Четвёртая попытка жить

Не успела я отстегнуть ремень безопасности, как Хейл уже обходил машину и открывал мне дверь, протягивая руку. Я вложила свою ладонь в его и проговорила: — Да вы джентльмен, мистер Хейл, благодарю. И снова этот блядский разряд. Короткий, резкий, как статическое электричество — только почему-то не в коже, а где-то глубже. Я мгновенно сделала вид, что ничего не почувствовала. Он задержал взгляд на секунду дольше обычного. Конечно почувствовал. Конечно понял. И, к счастью, ничего не сказал. Иногда молчание — высшая форма такта. Кто бы мог подумать, что у Джаспера Хейла он вообще существует. — Раз уж тебе так нравится называть меня по фамилии, — сказал он, — называй настоящей. — Хейл не твоя фамилия? — удивилась я. Он чуть склонил голову. — Нет. Моя настоящая фамилия — Уитлок. Джаспер Уитлок, мэм. Южный акцент лёг на слова лениво и опасно. Я мысленно застонала. Господи, да он же специально. — Во-первых, Уит-лок, — произнесла я по слогам, — перестань ковыряться в моих эмоциях. — Я не ковыряюсь. Я чувствую. Разница есть. — Для меня — никакой. Я улыбнулась. — А фамилия… да. Красивее. И тебе подходит. Намного больше, чем Хейл. Он прищурился, будто отметил что-то для себя. Я открыла дверь дома: — Прошу в мою обитель, мистер Уитлок. Он вошёл, оглядываясь спокойно, внимательно — как солдат, автоматически оценивающий пространство. — Всё так же уютно, — сказал он. — Это потому что тут никто не сверкает идеальной кожей и не портит самооценку окружающим, — бросила я, скидывая обувь. Он усмехнулся. Я поставила сумку, потом щёлкнула пальцами, вспомнив: — А, кстати. У меня для тебя подарок. Он остановился. Медленно повернулся. — …Подарок? — в голосе прозвучало холодное удивление. Настоящее. — Да. Не делай такое лицо, будто я сейчас достану топор. Он скрестил руки. — Роксана. У тебя был день рождения. Это я должен что-то подарить. Я закатила глаза. — Расслабься, ковбой, мы в 21 веке. Он тихо фыркнул, но взгляд стал внимательнее. Я протянула коробочку. Он взял её осторожно, словно ожидал подвоха. Открыл. Серебряное кольцо мягко блеснуло в свете. Чёрнение подчёркивало орнамент — старый, почти ведьмовской. Джаспер несколько секунд просто смотрел. — …Это шутка? — наконец спросил он и посмотрел на меня приподнимая бровь. — Нет. — Ты уверена, что правильно понимаешь символизм дарения колец? — Господи, Уитлок, если бы я делала предложение, тут была бы речь, свечи и алкоголь. Он медленно выдохнул, но уголок губ всё же дёрнулся. — Тогда объясни, ведьма. Я скрестила руки. — Оно заговорённое. Пока оно на тебе — на пальце, на шее, где угодно — никто не сможет читать твои мысли. Он сразу перестал улыбаться. — Никто? — Никто. — Эдвард? — Мимо. Он поднял взгляд. — …Аро? Я чуть наклонила голову. — Даже Аро Вольтури. Тишина стала тяжёлой. Я буквально увидела, как внутри него что-то остановилось. Он снова посмотрел на кольцо — уже совсем иначе. Без иронии. Будто это больше не украшение, а оружие. Или… щит. — Ты понимаешь, что это значит для меня? — тихо спросил он. — Да, — спокойно ответила я. — Поэтому и подарила. Он долго молчал. Слишком долго для того, кто обычно контролирует эмоции до миллиметра. В комнате стало непривычно тихо — даже холодильник перестал гудеть, или мне просто так казалось. — Это… — он усмехнулся коротко, почти неверяще, — самый странный способ сказать «я тебе доверяю», который я когда-либо видел. — Я ведьма. У нас всё через магию и лёгкий психоз. Он чуть наклонил голову, и взгляд снова стал холоднее, глубже — словно он резко вспомнил, кем является на самом деле. — А ты уверена, что мне можно доверять? Ты ничего обо мне не знаешь. И вот он — тот самый Джаспер. Отстранённый. Закрытый. Опасный. Не тот, который смеётся в машине, а тот, от которого у других вампиров инстинктивно напрягаются плечи. Я пожала плечами. — Ну ты из Техаса, тебе сто сорок восемь лет, твоя фамилия Уитлок и ты супер бесячий. Но на удивление мне с тобой комфортно и интересно. В целом остальное меня не интересует. Я даже не успела моргнуть. Он подлетел ко мне на вампирской скорости. Воздух дёрнулся, пространство схлопнулось — и он уже стоял слишком близко. Его глаза потемнели, почти почернели. — Роксана, ты пожалеешь, что подарила мне это кольцо, когда узнаешь, кем я был. Страх ударил мгновенно. Чистый, животный. Тело вспомнило, что передо мной хищник. Очень древний хищник. Но я упрямо вдохнула, заставляя себя не отступать. Он хотел напугать. И да — у него получилось. Но я слишком устала бояться. Я вздёрнула подбородок. — Может и пожалею. Но это будут только мои проблемы. