Сбой стабилизации

Они ехали еще долго. Песок постепенно сменялся утрамбованной полосой, буря осталась позади, а наэлектризованная атмосфера стала спокойнее и тише. Погоня больше не появлялась, только редкие следы чужих машин и стаи червей напоминали, что пустыня здесь была вовсе не пустая. Полуразрушенная деревушка возникла внезапно - на горизонте распласталось несколько низких домов с облупленными вывесками, водонапорная башня с облезшей краской и почти пустая площадь. Мерил постепенно сбросила скорость и они поползли вдоль населенного аванпоста. — Похоже, это все, что мы можем себе сегодня позволить, — сказала она, оглядываясь, — Если тут и есть люди, то они относятся к категории, умеющих хранить секреты за вознаграждение. — Мое любимое качество, — отозвался Роберто и устало приложился лбом к боковому стеклу, разглядывая изыски архитектуры, — Тихо, грязно и без сомнительных личностей с пушками. Надеюсь. — Скорее это наша прерогатива - быть сомнительными личностями с пушками, — девушка скептично протянула, сворачивая во двор пошарпанного здания. Вэш выпрямился. Он уже сидел более свободно, дыхание выровнялось и даже, казалось, взгляд стал более осмысленным, а на лице вновь играла миролюбивая и благодушная улыбка. Те, кто его не знали скорее всего повелись бы на эту маску придурковатости, про себя и за спиной называя блондина клоуном. Однако он был совсем далеко не дураком, периодически удивляя даже своих спутников своими выкрутасами. — Ого, — сказал Ураган, выглядывая в окно, — Смотрите, у них даже фонарь работает. Почти курорт. Николас бросил на него быстрый взгляд, в котором так и читалось «вот идиот», и закатил глаза, ничего не говоря вслух. Гостиница оказалась старой и невысокой - в ней было всего два этажа, потрескавшиеся стены, вывеска, у которой не хватало половины букв. Внутри пахло пылью и чем-то застоявшимся, но самое главное - тепло было, и свет горел. За стойкой сидел мужчина средних лет, лениво листавший повидавший жизнь журнал с каким-то наполнением из новостей вперемешку с каталогами. Он поднял глаза, молча окинул их взглядом, задержался на оружии и машине, но вопросов задавать не стал - видимо они были не первыми и не последними гостями с криминальным прошлым. — Свободные комнаты есть? — невинно спросила Мерил. — Осталось немного, — ответил он, — Вода по графику. Электричество тоже. Не шуметь. — Мы тихие, — тут же улыбнулся Вэш, — Самые тихие гости на этой планете. Мужчина хмыкнул с сомнением и неторопливо протянул ключи. — Второй этаж. Две комнаты. — Нам подойдет, — Мерил кивнула и забрала побрякивающую связку, пока остальные устало поползли к лестнице. Коридор был длинный, пустой и мрачный, половина ламп либо перегорела, либо так экономили электричество. Гостиница пустовала - только за парочкой дверей слышались голоса, а за остальными стояла тишина. Вэш шел впереди, легко и буднично, будто за предыдущие несколько дней ничего не произошло. Он даже напевал себе под нос что-то весёлое и бессмысленное. Контраст со вчерашним днём был разительным, и не находилось объяснения тому, что творилось в его блондинистой коробке. Что он там для себя решил, раз у него такая резкая смена приоритетов произошла? Николас остановился на секунду, глядя ему вслед, размышляя над поведением их стихийного бедствия. Он пытался понять и представить насколько же тяжелую ношу тот несет на своих плечах, не рассчитанных для веса жизней всего мира. Его легкомысленное поведение было признаком того, что парень заперся в себе, переваривая эмоции в одиночку - раньше брюнет бесился от этой напускной бравады, сейчас уже догадался. Просто Урагана никто не поймёт в его горе, не прочувствовав это на себе или хотя бы не наблюдая за этим вживую. Передышка была короткой, но сейчас этого было достаточно для того, чтобы зализать раны - не столько физические, сколько душевные. Ночь в деревушке стояла тихая, но не спокойная - ветер проходил между домами, цеплялся за лопасти ветряных мельниц и заставлял их глухо скрипеть, будто кто-то медленно проворачивал старые суставы. Электричества хватало лишь на редкие лампы вдоль улицы и тусклый свет в коридоре гостиницы. Все остальное тонуло в полумраке и