боялся сделать лишний вдох. — Так, ну и почему вы с Дафни подпираете противоположные стены? — спросила я. — Я хочу с ней потанцевать… но боюсь до тошноты. — Чего ты боишься? — Что отдавлю ей ноги, запнусь… да и вообще… Я едва не закатила глаза. — Тааак, отставить хандру. Со мной же ты сейчас танцуешь и пока ни разу не наступил мне на ногу, — улыбнулась я. — Ну с тобой проще, ты мне не нравишься. Ой! Я не это имел ввиду… Я рассмеялась. — Дерек, не переживай, я понимаю, что ты имел в виду. Ты нравишься Дафни, поверь уже в себя. Вон, посмотри. Я нашла взглядом Кайла и Мэри — они уже танцевали, неловко, но искренне улыбаясь друг другу. Моё сердце затрепетало от гордости и какого-то почти старшего сестринского счастья. — Кайл тоже боялся, но взял кое-что в кулак и пригласил Мэри. Смотри, как они улыбаются. Танец начал подходить к концу, я остановилась, но Дерек не убирал руку с моей талии. Он явно собирался спрятаться за ещё одним танцем. — Давай ещё один танец, и обещаю, что приглашу её, — проговорил он с мольбой. — Дерек, ну уж нет, сорви уже этот чёртов пластырь, — рассмеялась я. Он всё не отпускал. Я уже почти сдалась под его щенячий взгляд, как рядом появился Джаспер. — Могу я украсть Роксану на один танец? — проговорил он, смотря на Дерека. — Д-д-да, конечно, — тот сразу отступил. Я улыбнулась. — Дерек, это знак судьбы, иди к ней! — подмигнула я. Он ушёл, а я повернулась к Джасперу. — Спасибо. Он подал мне руку. Я вложила свою — и в следующую секунду он второй рукой резко притянул меня за талию к себе. Так близко, что я буквально прижалась к нему всем телом. Воздух будто стал теплее. — Джас? — Да? — А ты можешь послать Дереку уверенности? — А как же границы и их нарушения? — усмехнулся он. — Ой, ну сейчас это необходимо. Плюс я прошу всего капельку уверенности и всё, — гордо вздёрнула подбородок. И это было ошибкой. Я столкнулась с его золотыми глазами и просто утонула. Он смотрел долго, внимательно, будто пытался прочитать мысли. Взгляд стал мягче… и опаснее одновременно. Через мгновение он едва заметно кивнул. Я перевела взгляд и увидела, как Дерек уже ведёт на танцпол Дафни. И я окончательно расслабилась. Музыка сменилась — медленная, тягучая, будто зал внезапно решил выдохнуть вместе с нами. Джаспер чуть сильнее притянул меня, его ладонь уверенно легла на мою талию, холодные пальцы ощущались на голой спине. Вторая рука держала мою — аккуратно, почти по-джентльменски… но хватка была слишком уверенной, чтобы это можно было назвать просто вежливостью. Он двигался идеально. Спокойно. Плавно. Будто танец был чем-то естественным, как дыхание. Раздражающе естественным. — Ты сегодня опасна, — тихо сказал он. — Это комплимент или жалоба? — приподняла я бровь. — Предупреждение. Для окружающих. — А, ну тогда ладно. Я уж испугалась, что для тебя. — Для меня уже поздно, — невозмутимо ответил он. Я фыркнула. — А ты сегодня слишком самоуверенный. Он слегка наклонил голову. — Сегодня? — Не льсти себе, Хейл. Обычно ты хотя бы пытаешься притворяться скромным. Он наклонился ближе, и расстояние между нами стало почти неприличным. Я чувствовала холод его кожи и странное спокойствие, которое накатывало рядом с ним — подозрительно приятное. — Платье… — тихо произнёс он. — Очень… отвлекает. — Так и задумывалось, — прошептала я, не отводя взгляда. Его губы дрогнули. — Жестоко. — Это ещё цветочки. Мы кружились медленно, и каждый поворот заставлял платье скользить по ногам, а его рука уже совсем перестала притворяться осторожной. Пальцы лениво двигались по моей спине, иногда задерживаясь чуть дольше, чем нужно. Не нагло — но с явным намёком, что он прекрасно понимает, что делает. И хуже всего — я тоже. Он наклонился ближе. — Ну что, ведьма, расскажешь о своей силе? — голос стал ниже, насмешливее. Тёплое дыхание коснулось кожи, и блядские мурашки предательски пробежали вдоль позвоночника. Чёрт. Он это