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Тишина между нами стала натянутой, как струна. Потом он медленно покачал головой и отступил на шаг. Напряжение ослабло, будто кто-то отпустил невидимую хватку. — Ты прилетаешь после двух месяцев с вампирами, пишешь мне пьяные признания, даришь зачарованное кольцо… — он поднял бровь. — Ты медленно разрушаешь моё эмоциональное равновесие? — Я стараюсь действовать постепенно, — невинно ответила я. Он тихо рассмеялся — тем самым низким смехом, от которого внутри становилось слишком тепло. Потом неожиданно серьёзно спросил: — Почему именно мне? Я пожала плечами, стараясь выглядеть беспечно. — Позлить Хмурого, плюс у нас с тобой договор, а я не хочу, чтобы Эд что-то узнал из твоих мыслей, так что считай — я просто обезопасила себя. Я ухмыльнулась. Я врала. И отчаянно это скрывала. Я сама не до конца понимала, зачем сделала это. Хотя нет — понимала. Он мне нравился. Не просто как союзник. Не просто как интересный собеседник. Мне нравилось, как он смотрит, как язвит, как пытается держать дистанцию и каждый раз чуть-чуть её теряет. Когда-то я тоже ничего не знала о Реджине, Морвене, Дориане, Майкле. А теперь без них не представляла жизнь. Иногда доверие начинается раньше логики. Он смотрел на меня долго. Очень внимательно. Я почти физически ощущала, как он проверяет каждую эмоцию, каждое колебание. И вдруг тихо сказал: — Ты ужасно врёшь. Я замерла. — Спасибо, очень поддерживающе. Он сделал снова шаг ближе — уже медленно, по-человечески. — Ты говоришь, что это ради безопасности… — его голос стал мягче. — Но страх я не чувствую. Пауза. — Зато чувствую другое. Сердце предательски ускорилось. — Не продолжай, — пробормотала я. — Мне и так неловко. Уголок его губ дрогнул. — Поздно, ведьма. Знаешь, что самое опасное? — тихо сказал он. — Что? — Ты ведёшь себя так, будто я… безопасен. Я усмехнулась, хотя голос стал тише: — А ты ведёшь себя так, будто очень стараешься меня в этом разубедить. Он замолчал. — Это кольцо, — сказал он наконец, — не просто защита. Это доверие. А я давно перестал его получать. Я пожала плечами, пытаясь разрядить момент: — Ну привыкай. Я вообще склонна к плохим решениям. Он тихо выдохнул — почти улыбнулся. — Тогда, Роксана… боюсь, я начинаю становиться одним из них. И в этой фразе было куда больше тепла, чем он собирался показать. Он надел кольцо, и оно идеально сидело и подходило под его образ, я улыбнулась. Серебро с тёмным чернением легло на его палец так естественно, будто всегда там было. Не украшение — часть него. Сдержанное, холодное, опасно красивое. Как и он сам. Он медленно повернул руку, рассматривая его под светом лампы. Металл чуть блеснул, линии орнамента ожили, будто реагируя на его энергию. На секунду мне даже показалось, что магия тихо откликнулась — признала владельца. Не просто приняла — согласилась. Он посмотрел на меня вопросительным взглядом. — Ну я боялась, что оно не подойдёт, не хотела ничего вычурного, хотела, чтобы оно не бросалось в глаза, но при этом было красивое и подходило под твой стиль, — протороторила я. — И как будто угадала. Блять. Снова этот предательский жар в щеках. Да что за хуйня вообще происходит. Мне сто пять лет, я пережила войну, проклятия и семейные драмы, а сейчас стою и краснею, как подросток на первом свидании. Я опустила глаза, делая вид, что очень заинтересована узором на полу. Там, конечно, не было ничего интересного. Но смотреть на него сейчас было опасно. Тишина затянулась. — Ты выбирала его, думая обо мне, — спокойно сказал он. Это был не вопрос. Констатация. Я пожала плечами, пытаясь звучать безразлично: — Ну… логично