песочной пыли, которую заносило даже сюда. Комната была тесной. Две кровати, скрипучий стол, окно с треснутым стеклом и тонкие стены, через которые иногда доносился кашель или редкие приглушенные шаги постояльцев. Вэш прошел к кровати возле окна и сел на край, сразу бронируя за собой место - было забавно за ним наблюдать, но скорее всего выбор расположения парень автоматически продумывал, например, из какой точки помещения легче всего будет сбежать. Красный плащ он аккуратно и бережно сложил рядом, будто это могло спасти ситуацию - он и так был весь в дырках от пуль и местами протерт до проплешин. Ураган улыбался. Та самая привычная улыбка, легкая и немного глуповатая, словно день был обычным, а не наполненным погонями, стрельбой и страхом. Он даже что-то тихо насвистывал, пока развязывал ботинки, но делал это, вероятно, чтобы заполнить тишину между двумя парнями. Николас находился у противоположной стены. Он снял очки и протирал их краем рубашки, сигарета тлела у него в зубах, но брюнет не закуривал ее по-настоящему, лишь держал, скорее по привычке. Каратель стоял у стены, аккуратно прислоненный, ткань на ремнях чуть ослаблена. Вульфвуд выглядел спокойно, но держался на расстоянии, как делал это часто, особенно после боев. Вэш это чувствовал. Он не оборачивался сразу. Ураган знал, что если посмотрит, то увидит ту самую дистанцию, и тогда маска может дать трещину. Поэтому он продолжал улыбаться и говорить первым. — Ну вот, пятизвездочный номер, — произнес он бодро, — Даже не думал, что нам так повезет. Николас невесело хмыкнул, не отрывая взгляда от такого интересного пола. Старые трещины в бетоне образовывали замысловатый рисунок и так хорошо отвлекали мозг от насущных проблем. — Если это пять звезд, то мне страшно представить одну. Смех Вэша вырвался чуть громче, чем того хотелось блондину, отзываясь эхом в помещении и сразу же исчезая. Он знал, что никто из них не был обязан идти с ним дальше. Мерил могла бы вернуться к журналистике и найти другую сенсацию. Роберто точно знал меру приключениям и умел заметать следы, когда в мире становилось слишком опасно. Николас вообще жил так, будто привязанностей не существовало, и мог уйти в любой момент. Они тащились за ним, рисковали быть пойманными, подстреленными, убитыми, просто потому что он оказался рядом. И снова все сломал именно он. Город, воронка, охота, новая награда. Его имя теперь звучало еще более весомо, чем раньше. Он чувствовал это почти физически, как давление под толщей песка. Хотелось извиниться сотни, нет, тысячи раз, но он знал, что слова не исправят абсолютно ничего. Вэш поднялся и подошел к окну. За стеклом мелькала тень мельницы, ее лопасти медленно вращались, отбрасывая рваные полосы света на землю. Мир жил дальше, как будто ничего не произошло. — Знаешь, если вдруг утром вы решите уехать, я пойму. Блондин произнес это так, словно говорил о завтраке или погоде. Голос был ровный, с долей шутки и веселья, будто не он только что усомнился в намерениях их компании. Николас замер на мгновение. Сигарета погасла между его пальцами, сопровождая и без того упавшее настроение. — Не начинай, — ответил Вульфвуд глухо. Он не умел говорить много, особенно на серьёзные темы, и, возможно, начни наемник вести философские беседы сейчас, то сделал бы всё только хуже. Вэш кивнул, будто именно этого и ожидал. Он надеялся, что Николас подойдет. Что встанет рядом, скажет что-нибудь резкое или грубое, но такое знакомое. Что положит руку на плечо или хотя бы окажется на расстоянии метра, дабы тяжелые мысли выветрились из головы окончательно. Ему всего навсего нужно было присутствие. Но Николас не подошел. Он остался у стены, скрестив руки, глядя куда-то мимо Вэша, словно давал ему пространство, которого тот на самом деле боялся больше всего. В груди блондина что-то сжалось. Не боль, скорее это ощущалось как утрата или пустота. Он продолжал улыбаться своему отражению в стекле, где он выглядел как всегда - блондин, чуть растрепанный, с открытым взглядом и привычным наивным выражением лица. Никто бы не сказал, что внутри у него крутится мысль за мыслью, одна тяжелее другой. Они уйдут. Рано или поздно. Все всегда уходят. Жизнь