Четвёртая попытка жить

Я проснулась от того, что солнце безжалостно светило прямо в глаза. Поворчала, уткнулась лицом в подушку и попыталась снова провалиться в сон, но судьба, видимо, решила иначе — как ураган в комнату влетела Реджина. — Проснись и пой! — закричала она так бодро, будто уже прожила маленькую счастливую жизнь этим утром. — Скоро приедут ребята, и мы пойдём гулять, колдовать, развлекаться и отмечать, что наконец-то увиделись все вместе! — Боги, Редж, дай хотя бы глаза открыть… — проворчала я, натягивая одеяло на голову. — Давай-давай, иди в душ. И спускайся завтракать! — и так же стремительно исчезла вниз по лестнице. Я тяжело выдохнула. Мдааа… я уже и забыла, какая Реджина активная. Всё-таки ведьма огня — ей, наверное, по должности положено быть ходячим источником энергии и хаоса с самого утра. Я медленно потянулась, ощущая приятную ломоту в теле после бессонной недели, и поплелась в душ. Прохладная вода окончательно разбудила, смывая остатки сна, а вместе с ними — и мысли. Неделю назад. С бала прошла целая неделя. Ни с кем из Калленов или Хейлов я больше не пересекалась. Ни случайных встреч, ни разговоров. И Джаспер… просто исчез. Будто той прогулки не было. Будто мы не разговаривали почти до полуночи. Будто он не смотрел на меня так, словно действительно видел. Может, я его спугнула? Может, сказала слишком много. Или наоборот — слишком мало. А может… он просто сделал то, что делают хищники: подошёл, изучил, понял, что я не представляю угрозы — и потерял интерес. Или хуже. Понял, что я начинаю к нему привязываться. Я поморщилась. — Отлично, Ро. Привязываться к вампирам — великолепный жизненный план. Просто гениально. Фыркнула сама себе и начала собираться. В любом случае, через пару дней я улетаю в Новый Орлеан на всё лето. Там живёт Реджина, туда же должны приехать Дориан с Морвеной и Майкл. Мы слишком давно не собирались все вместе, и одна мысль об этом грела. Я правда соскучилась. Мы уже договорились: путешествие по южным штатам, слухи, кланы, старые связи, попытки разузнать что-нибудь о Марии и её загадочном майоре. Настоящее приключение. Белла всё время проводила с Эдвардом. И, если честно, я её понимала. Он мне, конечно, не нравился — но, к счастью, встречалась с ним не я. И слава богам. Я уже почти спустилась вниз, когда внезапно поймала себя на мысли — а ведь я уеду… и просто исчезну. Не попрощавшись. С другой стороны, и они не общаются со мной. В целом мне всё равно… должно быть всё равно. Но вот с Хейлом и Мелкотой я бы всё-таки хотела увидеться. Странно кольнуло внутри — тихо, почти незаметно, но неприятно. Как будто разговор оборвался на середине. — Ну уж нет, — пробормотала я, сама не понимая, кому именно это говорю — себе или судьбе. Через час, после завтрака и бесконечных рассказов Реджины по телефону о том, как нам будет весело, сколько всего мы успеем и как она уже распланировала половину лета, я всё-таки выбралась в город за кофе. Мне нужен был воздух. И тишина. Хотя бы на пару минут. Город жил своей обычной жизнью — машины, редкие прохожие, запах свежей выпечки из соседней пекарни. И, конечно же, судьба решила не тянуть. Я заметила их у парковки возле кафе. Сначала — Элис. Её невозможно было не заметить: лёгкая, живая, будто вокруг неё воздух двигался быстрее. Рядом стоял Эммет, активно жестикулируя, словно пересказывал боевик с собственным участием. Чуть поодаль — Розали, идеально спокойная и настолько безупречная, что рядом с ней хотелось