же. Я же не могла подарить тебе что-то с розовыми камушками. Он тихо хмыкнул. — Хотя, — добавила я, — это был бы мощный удар по твоему имиджу грозного южного вампира. — Я бы пережил, — сухо ответил он. — Но Каллены — вряд ли. Я усмехнулась, но когда подняла взгляд, он всё ещё смотрел на меня. Не на кольцо. На меня. И выражение лица у него было… странное. Мягче обычного. Почти открытое. — Спасибо, ведьма. И впервые слово «ведьма» прозвучало не с раздражением и не с издёвкой. В нём было что-то тёплое. Почти бережное. Я моргнула. Чёрт. Это хуже, чем если бы он снова начал язвить. Но я буду не я, если не разобью неловкость шуткой. — Только не думай, что я теперь твоя карманная ведьма, — съязвила я. Он чуть приподнял бровь. — Карманная? — Ну знаешь. Носишь с собой, достаёшь по необходимости: «Роксана, наморозь мне льда», «Роксана, прокляни кого-нибудь», «Роксана, где мои носки?» Уголок его губ медленно пополз вверх. — Вообще-то звучит удобно. — Даже не надейся. У меня очень дорогой прайс. — Чем берёшь оплату? Я скрестила руки. — Кофе. Сарказмом. И… — я запнулась на долю секунды, — честностью. Он слегка наклонил голову. — Последнее — редкий товар. — Именно поэтому я его не раздаю всем подряд. Пауза. Он посмотрел на кольцо снова, потом на меня. — Ты понимаешь, что теперь я могу исчезнуть из головы любого телепата? — Понимаю. — И ты добровольно дала мне это преимущество. — Угу. — И всё ещё не боишься? Я вздохнула. — Джаспер, я живу сто пять лет. Если бы я боялась каждого, у кого есть сила, я бы давно сидела в подвале с солью по кругу. Он сделал шаг еще ближе. Медленно. Не пугающе. — Ты слишком спокойно относишься к риску. — А ты слишком привык считать себя угрозой. Он замолчал. И вот это попало. Я вдруг отчётливо почувствовала — не магией, а просто интуицией — сколько в нём тьмы. Старой, тяжёлой, глубоко спрятанной. Он тихо выдохнул. — Я не хороший человек, Роксана. — Я тоже, — спокойно ответила я. — Поэтому мы и ладим. Он усмехнулся, но в глазах всё ещё оставалась тень. — Ты даже не спрашиваешь, что я делал. — Спрошу, когда будешь готов рассказать. — А если тебе не понравится ответ? Я пожала плечами. — Тогда мы поругаемся. Я назову тебя мудаком. Ты скажешь, что я наивная. Потом выпьем кофе. Он смотрел на меня ещё несколько секунд, будто проверяя, правда ли я такая упрямая. — Ты странная, — наконец сказал он. — Спасибо, это семейное. Он шагнул ещё ближе — теперь между нами оставалось меньше метра. — И ты всё ещё не жалеешь? Я встретила его взгляд. — Нет. Тишина снова стала густой, но уже не неловкой. Скорее… напряжённой. Он поднял руку, словно хотел коснуться моей щеки — и остановился в нескольких сантиметрах. — Осторожнее, ведьма, — тихо сказал он. — Я могу привыкнуть к тому, что кто-то смотрит на меня так. Я сглотнула. — А я могу привыкнуть к тому, что ты не убегаешь. Его глаза чуть потемнели, но не от угрозы — от чего-то другого. — Опасная игра, — прошептал он. — Ты сам сел за стол, Уитлок. И на этот раз он не улыбнулся насмешливо. Он улыбнулся почти по-настоящему. — Ну всё, хватит этих сентиментальных разговоров, — буркнула я. — А то ещё подумаю, что ты умеешь быть милым. — Это клевета, — спокойно ответил он. Я фыркнула. Он сделал шаг назад, опёрся плечом о стену, всё ещё рассматривая кольцо. — Знаешь… — протянул он. — Обычно женщины ждут от меня украшения. Не наоборот. — Ну прости, предложение руки и сердца я решила взять на себя, — невозмутимо ответила я. — Современный мир, равноправие. Он медленно поднял взгляд. — Вообще-то, — сухо произнёс он, — мужчина должен сначала хотя бы пригласить женщину на ужин. — Ты опоздал. У тебя уже был момент слабости — когда ты читал мои пьяные сообщения. Уголок его губ дёрнулся. — Это был очень… познавательный вечер. — Я до сих пор надеюсь, что у тебя где-то есть кнопка «удалить память». — К сожалению, нет. И я не планирую забывать. Он сказал это. Почти серьёзно. Я снова посмотрела на кольцо на его руке — и вдруг поняла, насколько всё изменилось. Ещё пару часов назад мы язвили в машине, держали дистанцию, играли в сарказм. А теперь он стоял в моём доме. С