его этому весьма хорошо научила, преподав пару десятков раз один и тот же урок. — Эй, — наконец сказал Николас, чуть тише, со своей грубой заботой, — Ложись спать. Утро вечера мудренее. Вэш обернулся и широко улыбнулся, словно именно этой фразы и ждал, а не потому, что хоть какой-то план даёт маленькую незримую надежду, и совсем не потому, что ему было неловко, и абсолютно точно не потому, что хотелось в очередной раз сбежать. — Конечно. Спать так спать. Он лег на кровать, закинув руки за голову и глядя в потолок. Лампа вверху слегка мерцала, отбрасывая неровный свет, и где-то в коридоре хлопнула дверь. В воздухе витало лёгкое ощущение одиночества. Николас лег на свою кровать, спиной к Вэшу. Молчание вновь наполнило полупустую комнату. Между ними было всего несколько шагов, но расстояние казалось гораздо больше, примерно размером с диаметр этой планеты. Вэш закрыл глаза, улыбка постепенно стала мягкой и даже слегка откровенной. Он пообещал себе, как делал уже много раз, что справится. Что не будет тянуть их за собой. Что если они уйдут, он все равно пожелает им счастья… Боль проступила среди ночи резко, словно кто-то дернул за легкие изнутри. Дыхание сбилось на несколько секунд, а в ушах появился глухой звон, похожий на отдаленный ветер в туннеле. Пришлось лежать неподвижно, глядя в темноту, стараясь не шевелиться и не привлекать внимания. Тело ощущалось странно, будто что-то внутри сдвинулось и теперь пыталось вернуться на место. Нужен холод, голыми ступнями провести по полу. В груди нарастала тяжесть, как усталость после слишком долгого бега. Глубокий вдох и тихий выдох, вроде живой, все в порядке. В порядке ведь? Что-то медленно закапало и потекло прям на ткань постельного белья. Поднеся пальцы к лицу… что это такое? Такого… никогда не случалось. Пальцы намокли в темной жидкости с таким знакомым запахом железа, которая медленно стекала из носа, пачкая ткани. Надо чем-то вытереть… Наверное переутомился, да, точно, ну бред какой-то же. То была мелкая неприятность, а не предупреждение. *** Николас проснулся от света. Он сначала не открывал глаза, просто лежал, прислушиваясь к звукам в комнате, к скрипу кровати и дыханию, которого рядом не было. Это не удивило. Вэш редко задерживался в постели до утра. Иногда блондин вставал вместе с первыми лучами светила, иногда вовсе не ложился, а иногда исчезал тихо, будто он вновь отправился в очередное путешествие. Николас сел, провел рукой по лицу и оглядел пустую кровать напротив. Плед был небрежно смят, подушка чуть сдвинута. Значит, уходил недавно. Он щелкнул языком, потянулся за сигаретой и, не закуривая, повертел ее в пальцах. В голове мелькнула короткая мысль, что блондин опять где-то влезет не туда, куда надо, но он тут же отогнал ее, мысленно махая руками, и начал собираться. Внизу уже пахло искусственным кофе и чем-то жареным. Роберто сидел за столом у стены, спиной к окну, с чашкой в одной руке и сэндвичем в другой. Радио на стойке трещало, захлебываясь помехами, но голос диктора был настойчивым, противно-бодрым для этого утра. — Сенсация планетарного масштаба, — говорил он, — Коммуникаторы по всей планете фиксируют устойчивые сигналы. По предварительным данным, к нам движется целый флот с Земли. Ученые называют это новой надеждой. Роберто усмехнулся и сделал глоток той бадяги, что была в чашке, не отрывая взгляда от стола. — Новая надежда, — пробормотал он себе под нос, — Обычно так вылазят старые проблемы. Мерил появилась через минуту. Видно, что проснулась недавно и толком не собралась, взгляд сонный, но живой. Она замерла на полпути, услышав радио, и тут же подошла ближе, включая режим «главная-болтушка-на-деревне». — Подождите, что? Флот? С Земли? — она наклонилась к бурчащему приемнику, словно могла таким образом расслышать больше, — Вы это слышите, Роберто? Это же… это же невероятно. — Слышу, — ответил он спокойно и равнодушно, — И именно поэтому мне это не нравится. Николас спустился последним. Он окинул зал быстрым взглядом, нигде не увидев неугомонный блондинистый смерч. Радио он слушал молча, лицо не менялось, но внутри крутились разные мысли и размышления о том, чем это обернется в первую очередь для