Сбой стабилизации

Они почти бежали. Николас шел первым, с мрачной решимостью, уже заранее собираясь вбить владельца гостиницы в пол в качестве новой инсталляции и вытрясти из него все до последнего слова. Вэш поспевал рядом, порванный плащ хлопал по ногам, мысли путались, но злость и тревога за друзей гнали вперед. — Сейчас я у него ласково спрошу, — процедил Николас, выделяя слова, — Кто дал наводку и кому пришла в голову гениальная идея отправить нас к этим обломкам. Вэш кивнул, на ходу соглашаясь со всем сразу. Кроме убийств, конечно же. Деревня показалась спустя какие-то три четверти часа и что-то в ней было явно не так. Тишина. Ни людей, ни голосов, ни запахов готовки или звуков работы. Только сквозняк, гоняющий песок по улице, и скрип где-то вдалеке. Двери нескольких домов были приоткрыты, но внутри темнела пустота. — Эй, — позвал Вэш, громко, с наигранной бодростью, — Мы вернулись. Кто-нибудь скучал? Ответом был завывающий ветер. Гостиница тоже оказалась пустой. В зале никого. Стойка без хозяина. Комнаты наверху встретили их еще более тревожной аккуратностью. Комната Мерил и Роберто была пуста. Ни сумок, ни одежды, ни пистолета Роберто. Даже мелочей, которые люди обычно забывают в спешке. Машины возле гостиницы тоже не было. Вэш замер на пороге. В голове мелькнула мысль, быстрая и болезненная. Что, если они просто уехали? Что, если решили, что с них хватит? Без Вэша меньше проблем, меньше рисков и никаких охотников за головами. Он тут же отмахнулся от нее. Они договаривались все вместе отправиться следующим утром дальше в путь, и Мерил не бросила бы их вот так. Она бы не отказалась от своих слов и не исчезла бы молча. Разве что… сенсация. Корабли с Земли. Может случилось что-то срочное? Вэш сжал губы. Нет. Даже тогда она бы предупредила. Ворвалась бы к ним в комнату, орала бы, махала руками - девушка не умела уходить тихо. — Что-то здесь не сходится, — пробормотал он. Николас обследовал нижний этаж, его шаги глухо доносились до верхних этажей с комнатами. — А вот и ответ, — он проорал откуда то снизу, и голос его звучал сильно приглушенно. Владелец гостиницы лежал на полу подвала, скрытый темнотой помещения. Тело было небрежно отброшено, как ненужная вещь, а глаза выпучены в немом удивлении и страхе. Смерть явно наступила быстро. Николас присел на корточки и бегло осмотрел свернутую шею и парочку отсутствующих зубов. — Это было нападение, — сказал он уверенно вошедшему блондину, — Дверь просто выломана с корнем. Он поднялся и посмотрел на Вэша. — Их забрали. Ураган медленно вдохнул, с сожалением рассматривая бедолагу. У него тоже могла быть семья. И так неудачно переступил кому-то дорогу. — Значит, — произнес он тихо, — мы опоздали. Николас качнул головой, опровергая эту мысль. — Нет. Мы как раз вовремя, чтобы понять, что нас водят за нос. Он встал и направился к лестнице, что вела в подвал. Уже наверху брюнет оглядел пустую гостиницу и улицу за окном. — Осматриваемся внимательно. Следы должны быть - такие вещи не делают бесшумно. Вэш кивнул и пошел за Николасом в основной зал. Что-то странное действительно творилось и теперь это касалось не только его. Они вышли на улицу и разошлись в разные стороны, но держались в поле зрения друг друга. Обветшалые дома тянулись глухими рядами, двери скрипели от каждого дуновения ветерка, внутри - пыль и забытые вещи. Где-то перевернутый стул, где-то чашка с едой и ложкой, так и не донесенной до рта. Они искали любые следы: отпечатки ботинков, волочившиеся следы, сломанные замки. Время тянулось вязко. Солнце уже поднялось выше, тени стали короче, а ответов не прибавилось, как только они их не искали. И в момент отчаяния, когда силы уже почти покинули их, Вэш заметил движение. Мелькнуло что-то за одним из домов - точно не ветер и подозрительно живое для пустой деревни. Он замер и прислушался. Спустя пару ударов сердца, слух зацепился за неровное дыхание. — Вульфвуд, — тихо позвал он, уже обходя дом сбоку. За стеной, прижавшись к ней спиной, сидела девчонка - курносая, вся в веснушках, с растрепанными волосами и огромными, испуганными глазами. Лет девять, может десять. Она вжалась в затемненный угол, будто надеялась слиться