Загнанный под шаблон

             В четверг Грейнджер определила Малфоя в качестве помощника на попечение Джинни, в ежовые рукавицы подруги.              Младшая сестра Уизла нравилась Драко, куда больше, чем остальные члены семейства. Она пользовалась популярностью у парней всего Хогвартса, слизеринцы не исключение.              Привлекательная рыжеволосая ведьма с взрывным характером фурии. Жизнь со старшими братьями сделала ее стойкой и сильной. Драко знает, о чем говорит, потому что любовная лихорадка под именем Джинни покосила и ряды его друзей.              Теодор Нотт помешался на гриффиндорской лисе. Он даже затеял спор, что ему удастся заполучить поцелуй. В результате на друга было страшно смотреть из-за последствий летучемышенного сглаза, запущенного младшей Уизли незамедлительно, как только он свернул свои губы в трубочку у ее лица, а после близнецы еще месяц оставляли для Тео сюрпризы, чтобы не повадно было приближаться к их сестре.              Джинни также, как и Рон решила выбрать спортивную карьеру, в которой добилась неплохих результатов. Ее целеустремленность обеспечила ей место в команде «Холихедские Гарпии» на позиции ловца.              Своим долгом она посчитала заниматься воспитанием детско-юношеских сборных по квиддичу. Джинни нравилось проводить время с детьми, в будущем ей бы хотелось стать мамой. Но они с Гарри только закончили школу. Им еще было слишком рано становиться родителями. Тем более ей предстоит стать лучшим ловцом в истории квиддича.                     ***                     – Эй, сорванцы, прячьте конфеты! К вам пожаловал злой волшебник, – запугивающе провыл Симус, собрав вокруг себя кучку первокурсников. – У него на уме только темные делишки.              – Финниган, завали, – процедил сквозь зубы Драко, чувствуя, как на него устремляются десятки любопытных и немного испуганных взглядов.              В этот момент на поле появилась Джинни, стремительная, с метлой через плечо, в спортивной форме. Но под маской энергичности в ее глазах читалась глубокая усталость, словно она давно не высыпалась.              – Дети, не слушайте этого клоуна, – громко перебила она, легко оттесняя Симуса плечом. – Этот дядя сейчас ведет себя, как плюшевый зайка, если верить рассказам Гермионы. – Она подмигнула в сторону Драко, и в этом жесте была не столько дружелюбие, сколько вызов.              Невероятно! Надо будет проучить эту заучку. И с чего она вообще решила, что может его обсуждать?              – Джин, давай, забирай его скорее, — проворчал Симус, отступая под ее уверенным взглядом.              Джинни вместо ответа обхватила руку Драко выше локтя, ее пальцы на мгновение оценивающе сжали его бицепс.              – Ммм, какие крепкие руки, – протянула она с преувеличенным интересом. – Из тебя вышел бы отличный игрок.              – Прекрати его лапать, это мерзко, – скривился Симус.              Драко, почувствовав, как напряглась мышца под её пальцами, позволил себе язвительную улыбку.              – Поттер ревновать не будет?              Словно пощечина. Играющая улыбка сошла с лица Джинни мгновенно, сменившись ледяной маской. В ее глазах вспыхнул праведный гнев, тот самый, что копился месяцами. Ей вспомнился дом по адресу Гримммо двенадцать, бесконечно пустой и холодный. Звук ключа в замке глубоко за полночь. Его тень на пороге, уставшая и отстраненная. Тихие ужины, прерываемые срочными совиными письмами. Ее попытки заговорить, разбивающиеся о стену его профессиональной секретности. И тот последний, роковой вечер, когда ее терпение лопнуло. Звон разбитой посуды был финальным аккордом ее отчаяния. Они не кричали. Они просто устало констатировали факт, что его мир – это Аврорат и расследования, ее мир – это стадион и мечты о славе. Два параллельных пути, которые перестали пересекаться.                     – Мы расстались, – выдавила она, взяла себя в руки, но прозвучало словно заученная фраза.              И, не давая никому опомниться, резко дернула слизеринца за руку к себе. Джинни со всей силы оттянула браслет, который с глухим металлическим бряком плотно прижался к его коже.              – Ауч! Больно же! – Малфой дернулся, тряся запястьем.              – Не отставай, – трусцой поспешила на поле тренер детской сборной.              – Эй, не так быстро. Обещаю слушаться и выполнять, – кричал парень уже в спину уходящей ведьмы.              – Все вы так говорите. Слышала уже тысячу раз! – рыжие волосы развивались на ветру.              