Нефритовая игла

      Несмотря на все сомнения, Сюаньцзи все же удалось убедить Ванхэ, что с ней все будет в порядке. Ей пришлось пойти на странное обещание, которое почему-то взбрело ему в голову. Ванхэ оставил мешочек цянькунь перед собой и строго наказал ей, что при малейшей опасности она должна спрятаться в нем. Ну что за ерунда? Конечно же, она не будет делать ничего столь унизительного!       Старшие Боги приняли позу лотоса, сев рядом, и погрузились в состояние, близкое ко сну. Этого было вполне достаточно. Бай Сюаньцзи поставила защитные печати на стены и дверь и возвела дополнительный барьер, что охватил всех присутствующих в комнате. Юэ Хай же вокруг себя установил свои собственные защитные печати. Не успело повиснуть неловкое молчание, как Шэнь Мосинь вдруг заговорила:       — Вэйлун-цзюнь слишком опекает тебя, не находишь? — усмехнувшись, она щелкнула его по лбу, довольствуясь тем, что он ей не ответит.       — Это естественно, что он заботится обо мне, как и я забочусь о нем. Мы росли вместе, — Сюаньцзи перехватывает руку Мосинь, предотвращая еще один необоснованный щелбан. Пальцы демоницы были теплыми и мягкими. — Мы как родные брат и сестра друг для друга.       — Вот значит как? Занятно, — Шэнь Мосинь лукаво улыбнулась, приблизившись к ее лицу. — А у госпожи Бай есть еще кто-нибудь?       — О чем говорит госпожа Шэнь? — Сюаньцзи слабо улыбнулась, отпуская ее руку.       — Скажем так… Есть ли кто-то в сердце нюй-лан?       Бай Сюаньцзи задумалась. Она знает много добрых друзей из своего прошлого и настоящего: родители, Ван-гэ, Юй-шисюн, Ян Сяо, семья Цзань, да-цзе Ган Лин, госпожа Фулай, госпожа Цинь, деревенские дети, травник Го, тетушка Тун… Их так много! Перечисляя имена всех, она так и не решилась назвать кого-то одного. Казалось, в ее сердце слишком много места.       — Да, определенно! — она широко улыбнулась, ощущая тепло в душе, вспоминая о каждом из них.       Шэнь Мосинь резко отстранилась. Улыбка медленно исчезла с ее лица, сменившись тенью разочарования. Она громко фыркнула и отвернулась. Озадаченная такой реакцией, Бай Сюаньцзи подвинулась ближе к демонице. Она наклонилась, пытаясь заглянуть ей в глаза, но та, кажется, намеренно их прятала. Сюаньцзи показалось это забавным, она беззвучно рассмеялась, прикрыв лицо.       — Кто? — внезапно буркнула Мосинь, так и не обернувшись полностью, лишь подглядывая украдкой, пытаясь прочесть ее реакцию.       — Госпожа Шэнь хочет знать имя? — удивившись игривым тоном собственного голоса, Бай Сюаньцзи захотела выдернуть несколько волос со своей головы.       — Да.       — Что ж… — Сюаньцзи усмехнулась, приняв ровное положение и сложив руки перед собой. — Мне сложно ответить на этот вопрос. Думаю, мое сердце достаточно большое, чтобы хранить в нем имена добрых людей. Я не могу выбрать кого-то одного, потому что каждый из них важен для меня по-своему. Моя любовь и признательность не ограничены одним человеком. Они распространяются на всех, кто сделал мою жизнь ярче и полнее.       Мосинь все же решила взглянуть на нее. Образ зловещей демоницы и опасной искусительницы разбился, раскрыв под собой ребяческую натуру. Кто бы мог подумать, что Старшая Демоница будет на пустом месте дуть губы! Бай Сюаньцзи показалось это неожиданным и очаровательным, она не смогла сдержать улыбки.       — И для А-Синь место тоже найдется, если она будет себя хорошо вести.       Бай Сюаньцзи неожиданно вспомнила, как к ней так обращался Старший Демон Шилэй. Ей это показалось забавным, а потому она решила использовать это обращение, чтобы вернуть к себе чужое расположение. Услышав ее слова, Шэнь Мосинь замерла. Захлопав округлившимися глазами, она глубоко вздохнула, а затем залилась звонким смехом. Бай Сюаньцзи почувствовала, как ее уши начинают цвести багрянцем.       — Ч-что? Неужели я была столь смешна и непочтительна в своем обращении? — ее тихий голос затерялся в чужом веселье.       Шэнь Мосинь приблизилась к лицу девушки, блеснув в полумраке комнаты острыми клыками. Глядя на нее сверху вниз, Сюаньцзи и вовсе растерялась, не зная, куда деть руки. В этот момент она как никогда жалела, что отдала оба каштана.       — Госпожа Бай, можешь назвать меня так еще раз? — ее шепот раздался у самого уха.       Бай Сюаньцзи была полна праведного гнева. Она нахмурилась и сжала челюсти, вспоминая про себя сутры для успокоения сердца и разума. Давно ей не хотелось так сильно стукнуть кого-то.       — Госпожа Шэнь, прекрати баловство. Мы на задании, — процедила Сюаньцзи. — Есть ли предположения, с чем они могут столкнуться в иллюзорном мире?       Шэнь Мосинь удовлетворённо хмыкнула, отстранившись от лица Бай Сюаньцзи и приняв достойный, почти царственный вид. Её губы всё ещё изгибались в лукавой улыбке, а в глазах плясали игривые искры, словно она только что выиграла партию в сложную игру. Тонкие пряди её чёрных волос, слегка растрёпанные, упали на плечо, но она даже не потрудилась их поправить.       — Нет никаких предположений. Яогуай может почувствовать их присутствие и наслать иллюзии, которые могут причинить вред их душам или разуму. Справятся они с этим или нет — все зависит от них самих. Хотя есть также шанс, что эта паршивая рыбина слишком занята ночной охотой и не обратит внимание на них.       — В любом случае, они должны попытаться спасти ушедшие души. Если они столкнутся с одним из демонов, у них не будет выбора, кроме как уничтожить их, — ее светло-зеленые одежды Небожительницы контрастировали с тёплым, приглушённым светом масляной лампы, отбрасывавшим дрожащие тени на стены скромной комнаты.              — Оу, я не сомневаюсь в желании Божеств уничтожить всех демонов. Взять того же Шуй-цзюня, — Шэнь Мосинь усмехнулась, — Однако демонов можно уничтожить окончательно только уничтожив их сердце. Если тело яогуай мы можем найти, то тело Божества Сновидений — нет. Он может принять любую форму в иллюзорном мире и у нас не будет даже представлений о том, как он выглядит.       — Каждое слово госпожи Шэнь наполняет мое сердце в пеплом, — Бай Сюаньцзи не врала, почувствовав легкое недомогание и тяжесть, она едва слышно пробормотала:       — Должно быть, вода так же имеет влияние на меня…       — Кое в чем нам все же повезло. Дух оазиса не стала Старшим Демоном. Она не может спрятать свое сердце где-то в другом месте, и ее легко убить.       — Так значит, у госпожи Шэнь сердце тоже спрятано там, где никто не сможет найти?       — Нет, — Мосинь довольно улыбнулась, подобно сытому коту, наблюдая за удивленной реакцией девушки, — Сердце этой госпожи прямо здесь.       — Как беспечно, — Бай Сюаньцзи подняла одну бровь и усмехнулась, — Могу я все же поинтересоваться, как госпожа Шэнь узнала о том, что Небожители прибыли в Люйчжоу?       — Это ясно, как узор на собственной ладони. Я просто почувствовала, — Шэнь Мосинь пожала плечами, её тон был непринуждённым.       Бай Сюаньцзи понимающе кивнула. Она более чем уверена, что они скрыли свое присутствие достаточно хорошо, и никто не мог распознать их без их желания. Сюаньцзи посчитала, что не время для споров. Она отвернулась, оглядев небольшую комнату, в которой не было ничего особенного: одна простая кровать, небольшой стол и несколько самых скромных предметов интерьера. Ее взгляд зацепила невзрачная статуя Богини Очага на столе. Она не смогла сдержать легкой полуулыбки. Заметив предмет ее интереса, Шэнь Мосинь закатила глаза и раздраженно усмехнулась.       — Эти статуи стоят в каждом доме. В них правда есть что-то интересное?       — Хотя статуя имеет достаточно неточностей, она посвящена моей дражайшей подруге.       — Подруге? — прищелкнула Мосинь. — Как скучно.       Бай Сюаньцзи не ответила ничего и лишь улыбнулась. Она почувствовала онемение в своих руках, а затем мир вокруг вдруг помутнился. Прежде чем упасть на пол, Сюаньцзи оказалась в чужих руках, которые подхватили ее, уберегая от падения. Звуки вокруг стали тише, она едва могла осознать, что кто-то настойчиво зовет ее по имени. Бай Сюаньцзи провалилась в глубокий сон.              Разомкнув тяжелые веки, Сюаньцзи почувствовала, как обжигающий запах гари и дыма пронзил ее нос и заполнил легкие. Туман перед ее глазами медленно развеялся, и она узнала место, в котором оказалась.       Императорская Столица пожиралась пламенем, изрыгающим клубы черного дыма, которые застилали небо. Сюаньцзи стояла посреди площади некогда величественного Императорского Дворца. Вокруг нее сгущался черный дым, языки пламени кусали подол ее ханьфу. Отчаянные крики боли и ужаса заполоняли ее сознание, сотнями тысяч иголок разрывая ее голову.       Дрожащей рукой она сжимала Юйчжэнь. Его белоснежное сияние потускло под алыми пятнами ее собственной крови. Холод пронизывал ее тело, несмотря на бушующий вокруг пожар. Она коснулась своей шеи, ощущая влажную, липкую рану. Холодно. Невероятно холодно. Она содрогалась, не в силах сделать вдох, легкие болезненно сжимались. Красные цветы распускались под ее ногами.       Сквозь хаос и крики, сквозь треск горящего дерева и стоны умирающих, до нее донеслись родные голоса. Родители отчаянно звали ее по имени. Сюаньцзи едва передвигала онемевшими ногами, зажав глубокую рану на шее, она продолжала медленно идти вперед, но споткнулась о что-то тяжелое.       В один миг крики затихли. Все вокруг поглотила абсолютная, звенящая тишина. Бай Сюаньцзи посмотрела вниз. Перед ее ногами, среди пепла и обломков, лежали две головы. Головы императора и императрицы.       Ужас, ледяной и всепоглощающий, сковал ее. Она упала на колени, протягивая дрожащие руки к безжизненным, замершим лицам. Сюаньцзи хотела кричать, хотела так много сказать, но из ее горла вырывались лишь ужасные хрипы и бульканье. Кровь заполнила ее рот, а слезы, горячие и соленые, текли по ее щекам.       Она пыталась дышать, но не могла. Каждый вдох был мучительным. Она пыталась коснуться родителей, прикоснуться к их остывшим лицам, но ее руки внезапно опалило пламя. Сюаньцзи отдернула их, и, теряя равновесие, упала на спину.       Сквозь бушующий пожар, медленно, неотвратимо, к ней шел ее ночной кошмар — Нефритовый Император. Он выглядел не таким, каким она запомнила его в юности — как деревянную статую доброго Божества Войны. И не таким, каким он предстал перед ней, когда собрался в последний миг ее жизни забрать ее душу — бесформенное черное облако с жуткой, окровавленной деревянной маской вместо лица.       Сейчас его тело также было бесформенным черным туманом, но уже более отчетливо прослеживалась человеческая фигура. Деревянная маска, которую она так боялась, треснула и с левой стороны совсем откололась. Часть лица теперь была открыта, но ее черты все еще были расплывчаты.       Увидев его, ее охватил животный ужас. Она отползала назад, не спуская с него взгляда. Сюаньцзи пыталась призвать в свою руку Юйчжэнь, но меч не откликался ей, как бы она ни звала. Нефритовый Император медленно преследовал ее, разведя руки, и довольно хохотал над ее беспомощностью. Его искаженный голос эхом разносился сквозь пламя:       — Как же ты похожа на них, принцесса. Такая же слабая и жалкая.       Она задыхалась, чувствуя, как ледяной ветер режет горло, и горячая кровь пульсирует в ране. Частью своего сознания Сюаньцзи понимала, что это сон, но боль казалась такой реальной, что она едва могла развеять его.       — Ты не сможешь спастись, — продолжал он, приближаясь. — Но ты все равно пытаешься бороться. Как жалко.       Воздух дрогнул, и в следующее мгновение чья-то рука пронзила его голову насквозь. Пальцы прошли через туманные глазницы и вонзились ногтями в деревянную маску, с силой сжимая ее. Высокая фигура в черном одеянии резким движением отбросила Нефритового Императора назад. Демон развеялся бесследно, как и иллюзия вокруг них.       — Жалкое воплощение, — прошипела Шэнь Мосинь с холодным блеском в глазах.       Обернувшись, Мосинь взволнованно посмотрела на Бай Сюаньцзи. Небожительница пыталась встать, но ее конечности все еще дрожали. Мосинь резко упала рядом с ней на колени и схватила ее за руку. Сюаньцзи смотрела в золотистые яшмовые глаза, и этот момент кошмара начал таять.       — Это была иллюзия, Син-эр, — сказала Мосинь, и ее голос звучал теперь мягче, — Всего лишь иллюзия. Все уже прошло. Ты меня слышишь? Син-эр, ты слышишь?       Бай Сюаньцзи сморгнула застывшие в глазах слезы и медленно кивнула. Ей показалось довольно странным, что Шэнь Мосинь спешно осмотрела ее на наличие травм. Горячая рука коснулась мягкой, побелевшей щеки, собирая слезы. Бай Сюаньцзи попыталась улыбнуться. Вышло криво и нелепо. Она опустила голову, смутившись.       — Спасибо, — поднявшись с ее помощью, Бай Сюаньцзи огляделась по сторонам, осознавая реальность, — Должно быть это то самое иллюзорное пространство яогуай?       — Верно, но не в самом его центре.       Вокруг них все еще витал густой сизый туман, они едва могли разглядеть что-то дальше собственных рук.       — Как госпожа Шэнь вошла в это пространство? Как ты проникла именно в мою иллюзию? — озадаченно спросила Бай Сюаньцзи.       — Так же, как и вы. Очутившись здесь, я почувствовала колебания Ци. Если сосредоточиться, то можно будет найти и остальных. Духовная энергия Небожителей ощущается гораздо сильнее, чем человеческая, — пояснила Мосинь, все еще поддерживая ее.       — Госпожа Шэнь пришла мне на помощь так быстро. Неужели ты не столкнулась с иллюзией, когда вошла в пространство яогуая?       Шэнь Мосинь замолчала. Прежде чем увести взгляд в сторону, она мимолетно улыбнулась.       — Столкнулась.       В этот момент в сердце Бай Сюаньцзи что-то всколыхнулось. Больше Мосинь не сказала ей ничего и даже не взглянула на нее. Она вздохнула, решив, что не стоит копаться в чужой душе, все же это было невежливо по отношению к тому, кто рискнул собой ради нее. Несмотря на желание узнать подробности, Сюаньцзи отпустила руку Мосинь, не замечая, как та на мгновение замерла, и в ее глазах мелькнула растерянность.       — Тогда нам нужно скорее найти Ван-гэ и Шуй-цзюня.       Они брели по туманному иллюзорному пространству, следуя колебанию энергии Ци. Иногда им встречались на пути души смертных, попавших в ловушку и наблюдавших свои лучшие сны, на их лицах запечатались блаженные улыбки. Спустя какое-то время пространство вокруг них изменилось, и они почувствовали, как духовная энергия вокруг них сгустилась, стала более ощутимой и живой. Под ногами зашелестела мягкая зеленая трава, а теплый, ласковый ветер касался кожи, принося с собой аромат цветов и свежести.       — Должно быть мы попали в чью-то иллюзию? — предположила Бай Сюаньцзи.       — Да. Думаю, что, так как демоны и Небожители могут брать под контроль собственный разум, это место создает замкнутые пространства, направляя усиленное воздействие на них.       — Неужели это правда чей-то кошмар? Совсем непохоже, — Небожительница прищурилась, вглядываясь в идиллический пейзаж. — Ох, это место однозначно поприятнее моего. Не хватает огонька.       