заметил — уголок его губ едва заметно дёрнулся. Конечно заметил. Я медленно подняла взгляд. — Значит, всё это… — я чуть кивнула на танец и на его руку, которая явно не собиралась держать дистанцию, — ради допроса? — Если бы это был допрос, — усмехнулся он, — ты бы уже призналась во всём и извинилась. — Никогда. — Я люблю вызовы. — А я люблю разочаровывать самоуверенных мужчин. — Тогда у нас идеальный вечер. Он повернул нас чуть резче, чем требовала музыка, и я оказалась почти вплотную к нему. Его ладонь уверенно легла ниже талии — не грубо, но так, будто отпускать он не планировал. И самое раздражающее — мне не хотелось, чтобы отпускал. — Ты слишком уверен в себе, Хейл, раздражает — тихо сказала я. — А ты слишком любишь секреты. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах, и на секунду танец будто исчез. Я медленно улыбнулась. — Кто сказал, что я буду рассказывать? Он прищурился. — Тогда зачем вообще намекать? — Потому что показывать интереснее. Я мягко развернула нас в танце, будто просто следуя музыке. На самом деле — выбирала угол. Дальний столик с напитками. Большая стеклянная миска с пуншем. Полутень. Никто не смотрит. Отлично. — Смотри, — тихо сказала я. Он сначала смотрел на меня. Потом проследил за взглядом. Я даже не двигалась. Только позволила силе внутри чуть сдвинуться — словно потянуть тонкую нить. Поверхность пунша дрогнула. Почти незаметно. По краю миски поползла тонкая ледяная корка. Лёгкий хруст. Узоры инея на стекле. Всего на пару секунд. Я отпустила магию — лёд растаял, будто ничего не произошло. Музыка продолжала играть. Никто ничего не заметил. Я повернула голову к нему. И впервые за всё время Джаспер действительно замер. Не играя. По-настоящему. Его взгляд резко вернулся ко мне — внимательный, тёмный, почти жадный. Пальцы на моей талии сжались сильнее. — Чёрт… — тихо выдохнул он. — Ты сейчас это сделала… в переполненном зале? Я невинно пожала плечом. — Я же говорила. Показывать интереснее. Он коротко усмехнулся, но улыбка стала живее. — Опасная ты женщина, Роксана. — Поздно отступать. — Я и не собирался. Он притянул меня ближе, чем позволял приличный медленный танец. — И знаешь, что самое плохое? — тихо добавил он. — Мне это чертовски нравится. Его пальцы лениво двигались по моей талии в такт музыке, будто он запоминал меня на ощупь. Я прищурилась. — Знаешь, ты сейчас смотришь так, будто пытаешься разобрать меня на детали. — Я и пытаюсь, — спокойно ответил он. — Ты слишком… неожиданная. — А ты слишком привык всё контролировать. Он тихо хмыкнул. — Это называется выживать. На секунду между нами повисла тишина. Я провела пальцами по лацкану его рубашки, будто поправляя ткань. — Вообще-то, — сказала я мягче, — я показала это не потому, что ты спросил. Он слегка приподнял бровь. — Тогда почему? Я встретилась с его глазами. — Потому что хочу, чтобы ты узнавал меня. Не ведьму. Не проблему. Меня. И… я хочу узнать тебя. Его рука едва заметно замерла. — Смелое заявление, — тихо сказал он. — Обычно люди хотят узнать, на что я способен. А не какой я. — Ну вот. Я странная. — Это я уже заметил. Мы сделали поворот, свет скользнул по его лицу, и взгляд стал мягче. — И что именно ты хочешь узнать, ведьма? Я задумчиво склонила голову. — Тебя. Что тебе нравится. Есть ли у тебя страхи. Каким ты был… до всего этого. Он тихо рассмеялся — впервые по-настоящему. — Опасные вопросы. — Личностные, — поправила я. Он покачал головой. — А ты понимаешь, что теперь моя очередь? — Конечно. Он наклонился ближе, почти касаясь губами моего уха. — Тогда я хочу узнать, Роксана… ты всегда такая смелая… или только со мной? Сердце предательски ускорилось, но я лишь улыбнулась, привстала на носочки и прошептала в ответ: — Всегда. Он тихо усмехнулся и притянул меня ещё ближе, хотя казалось — ближе уже невозможно. — Хорошо, — прошептал он. — Тогда давай договоримся. — О чём? — Сегодня без тайн, сил и монстров. Только ты… и я. Я посмотрела на него. — Договорились. Музыка постепенно стихла, последние ноты растворились в шуме голосов, смехе и звоне бокалов, и мы остановились почти одновременно, будто заранее договорились. Его рука всё ещё лежала у меня на талии — крепче, чем требовал танец, словно он просто… забыл её убрать. Или сделал вид, что забыл. Я, впрочем, тоже не спешила напоминать. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга — с той странной улыбкой, которая появляется после хорошего танца, когда оба понимают: вечер уже свернул куда-то совсем не туда, куда планировалось. Но потом я заметила, как его взгляд на секунду ушёл мне за плечо. Челюсть чуть напряглась. Пальцы на талии сжались сильнее. Я краем глаза обернулась — несколько парней неподалёку откровенно рассматривали меня, даже не пытаясь скрываться. Шёпот, усмешки, классические подростковые попытки выглядеть крутыми. И только сейчас до меня дошло — он это не просто видит. Он это чувствует. Раздражение. Интерес. Похоть. Зависть. Всё это словно стекалось к нему со всех сторон. Его плечи едва заметно напряглись. — Я сейчас вернусь, — тихо сказал он, и голос стал ниже. — Не двигайся. Я прищурилась. — Это приказ? Мне уже начинать возмущаться? Уголок его губ дернулся. — Пока что просьба. — Ммм. Разочаровывающе вежливо. Он исчез в толпе быстрее, чем я успела добавить ещё одну колкость. Я проводила его взглядом… и только потом поймала себя на том, что улыбаюсь как идиотка. Отлично. Просто прекрасно, Ро. Ещё немного — и начнёшь вздыхать. Через пару минут он вернулся с двумя стаканами. — Пунш. Без экспериментов, — протянул он, подозрительно щурясь. Я невинно пожала плечами. — Я вообще символ благоразумия. — Я видел лёд в миске пять минут назад. — Галлюцинации. Нужно меньше общаться с ведьмами. Он тихо хмыкнул, но взгляд снова скользнул по залу — быстро, цепко. Проверил обстановку. Убедился, что всё спокойно. Только после этого снова сосредоточился на мне. — Пойдём отсюда? — сказал он. Я удивлённо подняла брови. — Что, Хейл, сбегаешь с бала? Я думала, вы, вампиры, любите драматичные сцены. Он наклонился чуть ближе. — Предпочитаю места, где можно слышать собеседника… и где на тебя смотрят не все сразу. Я снова оглянулась. Теперь взгляды действительно бросались в глаза — любопытные, оценивающие, откровенно сплетнические. И странно… рядом с ним это вдруг перестало раздражать. — Ладно, — улыбнулась я. — Побег звучит как отличный план. Мы вышли через боковые двери. Прохладный вечерний воздух сразу остудил кожу, музыка осталась позади приглушённым гулом. Пахло влажной травой и весной, фонари мягко освещали дорожку. Мы пошли вдоль школьного двора. Он держал стакан в одной руке, другой иногда касался моей спины, направляя — почти машинально. Уверенно. Привычно. Как будто делал это уже давно. Несколько шагов мы шли молча. И это молчание было… уютным. — Ну, — сказал он наконец, — ты хотела узнать меня как личность. Начинай допрос. — О, отлично, — усмехнулась я. — У меня список из сорока пунктов. — Я начинаю жалеть, что вышел. — Поздно. Я сделала глоток пунша и покосилась на него. — Ладно, честно. Тебя же что-то во мне смущает. Он усмехнулся. — Смущает — мягко сказано. — Великолепно. Продолжай, я морально готова. Он повернул голову ко мне. — Ты знаешь, кто я. Понимаешь, на что я способен. И при этом разговариваешь со мной так, будто я просто парень с соседней парты. — А ты хотел, чтобы я визжала и просила автограф? — Обычно люди выбирают либо страх… либо восхищение. Я фыркнула. — Ну извини, у ведьм иммунитет к драматичным красавчикам. Он тихо рассмеялся. — Вот это как раз и странно. Ты не боишься. Но и не пытаешься меня впечатлить. — А зачем? — пожала плечами я. — Ты и так впечатляющий. Соревноваться было бы нечестно. Он бросил быстрый взгляд — и в глазах мелькнуло удивление. — Большинство людей рядом со мной начинают