Нефритовая игла

             Пальцы Ян Сяо замерли над тонкими струнами гуциня, когда одна из них дрогнула, и по коже на ее затылке пробежали мурашки.       — Что случилось, госпожа Ян? — обеспокоенно спросил Чжу Вэньтянь, почувствовав ее волнение.       — Обращаюсь ко всем: Старшая Богиня Дождя лишилась своей сферы «золотой орешек». Связь с ней в данный момент невозможна. Прошу свободных Божеств оказать ей немедленную поддержку.       «Где она? Ты можешь сказать, где она сейчас?» — раздался встревоженный голос Сун Юня.       — В данный момент я могу лишь определить, где оборвалась связь. Для вычисления ее нынешнего местоположения мне потребуется некоторое время. Поиск духовной энергии не так прост…       «Госпожа Ян, сосредоточьтесь на своей работе», — оборвал ее Сун Юнь.       «Это Бао Су, Младший Бог Урожая. Мы сражались со Старшей вместе, но затем нас отрезали от нее полчища демонов. Она ушла в северном направлении одна».       — Господин Бао прав. Связь с Богиней Дождя оборвалась на севере, примерно в тридцати ли от местоположения группы Младших.       «Я отправлюсь к ней».       — Но, господин Сун… — Ян Сяо хотела возразить, но решила не спорить.       Однако Сун Юнь не мог ежемоментно пробиться сквозь плотную стену демонов на своем пути. Они, словно чувствуя его намерение, активнее лезли из земли, и каждый шаг вперед давался ему с трудом.       Среди обитателей Дворца Земли и Плодородия было мало Божеств, обладающих боевым опытом. Говорят, Сун Юнь вознесся еще юношей, будучи сыном простого земледельца, которого призвали в армию. По дороге домой он остановился на ночлег в небольшой деревне. Посреди ночи он почувствовал приближение оползня и успел эвакуировать жителей. Когда все закончилось, он три дня и три ночи разгребал завалы, орудуя лишь топором, пока не выбился из сил.       Сун Юнь прокрутил свой боевой топор над головой, и в радиусе шести-семи чжанов демонов придавило к земле. Пятеро Младших Божеств, следовавших за ним, бросились в атаку, добивая обессиленных Ба и пронзая их сердца. Почувствовав приближение врага сзади, Сун Юнь нанес тяжелый рубящий удар, разрывая демона надвое. Затем он вытянул руку, притягивая к себе сразу нескольких Ба, сплетая их в безобразный ком, после чего заставил их резко взмыть вверх, а затем обрушил их тела вниз, ввинтив в землю. Поднялось непроглядное облако пыли, но это не помешало ему метнуть топор, снося головы еще нескольким на его пути. Количество демонов, однако, не уменьшалось.       Сун Юнь снова призвал топор в руку. Мысль о пропаже Ган Лин пульсировала в его голове, отравляя сердце и душу. Он не мог просто взять и уйти, бросив своих подчиненных, но и оставить ее одну тоже. Когда пелена гнева застелила ему глаза, он едва не поддался искажению Ци. С неба вдруг обрушился дождь из огненных мечей, пригвождая всех демонов в округе. Они истошно взвыли, царапая когтями землю. Подняв голову, он увидел приближающийся силуэт Богов Войны из Южного Дворца.       — Вэйлун-цзюнь…       — Не теряй времени, — перебил его Цзань Ванхэ, приземлившись вместе с генералом Шэнем. — Отблагодаришь потом. Старшая Богиня Дождя сейчас в опасности.       Не мешкая, Сун Юнь ринулся в нужном направлении, оставив Ванхэ сражаться вместе со своими Младшими. Почти синхронно они обратились к нему:       — Приветствуем Вэйлун-цзюна! Благодарим за поддержку!       — Не отвлекаться! Сосредоточить внимание на противнике, поднять оружие! Если хоть один Ба просочится к школе Тысячи Трав, я лично сломаю ноги тому, кто его упустит! — скомандовал Цзань Ванхэ, призвав в руку меч в форме ивового листа Цяньсюнь.       Младшие сжались, поджав головы, и ринулись добивать демонов Ба, распугивая своим отчаянным боевым кличем птиц.       «Ванхэ, так и знал, что ты не останешься в стороне. Хотя ты был немного… Я даже уже забыл, что ты когда-то был генералом армии. Решил вспомнить молодость? Не переживай, школа под моим контролем, если что, я прикрою тыл», — раздался голос генерала Лю.       