Загнанный под шаблон

                          Будни в заточении затянулись в вереницу однообразия, каждый день стал похож на предыдущий и складывался в бесконечную череду каторги. Существование в стенах центра неминуемо сопровождалось унижением и беспощадными избиениями со стороны Рика. Драко Малфой превращался в собственную тень. На каждом участке его тела появлялись синяки и ссадины, как отметины на память о пережитом насилии.              Однажды Рик нанес ему такую серию ударов, что Драко потерял сознание на несколько продолжительных часов.              Этому предшествовал случай очередного перевоспитания от его наставника, который полагал, что парень не проявляет достаточно благодарности за подаренную ему свободу.              Малфой, попытавшийся пошутить, что узникам Азкабана по крайней мере не нужно изучать родословную Уизли каждый день, вызвал явную вспышку злобы у Луепы.              — Побуду твоим папочкой, — раздался хлесткий звук ремня перед лицом Драко.              — Только если тоже сядешь за решетку, — плевок, чуть не долетевший до карателя.              — Ах ты жалкий выродок! — засвирепел Рик, у которого глаза налились кровью.              Парень стал мишенью для нещадных ударов, которые обрушились на него. Непрерывные атаки сопровождались оскорблениями и руганью, заполнив комнату глухими стонами боли.              В конце концов, Драко отключился, оставшись без сознания лежать на полу, словно кусок мяса для отбивной.              Восстановление шло тяжело, ведь все время Малфой находился на ногах. Он никогда бы не мог подумать, что проведет так много времени за драением полов, туалетов, приготовлением еды, сервировкой столов и другой подсобной работой.              За три недели нахождения здесь Драко не завел тесных знакомств с кем-либо. В основном «бывшие пожиратели» или точнее те, кого к таким отнесли, были постарше и выходцами Дурмстранга. Пожирателями их было сложно назвать, потому что они никогда не принимали участие в военных действиях, не применяли непростительных заклятий, просто являлись членами семьи настоящих ПСов, или когда-либо высказывались негативно о маглорожденных.              Во время судебного процесса со всей страны поступали жалобы от волшебников с просьбой провести проверку в отношении знакомых или соседей, чтобы привлечь их к ответственности. Никто не стал разбираться были ли среди поданных заявлений обычные кляузы с целью наговорить на человека. В исправительные центры ссылали всех без исключения для профилактики.              Из хороших новостей побои прекратились. Вместо них появилось что-то более извращенное — пристальные взгляды, случайные прикосновения, двусмысленные намеки. Рик словно сменил тактику, решив, что сломленного тела недостаточно, и принялся за душу. Причины такого изменения в методах воспитания Рика парень пока для себя не понял.              Были некоторые странные моменты в поведении его надзирателя, о которых он старался не думать. Рик Луепа, настоящий нарцисс, несколько экстравагантный и изощренный в своих пытках. Больше, чем унижения и избиения Драко ненавидел проявление дружелюбия со стороны своего наставника. Казалось, что Рик прибывает в некоторой маниакальной стадии.                     ***                     Очередной день, который начался с серой похлебки на завтрак и продолжился на корточках за отмыванием пятен на кафеле.              Драко уже ничему не сопротивлялся. Его приучили подчиняться. Его персона привлекала и так излишнее внимание, чтобы создавать еще какие-то дополнительные поводы.              Тело ныло от гематом. Получать в лишний раз током не было никакого желания.              Что удивительно парень даже не собирался рефлексировать, у него попросту не осталось сил. Его сознание отделилось от тела, словно наблюдая за происходящим со стороны. Нужно было сохранять остатки здравомыслия. Он не будет обвинять судьбу за выбранную ей жестокость для преподнесения уроков.              Одна мысль не давала ему покоя. Мог ли он все изменить, поступив иначе, где бы тогда оказался и с кем?              Такой момент в его жизни был. Она подошла к нему сама.              На шестом курсе, когда он в очередной раз шел в Выручай-комнату в надежде починить шкаф, как можно скорее, только чтобы у Нарциссы не было неприятностей.              Она перегородила ему путь. Драко даже показалось, что ведьма специально его там ждала.              — Малфой, у тебя все в порядке? Тебе нужна помощь? — с каким-то беспокойством в голосе спросила Грейнджер.              Ему не верится, что кто-то может быть на столько добрым, чистым и наивным.              Она действительно хочет меня спасти?              — Дамблдор тебе обязательно поможет. Расскажи ему, если твой отец как-то связан с Волан-де-Мортом.              И откуда столько смелости в такой маленькой хрупкой девчонке.              — Грейнджер, не до тебя сейчас. И мой тебе совет не суй везде свой нос. Может дольше проживешь, грязнокровка.              Последнее точно надо было сказать для убедительности. А то наверняка бы потащилась за мной. Уже вроде не дети, а она продолжает верить в сказки.              Как же, поможет. Неужели этот глупый старик до сих пор не догадался, кто пытался его убить? Тогда его сильно переоценивают. Почему он ничего не предпримет? Ответ простой, потому что всем плевать на чужие проблемы.              ***              Натирая пол до болезненного блеска, Драко механически продвигался вперед, его движения были выверены неделями подневольной практики. Мысли уплывали в никуда, пока в поле зрения не возникла пара знакомых грубых берцов. Тяжело забыть ботинки, которыми ни раз получал удары. А говорят лежачих не бьют.              Серые глаза медленно поднялись по силуэту надзирателя. Может повезет и он отделается от него по-быстрому.              — Вставай, приведем тебя в удобоваримый вид. Смотреть страшно и тошно, — токсичность сквозила в словах ненавистного наставника.              В исправительном центре на весь этаж предусмотрена лишь одна душевая комната. Вода в трубопроводе была исключительно холодной, наверное для бодрости духа. На каждого несчастного перевоспитанника выделялось около трех минут, что только усугубляло чувство собственной ничтожности.              Посещение водных процедур осуществляется строго в утренние и вечерние часы. Поэтому было вдвойне удивительно, зачем Рик притащил его мыться.              Драко медленно снимал робу перед своим наставником, потому что тот точно не собирался выходить.              Луепа оценивающе разглядывал парня, явно ухмыляясь его плачевному виду. Ведь зрелище, признаться честно, не для слабонервных. Молодое искалеченное тело, полностью покрытое шрамами и посиневшее от каждодневных ударов.              Быстро приняв душ, Драко принялся вытираться. Наставник стоял в углу комнаты, облокотившись о стену и нескромно пялившись на творение своего воспитания.              — Завтра тебя ждет приятный сюрприз, скоро ты станешь моим надолго.              От услышанного кровь в жилах Драко заледенела, голова пошла кругом от страха. Месяц в центре подошел к концу, что означало назначение постоянного наставника.              Мерлин, прошу тебя, нет. Только не он, — даже его внутренний голос дрожал от ужаса. — Если Рик не убьет меня, я сам это сделаю, клянусь.              — Ты не рад новости, милый? — насмешливо спросил изувер, наслаждаясь властью, которую он имел над испуганным парнем. — Видок у тебя пугающий для большинства, но как по мне соблазнительный. Однако лучше держать некоторые аспекты наших отношений в секретике. Завтра наденешь водолазку и будешь молчать. Веди себя безупречно, словно шелковый. Покажи мне лучшее, что ты усвоил из моих уроков.              Жертву издевок бросило в мелкую дрожь. Малфою действительно стало страшно. Ему необходимо будет что-то предпринять, лишь бы завтра не остаться в лапах садиста навсегда.