Четвёртая попытка жить

После ухода Джаспера тишина в доме стала какой-то неправильной. Я ещё долго сидела на диване, поджав под себя ноги, прокручивая в голове его голос, его взгляд, это проклятое «Это связано со мной?», от которого внутри всё переворачивалось. Я пыталась убедить себя, что злюсь, что меня раздражает его упрямство, его контроль, его способность видеть слишком много. Но тело помнило совсем другое: его ладонь на колене, то как он прижимал меня взглядом сильнее, чем руками, как остановился сам, хотя очевидно не хотел. И именно это добивало больше всего. Если бы он сорвался — было бы проще. Проще назвать его очередным самоуверенным хищником, закрыться сарказмом и снова спрятаться за привычную броню. Но он остановился. Отступил и оставил мне пространство дышать и этим только глубже залез под кожу. Когда я всё-таки добралась до кровати, за окном уже начинало светать. Я лежала на боку, уткнувшись лицом в подушку, и ненавидела тот факт, что мысли всё равно возвращались к нему. К его голосу. К тому, как он произнёс «ты моя» — спокойно, без пафоса, будто это не признание, а констатация факта, от которого уже поздно бежать. *** Туман стелился между деревьев густыми рваными полосами, цепляясь за землю, за стволы, за кожу, а воздух вокруг был таким плотным, что казалось — сам лес задержал дыхание. Магия под рёбрами нервно вибрировала, отдаваясь ледяным покалыванием вдоль позвоночника. Она предупреждала, скалилась. Требовала либо атаковать первой, либо бежать. А потом я увидела его. Джаспер стоял среди деревьев неподвижно, будто был частью этой чёртовой ночи. Тёмная куртка, напряжённые плечи, взгляд, от которого внутри мгновенно стало тесно. И этот взгляд был неправильным, слишком тяжёлым, слишком голодным. Будто он смотрел не просто на меня, а на добычу, которую долго не хотел ловить. Я почувствовала опасность физически, магия ударила первой. Лёд рванул по земле серебристыми трещинами, замораживая траву и корни, а в следующую секунду прямо под ним взорвались острые ледяные пики. Воздух разорвало хрустом мороза, температура рухнула так резко, что туман начал превращаться в снежную пыль. Но он исчез раньше. Я только успела почувствовать движение справа, когда что-то с силой ударило меня в бок. Мир качнулся. Спина врезалась в дерево так сильно, что кора треснула за плечами, а воздух выбило из лёгких болезненным рывком. Он уже был рядом. Ладонь сомкнулась на моём горле жестко удерживая. Контролируя каждое движение. — Слишком медленно, ведьма, — от низкого хриплого голоса по коже прошла дрожь. Я ударила магией ему в грудь почти инстинктивно. Мороз взорвался между нами. Лёд мгновенно расползся по его телу, покрывая куртку толстым слоем инея, забираясь под ткань, промораживая кожу до стеклянного хруста. По его шее и челюсти пошли тонкие трещины, будто вырезанные на мраморе. Но вместо боли я увидела, что его глаза темнеют ещё сильнее. Он резко дёрнул меня на себя, ломая лёд одним движением. Хруст. Трещины на его коже стали глубже, и из одной медленно вытек прозрачный яд, сверкая на подбородке почти как расплавленное стекло. У меня перехватило дыхание от того, как это было красиво, Майор заметил мой взгляд и уголки его губ едва заметно дёрнулись. — Не смотри на меня так, — тихо сказал он. — Как? — выдохнула я, чувствуя, как магия снова начинает собираться под кожей. Ответить он не успел. Я вырвалась, ударив его локтем в грудь, и одновременно выпустила новый поток силы. Лёд сорвался с ладоней острыми лезвиями. Несколько полос вспороли его плечо и бок, оставляя на бледной коже глубокие трещины. Он глухо и опасно зарычал, а в следующую секунду уже впечатал меня в землю. Холодная влажная трава смешалась со снегом под спиной, а сверху оказался он — тяжёлый, неподвижный, как хищник, который наконец поймал добычу. Я попыталась вывернуться, но его колено мгновенно прижало моё бедро к земле. Я снова ударила магией. На этот раз ледяная волна прошлась прямо по его лицу. Острые кристаллы с треском рассекли кожу вдоль скулы. По щеке вампира расползлась тонкая серебристая трещина, а яд снова выступил на поверхности, медленно стекая вниз прозрачными каплями. Но в этот раз пострадала и я. Пока я отвлеклась, его пальцы резко сжались на моём запястье. Хруст. Боль вспыхнула мгновенно. Я