с ним и исчезнуть. — Все нормально, — сразу сказал Вэш, мягко, поднимая руки, показывая, что он без оружия, — Мы не злые. Честно. Николас подошел следом, окинул ее быстрым, оценивающим взглядом и… полез в карман, доставая лакомство. — Так, — сказал он деловито, — Слушай сюда. У меня есть чупа-чупс. Вишневый. Ты мне отвечаешь на пару вопросов - я тебе его даю. И протянул конфету. Девчонка посмотрела на него, на конфету, и вновь на его суровое лицо… губы задрожали, глаза наполнились слезами, и еще секунда - она бы разревелась в голос. — Вульфвуд, — Вэш обреченно вздохнул и аккуратно перехватил его руку, — Дай сюда. Парень не сильно аккуратно вытащил из напряженных рук брюнета чупа-чупс и присел на корточки, чтобы быть с малышкой на одном уровне, а затем улыбнулся - широко и тепло, так, как умел только он. — Видишь, — сказал он, покрутив конфету между пальцами и показав пару несложных фокусов, — это не взятка. Этот грозный дядя хотел тебе ее дать просто потому, что день сегодня так себе, а конфеты делают его чуточку лучше. Блондин снял разноцветную обертку и протянул ей. — Хочешь - бери, не хочешь - тоже нормально. Мы не будем настаивать. Девчонка осторожно взяла чупа-чупс, словно ожидая подвоха от незнакомцев, и лизнула. В ее светло-карих глазах мелькнуло удивление и скрытая радость. Тихий смешок слетел с ее губ. — Вишневый, — сказал Вэш, хитро подмигнув, — Мой любимый. Хотя мне говорят, что у меня плохой вкус. И покосился на закатившего глаза Вульфвуда. Девочка прыснул уже смелее - по ней было видно что ребенок уже раскрепощается. — Ты смешной, — пробормотала она полизывая сладость. — Я стараюсь, — серьезно ответил Вэш, он выбрал тактику говорить с ребенком, как со взрослым, в большинстве случаев это правда работало, — Скажи, как тебя зовут? Николас стоял чуть поодаль, скрестив руки, и смотрел на эту сцену с явным недоумением. В его голове не укладывалось, как за полминуты напряжение испарилось, а девочка перестала бояться. Хотя… будь он ребенком, тоже бы поверил в эти добрые светлые глаза и красивое личико. Брюнет тихо буркнул себе под нос: — Никогда не понимал, как ты это делаешь… Вэш бросил на него быстрый взгляд и улыбнулся еще шире, не отрывая глаз от девчонки. — Магия, Вульфвуд. Самая страшная из всех. Малышка немного поерзала на месте, крепче сжала палочку от чупа-чупса и наконец решилась говорить. — Меня… меня Амре зовут, — сказала она еле шепча, но уже без слез, — А сюда… сюда приходили мужчины. В странной форме. Не как у местных. Вэш чуть наклонил голову, сразу весь превратившись во внимание. Описание уже начинало его напрягать. — Какие мужчины? — мягко спросил он, — Много? Амре кивнула. Ее отдающие рыжиной волосы качнулись вслед за головой. Вэш про себя улыбнулся - лохматушка такая. — Бывает по-разному. Иногда трое, иногда больше. Среди них… — она нахмурилась, подбирая слова, — иногда был один старый. Ну… взрослый. В очках. Он всегда впереди шел. Николас едва заметно напрягся. — И что они делали? — спросил он уже жестче, чем Вэш, но не повышая голос, чтобы не откатиться назад в прогрессе по успокаиванию малой. — Обычно ничего, — пожала плечами Амре, — Просто ходят, смотрят. Нас не трогают. Но иногда… — она замялась и опустила взгляд, — Иногда они забирают кого-нибудь. А потом этих людей никто больше не видел и о них стараются не говорить. Слова повисли в странной атмосфере. Что-то это напоминало. — Куда они их уводят? — Вэш спросил осторожно, боясь напомнить ей о трагедии и тем самым спугнуть ребенка, что так хорошо выкладывал им сведения. Амре закусила губу. — Старшие говорят… — она сказала это почти шепотом, — что они уходят в пустыню. Под песок. — Под песок? — переспросил Вэш. — Ага. Они идут, идут… а потом за следующим барханом никого. Как будто… — она сделала неопределенный жест рукой, — как будто земля их съела. Я не знаю. Я просто так слышала. Вэш медленно и натужно выдохнул, переглядываясь с брюнетом. Ну вот и решение загадки. — Амре, — сказал он, возвращая внимание малышки, и чуть подался вперед, — Ты не видела здесь девушку? У нее черные волосы, коротко подстриженные, еще золотые длинные сережки, и она часто носит берет. И с ней был мужчина… седой, очень