проверить, не помялась ли у тебя реальность. Сердце почему-то сделало лишний удар. Глупо. Очень глупо. Отступать было поздно — Элис первой меня увидела и буквально просияла. — Ро! Ну всё. Побег официально отменён. Я улыбнулась и подошла ближе. — Привет. Не ожидала встретить вас днём среди простых смертных. Эммет усмехнулся: — Иногда выгуливаемся. Надо поддерживать легенду “мы обычные подростки”. — Получается? — скептически приподняла я бровь. — Абсолютно нет, — честно ответил он. Я тихо рассмеялась, и разговор неожиданно сразу стал лёгким — бал, школа, какие-то мелочи, которые обычно ни о чём, но создают ощущение нормальности. Я ловила себя на том, что невольно ищу взглядом ещё одного человека. И каждый раз делала вид, что просто смотрю по сторонам. — Кстати, — сказала я между делом, делая глоток кофе, — я скоро уезжаю. Элис сразу стала внимательнее. — Надолго? — На всё лето. К друзьям. Будем кататься по штатам, устраивать хаос, возможно — случайно влипать в неприятности. — “Случайно”, — фыркнул Эммет. — Верим. — Эй, я очень ответственная, — возмутилась я. — Иногда. Я специально не уточнила где именно. На секунду повисла пауза, но не тяжёлая — скорее любопытная. — И когда вернёшься? — спросил Эммет. Я пожала плечами. — Двенадцатого августа уже буду в Форксе. Надо же иногда делать вид, что я примерная ученица. — Значит, почти всё лето тебя не будет… — задумчиво сказала Элис. — Угу. — Я сделала ещё глоток кофе и, сама не понимая зачем, добавила: — Десятого августа отпраздную день рождения с ними. Давно все вместе не собирались. — День рождения в дороге? — оживился Эммет. — Это звучит как незаконно весёлая вечеринка. — Скорее как плохие решения и ещё худшая музыка, — усмехнулась я. Розали до этого молчала, но теперь чуть прищурилась. — Ты вообще умеешь сидеть на месте? Я задумалась на секунду. — Теоретически — да. Практически — редко. — Похоже на правду, — хмыкнул Эммет. — Иногда проще уйти первой, — добавила я уже тише, но тут же улыбнулась. — Меньше драматичных прощаний. — Мы драму любим, — заявил он. — Особенно чужую. — Я заметила. Элис шагнула ближе, улыбаясь мягко, но уже без прежней задумчивости. — Мы будем ждать, когда ты вернёшься. — Ну как минимум мне надо закончить школу, так что девяносто процентов, что я вернусь, — засмеялась я. — Девяносто? — прищурился Эммет. — А где остальные десять? — Это запас на внезапные приключения, — невозмутимо ответила я. Он одобрительно кивнул. — Уважаю. Он кивнул на мой стакан: — Только вернись с нормальным кофе. Форкс страдает. — Я спасу вас от кофейного апокалипсиса, — торжественно пообещала я. Розали наблюдала за мной внимательно, но без прежней холодности — скорее с тихим интересом. А Элис выглядела так, будто знает какую-то шутку наперёд и просто ждёт момента. — Ладно, — сказала я, делая последний глоток. — Кофе получен, миссия выполнена. Пойду собирать вещи. Увидимся, когда увидимся. — Мы это запомним, — усмехнулся Эммет. Я махнула рукой и развернулась, чувствуя их взгляды спиной. Несколько шагов — и стало легче дышать. Вот и всё, — подумала я. — Почти попрощалась. Но странное чувство всё равно осталось. Будто разговор ещё не закончился. Чемодан лежал раскрытый посреди комнаты, будто обвинял меня в драматичности. Я сидела рядом и уже в третий раз перекладывала одни и те же вещи. Стук в дверь. Я даже глаза закатила заранее. Открыла. Джаспер стоял, опершись плечом о косяк, будто пришёл не выяснять отношения, а на дружеский визит. В