вскрикнула, чувствуя, как кожа рвётся под его хваткой. Тёплая кровь потекла по руке, ярко-красная на фоне снега. И всё изменилось. Джаспер замер. Я почувствовала это раньше, чем увидела — его тело напряглось, взгляд метнулся на кровь. Как внутри него что-то сорвалось. Вампир. Хищник. Его дыхание стало тяжелее, хотя ему не нужен был воздух, глаза потемнели до чёрного, а пальцы на моей коже дрогнули так, будто он сдерживал себя из последних сил. Я почувствовала его голод через связь. Почувствовала так остро, что у самой перехватило дыхание. И вместе с этим пришло другое. Тёмное, грязное, почти болезненное желание... — Джаспер… — предупреждающе выдохнула я. Он медленно поднял взгляд. И от того, что было в его глазах, по телу прошёл жар, несмотря на мороз вокруг. — Ты ранена, — хрипло произнёс он, будто это было единственное, о чём он сейчас способен думать. — Да неужели? — попыталась съязвить я, но голос предательски дрогнул. Он смотрел на кровь. Слишком долго. А потом резко наклонился ближе. Настолько, что я почувствовала холод его кожи даже сквозь одежду. Лицо мужчины было в нескольких сантиметрах от моего, по скуле всё ещё стекала тонкая полоска яда, контрастируя с мертвенно-бледной кожей, и я ненавидела тот факт, что это выглядело настолько красиво. — Ты даже не представляешь, — хрипло произнёс он, — как тяжело сейчас себя контролировать. Я дёрнулась, пытаясь вывернуться, и в этот момент лёд под нами треснул. Магия снова рванула наружу. Острые ледяные иглы сорвались с земли, рассекая ему бок. На этот раз он зарычал громче, яд снова появился на его рубашке. Я почувствовала, как контроль начинает трещать уже у него. Холодные пальцы сжались на моей руке сильнее. Слишком сильно. — Блять… — выдохнул он, закрывая глаза на секунду, будто пытался взять себя в руки. Но было поздно, связь между нами уже горела. Я чувствовала его голод почти как свой собственный. Чувствовала, как его буквально сводит с ума смесь крови, магии и этого проклятого напряжения, которое слишком долго копилось между нами. Хуже всего было то, что моё тело отвечало ему. Магия под кожей дрожала уже не от злости, а от его присутствия. Я судорожно вдохнула, когда его ладонь скользнула по моей талии, удерживая на месте. — Ненавижу тебя, — прошипела я. — Нет, ведьма. И это, как раз, проблема, — устало сказал он, глядя прямо мне в глаза, а потом поцеловал меня. Мой рот приоткрылся, чтобы он мог взять все в свои руки, не теряя ни секунды. Поцелуй был страстным. Наши языки боролись за господство, пока я не уступила и не позволила ему исследовать себя. Его движения вызвали у меня тихий стон, заставив его сократить почти несуществующее расстояние между нами. Сильная рука скользнула вниз по моему телу, задержавшись на бедре, где описала круги большим пальцем. Вторую руку Джаспер положил мне на подбородок, приподнимая, чтобы было удобнее исследовать. Наслаждалась этим, я забыла обо всем, что было до этого, о драке, крови, яде — все это было незначительным. Теперь были только мы и этот момент. Раздвинув ноги, я обхватила его за талию, притягивая еще ниже. Издав низкий рык, он начал отстраняться, когда его эрекция соприкоснулась с моей промежностью. В замешательстве я распахнула глаза, но увидела дьявольскую улыбку, вызванную моей реакцией. — Мы еще не закончили, — сказал он, убирая мои ноги со своей талии и поднимаясь на ноги. Вампир огляделся, а потом резко подхватил меня и, метнувшись глубже в лес резко прижал меня к дереву. — Сейчас самое время отступить, ведьма — прошипел он мне в шею. Его слова звучали как угроза, но я знала, что это было совсем обратным. Его рука потянулась к моему лицу, большой палец коснулся моих губ, не отрывая от них взгляда. Увидев, что я не убегаю и не призываю магию, он воспринял это как знак. Его бледное лицо приблизилось к моему, а губы нашли мои и продолжили с того места, где мы остановились. Желание в нем росло, я чувствовала это по его прикосновениям. Поцелуй был жадным, он требовал большего с каждым движением языка. Я потянула его за волосы, когда он прикусил мою нижнюю губу, прежде чем наброситься на нее с яростным поцелуем, одновременно проведя рукой по моему бедру направляясь к поясу леггинсов. Он улыбнулся во время поцелуя, а через секунду я почувствовала на коже холод — вампир просто сорвал с моих ягодиц эластичную ткань. — Я куплю новые, — прошептал Джаспер бесстыдно усмехаясь. Не в силах больше сдерживаться, он провел пальцами вниз по моему животу и, не отвлекаясь на нежности, ввел в меня два пальца, заставив томно ахнуть. Я сжала руки в кулаки, еще сильнее вцепившись в его волосы и царапая ногтями напряженное левое плечо. С каждым движением его пальцев я чувствовала, как тревога улетучивается и уносилась в место, которое было намного лучше и возвышеннее, чем то, где лежали все мои проблемы и головные боли. Движения пальцев стали резче и энергичнее, но внезапно вампир убрал свою руку, и произвел на меня такой фурор, что все птицы, в трех милях вокруг нас, предпочли покинуть свои гнезда. Пока я приводила в норму свой пульс, Джаспер схватил меня за ягодицы и приподнял, ногами я обхватила его талию, снова прижавшись спиной к дереву. — Любимая поза? — я приподняла бровь. — Лучший вид, — сказал он, прижимая меня к дереву еще сильнее, чтобы его рука могла творить свое волшебство, вернувшись на прежнее место. Введя пальцы обратно, он увидел, как мое лицо исказилось от удовольствия. Теперь мои руки гладили его живот и холмы грудных мышц, впиваясь в них ногтями. Джаспер не отводил от меня глаз, внимательно наблюдая за тем, как я теряю самообладание и избавляюсь от напряжения, которое всегда на меня давило. Я чувствовала его эмоции, как и он мои. Пытаясь подавить стоны, я прикусывала нижнюю губу; пряди волос прилипали ко лбу и свободно падали на плечи; моё лицо морщилось каждый раз, когда он сгибал пальцы... — Хочу слышать тебя, — сказал он, но я, все равно, попыталась закрыть рот и заглушить стоны. Из-за моего неподчинения он остановил руку. Учитывая преимущество в росте, которое давало мне это положение, я посмотрела на него сверху вниз, прикрыв глаза. Я знала, что он изо всех сил сдерживается, но в тот момент, когда он остановился и моя поездка была прервана, не имея другого выбора, я приоткрыла рот, и когда он возобновил свои прежние движения, у меня вырвался стон. Его челюсти напряглись, и он издал утробный рык. — Черт, Джаспер... Я была так близко. Он ускорил свои движения, прижавшись губами к моей шее. Я крепче сжала мужской торс ногами, не оставляя пространства для движения рукой, поэтому он начал загибать пальцы при каждом движении. — Боже! — Это было все, что я смогла выкрикнуть, прежде чем начала течь на его пальцы. Когда он почувствовал, что моё возбуждение спадает, то отодвинулся и я почувствовала, как пальцы, увлажненные моими соками, выскальзывают из моей плоти. Я медленно открыла глаза, как раз вовремя, чтобы увидеть, как он облизывает их. Блять, это было возбуждающе. Впервые за долгое время в голове было пусто, и я сосредоточилась на том, как его язык скользит по пальцам. Желание отпустить остроумный комментарий уступило мысли о том, что еще он может сделать языком с некоторыми частями моего тела. Отступив от меня, Джаспер расстегнул пуговицу и спустил джинсы и боксеры, обнажая эрегированный член. Мои руки сами потянулись к его шее, притягивая лицо для поцелуя. Давая понять, что готова, я снова обхватила его ногами, запрыгивая на мужчину. Отвечая на поцелуй, он подхватил мои бедра и немного спустил, помещая в более удобное положение. Тишину нарушал только шорох листьев. Он резко ввел в меня почти все свое достоинство. Я прервала поцелуй, не в силах сдержать стон и откинула голову назад. Он уткнулся лицом в изгиб моей шеи, давая мне немного времени привыкнуть к его размеру, через секунду плавно толкнулся вперед, пока не вошел полностью. Прижавшись ко мне грудью, Джаспер медленно покачивал тазом вперед-назад. Я запустила одну руку в его волосы на затылке, а другой провела по спине впиваясь ногтями в напряженные мышцы. Наши стоны медленно наполняли лес. Я не думала, что смогу еще раз броситься в погоню, но он, каждой фрикцией, доказывал, что я ошибалась. Медленными движениями он растягивал меня и надавливал на все чувствительные точки. Я терялась в своих ощущениях. Джаспер чувствуя, что мы оба близки, крепче сжал меня и, не в силах терпеть эту пытку, начал двигаться быстрее, полностью выходя из моего влагалища и входя снова. Стоны смешивались с пошлыми шлепками разгоряченной кожи наших бедер. — Ммм... ведьма, — единственное, что