Шэнь Мосинь блеснула недобрым оскалом, и в ее глазах зажегся знакомый огонек. Она подняла руку, и на ее ладони вспыхнуло пламя, яркое и завораживающее.       — Можем устроить...       — Ни в коем случае! — возмутилась Бай Сюаньцзи, перехватывая ее запястье, — Это повредит чью-то душу, помнишь?       — Правда?        Мосинь с силой дернула руку. Небожительница, потеряв равновесие, непозволительно близко прижалась к ней. Их тела соприкоснулись, и Сюаньцзи почувствовала теплое дыхание Мосинь на своей щеке.       — Совсем забыла.       Ее невинное сердце охватило несколько противоречивых эмоций. Сначала это было смятение и трепетное волнение. Демоница смотрела на нее немного сверху вниз, алые лепестки губ растянулись в нежной улыбке. Затем Сюаньцзи охватил гнев. Она хотела отстраниться и ударить ее. Как можно вести себя так бесстыдно!? Но она не могла сделать этого, ведь нельзя навредить ее душе... Мечась в противоречиях, Сюаньцзи запоздало поняла, что все еще прижимается к чужой груди. Кровь хлынула к ее лицу, и сердце затрепетало. Вдохнув весенний ветер, девушка отвела взгляд. Шэнь Мосинь высвободила свое запястье, трепетно сплела их пальцы и игриво склонила голову на бок.       Бай Сюаньцзи не понимала, стоит ли ей рассмеяться или заплакать. Один из ее самых главных страхов — это бушующее и неконтролируемое пламя, несущее боль и страдание, но всю жизнь ее неосознанно и неотъемлемо тянет к огню, как мотылька к свету. Снова взглянув в сияющие глаза напротив, Сюаньцзи слегка поддалась вперед. Этот огонь не приносит ей боль, не заставляет бояться и страдать. Он завораживает, успокаивает, оберегает и согревает.       Жарко.       Бай Сюаньцзи едва не растворяется в чувствах, которые она уже так давно не испытывала. Когда их пальцы уже сплелись, а кончики носов едва коснулись друг друга, они замерли.       Неподалеку от них раздается громкое и протяжное мычание коровы.       Испуганно отстранившись друг от друга, только сейчас они заметили, что в иллюзорном пространстве луга были не пустынными, и на них паслись коровы, лениво щипая травку, размахивая хвостами.       — К-коровы? Откуда здесь коровы? — от пережитого испуга Небожительница закашлялась, едва не выплюнув собственные легкие, хотя это и было невозможно. — Вернемся к… к делу! Я пойду вперед, н-не отставай…       Бай Сюаньцзи отдалилась на некоторое расстояние. Она нервно заправила сбившиеся пряди волос за уши. Ее глаза слегка покраснели и увлажнились, нежный розовый оттенок украсил ее щеки. Испытывая невероятный стыд, она больше никогда не сможет посмотреть госпоже Шэнь в глаза. Это недостойное поведение с ее стороны непростительно!       Шэнь Мосинь зажала переносицу между пальцев и нахмурилась, медленно последовав за ней. Неожиданно ей захотелось отведать жареного мяса, как никогда прежде. Это было странное, почти животное желание, которое она едва контролировала.       Они молча прошли несколько минут, прежде чем приблизиться к стаду мирно пасущихся животных. Зародившаяся неловкость не должна была продолжаться вечно, и кто-то должен был переступить через это препятствие первым. Бай Сюаньцзи замерла, что-то привлекло ее внимание.       — Почему мы остановились? — раздался за спиной голос демоницы.       Все еще нервно сжимая широкие рукава своей одежды, Сюаньцзи искренне была рада, что ее спутница не задерживала на ней внимание, а пронизывающим насквозь взглядом изучала каждую мирно пасущуюся скотину. Сюаньцзи наклонилась вперед, изучая животное, которое стояло к ней полубоком.       — Мне кажется, что с ними что-то… не так! — Небожительница испуганно отскочила от коровы.       