руках — бумажный стаканчик кофе. — Я подумал, — сказал он спокойно, — ты либо собираешь чемодан, либо уничтожаешь дом. На всякий случай принёс кофе. Я моргнула. — Ты неделю игнорировал меня и теперь пришёл с латте? — Американо, — невозмутимо поправил он. — Я тебя уважаю. Я попыталась сохранить серьёзное лицо, но уголок губ предательски дёрнулся. — Ты невозможный. — Зато предсказуемо невозможный. Можно войти? Я отступила. Он прошёл внутрь, огляделся и сразу заметил чемодан. — Ого. Ты правда уезжаешь. Я думал, это эмоциональная угроза. — Иногда люди делают вещи, Джаспер. — Да, я слышал. Удивительная концепция. Он поднялся следом за мной наверх, остановился у двери и присвистнул. — Серьёзно? Ты берёшь шесть свитеров, летом? — Я ведьма, я мёрзну концептуально. — Нет, ты драматизируешь концептуально. Я бросила в него носок. Он поймал его, даже не глядя. — Видишь? Опасная женщина. — Я вампир, Ро. Носок меня не сломает. Я фыркнула. Он поставил кофе на стол и сел на край кровати, совершенно по-домашнему. — Ладно, — сказал он. — Я пришёл заключить мирный договор. — Мы воевали? — Судя по тому, как ты на меня смотришь — да. И я проигрываю. — Возможно, потому что ты исчез. Он поднял руки. — Виновен. Но у меня уважительная причина. — Какая же? Он ухмыльнулся. — Я пытался решить, хочу ли держаться от тебя подальше. Я прищурилась. — И? — Провёл эксперимент. Неделя без Роксаны. Он сделал паузу. — Результат: скучно. Я невольно рассмеялась. — Это самая странная попытка извинения. — Это не извинение. Это вывод исследования. Он наклонился чуть ближе, заговорщически: — И я решил, что дружить с тобой безопаснее, чем делать вид, что мне всё равно. — Безопаснее? — подняла я бровь. — Ну… относительно. Ты всё ещё можешь заморозить дом. — Откуда ты...?? — То есть это было? - засмеялся он. — Один раз!!! — Один раз — уже статистика. Я толкнула его плечом, и он театрально покачнулся. — Насилие! Я только начал быть хорошим другом. — Ты? Хорошим? — Я весёлый, умный и приношу кофе. Это максимум, на который способен вампир моего возраста. Я посмотрела на него внимательнее. Он действительно выглядел легче. Без той внутренней стены. Глаза живые, с искрами смеха. — Ты правда решил просто… дружить? Он пожал плечами. — Я устал всё анализировать. Тишина стала мягкой. Опасно мягкой. Я первой отвела взгляд. — Ну… тогда тебе придётся терпеть мой характер. — Я уже пережил Эммета. Я готов ко всему. — Это было оскорбление? — Это была оценка риска. Мы одновременно рассмеялись. Он встал, направляясь к двери, потом обернулся: — Кстати. Двенадцатого августа я встречаю тебя из аэропорта. — Это вопрос? — Нет. — А если я возражаю? Он ухмыльнулся — той самой уверенной, чуть хищной улыбкой. — Возражения не принимаются. Я уже решил быть хорошим другом. Он подмигнул, развернулся и вышел. Дверь закрылась. Я посмотрела на кофе, потом на чемодан. — Отлично… — пробормотала я. — Теперь он ещё и обаятельный. Это подозрительно. Наши дни Выйдя из душа, я спустилась на первый этаж, где Реджина уже расставляла тарелки. На кухне пахло кофе и чем-то сладким — она всегда умудрялась создать ощущение уюта, даже ничего особо не делая. Солнечный свет падал через большие окна, ложась на стол золотыми пятнами, и на секунду всё выглядело слишком спокойно, почти по-домашнему. — Ну и что у нас по планам? — с улыбкой проговорила я, проводя рукой по ещё влажным волосам. — Звонил Дориан, они с Морвеной уже пересеклись с Майклом и будут у нас через