моим подарком. И между нами больше не было той прежней безопасной стены. — Роксана, иди в душ и собирайся, нам скоро выезжать, — спокойно проговорил он, как будто всего этого сейчас не было. Как будто он только что не стоял в нескольких сантиметрах от меня. Как будто его голос не звучал мягче обычного. Как будто я не чувствовала, как между нами что-то сдвинулось. Я прищурилась. — О, вот и снова командный тон. Генерал вернулся? — Всегда был, — невозмутимо ответил он. — И если ты не хочешь опоздать к Элис, лучше поторопись. Я тихо застонала. — Не напоминай мне про неё. — Душ. Сейчас, — повторил он, но в уголках губ всё же скрывалась улыбка. Я развернулась и направилась наверх, чувствуя на спине его взгляд. И только когда закрыла за собой дверь ванной, позволила себе выдохнуть. *** Горячая вода стекала по коже, смывая дорогу, усталость, остатки напряжения. И мысли. Хотя нет — мысли никуда не делись. Кольцо. Его взгляд. Его «спасибо, ведьма». Чёрт. Я выключила воду и уставилась на своё отражение в зеркале. — Возьми себя в руки, — пробормотала я. — Это просто вечеринка. Просто вампиры. Просто Джаспер Уитлок. Сто сорок восемь лет проблем. Я открыла шкаф и на секунду зависла. Нет, это должно быть просто. Легко. Без излишнего пафоса. Я выбрала короткое чёрное обтягивающее платье с длинным рукавом. Минималистичное. Без вырезов, без лишних деталей — ткань подчёркивала фигуру сама по себе. Ничего кричащего, но и ничего скромного. Волосы оставила распущенными — мягкими волнами по плечам. Каблуки — чёрные, тонкие, достаточно высокие, чтобы добавить пару сантиметров уверенности. Я посмотрела на себя в зеркало и медленно кивнула. — Нормально. Ты не старалась. Ты вообще не старалась. Лгунья. *** Когда я начала спускаться по лестнице, внизу было тихо. Он стоял у окна, засунув руки в карманы и обернулся на звук моих шагов. И замер. Я сделала ещё пару ступенек, делая вид, что не замечаю его реакции. Но я её чувствовала. Его взгляд медленно прошёлся по мне. Сверху вниз. Откровенно. И ему нравилось то, что он видел. — Ну? — спросила я, останавливаясь на последней ступеньке. — Слишком вычурно? Он пару секунд молчал. — Нет, — наконец сказал он тихо. — Совсем нет. Я скрестила руки. — Это звучит подозрительно. Он сделал шаг ближе. — Это звучит сдержанно. Потому что если я скажу всё, что думаю, ты снова начнёшь язвить. Я подняла бровь. — Попробуй. Его глаза чуть потемнели. — Ты прекрасно выглядишь, Роксана. Без ухмылки. Без сарказма. Я сглотнула. — Я знаю, — ответила я с максимально невозмутимым лицом. Он тихо хмыкнул. — Вот это уверенность. — Я сто лет её выращивала. Он протянул мне руку. — Пойдём, пока я не передумал вести тебя к своей семье. Я вложила ладонь в его. И снова — этот чёртов разряд. Только теперь он был сильнее. Или я просто стала внимательнее. Он тоже почувствовал. — Если ты будешь так реагировать каждый раз, — негромко сказал он, пока мы выходили из дома, — нам будет сложно притворяться, что между нами ничего нет. Я бросила на него быстрый взгляд. — А кто сказал, что мы притворяемся? Он замер на долю секунды. Потом усмехнулся. *** Мы сели в машину. Двигатель мягко заурчал. Лес вокруг уже темнел, воздух стал прохладнее. Я смотрела в окно, но ощущала его взгляд снова и снова. — Ты продолжаешь смотреть, — заметила я. — Я эмпат, — спокойно ответил он. — Я чувствую, куда смотреть. — Наглец. — Возможно. Пауза. — Ты нервничаешь? — спросил он мягче. Я выдохнула. — Немного. Я не уверена, что готова к вечеринке имени меня у тебя дома Он улыбнулся. Машина выехала на знакомую дорогу к дому Калленов. Огни вдалеке уже пробивались сквозь деревья. Я поправила волосы и тихо пробормотала: — Если Элис заставит меня примерять что-нибудь розовое, я сбегу. — Я поймаю, — невозмутимо ответил он. Я повернулась к нему. — Это угроза или обещание? Он бросил на меня быстрый взгляд. — Зависит от того, куда ты побежишь, ведьма. И с этим мы въехали на подъездную дорожку к дому Калленов. Когда мы вошли в дом, всё произошло слишком быстро. Дверь открылась. Свет. Музыка. И хором: — СЮРПРИЗ! Я вздрогнула, хотя, казалось бы, меня