Загнанный под шаблон

      Секрет последних спокойных дней без наказаний заключался в том, что нельзя было портить выставочный товар. Драко понял это, когда Рик, вместо удара, лишь щипком поправил ворот его робы. Это притворное бережное отношение было страшнее побоев.              Группы молодых пожирателей стояли на отведенных площадках, как овцебыки в загонах, в ожидании, когда их поведут на убой.              По иронии судьбы, Малфой оказался в так называемом «Золотом составе» перевоспитанников.              Драко выискивал глазами знакомые лица. Он никак не мог рассмотреть Поттера или Грейнджер, только Уизл слонялся без дела.              Хоть это было крайне унизительно, но единственным выходом из ситуации являлось обратить на себя внимание Вислого. Долго ждать не пришлось, Рик подхватил того за руку, конечно, он не мог не похвастаться своими передовыми методами воспитания. Тем более за Золотой Троицей всегда по пятам ходила Рита Скитер.              — Мистер Рональд Уизли, не проходите мимо, уверен, вам будут интересны некоторые мои подопечные. — Рик загородил дорогу, широко расправив плечи в позе самодовольного пижона. — Мне достались самые сложные экземпляры.              Когда Рика заметили, он переключил все свое обаяние на репортера. Он повернулся к ней со скоростью феникса, отбросив образ сурового наставника, и засиял подобранной для камеры улыбкой.              Ну давай, Уизл, я тут, посмотри на меня, - крутилось в голове Драко.              И вот наконец их взгляды встретились. Пусть Драко Малфой находится в проигрышной позиции, и его вид наверняка вызывает усмешку, но ему необходимо поговорить с кем-нибудь о вариантах своего вызволения на свободу.              Могло бы показаться смешным, если не было так грустно, что вначале он страшился попасть к кому-нибудь из закодычных друзей неразлучной тройки, а теперь просто жаждет этого.              Чтобы похвастаться своим трофеем Луепа подошел ближе и взял Драко за подбородок. Парень рванул головой в сторону. На глазах у всех чудище не посмеет показать свое истинное нутро.              К его счастью, тот не стал долго задерживаться на нем, потому что Рита Скитер решила расспросить о секретах прекрасной физической формы надзирателя.              – Привет, Уизл, – Драко сказал, не поднимая глаз, потерев красное запястье от браслета.              – Привет, Малфой, тебе идёт форма. – Рон оглядел его мешковатый балахон. – И что ради Мерлина с твоей головой, заразился лишаем?              Драко уже забыл, что у него с прической. С тех пор, как ему пришлось пережить все испытания исправительного центра, вопрос о его стрижке казался уже незначительным.              – Слышал от твоего воспитателя, что ты отлично поддаешься дрессировке, – бывшего школьного врага, несомненно, забавлял факт заточения слизеринца.              – Уизли, послушай… — парень сделал шаг вперед, понизив голос до шепота. — Забери меня. Куда угодно. Я буду… я сделаю все. – вот сейчас Драко поставит все ва-банк. – Ты можешь лично убедиться в моем послушании.              Рон отшатнулся, будто его толкнули. Глаза стали круглыми.              – Ты в своем уме? Я правильно понял ты хочешь, чтобы я забрал тебя К СЕБЕ домой на целый год!?              Драко хотел этого так сильно, что в своей голове уже представлял вариант, в котором он прибегнет к крайней мере, и бросится в ноги, умоляя его забрать подальше от этого дерьма, от безумного душегуба.              – Пожа-луйста, - слово, липкое и незнакомое, вырвалось у него с огромным усилием, обжигая горло.                     – Зачем мне это надо, ты что-то задумал? – вопрос так и остался без ответа.              Рик уже возвращался обратно, продолжать разговор для Малфоя становилось опасным. Драко приподнял рубашку, под которой на ребрах виднелись синяки от последних методов «перевоспитания» наставника.              – Надеюсь, наш Драко был паинькой? — Голос Рика стелющийся, медасто-заботливый. Он положил руку Драко на плечо, пальцы впились в ключицу. — Он у меня такой… впечатлительный. Легко смущается. Что нужно сказать мистеру Рональду Уизли в конце беседы?              – Спасибо, мистер Уизли, за приятное общение. И надеюсь на нашу скорейшую встречу, – он пронзительно взглянул прямо в глаза своего единственного вероятного спасителя, рассчитывая увидеть в них немое согласие.              На последних словах Рона передернуло, диалог показался ему очень странным и возник вопрос, что за синяки от побоев у Малфоя.              Герою вечера нужно было уже подниматься на сцену вместе с Гарри и Гермионой, чтобы произнести торжественную речь по завершению праздника.              Умнейшая ведьма столетия произнесла речь о том, какие задачи стоят перед участниками программы. Спаситель всея миров сказал о важности второго шанса. И вот подошла очередь Рона, который все это время размышлял о беседе с бывшим однокурсником, неужели Малфой действительно так сильно страдает, и его мучают в стенах исправительного центра. Неожиданно даже для самого себя он выдал спич, достойный Ордена Мерлина.              – Сегодня я… э-э… пообщался с наставниками, — Рон сглотнул, нервно поправив мантию. — И мне захотелось самому попробовать.                     Друзья, стоявшие рядом на сцене, удивлено взглянули на парня. Уизли тверже встал, выпрямил спину и его голос набрал силу.                     - Все, потому что мне не верится в то, что человек может измениться. На моем курсе был такой студент, который вечно задирал маглорожденных и не только, а в целом всех, кто был не из его окружения. Мне будет интересно лично пройти через испытания вместе с ним. Думаю, многие догадались, речь про Драко Малфоя.              В едином порыве зал охватил громкий гул из восторженных голосов и раздались овации, словно все собравшиеся волшебники смогли воочию увидеть поражение Темного Лорда во второй раз. Сложно прояснить причины столь бурной реакции от прозвучавших слов. Для себя слизеринец по несмолкаемым аплодисментам определил уровень текущей симпатии магического общества к его родословной. По убеждению большинства волшебников отпрыск Пожирателя Смерти должен гнить в Азкабане по соседству с камерой отца.              – Ты что творишь? – ошарашенный от неожиданной новости воскликнул Гарри.              Гермиона пыталась найти логическое объяснение поступку друга, вспоминая их последние беседы, может быть он упоминал о своем желании стать наставником. Хотя нет, исключено, Рон вероятнее всего запустит в себя заклинание по поеданию слизней, чем добровольно возьмет под опеку Драко, чтоб его гиппогриф разодрал, Малфоя.              Рик стоял растерянный. Мышцы на его скулах неестественно дернулись. Улыбка, которую он пытался удержать, превратилась в оскал. Он не просто лишался любимой игрушки, его публично унижали, отнимая плоды его «труда» прямо перед министром. И хуже всего, ему не успеть скрыть следы.              – А знаете, великолепная идея, своим личным примером Вы покажете, что вражда между волшебниками окончена, – заратовал Министр Волшебной Британии Кингсли Бруствер.                     Малфой пребывал в состоянии шока, легкая паника закралась в беспокойные мысли о его светлом будущем. Он не понимал стоит ли ему радоваться дальнейшим перспективам, и с чего изначально решил, что этот год будет лучше провести под присмотром Уизла.              Ладно, сейчас упасть в глазах школьного врага, не худший вариант, все что угодно во спасение своей души из рабства. В беспросветном мраке проблемы следует решать по мере их поступления.              Министр Кингсли с Героем Войны направлялись в его сторону, Драко заметил, как пока еще действующий наставник заметно напрягся.                     Гори в Адском пламени, Луепа.                     – Мистер Уизли, ваша роль заключается в принятии мер, чтобы обеспечить положительную динамику в поведении Малфоя. Вы можете давать ему различные поручения, которые, на Ваш взгляд, помогут в его перевоспитании. На участниках программы имеются специальные браслеты, которые накладывают на них некоторые ограничения: территориальная близость, обязательность выполнения поручений и экстренные меры. За период подготовки Драко Малфой должен был испытать весь его функционал по достоинству, не так ли? - Кингсли перевел взгляд на оцепеневшего парня, который, по его мнению, оставался опасным элементом системы и носителем чудовищной идеологии.              Вот почему Правительство Магической Британии действовало незамедлительно и сразу по завершению основных военных действий приступило к внедрению программы по перевоспитанию юных сынов Пожирателей Смерти. Стране необходимо ликвидировать все опасные группировки. В первую очередь это касалось семьи Малфой, которые могли продолжать спонсировать диверсионную деятельность и укрывать оставшихся в живых последователей Темного Лорда.              – О да я делал все, что было в моих силах, – встрял в разговор Рик.              – Тогда если Вы не против, мистер Луепа, то передайте бразды управления в руки Рональда Уизли.              – Конечно, с удовольствием, но может мистеру Уизли будет удобнее, чтобы я доставил подопечного Малфоя завтра к нему домой, собрав все его вещи.              Драко насторожился, прощальный вечер с истязателем после оглушительной новости не входил в его планы.              Рон заметил животный страх в глазах парня, которого пытались разыграть, как трофей.                     – Нет. Он едет со мной сейчас. Вещи пришлете завтра. – голова у рыжего уже начинала идти кругом, он хотел быстрее уйти, чтобы не запутаться еще больше.              – Хорошо, но я должен Вас предупредить об особенностях характера, он своенравный и высокомерный, что требует особых методов коррекции. Поэтому, если Вам понадобится помощь или совет, то я всегда к Вашим услугам, Мистер Уизли, сэр.                     Рону требовалось потянуть браслет, чтобы стать наставником Малфоя, а тому в свою очередь произнести необходимые слова для клятвы: «Обязуюсь слушаться и выполнять». Щелчок резинки звякнул по запястью. Драко вздрогнул, ожидая привычной боли, но браслет лишь плотнее прилег к коже.              Звук символизировал начало новой главы перевоспитания аристократа.