час. Так как сегодня солнечно, мы с тобой и Хиппи отправимся по магазинам, перемоем кости всему мужскому полу, а вечером уже с ребятами пойдем в бар, — она проговорила это настолько серьёзно, будто зачитывала стратегию военной операции, что я засмеялась в голос. — Тебя снова кто-то обидел из мужского пола? — Нет, просто они все не достойны! — гордо сказала Реджина, вскинув подбородок. — Хорошо, хорошо, за мужененавистничество! — я подняла кружку с кофе, как тост. Она чекнулась со мной своей кружкой, и мы уже смеялись обе в голос. Я пошла одеваться, а Реджина убиралась на кухне. И сама не заметила, как остановилась в дверях и просто смотрела на неё. Реджина всегда казалась чем-то невозможным. Шоколадная кожа тёплого, глубокого оттенка будто впитывала свет, а длинные рыжие кудри — яркие, живые, почти огненные — рассыпались по плечам беспорядочной волной. На первый взгляд это сочетание казалось несовместимым: тёмная кожа и такое дерзкое пламя волос. Но именно поэтому она выглядела так… нереально. Словно существо, случайно оказавшееся среди людей. Карие глаза всегда горели — не метафорически, а буквально. В них было движение, искры, вечная готовность вспыхнуть смехом или яростью. Реджина и правда была как её стихия: необузданная, горячая, живая. Она согревала тех, кого любила, укрывала, защищала, дарила ощущение дома. И сжигала дотла любого, кто осмеливался причинить боль ей или её близким. Иногда я ловила себя на мысли, что даже моя магия вряд ли смогла бы полностью остудить её огонь. Наверное, именно поэтому нам повезло считать друг друга семьёй. В ином случае мы бы, скорее всего, давно разнесли полмира, столкнувшись характерами. И самое забавное — внешне мы были полными противоположностями. Рядом с ней я выглядела почти холодной. Светлые, длинные волосы спадали ниже лопаток шелком, без намёка на бунт. Зелёные глаза — спокойные, внимательные, слишком наблюдательные, как говорила Редж. Я была чуть выше неё — около ста семидесяти пяти сантиметров — и казалась более вытянутой, собранной, будто созданной из линий и тишины, тогда как она состояла из движения и пламени. Где она — хаос и смех, где я — пауза и контроль. Где она вспыхивала, я остывала. И, наверное, именно поэтому мы идеально уравновешивали друг друга. За мыслями я не заметила, как улыбаюсь. — Ты чего? — недоверчиво посмотрела на меня Редж. — Просто задумалась… насколько сильно я тебя люблю и рада, что ты у меня есть. Все вы, — улыбнулась я. Она прищурилась. — Ты чё, умираешь? — Ой блять, иди ты, я тебе в любви признаюсь, — наигранно обиженно проговорила я. — Ахахах, я тебя тоже люблю, красотка, но давай без соплей. Форкс и дружба с человеком явно не пошли тебе на пользу. Я засмеялась в голос. — Ой блять, всё, больше не дождёшься. И со смехом пошла собираться. Через час, как по часам, приехали ребята… Без Морвены… Я спускалась вниз, уже слыша знакомые голоса, и увидела, как Редж напрыгивает на них с объятиями, едва они успели переступить порог. Она всегда встречала своих так, будто не видела их годами, даже если прошло всего пару дней. — А наша Хиппи как обычно пошла здороваться с природой? — улыбнулась я, опираясь плечом о перила. — Ну вы же её знаете, сначала деревья, потом мы, — улыбнулся Дориан и шагнул ко мне, крепко обнимая. Я уткнулась ему в грудь и обняла в ответ. От него пахло чернилами, старой бумагой и ладаном — запах, который почему-то всегда успокаивал. Будто рядом с ним время замедлялось. Дориан был выше