сложно чем-то напугать. Вампиры, древние кланы, проклятия — пожалуйста. Но когда на тебя одновременно орёт десяток голосов — это всегда эффективно. Гостиная была украшена гирляндами, тёмными и серебряными лентами, свечами. Конечно, стиль был выдержан — спасибо Элис. Никакой дешёвой мишуры. Всё изящно, атмосферно и… слишком продуманно. Помимо Калленов, здесь были Белла, Анжела, Дерек, Дафни и Кайл. И если Белла и Анжела чувствовали себя относительно комфортно — Белла вообще уже как своя, а Анжела просто слишком добрая, то мои «детишки» держались втроём, и я физически чувствовала как им неловко. И я едва сдержала смешок. Они выглядели так, будто готовы в любой момент сбежать через окно. Ахаха. Мои храбрые, бесстрашные, дети. Я машинально шагнула ближе к Джасперу. Не потому что боялась. Просто… привычка. Или нет? — С днём рождения! — первой подлетела Элис и буквально обняла меня. — Пикси, если ты сейчас сломаешь мне позвоночник, это будет неловко, — пробормотала я.. — Ты выглядишь потрясающе! — заявила она, отстраняясь и осматривая меня с головы до ног. — Я знала, что ты выберешь что-то чёрное. — Это называется стабильность характера. Роуз улыбнулась чуть сдержаннее, но тепло: — Поздравляю. Эммет хлопнул меня по плечу так, что я чуть не пошатнулась и прошептал на ухо, чтобы никто из людей не услышал: — Сто пять? Отличный возраст. — Да, чувствую себя на все триста, — фыркнула я. Карлайл подошёл спокойно, его взгляд был мягким, внимательным. — С днём рождения, Роксана. — Спасибо, доктор, — кивнула я. А потом я почувствовала это. Напряжение. Едва заметное, но ощутимое. Эдвард. Он стоял чуть в стороне, его взгляд скользнул сначала по мне… потом по Джасперу. И задержался на нём И в этот момент я увидела, как его выражение лица едва заметно изменилось. Хе-хе. Потому что он не слышит. Ни меня. Ни Джаспера. Пустота. Тишина там, где всегда был поток мыслей. Я почти почувствовала, как это его раздражает. Как он пытается — привычно, автоматически — уловить хоть что-то. И ничего. О, это было восхитительно. Я с трудом удержала злорадную улыбку. Он посмотрел на меня внимательнее. Прищурился. Глаза налились гневом. Но в доме были люди. Белла. Анжела. «Детишки». Никто из них не посвящён в тайну, ну кроме Беллы. И Эдвард промолчал. О, как же ему это не понравилось. Я буквально ликовала внутри. Джаспер чуть склонил голову ко мне, едва заметно. — Ты сейчас злорадствуешь, — тихо сказал он. — Я? Никогда, — невинно ответила я. — Очень громко злорадствуешь. Я улыбнулась ещё шире. В этот момент Дерек всё-таки подошёл ко мне. — С днём рождения, — улыбнулся он. Я обняла его. Он был напряжён, но не отстранился. — Расслабься, — шепнула я. Он фыркнул. Дафни тоже подошла, обняла меня крепко. Кайл тоже обнял меня с широкой улыбкой. — Торт! — радостно объявила Элис. — Только не розовый, — пробормотала я. — Он чёрный с серебром, — гордо заявила она. — О, вот это уже звучит как уважение. Пока все собирались вокруг стола, я краем глаза заметила, как Эдвард снова посмотрел на Джаспера. Потом на меня. Он явно что-то понял. Но сказать не мог. И от этого напряжение в комнате стало плотнее. Я поймала его взгляд и ухмыльнулась. Он ответил почти незаметным оскалом. О, мы ещё поговорим, читатель мыслей. Но не сегодня. Сегодня — мой вечер. Мы пили — ну, в основном я — смеялись, и постепенно даже мои «детишки» расслабились. Музыка играла негромко, Белла с Анжелой что-то обсуждали у окна, Элис уже успела три раза поменять расстановку свечей, потому что «энергетика так лучше течёт». Мне надарили кучу подарков — от вполне практичных до откровенно странных. — Это что? — спросила я, разглядывая коробку от Эммета. — Открывай, — довольно ухмыльнулся он. Внутри оказалась огромная кружка с надписью: «World’s Scariest Witch». Я расхохоталась. — Эммет, это прекрасно. — Я знал, что тебе понравится, — самодовольно заявил он. — Теперь официально. — Ага, теперь у меня есть документальное подтверждение. Карлайл подарил редкое издание книги по истории южных штатов — я заметила, как Джаспер на секунду задержал взгляд на обложке. Очень странный подарок, но