он смог выдавить из себя, прижимаясь влажными губами к изгибу моей шеи. Он ускорился, чувствуя, как мышцы моего влагалища сжимаются. Я была так близка к оргазму, что, помня о предыдущем, он подвинулся и одним мощным толчком добился того, что хотел услышать: — Джаспер! — вскрикнула я. Еще несколько толчков в эту же чувствительную точку, пауза — плавное возвратное движение и еще несколько новых толчков. Он был готов и тут... Резко зарычал, еще раз толкнулся в меня и я, почувствовав острую боль в шее, закричала. Он укусил меня. Продолжая вбиваться в меня короткими мощными тычками, он пил мою кровь, а я кричала, пыталась оттолкнуть, но ничего не выходило. Сознание начало утекать из меня погружая в черноту... Я резко проснулась, будто меня выдернули из воды. Воздух застрял где-то в горле, кожа горела, сердце билось так, будто я бежала марафон. Несколько секунд я просто смотрела в потолок пытаясь понять, где заканчивается сон и начинается реальность. Шея. Я дёрнулась, панически прижимая ладонь к шее в том месте, куда во сне впились клыки вампира. Кожа была целой, ни боли, ни крови. Но тело всё равно помнило. Чёрт. Я резко села на кровати, проводя рукой по волосам, пытаясь прийти в себя. Комната была тёмной, тихой, только за окном шумел ветер, а внутри меня всё ещё пульсировало слишком яркое ощущение его рук, его взгляда, его голоса и укуса. Особенно укуса. Самое ужасное заключалось не в самом факте сна, не в сексе, даже не в том, что мне вообще могло присниться нечто подобное с Джаспером Уитлоком, который последние недели методично сводил меня с ума одним своим существованием. Самое ужасное было в том, что во сне я не испугалась, когда он укусил меня. Я медленно выдохнула, закрыв глаза. Вообще-то должна была, но во сне это ощущалось почти интимнее самого поцелуя. Твою мать. Вскочив с кровати, я начала ходить по комнате, потому что лежать с этими мыслями было просто невозможно. Магия под кожей нервно потрескивала холодом, реагируя на моё состояние, и по полу медленно пополз тонкий иней. — Отлично, Роксана, — пробормотала я себе под нос. —Тебе снятся эротические кошмары с укусами. Очень здоровая психика. Поздравляю! Но сарказм не помогал. Перед глазами всё равно вспыхивали обрывки сна — его взгляд, трещины на коже, прозрачный яд на губах, кровь на моём запястье... То, как его контроль буквально ломался от моего запаха и то, что меня это не остановило. Я сжала челюсть, упираясь ладонями в подоконник. С сексуальным напряжением уже давно всё понятно. Любой идиот заметил бы, что между нами творится что-то ненормальное. Но эта чёртова двойная связь начинала проникать слишком глубоко. Его эмпатия уже цепляла мою магию даже во сне. Я чувствовала его эмоции почти как свои собственные, а это было очень опасно. Джаспер не был безопасным существом даже не потому, что он вампир, а потому, что под всем этим контролем и дисциплиной, внутри него сидело что-то по-настоящему хищное, древнее и голодное. Подозреваю, что именно это меня и притягивает. — Нет, — сразу выдохнула я, будто могла спорить сама с собой. — Нет-нет-нет. Это просто сон. Просто перенапряжение, потому что ты слишком много о нем думаешь... И слишком сильно его хочешь... Я застонала и уткнулась лбом в холодное стекло. Это уже невозможно отрицать, особенно после такого сна. Тело помнило его прикосновения и его впечатляющий размер так, будто всё происходило наяву. Окончательно усугубляло ситуацию то, что какая-то часть меня хотела узнать, как это ощущается в реальности. Из-за этой мысли я буквально отшатнулась от окна. — О нет. Нет-нет-нет! Даже думать об этом не смей, — процедила я самой себе. Этот вампир и так уже слишком сильно влияет на меня, он может сорваться от запаха крови, и он мужчина, рядом с которым мой собственный контроль начинает трещать всё сильнее с каждым днём. Подсознание решило окончательно добить меня подобными снами. Просто, блять, замечательно! *** На следующий день я была в полном раздрае. Мысли давили с разных сторон без пауз и возможности нормально обдумать хоть одну. Мне надо уехать. Не “возможно” и не “подумать ещё”. Мне нужно к моей семье. Мне нужно увидеть их, посмотреть им в глаза, обсудить всё это не в голове, а вслух, потому что одна я не справлялюсь. — Да пошло оно всё… — я коротко