меня, широкоплечий, с каштановыми волосами до плеч, которые мягкими волнами ложились на ворот рубашки. Он никогда не выглядел современным — скорее человеком, случайно потерявшимся между веками. В его движениях была какая-то врождённая сдержанность, почти аристократическая. Тонкие пальцы, привычка слегка наклонять голову, когда слушает, внимательный взгляд красных глаз — всё в нём напоминало портрет из XIX века, сошедший с холста и решивший остаться среди нас. Он не был накачанным, как Эммет, но в нём чувствовалась сила — спокойная, выносливая, почти упрямая. Надёжная. Такая, на которую можно опереться и знать, что тебя удержат. Я поймала себя на мысли, что всегда чуть дольше задерживаюсь в его объятиях, чем нужно. — Так, всё, хватит обнимать нашу Герду, я тоже хочу, — проговорил Майкл, бесцеремонно отодвигая Дориана. Герда… это ко мне приклеилось после того случая, когда я потеряла контроль и заморозила весь наш дом, превратив его в настоящий ледяной дворец. Герда, конечно, не была волшебницей, но, как тогда заявил Майкл, для Снежной королевы я слишком тёплая и слишком раздражающая, поэтому — Герда. И, к сожалению, прозвище прижилось. Я вспомнила это и рассмеялась, шагнув в его объятия. Майкл сразу поднял меня на руки и закружил, как будто я ничего не весила. С Майклом я всегда была ближе, чем с кем-либо ещё. Он был мне одновременно братом, напарником, вечной проблемой и человеком, который первым вставал рядом, если становилось по-настоящему тяжело. Иногда казалось, что он — мой личный хаос, но именно тот хаос, без которого жизнь теряет вкус. Он был самым молодым из нас — обращённым во времена расцвета панк-рока в Англии — и, кажется, так из той эпохи и не вышел. Настоящие ярко-красные волосы, не рыжие, а именно алые, будто их специально выкрасили назло всему миру. Хотя так и было. Высокий, заметно более накачанный, чем Дориан, с резкими чертами лица и вечной дерзкой улыбкой, которая появлялась даже тогда, когда ситуация вообще не располагала к веселью. В нём всегда бурлила энергия — он не стоял на месте, не молчал долго и не думал прежде, чем сказать. Панком был обращён — панком и остался. И, честно говоря, мы бы его другим и не приняли. — Я скучал, Герда, — сказал он, наконец поставив меня на пол. — Ты врёшь, ты просто хотел кого-нибудь покрутить, — фыркнула я. — Одно другому не мешает. Реджина, сложив руки на груди, прищурилась: — Так… а где Морвена? На секунду повисла пауза. Дориан переглянулся с Майклом. — Она… задержится, — осторожно сказал он. — Задержится — это как? — спросила я уже тише. Майкл почесал затылок, впервые за всё время выглядя чуть менее самоуверенным. — Скажем так… она встретила очень интересный лес. И решила, что нам лучше ехать вперёд, пока она “почувствует энергию места”. Редж закатила глаза. — Конечно. Кто бы сомневался. Я невольно улыбнулась. Это действительно была Морвена — исчезнуть ради разговора с мхом или древним дубом и искренне считать это срочным делом. — Значит, появится внезапно и драматично, — сказала я. — Сто процентов, — кивнул Майкл. — Скорее всего прямо в баре. И напугает официанта. — Тогда вечер обещает быть идеальным, — усмехнулась Реджина. — Ну что, народ, кто голодный? Для вас товарищи вампиры, припосена первая отрицательная — Я всегда голодный, — заявил Майкл. — Это потому что у тебя эмоциональная пустота внутри, — невозмутимо сказал Дориан. — Нет, это потому что я нормальный. Мы все рассмеялись, а Дориан что-то недовольно пробурчал.