дареному колню в зубы не смотрят как говорится. Элис — серьги, конечно же серебро. Роуз — кожаную куртку, которая идеально сидела. — Ты подглядывала в мои мысли? — прищурилась я. Роуз усмехнулась. — Нет. Просто у меня есть вкус. С Эмметом мы потом рубились в Mortal Kombat на приставке, и я его стабильно вздрючивала. — ДА КАК?! — возмутился он, когда я в третий раз подряд отправила его персонажа в нокаут. — Куча практики, малыш, — фыркнула я, нажимая финальную комбинацию. — Это нечестно! — Он повернулся к Джасперу. — Она блефует! Я подняла руки. — Эээ, ловкость рук и никакого мошенничества. — Ты слишком самоуверенная для человека, который сейчас получит реванш, — пробурчал он, хватая джойстик. Через две минуты: — FATALITY. Я победно вскинула руки. — Ещё раз? — Нет, — Эммет драматично откинулся на диван. — Я отказываюсь участвовать в этом унижении. Смех прокатился по комнате. Даже Дерек уже сидел рядом с Эмметом и что-то ему объяснял по игре, забыв про настороженность. Дафни спорила с Роуз о каком-то дизайнере, Кайл тихо беседовал с Карлайлом. Я поймала себя на мысли, что атмосфера стала… тёплой. — Ты довольна? — тихо спросил Джаспер, подходя ближе, пока я делала глоток вина. — Очень, — честно ответила я. — Спасибо, что вытащил меня. — Я ничего не делал. Это Элис. — Не скромничай, Уитлок. Если бы ты не настоял, я бы сейчас сидела дома с пледом и сериалом. Он слегка улыбнулся. — Ты плохо умеешь быть одна. Я посмотрела на него. — Я умею. Просто не люблю. Он кивнул, будто запомнил это. В этот момент Эдвард подошёл ближе. Вежливая улыбка, но взгляд внимательный. — Рад, что тебе нравится вечер, Роксана. — Очень, — сладко ответила я. Он перевёл взгляд на Джаспера. — Всё нормально? Я едва заметно усмехнулась. — А что-то случилочь? Пауза повисла тонкой струной. Хе-хе. — Надеюсь, что нет, — проговорил он холодно. — Ну и отлично, — ответила я и отпила вина, не отрывая взгляда. Белла окликнула его, и он отошёл. Я победно выдохнула. — Ты его провоцируешь, — тихо заметил Джаспер. — Немного. — Зачем? Я посмотрела на него. — Потому что могу. Он тихо рассмеялся. Музыка сменилась на что-то медленное. Элис тут же начала вытаскивать людей «танцевать». — Нет-нет-нет, — пробормотала я, но было поздно. — Идём, — Джаспер протянул руку. — Ты серьёзно? — Абсолютно. Я вложила ладонь в его. Он притянул меня чуть ближе — аккуратно, без резкости. Его ладонь легла на мою талию. Тепло. Уверенно. Музыка играла негромко, разговоры смешивались в фон. — Ты расслабилась, — заметил он. — Немного. — Я рад. Я посмотрела на него снизу вверх. — Не привыкла, что кто-то кроме семьи организует для меня праздник. — Привыкай. — Это угроза? — Обещание. И впервые за вечер я перестала язвить. Потому что внутри было слишком спокойно, чтобы всё портить. Первыми уехали Дерек, Дафни и Кайл. Я их понимала — то, что они в целом пришли, это уже огромный шаг. Горжусь ими. Анж вызвалась всех подвезти. Мы с Беллой проводили их до машины, обнялись, я пообещала написать, как только освобожусь. Мы вернулись к дому. И только я переступила порог, как передо мной появился разгневанный Эдвард. Слишком быстро. Слишком близко. Глаза чернющие. — Что ты сделала?! — прошипел он. Я даже моргнуть не успела, как перед глазами осталась только спина Уитлока. Он возник между нами мгновенно. — Эдвард, — спокойно произнёс Джаспер, — если ты не начнешь сдерживаться в сторону Роксаны, то сдерживаться перестану я. Это прозвучало настолько холодно и ровно, что даже у меня по спине прошёл холодок. Я вышла из-за спины Уитлока и повернула к нему голову. Абсолютно спокойное лицо. Чернющие глаза. А на губах — не улыбка. Оскал. Сейчас передо мной был не техасский ковбой и не загадочный мужчина, который язвит и флиртует. Передо мной был вампир. Хищник. Тот, кто при желании мог убить всех в этом доме — и никто бы его не остановил. И я словила какое-то совершенно нездоровое удовольствие. Мои глаза загорелись. Уитлок почувствовал мои эмоции. Конечно почувствовал. Слегка повернулся ко мне и едва заметно усмехнулся. А мне было плевать. В эту минуту я хотела его. И даже не собиралась