Животное громко замычало, подняв голову и уставившись на нее тупым человеческим взглядом. В этом даже не было преувеличения, ведь перед ними стояла корова, у которой вместо морды было человеческое лицо пожилого мужчины. Лицо смотрело на них и продолжало жевать зеленую травку, не контролируя обильное слюноотделение. На этот боевой клич отозвалось целое стадо. Они подняли головы и замычали, перебивая друг друга. Всех их объединяло наличие морщинистого человеческого лица.       Шэнь Мосинь удивленно повела бровью и скрестила руки на груди.       — Что ж, это действительно впечатляет…       Отойдя от первоначального шока, Небожительница прикрыла рукавом рот и нахмурилась. Чей же это самый страшный кошмар? Может ли Старший Бог Воды бояться таких нелепых созданий? Или же все-таки спустя столько лет, она узнает что-то новое про Цзань Ванхэ?       Им не пришлось долго терзаться в поисках ответов, ведь прямо за стадом они увидели две знакомые мужские фигуры. Приблизившись, девушки стали свидетелями нелепой сцены того, как Старший Бог Войны, расправив руки, подставил свое лицо под удар Юэ Хая. Шуй-цзюнь не жалел силы, и когда его кулак столкнулся с лицом мужчины, тот отшатнулся, едва не потеряв равновесие.       В этот момент иллюзия начала распадаться. Зеленые луга, как и странный рогатый скот, медленно исчезли в тумане.       — Ну что? Полегчало? — Юэ Хай смотрел на него сверху вниз, с презрением отряхивая кисть.       — Определенно, — Ванхэ кивнул, разминая челюсть.       — Что здесь происходит?       Мужчины вздрогнули, удивившись неожиданному появлению Сюаньцзи.       — Что происходит? Может, лучше вы объяснитесь для начала, зачем вы сюда переместились? — Цань Ванхэ первым приблизился к ней, косо смотря на демоницу рядом. — С тобой все в порядке?       — Да, благодарю за заботу. Дело в том, что… Вероятно, вода из оазиса оказала на меня более сильный эффект, из-за чего я невольно погрузилась в сон. Госпожа Шэнь пришла сюда, следуя за мной.       — Если вы здесь, то кто следит за нашими телами там? — раздраженно процедил Юэ Хай, не спуская с демоницы недоверчивого взгляда.       — Шуй-цзюнь слишком груб со мной, — она недовольно закатила глаза, — Эта Шэнь ничего не будет рассказывать с таким отношением.       — Да как ты..!       — Шуй-цзюнь, прошу, — Бай Сюаньцзи неожиданно встала перед ним, заслоняя собой Мосинь, — Давайте мы не будем ссориться? Мы все сейчас в одной лодке. Я уверена, что госпожа Шэнь обо всем позаботилась, прежде чем сюда отправиться. Объясните, что вы здесь устроили только что?       — Я вырвался из своей иллюзии и отправился на поиски Вэйлун-цзюня. Застал его уже здесь.       — Я не знал, как избавиться от своей иллюзии, поэтому попросил его о помощи, — неловко признался Ванхэ.       — Поэтому ты позволил себя ударить!? Ты забыл, что это опасно? – возмутилась Сюаньцзи, коснувшись его щеки.       — Со мной все хорошо. Видишь? — он слабо улыбнулся, крутя головой. — Ничего страшного от легкого удара не будет.       — Одного мало было? Я могу еще добавить, — произнес Юэ Хай.       Она устало вздохнула, прежде чем сменить тему.       — Ванхэ, скажи, почему именно это место?       — О, ну… Это достаточно неловко. В детстве я часто гостил у своей найнай за пределами Императорской Столицы. У семьи по соседству была ферма. Я был достаточно любопытным и непослушным ребенком и часто тайно бегал к ним, чтобы посмотреть на животных. Когда найнай узнала об этом, она перепугалась, что я могу пораниться, поэтому придумала для меня страшную небылицу. Чтобы я не приближался к домашнему скоту, она выдумала историю про старика, который пас коров и одна из них откусила ему лицо. В детстве я очень этого боялся… Что ж раз теперь вы все знаете, попрошу вас сохранить это в тайне.       — Ни в коем случае, — Шэнь Мосинь ответила мгновенно.       — Языка не жалко!? — пригрозил Цань Ванхэ, его лицо вмиг потемнело.       Шэнь Мосинь лишь сдержанно рассмеялась.