усмехнулась, качнув головой. После короткой переписки в чате «Клыки и метлы», я стояла посреди комнаты и обводила взглядом вещи. Ребята будут ждать меня в Новом Орлеане, у Реджины. Собирать чемодан? Не буду, возьму у Редж. Она, конечно, будет не против, но через час потащит меня по магазинам, потому что “тебе нужно отвлечься”, я выйду оттуда с кучей пакетов и ощущением, что я отдала грабителям всё добровольно. Я побросала в сумку самое необходимое: документы, телефон, зарядку, пару женских мелочей. Остальное сейчас казалось неважным. Бросив вещи в машину и, держась за дверцу, я задумалась: перед отъездом надо обязательно зайти к Белле! Эдвард собирается ее бросить. Я сжала челюсть. — Господи, какой же он гондон… Предупредить? Промолчать? Я закрыла глаза, глубоко вдыхая. Если скажу, то вмешаюсь в их отношения, если не скажу — она все равно узнает позже. И, возможно, это будет больнее. — Блять… Я оттолкнулась от машины. — Ладно, пока не до этого. Она сильная. Должна быть. А если нет? Я усмехнулась, уже поднимаясь на крыльцо соседнего дома. — Значит, приеду и сделаю её сильной. Я постучалась, услышала за дверью шаги и дверь приветливо открылась. Передо мной стояла растрепанная Белла, в растянутой кофте с растерянным, не до конца проснувшимся, взглядом. — Ро?.. — она моргнула, явно пытаясь понять, что происходит. — Ты чего в такую рань? Я на секунду смотрела на неё, внутри неприятно кольнуло — она вообще ничего не знет. Я чуть оперлась плечом о косяк, заставляя себя собраться. — Прости, что вот так с утра врываюсь, — сказала я тише обычного. — Я уезжаю... И мне нужно было тебя увидеть перед этим. Белла проснулась буквально за секунду. — Уезжаешь?.. — она нахмурилась, отступая в сторону, впуская меня. — Куда? Я зашла внутрь, закрывая за собой дверь. — В Новый Орлеан, — ответила я, проходя в гостиную. — К своим. Есть вещи, которые лучше обсуждать лично. Она внимательно смотрела на меня. — Ро… что-то случилось? Я замялась. — Да, — честно ответила я. — Но это не тот разговор, который можно уместить в пару фраз. Она медленно кивнула — Ты надолго? Я отвела взгляд, потому что не знала. — Не знаю, — тихо сказала я. — Постараюсь быстро. Белла подошла ближе. — С тобой всё будет нормально? Мне хотелось легко и весело сказать “да”, но после вчерашнего это уже не получалось. — Я разберусь, — выдохнула я. Тишина. Она вдруг обняла меня, я поколебавшись секунду, обняла в ответ. — Тогда просто вернись, — тихо сказала она. Я закрыла глаза. — Вернусь. Я чуть отстранилась, но осталась стоять рядом, глядя на неё. Эдвард... Я сжала губы. — Белла… — Да? Я замялась, подбирая слова:  — Если вдруг что-то начнёт меняться, не спеши делать выводы, ладно? Она чуть нахмурилась, не до конца понимая. — В смысле? Я пожала плечами, будто это ничего серьёзного. — Иногда люди ведут себя странно не потому, что с тобой что-то не так, — тихо сказала я. — А потому что у них в голове… свои загоны. И они редко умеют объяснять это нормально. Белла смотрела на меня уже внимательнее. — Просто… не принимай всё на свой счёт. Хорошо? — улыбнулась я. — Хорошо… — она медленно кивнула, а я направилась к двери. — Напишешь, как доедешь? — в спину мне спросила девушка. — Конечно. Уже открывая дверь, я на секунду остановилась и посмотрела на неё ещё раз. — Белла… — тихо сказала я. — Да? — Ты справишься. — Справлюсь, — секунду замешкавшись она кивнула. Я вышла на улицу и, дождавшись, когда дверь за мной закроется, позволила себе выдохнуть. — Прости… — тихо пробормотала я. Этого было мало, я знала, но больше сейчас дать не могла. Сжав ключи в руке решительно направилась к машине. *** Дорога до Нового Орлеана слилась в один сплошной поток — трасса, заправки, редкие остановки и постоянное ощущение, что я еду не просто в другой город, а к чему-то, от чего уже нельзя будет отвернуться. Чем ближе я подъезжала, тем тяжелее становилось внутри. Как будто с каждым километром исчезала возможность делать вид, что всё это не серьёзно. Влажный воздух Луизианы встретил меня знакомым липким теплом, запахом зелени, воды и чего-то тяжёлого, почти приторного. Я припарковалась у дома Реджины и на секунду замерла, сжимая руль. Всё. Я приехала. Теперь придётся говорить вслух. Я вышла из машины, поднялась на крыльцо… и не успела постучать, как дверь