стыдиться этого. Эдвард дёрнулся и отступил на шаг. — Так, давайте все успокоимся, — выступил вперёд наш миротворец Карлайл. — Эдвард, что случилось? Эдвард и Джаспер продолжали прожигать друг друга взглядами. Воздух в комнате будто сгустился. Роуз напряглась, Эммет выпрямился, Белла застыла у стены. А мне было… весело. *** — Я больше не слышу их мысли, — процедил Эдвард. — И плевать на неё, — он кивнул в мою сторону. — Но теперь я и не слышу мыслей Джаспера! Он повернулся ко мне. — Что ты с ним сделала?! Я только открыла рот, но Джаспер уже шагнул вперёд. — Она ничего со мной не делала, — спокойно сказал он. Голос без агрессии. Без повышенного тона. Но в нём было предупреждение. Я осталась стоять рядом, скрестив руки, наблюдая за сценой с почти исследовательским интересом. — Это кольцо, — он поднял руку. — Оно блокирует доступ извне. Всё. Эдвард прищурился. — Полностью? — Полностью, — подтвердил Джаспер. — Ты больше не слышишь мои мысли. Но я всё ещё слышу ваши эмоции. И вот тут я почувствовала, как по комнате прошла новая волна напряжения. Потому что да — эмпатия никуда не делась. Он чувствует страх, раздражение, сомнение. Он чувствует всё. Элис сделала шаг ближе, её глаза загорелись интересом. — Значит, ты всё ещё чувствуешь нас? — Конечно, — спокойно ответил он. — Кольцо не блокирует мой дар Эсме облегчённо выдохнула. Карлайл задумчиво кивнул. — То есть способность эмпатии не изменилась? — Нет, — ответил Джаспер. — Я по-прежнему ощущаю каждую эмоцию в этой комнате и могу влиять на неё. Я не удержалась: — Особенно раздражение одного конкретного телепата. Эдвард бросил на меня яростный взгляд — Это меняет динамику, — тихо сказал он. — Нет, — ровно ответил Джаспер. — Это выравнивает её. Точно. Чётко. Без нападения. — Ты думаешь, я злоупотреблял этим? — спросил Эдвард. — Нет, — сказал Джаспер. — Но ты всегда имел преимущество. Теперь его нет. Пауза. Элис вдруг нахмурилась. — Подождите… — она посмотрела на Джаспера. — Но я всё еще вижу твое будущее, хоть и смутно. Это не влияет на мои видения. — Нет, — спокойно ответил он. — Это защита разума. Не будущего. Элис кивнула, будто внутренне делала пометку. — Любопытно. Эсме мягко вмешалась: — Если это помогает тебе чувствовать себя… свободнее, я поддерживаю. Эдвард всё ещё смотрел на брата. — Ты правда этого хочешь? — Да. Ни тени сомнения. И вот тут я перестала язвить. Потому что я чувствовала — через него — как сильно его достало быть «открытым». Не потому что Эдвард плохой. А потому что никто не должен жить без дверей. — Ты всё ещё чувствуешь мои эмоции? — спросил Эдвард тише. Джаспер слегка склонил голову. — Сейчас? Раздражение. Потерю контроля. Немного обиды. Эдвард отвёл взгляд. Попал. Карлайл выпрямился. — Тогда, думаю, вопрос закрыт. Эммет хмыкнул: — Наконец-то у нас появился способ планировать вечеринки без спойлеров. Элис улыбнулась шире: — О, это делает всё интереснее. Эдвард медленно выдохнул. — Это непривычно. — Привыкнешь, — спокойно сказал Джаспер. Я посмотрела на него сбоку. Он стоял ровно, расслабленно, но я чувствовала через него всю волну эмоций в комнате — тревогу, любопытство, остаточное напряжение. Эдвард кивнул наконец. — Хорошо. Это твоё решение. Напряжение начало растворяться. Эсме мягко коснулась плеча Эдварда. Элис уже переключилась на торт. Все постепенно разошлись. Я осталась рядом с Джаспером. — Ну что, — тихо сказала я, — чувствуешь облегчение? Он посмотрел на меня. — Я чувствую все эмоций в этой комнате, — сухо ответил он. — Но да. Среди них есть облегчение. Я улыбнулась. — Хорошо. Он наклонился чуть ближе, почти шёпотом: — И ещё я чувствую, что тебе это понравилось. Я невинно подняла бровь. — Что именно? — Когда я встал между тобой и ним, и то что было дальше Я выдержала паузу. — Возможно, — спокойно сказала я. — Чуть-чуть. Он усмехнулся. — Ведьма. — Генерал. *** — Так, мне пора домой. Всем спасибо за праздник, — я улыбнулась и попрощалась. Мы с Джаспером вышли на улицу. Ночной воздух Форкса был холодным и влажным. Где-то вдалеке шумел лес, и ветер шуршал листвой так тихо, будто кто-то шептался в темноте. Мы