вести себя иначе. — Потому что ты давишь, — спокойно сказала я. Он остановился. — Давлю? — Энергией. Контролем. Ты входишь — и комната перестраивается. Люди это чувствуют. Он пару секунд молчал. — А ты? Я пожала плечами. — А я привыкла к странным существам. — Очень утешительно. Мы снова пошли вперёд. — Теперь моя очередь, — сказала я. — Почему ты эмоционально закрытый? Он приподнял бровь. — Без разогрева? — Я не люблю прелюдии в разговорах. — Смелое заявление, ведьма. Я усмехнулась. Он выдохнул. — Потому что эмоции — это хаос. — А жизнь — нет? — Нет, если держать её под контролем. Я покачала головой. — Ты звучишь как человек, который однажды очень сильно обжёгся. Он промолчал. — Ты всё время держишь дистанцию, — добавила я мягче. Он посмотрел на меня. — А ты всё время её сокращаешь. — Потому что иначе скучно жить. На его лице появилась почти настоящая улыбка. — Ты опасна. — Да-да, ты уже говорил. Запиши где-нибудь. Он сделал шаг ближе, теперь мы шли плечом к плечу. — Знаешь, что ещё странно? Ты не пытаешься мне понравиться. Я фыркнула. — Ошибаешься. Просто я делаю это не как все. — И как же? Я повернулась к нему. — Разговариваю с тобой как с человеком, а не школьной легендой. Он на секунду замер. — Это… непривычно. — А мне непривычно видеть вампира, который выглядит так, будто несёт на плечах весь мир. Он тихо усмехнулся. — Возможно, мы оба друг другу немного неудобны. — Поэтому и интересно. Он посмотрел на меня чуть дольше. — Ведьма… — М? — Ты понимаешь, что чем больше мы разговариваем, тем меньше мне хочется возвращаться обратно? Я улыбнулась. — Отлично. Значит разговор работает. Мы шли дальше, и спустя пару шагов он вдруг сказал тише: — Мне сложно долго находиться среди людей. Я нахмурилась. — В смысле? Ты же буквально живёшь среди них. Он провёл рукой по затылку. — Я эмпат. Я чувствую всё — страх, нервозность, желание, злость. Представь комнату, где одновременно говорят сотни голосов, и ты не можешь их выключить. Я замедлила шаг. — Поэтому ты всегда стоишь чуть в стороне… Он кивнул. — Бал — худшее место из возможных. Я усмехнулась. — И поэтому тебя раздражали те парни? Он посмотрел искоса. — Я бы сказал… они были чрезмерно шумными эмоционально. — Перевожу: ревность, мистер Хейл? — Констатация факта, ведьма. Мы прошли ещё несколько шагов, и я всё-таки спросила: — Тогда почему ты вообще со мной разговариваешь? Он остановился. — Серьёзно. Я ведьма, у меня сложные отношения с твоей семьёй, я язвлю и явно не самый удобный человек. Он смотрел долго. — Именно поэтому. — Боже, как информативно. Он тихо выдохнул. — Большинство людей предсказуемы. Их эмоции я знаю заранее. С тобой… иначе. — Потому что я хаос? — Потому что ты настоящая, — спокойно сказал он. Я отвела взгляд. — И ты думаешь, что знаешь меня, — добавил он. — А разве нет? Уголок его губ дрогнул. — Ты знаешь самую безопасную часть. Пауза. — Эдвард сказал бы, что ты ещё не представляешь, каким монстром я могу быть. Я пожала плечами. — Захочешь — расскажешь. Не захочешь — значит, не время. Он явно ожидал другой реакции. — И всё? Без драматического шага назад? — Джаспер, я ведьма. У меня список знакомых — отдельный хоррор-фестиваль. Он тихо рассмеялся, и в этом смехе было облегчение. Мы снова пошли рядом, почти касаясь плечами. Его рука на мгновение легла мне на спину — уже не направляя. Просто… оставаясь там. — Знаешь, что самое странное? — сказал он тихо. — М? — Рядом с тобой становится тише. Я замерла. Для эмпата это звучало почти как признание. Сердце неприятно сжалось. Опасно. Очень. Я смотрела вперёд, стараясь не думать о том, как естественно мы идём рядом, как легко смеёмся, как не хочется, чтобы эта прогулка заканчивалась. Плохая идея, Ро. Очень плохая. — Нам, наверное, стоит вернуться, — сказала я тихо. Он посмотрел так, будто понял больше, чем я сказала. — Наверное. Но ни один из нас сразу не сделал шаг к дверям.