распахнулась. На пороге стоял Майкл, секунду он просто смотрел на меня, будто проверяя, настоящая ли я, а потом резко шагнул вперёд и сжал в объятиях. — Ну, наконец-то, блять, — выдохнул он мне в волосы. — Я уже начал думать, что ты либо решила всё сама разрулить и героически сдохнуть, либо влипла так, что даже написать не можешь. Я фыркнула, уткнувшись ему в плечо: — Не дождёшься. Если я сдохну, то тебя первым достану с того света. — Вот это я понимаю — приоритеты, — рассмеялся он, но отпускать меня не спешил. — Может, вы закончите обниматься и вспомните, что тут не встреча выпускников? Я подняла взгляд. Реджина стояла чуть в стороне, скрестив руки на груди, глаза внимательные, напряжённые. Я отстранилась. — Скучала? — Не льсти себе, — фыркнула она. — Заходи, нам надо поговорить. Я прошла внутрь. Всё было как обычно — лёгкий хаос, вещи не на своих местах, ощущение, что здесь постоянно кто-то живёт, двигается, дышит. Морвена сидела на диване, поджав под себя ноги. Увидев меня, она мягко улыбнулась. — Ты приехала… — тихо сказала она. — Это хорошо. — Посмотрим, — пробормотала я. Рядом с диванном стоял Дориан. Спокойный, собранный, как всегда. Он ничего не сказал — просто кивнул и положил руку мне на плечо. И, чёрт возьми, этого хватило, чтобы я чуть выдохнула. — Садись, — коротко сказала Редж. Я опустилась в кресло, Лускони тут же устроился рядом, на подлокотнике. — Так, — он хлопнул ладонями по коленям. — Давай без твоих любимых “сейчас аккуратно подведу”. Нам нужны факты. Все сразу. Я провела рукой по лицу. Несколько секунд молчала собираясь. — Ладно, — выдохнула я. — Тогда держитесь, потому что это будет пиздец. — Отлично, — довольно кивнул Майкл. — Моя любимая категория историй. Я бросила на него взгляд. — Я серьёзно. — Я тоже, — усмехнулся он, но всё-таки замолчал. Я перевела взгляд на остальных. И рассказала всё: про его поведение, контроль, срывы, как он реагирует на меня иначе, чем на всех остальных. Чем дольше я говорила, тем тише становилось в комнате, даже Лускони перестал вставлять свои комментарии. Я видела, как Редж сжимает челюсть, как Морвена уходит в себя, а Дориан начинает думать быстрее, чем я успеваю договаривать. — Он рассказал, как стал вампиром, — тихо сказывала я. — И назвал имена. Я подняла взгляд. — Мария. Люси. И… Эстер. В комнате царила глухая и тяжелая тишина. Лускони медленно выдохнул. — Ну, охуенно… Редж резко отвернулась, отходя к окну. — Нет, — глухо сказала она. — Нет, подожди. Ты сейчас хочешь сказать… Я сжала руки в кулаки. — Он убил Эстер. Комната будто сжалась. Морвена закрыла глаза, Дориан напрягся. — Он убил твою бабку… — медленно произнесла она, повернувшись спиной к окну. — И ты сидишь здесь и говоришь, что не хочешь его убивать? Да, она конечно та еще тварь, но Ро.... проклятие! Я подняла на неё взгляд. — Да. — Роксана... — Да, — жёстче повторила я. — Я понимаю, что это значит. Понимаю, что именно это причина проклятия. Я понимаю, что его смерть это остановит… Но я не хочу этого. — Подожди, давай ещё раз, — Майкл взъерошил себе волосы и начал ходить по комнате. — Он убивает Эстер, она перед смертью накладывает проклятие. Это проклятие висит на твоём роду и теперь ты связана с ним магически. И ещё и как его истинная пара? Он остановился. — Я ничего не упустил? — Нет, — тихо сказала я. — Охуенно, — выдохнул он. Редж прищурилась. — Это не “охуенно”, Майкл. Это катастрофа. — Я в курсе, — огрызнулся он. — Это не просто катастрофа… это узел. Очень старый, очень глубокий, — тихо заговорила Морвена и посмотрела на меня, — И ты сейчас в его центре. Я усмехнулась: — Спасибо, я уже заметила. Дориан наконец сделал шаг вперёд. — Вопрос сейчас не в том, нравится тебе это или нет, — спокойно сказал он, — эта связь не даст его убить конкретно тебе. Он на секунду замолчал, будто сам пытался проглотить собственную мысль. — Он убивает Эстер. Она проклинает род. Спустя поколения ты становишься связанной с ним. Это какая-то херня. Он резко выдохнул, как будто его самого бесило, что картина почти складывается, но всё равно рассыпается на краях. — Где-то ошибка… — я покачала головой. — Не может быть такого, что чтобы снять проклятие надо убить истинного партнёра! — я закрыла лицо ладонями почти срываясь — Плевать на эти вампирские “истинные”! Но