Бешеная.              – Настоящая фурия. Брр, – в притворном страхе затрясся Симус, – Удачи тебе, Малфой. – притворно посочувствовал наставник.                            На поле царило оживление, шум и беспорядочное веселье. Несносные первогодки, тем более гриффиндорцы, орали без умолку. Никакой дисциплины. Одни прыгали, другие бегали, третьи заполняли воздух громкими возгласами и смехом.              Драко попытался начать разминку, но дети не обращали на него никакого внимания, они были неуправляемые и не хотели слушаться его указаний. Он заметил, что почти все дети бегали в очках, в которых даже не было диоптрий.              Народная слава Избранному. Славься на века наш великий Гарри Поттер. Мерлин бы его разразил, – выругался про себя недовольный Малфой.              Но, если его чему и научили на факультете Слизерин, так это тому, что из любой ситуации нужно извлекать пользу. Он никогда бы не подумал, что в настоящее время его преимуществом является знакомство с бессмертным-до поры-до-времени-мальчиком. Поэтому в его голове созрел план.              На поле раздался громкий свист, что заставило детей остановиться.              – У меня есть предложение, мы сыграем с вами в игру. Победители получат приз – возможность увидеть своего кумира лично.              Дети в один момент собрались вокруг продуманного слизеринца.              – Так-то лучше. А теперь поделились на пары, будем отрабатывать броски.              Тренировка проходила замечательно. Дети внимательно слушались Малфоя, боясь что-то пропустить. Проблема возникла только на последнем задании, когда нужно было распределиться на две команды.              На поле остался стоять последний мальчик, которого не выбрала ни одна из сторон. Их лидеры явно не собирались принимать его к себе. На вид обыкновенный юный волшебник, немного рыжеватый, но это не повод его сторониться.              – В чем дело? Вы боитесь подцепить от него драконью оспу?              – Он со Слизерина, – пренебрежительно крикнул гриффиндорский первокурсник в фальшивых очках.              Сердце Драко сжалось от обиды за мальчишку. Треклятые гриффиндорцы его доведут.              – Согласен, аргумент весомый. – Драко медленно обвел взглядом притихших детей. –Только давайте вспомним, кто ещё вышел со Слизерина. Герой войны, профессор Снейп. Нынешний министр Кингсли Бруствер. Один из лучших директоров в истории школы Финеас Блэк. Даже сам Мерлин. – Он сделал паузу, давая словам осесть. – А еще Андромеда Блэк. Бабушка Тедди Люпина, крестника вашего обожаемого Гарри Поттера. – Уголок его рта дернулся в чем-то, отдалённо напоминающем улыбку. – Так что, пожалуй, вы правы. С такими соседями по факультету лучше держаться подальше. Мало ли что.              Только теперь Малфой осознал, насколько глупо он вел себя в школе. Ненависть между факультетами была бессмысленной.              - А Вы правда не выдали Гарри Поттера пожирателям? - спросила девочка тихим голоском.              Малфой молчал. Он не считал, что поступил тогда, как положено настоящему герою. Ему бы не хотелось обманывать самого себя. Просто промямлил свой невразумительный ответ отцу и тетке. Разве это можно считать его обдуманным решением?              Он не высвободил их из темницы. Он не остановил истязания над ней. Ее крики пронзали воздух, а ее тело неестественно извивалось на полу его дома.              Пожалуйста, не смотри мне в глаза. Я не могу это остановить. Прошу перестань, Грейнджер. «Ничтожный трус. Бесхребетный слабак» - моя эпитафия.              Но сейчас речь не о нем. О сотнях маленьких мальчиков и девочек со Слизерина. Они станут изгоями нашего времени, если им не дать шанс.              – Да, правда, – крепко сжав кулаки, Малфой принял свое решение.              Ребята уставились на него с удивлением и немым восхищением.              – Эй, Эзра, присоединяйся к нашей команде!              – Нет, Эзра, лучше иди к нам!              Два капитана столкнулись лбами в схватке за слизеринца.              Салазар, сколько же еще гриффиндорцев ему придется вытерпеть.                     ***                     – Малфой, – Джинни опустилась на скамейку рядом с ним, вытирая пот со лба. В ее голосе сквозило неподдельное, почти недоверчивое удивление. – Я поражена. Честно. Не думала, что ты справишься. И что они тебя вообще слушаться будут.              Драко, разминая затекшее плечо, позволил себе самодовольную, едва уловимую усмешку.              – Благодарю за признание моих несчитанных талантов, Уизлетта. – Он откусил кусок от сэндвича. – Но имей в виду, с тебя теперь обеспечить фанатскую встречу с Поттером. Я им пообещал.              – О нет, – Джинни закатила глаза и искренне рассмеялась. – Это полностью твоя авантюра. Сам ему и расскажешь о своей гениальной идее. Представляю его лицо.              Малфой был уверен, что Избранный, несомненно, оценит вклад в увеличение его базы бесчисленных поклонников. А если нет, что ж, это будут проблемы Поттера, не его.              Неловкая пауза повисла в воздухе, пока они оба жевали. Джинни смотрела куда-то вдаль, на пустое поле.              – Кстати, – начала она небрежно, будто вспомнила о чем-то незначительном. – Нотт передавал тебе привет. Говорит, очень скучает.              Драко поперхнулся крошками, вызвав короткий, хриплый кашель. Он ударил себя кулаком в грудь.              – Ты… ты его видела? – выдохнул он, когда смог снова дышать. – Он цел? Где он? Что с ним?              – Жив-здоров, не волнуйся, – Джинни поспешила успокоить его, видя его панику. – У него все отлично. Они с Паркинсон живут в немагическом Лондоне. Их наставник Денис Криви. Он младше вашего курса на три года, кажется.              – Криви… – Драко протер лоб, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями и вспомнить. – Какая-то знакомая фамилия.              – Да, – вздохнула Джинни, и ее голос стал тише, мягче. – Он брат Колина. Того самого, который вечно с колдографом бегал.              В памяти щелкнул образ. Веселый, назойливый мальчишка с камерой.              – Он погиб, да? – спросил Драко глухо, уже зная ответ.              Джинни лишь кивнула, глядя на свои руки.       – Убит на поле боя.              Один из падших героев, имя которого никогда не появится на страницах истории. Он погиб, оставив только память о себе в сердцах родных и близких.              – Паркинсон невыносима! Пока мы жили вместе, я даже всерьез подумывала об убийстве, – Уизли неожиданно сменила тему, чтобы снять напряжение.              Малфой вопросительно взглянул на собеседницу.              – После суда Гарри тут же приютил их у нас, то есть у себя дома, тогда система распределения напарников еще не была до конца ясна. Их родителей сразу отправили в Азкабан. Ну сам понимаешь, они входили в число приближенных Темного Лорда.              Джинни не спешила продолжать, она снова погрузилась в свои мысли.       – Он всегда так… – Джинни крутила в пальцах обёртку от сэндвича. –Берет на себя слишком много. Спасает всех подряд. – Она горько усмехнулась. – Иногда думаю, ему действительно проще спасать других. У других проблемы понятные. А со своими... со своими нужно разбираться.              Драко молча слушал, чувствуя, как ее слова оседают тяжелым грузом где-то в его собственной грудной клетке. Он смотрел на ее сжатые кулаки.              – Зато твой «спаситель», – произнес он тихо, но отчетливо, – сберег мать и друзей тому, кто этого не заслуживает. Какой идиот.              Джинни резко подняла на него взгляд, но не стала спорить. В ее глазах возникло горькое понимание. Они оба сидели в долгом, тяжелом молчании, каждый со своим грузом благодарности и вины перед одним и тем же человеком.              Внезапно Джинни встряхнула головой, словно сбрасывая тяжелые мысли, и её лицо снова ожило, наливаясь уже другой, более знакомой яростью.              – О, а представляешь, – начала она, и ее голос зазвенел от возмущения, – эта су-у... Паркинсон! Она брала мои вещи без спроса! Мои лучшие джинсы! – Джинни вскочила и зашагала взад-вперед, активно жестикулируя. – И знаешь, что самое поганое? Она еще и обвиняла меня в полнейшем безвкусии! Говорила, что у меня «стиль домохозяйки с птичьего рынка»! У меня!              Она активно жестикулировала руками, рассказывая о их стычках с Пэнс и о том, как Тео пытался их примирить.              – В итоге из-за наших с Гарри графиков мы не могли стать полноценным наставниками. Поэтому он отправил эту курицу к Криви на ферму, где ей самое место, – фыркнула от злости Уизли. – Прости… она все же твоя подруга.              – Уверен, что в ее пересказе событий для тебя тоже будет подобрано ласковое прозвище, – ухмыльнулся Малфой.              Драко был очень рад узнать, что некоторые из его друзей в безопасности. Только спустя время ему стало интересно, почему сестра Уизли передала привет от Тео, они до сих пор поддерживают связь? И его беспокоил вопрос, где сейчас находится Блейз.