взрослый и вечно недовольный. Девчонка задумалась, наморщила нос. — Девушку… — протянула она, — Кажется, видела. Она смеялась громко, а мужчина рядом все время бурчал. Да, такие были. Сердце Вэша неприятно кольнуло, но он не подал виду. Ураган заранее готовился к самому худшему ответу. — А потом? — тихо спросил он. Амре пожала плечами. — Потом… их увели. Те мужчины в форме. Я спряталась и больше их не видела. Пока парень говорил с девочкой, Николас смотрел не на нее. Он смотрел на Вэша. Солнечные лучи пробивались между покосившимися домами и ложились на светлые волосы блондина, делая их почти белыми. Острый профиль, внимательные глаза, живая мимика - в нем эмоции сменялись одна за другой так естественно и так открыто, просто невозможно для этого жестокого мира. Доброжелательность, тревога, сочувствие - его лицо было как открытая книга. А эта грёбанная родинка под глазом, к которой невольно скатывается взгляд… «Черт…» — мелькнула у Николаса мысль. Он вдруг поймал себя на том, что следит не за разговором, а за тем, как Вэш чуть наклоняет голову, как смягчается его голос, как он держит дистанцию, чтобы не напугать ребенка. Ни с кем другим Николас не видел такого контраста - между тем, кем Вэш был для мира, и тем, кем он оставался на самом деле. И это злило. И восхищало. И возмущало куда сильнее, чем вся несправедливость мира. Николас присел на корточки, оказавшись с Амре почти на одном уровне. — А родители твои где? — спросил он без привычной насмешки, ровно и сухо. Девчонка замерла. Пальцы сжали подол старой рубахи, веснушки будто потускнели. Она нахмурилась, отвела взгляд и ее губы дрогнули. Сначала тихо, почти неслышно, потом сильнее хныканье прорвалось само собой. Николас выпрямился и негромко выругался сквозь зубы. Додумался ведь спросить, сложно было догадаться? Вэш тяжело вздохнул, вновь разворачиваясь к девчушке. Он не стал у нее более ничего спрашивать о наболевшей теме - ребенку и так досталось. — Эй, — мягко сказал он, чуть улыбнувшись, — ты, случайно, не голодная? Амре всхлипнула, но кивнула. — Тогда так, — Вэш говорил уверенно, будто все уже решил, — Я сейчас приготовлю тебе сааамые вкусные бобы на этой планете. Прямо вот такие… — он изобразил руками что-то невероятно аппетитное, — А ты пока посидишь дома. Хорошо? Ни шагу наружу. Даже если станет скучно. — А вы?.. — девочка подняла на него огромные грустные глаза. — А мы с этим мрачным дядей, — Вэш кивнул в сторону Николаса, — попробуем найти твоих родственников или друзей. Кого-нибудь, кто о тебе позаботится. Обещаю. Амре кивнула еще раз, уже спокойнее, так легко и простодушно доверившись незнакомцам. Ее родителям надо лучше воспитывать своих детей. — Только… — Вэш чуть наклонился ближе и почти заговорщицким тоном прошептал, — Скажи нам, пожалуйста, в какую сторону обычно уходят те странные люди. Ну которые в форме. Она задумалась, потом вытянула руку и указала в сторону запада, куда солнце еще немножко и окунется за горизонт. — Туда, — сказала она тихо. Когда Амре уже медленно ковыряла еду, с видимым удовольствием, Вэш и Николас отошли в сторону. — Хреновая картина, — буркнул Николас, закуривая, — Людей забирают. Деревни пустеют. И хрен самое главное догадаешься о подобной напасти, таких аванпостов пруд пруди. Он задумался, глядя в сторону, куда указала девочка. Старик. Очки. Странная форма и знакомая метка. Слишком подозрительно. «Не может быть…» — подумал он. А если может? Тот самый безумный ученый. Один из тех, кто служил Миллионсу Найвсу. Слишком много совпадений, чтобы игнорировать, но озвучивать это Вэшу сейчас было опасно. Николас затянулся глубже и промолчал. Ураган, в свою очередь, тоже молчал, но мысли его метались, посеивая одни вопросы в мозгу. Мерил. Роберто. Машина, исчезнувшая без следа. Если это было нападение, то почему без шума? Если добровольно, то что могло их заставить? Сенсация? Или ловко брошенная приманка, на которую Мерил просто не смогла не клюнуть? — Они бы не ушли просто так, — наконец сказал он вслух, больше себе, чем Николасу, — Мерил хотя бы записку должна была оставить. А Роберто в целом не такой наивный, чтобы идти непонятно куда непонятно с кем. Николас