него. Зная Лохматого, тот очевидно окажется впереди планеты всей и как обычно будет затянут в круговорот событий. — По приблизительным расчетам, — продолжал диктор, — флот достигнет планеты через пару месяцев. Подробности уточняются, но уже сейчас многие называют происходящее переломным моментом. — Переломным, — повторил Роберто и засунул в рот последний кусок сэндвича, — Ну, для кого-то точно. Мерил была слишком воодушевлена и такое отношение искренне ее возмутило. — Вы вообще слышите себя? Это же новость, о которой мечтает любой журналист. Новая эпоха, контакт, надежда. А Вы сидите, как будто Вам принесли счет за похороны, — скептические взгляды тут же пересеклись на Николасе, который, не долго думая, ответно просигнализировал глазами «идите в ж…». — Может быть раньше, я, прямо как и ты, сломя голову побежал бы навстречу неизвестности, только и успевая повиливать хвостиком, — спокойно ответил Роберто, — Но профессия меня достаточно помотала, чтобы радоваться раньше времени. Чем громче заголовок, тем сильнее хлещет по щекам тебя жизнь потом. Николас хмыкнул, облокотившись о деревянную опору. Его забавляла ворчливость старика, что невольно хотелось подстрекать, дабы вывести на еще бóльшие эмоции. — Что же это за журналист, который не любит новости, горячие, как пирожки? Мужчина поднял на него взгляд и криво улыбнулся, не ведясь на жалкую попытку манипуляции. — Тот, который знает, что об них можно обжечься. В этот момент дверь гостиницы открылась, и внутрь зашел Вэш. Он что-то оживленно говорил местному мужчине, смеялся, жестикулировал, словно они были старыми знакомыми, а не полчаса назад встретились в подворотне, что, Николас был уверен, являлось абсолютной правдой. Лицо у блондина светилось улыбкой, которую он всегда демонстрировал всем вокруг, и которая была слишком заметна для такого тухлого места. Роберто приметил его первым и сразу поднялся из-за своего стола, уперев руки в пошатнувшийся пластик, отчего приборы, что там стояли жалобно зазвенели. — Эй, Ураган, — сказал он негромко, но жестко, — Ты бы поосторожнее, не высовывайся так. Тут полно особо шустрых, и если они вспомнят про награду, тебя разберут на части быстрее, чем флот с Земли долетит. Вэш рассмеялся, привычно легко, и поднял руки в примирительном жесте, будто это была всего лишь дружеская шутка. — Да я просто разговаривал с местными. Люди волнуются, понимаете. Всем интересно. — Вот именно, — буркнул Роберто, — интересно. А интерес к твоей персоне редко заканчивается чем-то хорошим. Блондин кивнул, все так же улыбаясь, и подошел ближе к столу, подкидывая какой-то мячик в руке. Казалось, что он сегодня в настроении и события недельной давности вообще никак на него не повлияли. Когда Николас уже собирался пройти мимо стойки к выходу из гостиницы, хозяин заведения вдруг поднялся со своего табурета и шагнул ему наперерез. Мужчина был сухой, с обветренным потрескавшимся лицом и цепким взглядом, который достаточно долго прожил в пустыне, чтобы верить в простоту случайных прохожих. — Простите, — сказал он негромко, окидывая Николаса быстрым взглядом с головы до ног, — Вы священник? Брюнет остановился, медленно повернулся и вызывающе посмотрел на него поверх очков. — А выгляжу? — спросил он ровно, без тени интереса. С его профессией всегда нужно было быть аккуратнее - никогда не знаешь когда ушлый убийца будет поджидать твоего промаха. Хозяин кивнул в сторону креста за его спиной. — Обычно такие штуки носят не просто так. Вульфвуд усмехнулся уголком губ, продолжая говорить двусмысленно - чтобы не придраться. — Исповедую, отпускаю грехи, иногда сопровождаю на тот свет. Работа с людьми - такое дело, — протянул он лениво, — Много просьб, а благодарности - кот наплакал. — Слушайте, ну я же не тупой. И зрение у меня пока есть, — взгляд хозяина гостиницы скользнул по осанке Николаса, затем по группе за его спиной и в конце по оружию, что было на бедре блондина, — пастором вы выглядите примерно так же, как я балериной. Николас хмыкнул, не возражая. Он чуть наклонил голову, как делал это всегда, когда решал не спорить, а слушать. — Допустим, — сказал он спокойно, — Тогда вопрос простой - что от меня требуется? Хозяин на