дошли до машины. Я даже не спрашивала, кто меня повезёт домой. Это было… очевидно. Он привёз меня — он и отвезёт. Поездка прошла в тишине. Но это была не неловкая тишина, когда люди не знают, что сказать. Это была та самая редкая тишина, в которой слова просто не нужны. Фары разрезали мокрую дорогу, дождь тихо шуршал по стеклу. Я иногда ловила на себе его взгляд — короткий, почти незаметный. И каждый раз почему-то вспоминала момент в доме, когда он встал между мной и Эдвардом. Чёрные глаза. Спокойный голос. И холод, от которого у меня по спине пробежали мурашки… и который, если честно, мне чертовски понравился. Мы доехали быстро. Машина остановилась у моего дома. Он вышел первым, как всегда, и открыл мне дверь. Джентльмен, чёрт бы его побрал. Я фыркнула про себя. Мы поднялись по ступенькам к двери. Я уже потянулась к ручке, когда он вдруг остановил меня. Лёгкое движение руки. — Подожди, — сказал он. Я обернулась. — У меня для тебя кое-что есть. Я прищурилась. — Уитлок… если это торт, то я предупреждаю, я уже на грани пищевой комы. Он тихо усмехнулся. — Не торт. — Уже интригует. Он на секунду опустил взгляд, будто собираясь с мыслями, а потом достал из кармана маленькую тёмную коробочку. Моё сердце почему-то сделало странный скачок. — Ты серьёзно? — я выгнула бровь. — Открывай Он протянул коробочку. Я взяла её, чувствуя под пальцами холодный бархат. — Если там кольцо, Уитлок, то нам нужно будет очень серьёзно поговорить. Он тихо хмыкнул. — Не кольцо.  — Ну слава богу. Я открыла коробочку. И на секунду просто замерла. Внутри лежал кулон. Тёмный, глубокий обсидиан, вытянутой каплевидной формы. Камень был абсолютно чёрным, но не мёртвым — в его гладкой поверхности будто жила глубина, словно в нём скрывалась ночь. Он был заключён в сложную серебряную оправу. Тонкие металлические линии оплетали камень, как ветви или как изящная клетка — переплетения проволоки, маленькие узлы, крошечные металлические бусины. Вся конструкция выглядела почти… живой. Сверху серебро сходилось в аккуратный держатель, похожий на маленькие крылья или лепестки. Это было красиво.Очень красиво. И… очень в моём стиле. Я провела пальцем по обсидиану. Я медленно подняла глаза на Джаспера. — Уитлок… Он смотрел на меня внимательно. — Нравится? Я фыркнула. — Ты сейчас серьёзно? Я достала кулон из коробочки. Камень мягко качнулся на серебряной цепочке. — Это обсидиан, — сказала я. — Да. Я тихо усмехнулась. — Ты подарил ведьме обсидиан. Я посмотрела на него внимательнее. — Защитный камень. Отражение чужой энергии. Поглощение негативного воздействия… — я снова коснулась камня. — И немного стабилизации магических потоков. Он ничего не сказал. Но я видела по его лицу — он знал. — Где ты это нашёл? — спросила я. — У одного… старого знакомого. Я подозрительно прищурилась. — Очень расплывчато. Он слегка улыбнулся. — Я старался. Я покачала головой. — Это… Я подняла взгляд. — Это великолепный подарок. Потом протянула ему кулон. — Наденешь? Его пальцы на секунду замерли, когда он взял цепочку. Я подняла волосы, открывая шею. И вдруг слишком остро почувствовала, как близко он стоит. Очень близко. Холод его пальцев коснулся моей кожи, когда он аккуратно застёгивал цепочку. Кулон лёг на грудь, тяжёлый, прохладный. Обсидиан коснулся кожи. И магия внутри него тихо отозвалась. Я опустила волосы и повернулась к нему. Мы стояли почти вплотную. — Спасибо, — сказала я тихо. Он смотрел на кулон секунду, потом поднял глаза на меня. — С днём рождения, ведьма. Я улыбнулась. На секунду между нами повисла та самая тишина. Тёплая. Опасная. Я подняла взгляд. — Уитлок. — Да? — Если ты сейчас поцелуешь меня на крыльце моего дома… Он слегка наклонил голову. — И? Я усмехнулась. — Я не уверена, что впущу тебя внутрь. Он тихо рассмеялся. — Рискованно. — Очень. Мы смотрели друг на друга ещё пару секунд. Потом он сделал шаг назад. — Спокойной ночи, Блек. Я чуть улыбнулась. — Спокойной ночи, Уитлок. Он развернулся и пошёл к машине. А я стояла на крыльце, касаясь пальцами холодного обсидиана на груди… И почему-то чувствовала, что этот подарок был не просто украшением.