он же магический партнёр! Мы что-то упускаем. В комнате стало тихо. Дориан смотрел на меня, пытаясь понять где именно система дала трещину. — Ты права в одном, — наконец сказал он медленно. — Это не может быть условием проклятия. — Тогда что это? — Я подняла на него взгляд. Лускони первым нарушил тишину: — О, отлично. Обожаю, когда фраза начинается с “ты права”, а потом всё становится ещё хуже. Редж даже не повернулась в его сторону. — Говори, Дориан. Он чуть кивнул, будто принял решение не идти по самому простому пути. — Проклятия такого уровня не строятся на уничтожении того, с кем у жертвы возникает… особая связь. Это не финальное условие, а побочный эффект. Я нахмурилась. — Побочный эффект чего? Дориан посмотрел прямо на меня. — Конфликта. Тишина снова накрыла в комнату. — Конфликта между тем, что было задумано, и тем, что произошло на самом деле. Редж резко хмыкнула: — Прекрасно. То есть у нас магическая ситуация уровня “пошло не по плану”. — Почти всегда так и бывает, когда вмешиваются эмоции! — добавила Морвена. — Эстер не могла учесть его в этой формуле. — кивнул Дориан. Я моргнула. — В какой ещё формуле? — В той, где его должны были убить. — ответил он спокойно. — Но не ты. Я замерла. — В смысле? Дориан выдохнул, как будто наконец складывал кусок, который долго не вставал на место. — Она рассчитывала, что это сделает её дочь. Лускони тихо присвистнул: — Окей… это уже семейный уровень “разберитесь сами”. Я медленно опустилась обратно в кресло, не отводя взгляда от Дориана. — Моя мать… — Да, — спокойно подтвердил он. — Это было её исходное намерение. Редж скрестила руки: — А не сработало. — Не сработало, — кивнул Дориан. — И именно поэтому всё и “поехало”. Я сжала пальцы. — И при чём тут я тогда? Дориан долго смотрел на меня. — В том-то и дело, — тихо продолжил он. — Сейчас ты в этой истории вообще не предусмотрена. Ни как исполнитель, ни как носитель, ни как цель. Ты — сбой. Он чуть наклонил голову глядя на меня, в этот момент стало по-настоящему тихо. — Блять, — выдохнула я. — Походу придётся всё рассказать Джасперу и задать ему вопросы. Иначе я не знаю, что делать. Я сказала это почти спокойно, но внутри это “придётся” уже давно перестало быть обязанностью, скорее неизбежностью. Как будто все дороги, всё равно сворачивали в одну точку. Все присутствующие в комнате тяжело молчали. Каждый думал о своём, но понимал к чему всё идет. Первым нарушил тишину Лускони: — Вот это, конечно, план! Уровня “пойду спрошу у вампира с военной подготовкой, почему моя жизнь превратилась в проклятый цирк”. Звучит безопасно. Я медленно повернула голову в его сторону. — Ты закончил? — Пока да, — он поднял руки. — Но у меня есть ещё мысли. — Оставь их при себе. Редж устало провела ладонью по лицу. — Роксана, ты понимаешь, что это не просто “поговорить”? — Понимаю, я не идиотка, Редж. — Мой голос стал тише, но жестче. — Я прекрасно понимаю, что он опасен, что он может давить, может не ответить прямо. Понимаю, что вся эта история с ним вообще никогда не была “нормальной”. Но проблема в том, что я уже не могу делать вид, что он для меня просто часть проблемы. Морвена настороженно посмотрела на меня: — Ты начинаешь к нему привязываться. Она спокойно, без осуждения, констатировала, а я отвела взгляд. — Я начинаю ему доверять. И это гораздо хуже. — О, да, классика жанра! “Я ему доверяю, поэтому все плохо”, — фыркнул Лускони. — Это не ошибка. — наконец заговорил Дориан, чуть склонив голову, будто подбирая слова так, чтоб не разрушить то, что уже сформировалось у меня внутри. — Магические партнёры — не механизм контроля и не гарантия безопасности. Это усиление. — Усиление чего? — нахмурилась Редж. — Всего. — Дориан посмотрел прямо на неё и, вернув взгляд ко мне, добавил, — Поэтому ты сейчас не принимаешь решение из страха. И не из логики, а из того, что уже есть между вами. Отрицать это было бы глупо и поздно. Лускони почесал затылок: — То есть правильно ли я понимаю? Ты сейчас идёшь не потому что “надо выяснить”, а потому что “иначе не сможешь не пойти”? — Примерно так, — я медленно выдохнула. Он тихо выругался: — Потрясающе. Просто потрясающе. — И ты уверена, что хочешь туда лезть одна? — Редж скрестила на груди руки. Я медленно покачала головой. — Я не одна, просто я иду первая. — Это