хмыкнул, складывая руки на груди. Затея была ясна, но реализуема ли? — А ещё их могли увести так, что выбора особо не было. Вэш сжал кулак, но тут же разжал его, спрятав жест в складках плаща. — Тогда мы их найдем, — сказал он уже привычно бодрым тоном, — Верно? Николас посмотрел на него боковым взглядом и чиркнул зажигалкой возле лица, затягивая сигарету. Доза никотина ему была необходима. — Найдем, — ответил он, — Только чую я, Лохматый… кто-то очень давно ждал, когда ты снова окажешься поблизости. — … Вульфвуд, — Блондин волнительно посмотрел на брюнета и подошел непозволительно близко, почти касаясь носками своих объемных ботинок его лоферов. Николас даже мог учуять купаж ароматов, который исходил от одежды парня: запах нагретого камня, немного резины, видимо от синтетического плаща, пыль и что-то сладко-свежее. Если бы он знал, как пахнет настоящий арбуз, то сравнил бы этот запах с ним. Правая рука Вэша медленно начала подниматься вдоль туловища брюнета, едва касаясь черного костюма, при этом Тайфун не разрывал контакта глазами. Что он собрался сделать? Вульфвуд не был невинным мальчиком, даже скорее он был более чем испорченным, что уж там греха таить. Трактовать эти действия он мог только как… — Давай ты постараешься не курить при ребёнке, — и своими длинными пальцами вытащил сигарету прямо из губ Николаса. Блондин резко отстранился, откинул еще тлеющий окурок на землю и мило улыбнувшись напоследок пошел к своей походной сумке с вещами. Вульфвуд же так и остался стоять, пораженный его действиями. Эта невинная овечка вообще поняла, что именно сделала? Что это, бл*ть, было?! Собрались они быстро еще до захода солнца. Вэш еще раз проверил, что Амре сидит в доме, показал, где лежат припасы, и почти по-отцовски пригрозил пальцем: — Ни шагу наружу. Даже если покажется, что мы вернулись и зовём. Поняла? Девчонка кивнула чересчур серьёзно для своих лет. Солнце ещё висело над песчаными насыпями, окрашивая их в медь и кровь, и тени тянулись, как длинные пальцы, цепляясь за сапоги. Искать «что-то», да ещё и скрытое под песком, было занятием неблагодарным. Ни следов, ни ориентиров, ни понимания сколько нужно топать до пункта назначения. Только пустыня, слоистый песчаник и ощущение, что они идут в «никуда». Николас шёл молча, но мысли у него метались. «В первой же нормальной деревне в бар. Напиться так, чтобы мир перестал быть резким. И девка. Обязательно. И много, очень много алкоголя». После Июля он так и не расслабился по-настоящему. Возможно он начал реагировать на Вэша по особенному именно из-за того, что брюнет всё время на взводе и постоянно рядом с кем-то. Это раздражало. Вэш шёл рядом, чуть отставая. Дырявый плащ колыхался на ветру, шаги были лёгкими, почти бесшумными. — Вульфвуд… — наконец тихо сказал он, — А ты… что собираешься делать, когда всё это более-менее устаканится? Вопрос прозвучал осторожно. Даже как-то робко. Без ожиданий - и всё же с надеждой. Николас не сразу ответил, на мгновение растерявшись. Думал ли он сам, что когда-то избавится от гнета Найвса Миллионса? О чем он вообще мечтал в детстве, наслаждаясь беззаботностью в приюте? Как будто тогда из всех его проблем было - где бы достать самокрутку, да как бы развеселить Ливио, неугомонные дети, что уж поделать. Была ли у него мечта? Спустя долгую минуту он решил сделать вид, что не расслышал скрытого намека в голосе. — А? — буркнул он, и развязно продолжил озвучивать свои же недавние мысли, надеясь, что блондин не услышит в его голосе нервозность, — Да что обычно. Бары, девки и по кругу. Ничего нового. Равнодушный и отточенный тон. Надёжный, как броня, которая не раз его спасала. Вэшу ответ не понравился. Это было заметно только если знать, куда смотреть: улыбка стала чуть шире, но с легкой кривизной, а плечи демонстративно расслабились. — Звучит… — он хмыкнул, — как отличный план. Главное не забывать закусывать между бутылками, да? Он даже легко и по-дурацки рассмеялся. Николас фыркнул, но внутри что-то неприятно кольнуло, будто его уличили в чем-то нелицеприятном. Вэш не стал продолжать и давить. Он просто пошёл дальше, оставив вопрос висеть между ними, как песчинку в воздухе - незаметную, но раздражающую.