секунду задумался, будто взвешивал, стоит ли продолжать разговор, а потом кивнул в сторону двери и пустынной улицы. — Здесь сейчас неспокойно, — сказал он, — Мне нужен кто-то, кто умеет отстаивать свои и чужие интересы грубой силой. Брюнет бросил короткий взгляд на Вэша, который о чем-то горячо спорил с Мерил, все так же улыбаясь, словно мир не менялся каждое утро, принося одну только боль его жителям. Затем снова посмотрел на хозяина. — Цена? — кратко спросил наемник. Хозяин прищурился. — Обсудим. Вульфвуд кивнул. Ухмылка у него была той самой, с издевкой, которой он обычно показывал, что нет противника умелее его. Ну вот и новое задание. Мерил догнала Вэша у выхода из гостиницы, когда тот уже снова собирался выйти к улице. Она схватила его за край рукава и резко дернула назад, не особенно заботясь о такте. Не то, чтобы это сильно доставило неудобств блондину, но пошатнуло его знатно. — Не-а. Даже не думай, — сказала она быстро и напряженно, — Мы сначала решаем вопрос с твоей внешностью. Вэш моргнул, посмотрел на нее и широко улыбнулся, как будто речь шла о пустяке. — А что с ней не так? — искренне удивился он, — Я отлично себя чувствую. — Пока, — почти прошипела Мерил. — Вэш, ты вообще себя видел? Плащ, етить тебя, красный. Ярко красный. Его видно за километр. Он машинально провел рукой по ткани, словно проверяя, на месте ли она. На его лице появилось ностальгичное выражение. — Он мне дорог, — мягко сказал Вэш. — И очки тоже. Они отлично защищают от ультрафиолета. Очень полезная вещь, между прочим. — Я сейчас не про ультрафиолет, — Мерил эмоционально всплеснула руками, — Я про охотников за наградой и про людей с оружием. Про то, что ты ходячий плакат, в конце концов! — Но я и без маскировки прекрасно скрываюсь, — с той же добродушной уверенностью ответил он, — Главное же вести себя спокойно и быть дружелюбным. Мерил уставилась на него так, будто он только что предложил обнять вооруженного психопата. Вот что он за дурак-то такой? — Нужно волосы хотя бы перекрасить, — упрямо сказала она, — Или спрятать. — Бесполезно, — пожал плечами Вэш, — Они все равно через пару дней станут прежними. Да и люди запоминают не по одежде, а по улыбке. И тут же продемонстрировал свои умения, ослепив округу чистыми и белоснежными зубами. Честно, выглядело ужасно искусственно для того, кто знает Вэша. В этот момент рядом остановился Николас. Он молча выслушал последние реплики, потом медленно затянулся сигаретой и выдохнул дым в сторону. — Слушай, Лохматый, — сказал он ровно, без повышения голоса, — Ты можешь сколько угодно верить в силу дружелюбия, но когда за твою голову платят столько, сколько за небольшой город, дружелюбие обычно заканчивается на расстоянии выстрела. Вэш обернулся к нему, светя своими наивными невозможными очами. — Ты преувеличиваешь. — Нет, — Николас чуть наклонился вперед, — Это ты привык недооценивать. Быстро переоделся и спрятал плащ. Сделай вид, что ты обычный идиот, а не легендарный. — Я и так обычный, — тихо возразил Вэш, сам не веря в свои же слова. Николас усмехнулся своей коронной улыбкой, полной сочащегося сарказма. — Продолжай в том же духе и может наивные окружающие поверят. Обычные люди не носят красные плащи посреди пустыни, — Вульфвуд подошел к Урагану, тяжело похлопал того по плечу, в конце задержав руку, и с лицом «я не приму никакие аргументы» поймал взгляд бегающих голубых глаз, — На время, будь добр, послушай мудрых людей. Или мне начать перечислять, сколько способов тебя убить, пока ты улыбаешься местным? Вэш замолчал и посмотрел на плащ, потом на Мерил, затем на Роберта в поисках спасения, и, не найдя его, снова на Николаса. — Только на время, — наконец упрямо сказал он, с обидой поглядывая на брюнета, — И я его не выбрасываю. Мерил облегченно выдохнула. Ну наконец-то он послушал хоть кого-то. Странно, что именно их Вульфвуд имеет такое влияние на действия Вэша. — Никто не посягает на твою святыню, — буркнула она, — Мы просто хотим, чтобы все дожили до завтра. Николас кивнул и отвернулся, показывая что разговор исчерпан, но, проходя мимо, с ворчанием добавил: — И постарайся хоть иногда внимать, когда тебе говорят, что мир не такой добрый, как ты.