честнее, чем притворяться, что можно отложить. — мягко кивнула Морвена. Дориан чуть сжал пальцы, будто что-то внутри него тоже подтвердилось. — Тогда это правильное решение. — Я не говорила, что оно правильное, — усмехнулась я. — Я сказала, что оно единственное, которое сейчас ощущается… реальным. Тишина снова легла между нами. В этот раз никто уже не пытался прервать её шуткой или спором. Все понимали: я уже не выбираю между “хорошо” и “плохо”, я выбираю между “узнать правду” и “жить в незнании, которое позже меня разрушит”. И это, пожалуй, было честнее любого плана. Всё, что нужно было сказать, уже прозвучало, и теперь оставалось только решить, что делать дальше. Я медленно выдохнула и провела рукой по волосам. — Ладно, — сказала я уже более собранно. — Давайте без драмы. Что мы имеем на данный момент? Лускони тут же откинулся на спинку кресла, закинув ногу на ногу: — Мы имеем проклятие, которое работает как криво написанный контракт, вампира-майора с тёмным прошлым, с которым ты связана сразу двумя способами, и полное отсутствие понимания, как это всё закончить без чьей-то смерти. В целом, неплохо идём. — Спасибо, капитан очевидность, — я закатила глаза, — но давай серьёзно. Редж сразу подхватила: — Окей. Серьёзно так серьёзно. Первое: ты не предпринимаешь никаких резких действий, пока мы не разберёмся глубже. Я прищурилась: — Редж… — Я договорю, — жёстко перебила она. — Никаких “я поехала и всё решила сама”. Мы уже видели, чем заканчиваются такие инициативы. — Хорошо. Я не буду делать ничего радикального. — медленно кивнула я. — Как же успокаивает формулировка “ничего радикального”! — хмыкнул Лускони. Я бросила в него подушку, но он только усмехнулся. — Второе, — подхватил Дориан, вцепившись в меня взглядом, — Мы собираем информацию. Не через давление, не через конфронтацию, а через разговор. Когда вы оба будете к этому готовы. Я чуть сжала пальцы, но кивнула. — И третье! Ты не остаёшься одна в этом, — добавила Морвена. — Я и так не одна! — ее напор заставил меня нахмуриться. — Физически — да, — фыркнул Лускони, — географически — нет. — Даже не начинай, — я уже поняла к чему он везет. Лускони выпрямился, в этот раз в его голосе не было привычной лёгкости: — Я серьёзно, Ро. — Мы все серьёзно, — поддержала его Редж. — Ты в центре проклятия. Ты связана с вампиром, который был частью его начала. И ты живёшь в городе, где уже происходит какая-то странная херня с его семьёй. Думаешь, мы просто будем сидеть здесь и ждать новостей? — Она скрестила руки. — Вы не переедете в Форкс. — устало выдохнула я. — А это уже звучит как вызов! — приподнял бровь Лускони. — Это звучит как здравый смысл, — отрезала я. — Это маленький город. Там и так слишком много всего происходит. Если вы туда приедете всей толпой, это будет не “мы незаметно рядом”, а “смотрите, у нас открылась новая секта”. Морвена улыбнулась: — Мы можем быть аккуратными. Я посмотрела на неё: — Ты — может быть, Редж — сомневаюсь, Лускони — точно нет! — Эй! — возмутился вампир. — Я могу быть незаметным. — Ты с красными волосами, Майкл. Ты не можешь быть незаметным даже в темноте. Редж усмехнулась, но сразу же серьезно добавила: — Это не шутки, Ро. — Я знаю. — я тоже перестала улыбаться. — Но вы мне сейчас там не поможете. Все замолчали, давая мне возможность закончить. — Если вы приедете — это будет давление. На меня, на него, на всю ситуацию в целом. Ты сам сказал, — я посмотрела на Дориана, — это не та история, где надо ломать. Он медленно кивнул. — Мне нужно пространство, чтобы это… правильно развернулось. — продолжила я. — Ты уже решила… — тихо пробормотал Лускони. — Я решила не ломать то, что ещё можно понять. — Тогда мы не будем вмешиваться напрямую, — мягко вмешалась Морвена, а Редж только недовольно выдохнула. — Мы остаёмся здесь, собираем информацию, следим за тем, что можем отследить, со своей стороны. И держим с тобой постоянную связь, — подвел итог Дориан. Я кивнула. — Это нормально. — Но если что-то пойдёт не так… — Лускони угрожающе прищурился. — Вы узнаете первыми! — со смехом перебила я. — Хорошо. — он согласно кивнул. Тишина снова легла между нами. Она уже не была тяжёлой, но мы все чувствовали, что это начало чего-то большего. Что, честно говоря, пугало меня сильней, чем всё, что было раньше.