Цзань Ванхэ ему не ответил. Он успел восстановить силы за короткий срок и чувствовал себя намного лучше. После нескольких лет истощения он уже почти забыл, каково это. Его губы вытянулись в улыбке, в глазах блеснул предвкушающий огонек. Ванхэ взглянул на генерала Шэня рядом с собой:       — Генерал Шэнь, давно мы не сражались рука об руку.       Мужчина не мог ответить, лишь улыбнулся, призвав свое оружие.              Тем временем направление Богов Ветра оказалось под сильным натиском. Оценив ситуацию, Юэ Хай направил им на подмогу Бай Сюаньцзи и одного из своих Младших Водных Божеств.       Сун Юнь, используя печать, переместился к Младшим Богам Ган Лин, а затем двинулся на север, туда, где связь с ней оборвалась. Земля под ногами пропиталась черной кровью демонов засухи. Он не ощущал ни малейшего следа Ци Ган Лин, и это сводило его с ума. Воздух был густым от тошнотворной демонической энергии и запаха смерти. Когда он почти достиг цели, раздался голос Ян Сяо, оповещающий всех:       «Внимание! Я обнаружила движение Ци Старшей Богини Дождя. Она переместилась на сто шестьдесят два ли к юго-западу от предыдущих координат, а затем начала рассеиваться».       — Рассеиваться? — голос Сун Юня сорвался на крик. — На юго-западе я только что сражался! Как бы я мог не заметить перемещение Ган Лин, если бы она направилась туда? Ты водишь меня кругами! Говори яснее!       «Я говорю то, что вижу,» — ответила Ян Сяо. — «Часть следа возвращается к Младшим Ган Лин. Другая часть движется на запад, в тридцати семи ли от школы Тысячи Трав, наполовину отклоняясь к северу, где сейчас сражаются Божества Ветра. Также вспышка энергии Ган Лин была замечена на направлении Шуй-цзюня, у подножия пика Юйшань, и еще одна — в тридцати четырех ли от госпожи Бай».       После ее слов среди Небожителей повисло гнетущее молчание.       Услышав доклад Ян Сяо, Юэ Хай немедленно выдвинулся проверить след, о котором она говорила.       Переместившись сквозь потоки Ци, Юэ Хай оказался там, где, по словам Ян Сяо, был след Ган Лин. Земля здесь была черной, выжженной, пропитанной демонической Ци настолько глубоко, что даже воздух казался липким, оставляя на языке горький привкус. Он столкнулся с демонами Ба, но это были не те, которых он без труда уничтожал десятками. Эти чудовища срослись из нескольких таких же тварей, образуя жуткое зрелище из сросшихся лап и голов.       Юэ Хай создал в руке ледяной меч. Клинок рассек воздух с тихим, певучим звоном. Огромный Ба бросился на него, разинув пасти. Юэ Хай не увернулся. Он шагнул вперед, и его меч, описав короткую дугу, рассек напополам чудовище от груди до самого хвоста. Черная кровь хлынула фонтаном, но Бог Воды даже не шелохнулся, чтобы уклониться — капли застыли в воздухе, не долетев до его одежды, и упали на землю лишь через мгновение, когда он уже был далеко.       Второе чудовище попыталось зайти со спины, но Юэ Хай, даже не оборачиваясь, метнул в его сторону дюжину ледяных стрел. Взревев от боли, демон рухнул на землю, раздавив нескольких своих мелких сородичей. Юэ Хай уже не обращал на него внимания. На него одновременно набросились еще трое таких же исполинов. Он не дал им приблизиться, скользя между ними, словно блики солнца на воде. Уничтожение этой троицы оказалось непростой задачей: оказалось, что их сердца бились независимо друг от друга, не сливаясь в единое целое. Он остановился, окидывая взглядом поле боя, усеянное десятками поверженных туш.       — Чисто, — произнес он без тени эмоций, используя сферу в своем ухе. — Только демоны. Ни следа госпожи Ган, ни ее Ци.       С этими словами он взмыл в воздух. Подняв руки, он окутал местность непроглядным сизым туманом, простиравшимся на несколько ли. Ба, рыскавшие по земле, начали биться в конвульсиях и падать, задыхаясь. Когда все было кончено, Юэ Хай спустился, чтобы добить оставшихся, но вдруг почувствовал в одной из туш огромного Ба нечто знакомое. Юэ Хай призвал водный хлыст и ударил им на расстоянии по демону. Хлыст вонзился в брюхо безжизненной твари и вырвал оттуда осколок, наполненный божественной Ци — едва мерцающий осколок света, еще не успевший полностью раствориться в теле демона. Взяв его в руки, Юэ Хай замер, едва переводя дыхание. Это было то, что он так давно пытался добыть.        ‎       ‎Сюаньцзи и Младший Бог Воды, которого звали Лян Шэн, переместились через печать и оказались на пустынной земле, случайно отклонившись от курса, в нескольких десятках ли от границ школы Красной Птицы. Вдалеке, там, где небо сходилось с землей, сражались Боги Ветра. Сюаньцзи чувствовала их Ци, но с каждым мгновением она становилась все слабее, по мере того как их силы истощались.       ‎— Простите, госпожа Бай, я еще не до конца освоил технику перемещения…       ‎— Нужно спешить, — сказала она, и Лян Шэн молча кивнул.       ‎Они двинулись вперед, скользя над землей. Ветер, поднимавшийся с барханов, нес запах крови и пепла. Им не дали далеко уйти. Бай Сюаньцзи призвала Юйчжэнь и рассекла первого демона прежде, чем тот успел нанести удар. Лян Шэн был рядом, его морозный клинок гудел от пустынного жара. Демоны засухи окружили их. Лян Шэн, прикрывая Сюаньцзи, бросился вперед. Он успел уничтожить нескольких мелких тварей, прежде чем огромный Ба ударил его лапой. Удар пришелся в плечо, и Лян Шэн, закричав, отлетел в сторону, зажимая рассеченную руку.       ‎Бай Сюаньцзи пришлось прикрывать раненого, отбиваясь от наседавших демонов. Фулай намеревалась вырваться, но Сюаньцзи остановила ее. Когда она продумывала план действий, до ее уха внезапно донесся трескучий гул. Из сотен маленьких крылатых насекомых перед ними появилась Чэн Цзыюй. Она улыбалась им, закручивая на палец прядь волос, сбившуюся в колтун.       ‎— Куда же вы собрались? — пропела она. — Мои детки хотят поиграть с вами.       ‎Сюаньцзи поняла, что в таких обстоятельствах они не успеют на подмогу к Богам Ветра. Она сжала Юйчжэнь крепче. Лян Шэн, несмотря на рану, поднялся на ноги.       ‎       ‎       ‎Юэ Сюэ дрался в первых рядах, вращая копье в руках, поднимая вихри. Его веер был уже потрепан. Хотя на открытой местности ветер обладал преимуществом, пустынная земля также усиливала демонов засухи.‎       ‎Юй Фань прикрывала его справа. Ее веера оставляли за собой полосы режущего ветра. Она не говорила ни слова. Ее лицо было покрыто черными разводами демонической крови, а пальцы слабо дрожали.       ‎Старик Южный Ветер, их шицзунь, сражался вместе с ними. Его техника была старой и проверенной годами. Поначалу он поднимал своим веером целые песчаные бури, нагоняя облака, затмившие солнце, но он не был так молод, как остальные, и уже не мог сражаться так, как хотелось бы.       ‎Восточный Ветер  кружилась среди демонов, как в танце, и, несмотря на ужасный характер, оказалась смелой воительницей, ни разу не сложившей веер.       ‎Черные, склизкие твари лезли со всех сторон, окружив их в кольцо. Из тел сочилась маслянистая слизь, которая оставляла темные следы на песке. Божества сомкнулись, прижимаясь спинами друг к другу, и каждый из них понимал, что, если подмога не придет в ближайшее время, они не выстоят.       ‎— Где обещанная помощь? — крикнула Восточный Ветер, рубанув очередного демона.       ‎— В пути, — ответил Южный Ветер, скрывая слабость голоса.       ‎ Восточный Ветер, уже не скрывая отчаяния, закричала, и ее веер мелькнул в воздухе, пронзая сердца нескольких демонов, подобно клинку.       ‎В этот момент воздух над барханами содрогнулся, а над их головами небо окрасилось черным. Тишина, на мгновение накрывшая поле боя, взорвалась раскатом грома. Молния ударила в землю в десятке чжанов от них, и песок, расплавившись, превратился в стекло. Из ослепительной вспышки вышел высокий человек с сапфировыми глазами, выражающими чистый гнев. Его черные волосы, собранные в высокий хвост, завивались, подобно гриве дикого зверя. Правильные черты его лица были в меру изящны и в меру мужественны.       ‎Бог Грома поднял руку, и молнии, сорвавшиеся с его пальцев, рассыпались тысячью искр. Каждая искра, попадая в демона, превращала его в пепел мгновенно. Бог двигался быстро, почти неуловимо. Его фигура расплывалась в воздухе, и там, где он проходил, не оставалось ничего живого. Он был подобен дикому зверю или даже чистому воплощению самой стихии. Молнии били во все стороны, и демоны, не успевшие разбежаться, падали замертво. Кольцо окружения, которое Боги Ветра не могли разорвать уже половину шичжэня, рассыпалось за несколько сердечных ритмов.       ‎— Бог Грома, — выдохнул Южный Ветер. — Я думал, он не вмешивается в дела других.       ‎— Видимо, сегодня исключительный день, — заметил Юэ Сюэ, опуская копье.       ‎Восточный Ветер проводила его взглядом и мечтательно вздохнула:       ‎— Какой красивый... Лан-цзюнь, может ли эта скромная Богиня узнать Ваше имя?       ‎Однако он не удостоил ее даже взглядом.       — Госпожа Ян попросила меня о помощи, — кратко обяснился Бог Грома, обращаясь к старику.       Южный Ветер понимающе закивал головой и улыбнулся, намереваясь поблагодарить его за помощь, но Восточный Ветер перебила его:       — Ян Сяо!? Почему такой великолепный лан-цзюнь слушается эту мерзавку?!       ‎С помощью Бога Грома, явившегося на помощь, направление Ветра удалось полностью зачистить за четверть шичжэня. Боги Ветра, обессиленные, опустились на землю, и только Бог Грома стоял неподвижно, глядя на горизонт.        ‎       Сун Юнь снова запросил у Ян Сяо точный след. Она назвала ближайшие к нему координаты, и, следуя им, он методично уничтожал демонов одного за другим. Но круг замыкался, и он вновь оказывался там, откуда начал.       — Ян Сяо, я лично отправлю тебя в пекло! — взорвался он криком, в котором звучала такая ярость, какой Ян Сяо еще не слышала. — Ты водишь меня кругами!       Ян Сяо молчала несколько мгновений. Ее пальцы замерли над струнами, а изо рта потекла алая кровь. Чжу Вэньтянь, почувствова, что ее состояние ухудшается, усилил передачу своей Ци через ладони. Ян Сяо криво улыбнулась краем губ и успокаивающе коснулась его пальцев на своем плече.       «Господин Сун… — наконец тихо произнесла она, — Я говорю только то, что ощущаю сама. Ци Старшей Богини Дождя расколота и разносится по нескольким разным направлениям. Ее связь через «золотой орешек» оборвана. Она давно уже не дает о себе знать, а последние, кто ее видел, были ее Младшие. Могла ли она оставить их так надолго, если бы не произошло, что-то действительно ужасное? Если только… Господин Сун, у меня есть предположение, которое Вы не пожелаете услышать».       Сун Юнь понял ход ее мыслей раньше, чем она успела договорить. Добравшись до нужного места, он вдруг почувствовал слабое колебание Ци. Это была энергия самой Ган Лин. Едва в нем успела зародиться надежда, как внутри него все оборвалось. Обернувшись, он столкнулся лишь с огромным Ба, сросшимся из нескольких поменьше. Гнев окутал его сердце и разум. Он ловко разрубил ему передние лапы, повалив на землю, а затем, вцепившись руками в его склизкие десны, разорвал его пасть голыми руками, не обращая внимания на то, как острые зубы остальных голов впиваются в кожу. Сун Юнь последовательно разрывал его, пока тот не перестал двигаться, после чего вспорол демону засухи живот.       Внутри, среди ошметков черной плоти и крови, лежала рука, которая еще не успела раствориться в теле демона. Ее рука.       Сун Юнь упал на колени. Он взял эту руку в свои ладони и не мог вымолвить ни слова — только смотрел на ее бледные пальцы, и не верил. Слезы, которые он не проливал несколько столетий, скатились по его щекам. Он опоздал. Он мог бы быть рядом, мог бы ее защитить, если бы быстрее прорывался через демонов, если бы не слушал Ян Сяо, если бы...       ‎ Он не мог закончить мысль. Она разбивалась о стену боли, которая росла внутри, заполняла грудь, поднималась к горлу, перекрывая дыхание.       — А-Лин... — прошептал он.       «Господин Сун, — осторожный, почти виноватый голос Ян Сяо прозвучал из золотой сферы. — Большая волна демонов Ба движется к вам. Вам нужно...»       Он не слышал. Он продолжал прижимать руку Ган Лин к груди. Плечи его вздрагивали от беззвучных рыданий, и он не стыдился их.       «Господин Сун! — голос Ян Сяо стал громче. — Вы меня слышите?»       Он поднял голову. Глаза, налитые кровью, смотрели в никуда, наполняясь отчаянным безумием. Ци в его теле была нестабильна, он терял контроль над собственной силой. Земля под ногами содрогнулась. Трещины разбежались от того места, где он стоял на коленях. Надвигающиеся демоны проваливались в эти расщелины, их крики эхом разносились по округе, земля поглощала их, перемалывая в порошок.       Сун Юнь поднялся, держа ее руку, будто баюкая.       Трещины расползались дальше, разрывая землю. Густые леса и широкие холмы задрожали, испуганные птицы взлетели в небо. Земля дрожала так сильно, что казалось, даже небо содрогнулось. Его ярость, боль, отчаяние выплескивались наружу, и мир вокруг трещал по швам. Он чувствовал, как его Ци разрывает меридианы, но ему было все равно. Если она умерла, то и ему незачем оставаться.       «Сун Юнь! — выкрикнула Ян Сяо, и капли ее крови окрасили гуцинь. Она была вынуждена продолжать играть, чтобы сохранить связь между пантеоном. — Остановитесь! Вы разрушите всё вокруг!»       Он не слышал никого. Лишь слабая улыбка тронула его губы, сквозь слезы и боль, разрывающие его изнутри.       — Я найду их, — сказал он тихо. — Всех, кто это сделал. Я найду и убью.       На всех направлениях — у пика Юйшань, у школы Красной Птицы, у школы Тысячи Трав — Божества почувствовали, как дрожит земля и колышутся горы.        ‎       ‎ Цзань Ванхэ закончил с демонами на своем направлении. Последний Ба пал под его мечом Цяньсюнь, и генерал опустил оружие. Вокруг громоздились кучи черных тел. Генерал Шэнь, сражавшийся рядом, молча кивнул.       — Держите позицию, — приказал Ванхэ Младшим Божествам Земли, и те обессиленно кивнули.       Он развернулся и направился к Сун Юню, чтобы оказать поддержку. По пути он коснулся золотой сферы в ухе.       — Что с землей? — спросил он, заметив, как та начала расходиться трещинами.       В его ухе раздался голос Ян Сяо:        «В крупных Ба находятся части тела Ган Лин».       Ванхэ замер, пролетая над острыми вершинами деревьев:        — Что... что ты сказала?              Тем временем Юэ Хай не стал медлить. Оставив мелких демонов, которые еще пытались атаковать его направление, он бросился в погоню за крупными Ба, чтобы добыть хотя бы уцелевшие останки.              Бай Сюаньцзи была ранена. Несмотря на это, она продолжала держать на острие меча огромного Ба.       — Тебе стоит остерегаться не врагов, а друзей, — пролепетала Чэн Цзыюй, порхая над полем битвы. — Никто не ранит сильнее, чем тот, кто ближе всего. Например, маленькая Ян Сяо сегодня нам очень помогла. Не описать, как я ей благодарна.       — О чем ты говоришь? — лезвие Юйчжэня опасно загудело.       — О чем? Разве это не она направила Богиню Дождя в самое пекло? Не она привела ее ко мне? Не она водила вас кругами, растягивая время? — звонкий смех Чэн Цзыюй раскатился по пустынной округе. Демоны засухи торжествующе забили хвостами, поднимая клубы песка, которые застилали горизонт.       Эти слова, произнесенные с нарочитой громкостью и четкостью, достигли ушей всех Божеств, через «золотой орешек» в ее ухе. Ян Сяо на мгновение перестала играть. Алые капли крови окрасили струны ее инструмента, но через несколько мгновений она продолжила свою мелодию. Остановиться сейчас означало бы сдаться.       — Ян Сяо... Я убью тебя... — жажда крови Сун Юня была почти осязаемой.       «Господин Сун, не принимайте необдуманных решений», — попытался его успокоить Чжу Вэньтянь, но его слова потонули в реве Бога Земли.       — Заткнись! Я убью ее! Убью!       ‎ Ярость поглотила его без остатка. Он крушил все вокруг, не щадя никого. Земля дрожала, вековые деревья ломались, как сухие колосья. Активировав печать перемещения, он превратился во вспышку света, направляясь в Небесную Столицу. Но в последний момент чья-то рука перехватила его, сбив с курса. Сун Юнь почувствовал резкий удар по голове. Сознание меркло и последнее, что он увидел, было лицо Юэ Хая. Оказавшись застигнутым врасплох, Старший Бог Земли был обездвижен и схвачен. Только благодаря тому, что он решил использовать печать перемещения, Юэ Хай, как создатель техники, мгновенно смог определить его положение.       — Господин Сун у меня, — коротко отчитавшись, Юэ Хай исчез вместе со своим пленником в яркой вспышке.              Песок под ногами задрожал от мощных подземных толчков.       — Даже Шилэй не мог вызвать такое землетрясение, — произнесла Чэн Цзыюй. — Бог Земли превзошел себя! К сожалению, нам придется ненадолго расстаться. Мне и моим деткам было весело сегодня поиграть со старыми друзьями.       Ба завыли и разбежались, зарываясь в горячий песок. Сюаньцзи и Лян Шэн попытались их остановить, но Чэн Цзыюй отразила их удары. Демоница стремительно приблизилась к Бай Сюаньцзи, оказавшись на расстоянии вытянутого меча. Ее губы растянулись в улыбке, обнажая острые зубы.       — Синь-Синь, время снять маски и вернуться к нашему господину, — ее взгляд пронзал Сюаньцзи, но слова были адресованы не ей. — Ты уже достаточно нам помогла, оставаясь так долго в Небесной Столице.       — О чем ты? — меч в руке Сюаньцзи дрогнул.       Чэн Цзыюй рассмеялась.       — Неужели не догадалась? Неужели не помнишь дни, когда впервые встретилась со мной и Синь-Синь? Неужели Синь-Синь так и не открыла тебе свой самый большой секрет? — притворное удивление на ее лице сменилось злобным оскалом. — Ты так хорошо пряталась у всех на виду…       Сюаньцзи замерла. Золотая сфера в ее ухе мерцала, транслируя слова демоницы всем присутствующим. Именно этого она и добивалась.       ‎— Ты... лжешь. Хватит нести бред! Да что тебе от нас нужно?!       ‎Спокойный и сдержанный образ Бай Сюаньцзи треснул. Она сделала шаг и вонзила острие меча ей в грудь. Чэн Цзыюй даже не изменилась в лице. В этом теле давно не было сердца. Она усмехнулась, щелкнув хучжи по холодному лезвию:       ‎— Все, что я хотела сегодня, я уже получила.       ‎— Госпожа Бай, о ком эта тварь говорит? — просипел, поглощенный ужасом, Лян Шэн.       Сюаньцзи переместилась к Лян Шэну, тот выглядел  перед ней запуганным мальчишкой, чтобы вырубить его одним движением. Она вырвала золотую сферу из его уха, а затем свою. Из складок одежды Сюаньцзи вырвался огонь. Фулай трансформировалась из маленького огонька в облик Богини Очага. Она также избавилась от «золотого орешка».       ‎— О благородной Богине Очага, конечно же! — Чэн Цзыюй торжественно раскинула руки, и ее крылья затрепетали.       ‎ Фулай схватила Чэн Цзыюй за горло, сжав со всей силы, но демоница рассыпалась роем саранчи. Злобно оскалившись, Фулай призвала в руку яодао и, взмахнув им, направила поток пламени вслед демонице. Часть саранчи загорелась, мертвые тела падали на землю, объятые пламенем.       ‎Бай Сюаньцзи смотрела на нее, не веря в услышанное. Видя, какую боль она испытывала, Фулай боялась подойти и сказать что-то.       ‎— Какой секрет ты скрываешь?       ‎— Ты ведь уже догадалась, — прозвучало почти шепотом.       ‎— Я хочу услышать это из твоих уст.       Богиня Очага не отвечала, опустив голову. Яодао подрагивал в ее руке.       — Отвечай!       ‎ Фулай подняла голову, ее силуэт утопал в пламени догорающих насекомых. Огонь трепетал, растворяясь в тошнотворном дыму.       — Я — Столетнее Огненное Бедствие.       Сюаньцзи едва не захлебнулась в истерике. Перед ней стояла Фулай, но в глазах Сюаньцзи отражалась демоница, что когда-то сожгла ее дом, тела родителей и ее народ. Демоница, преследовавшая ее целое столетие. Та, что обращала города в пепел, что служила Чэн Цзыюй, что отняла у нее Огонька и Уголька. Ее самый страшный кошмар ожил и вновь стоял перед ней.       Фулай машинально шагнула вперед.       — Не подходи! — взревела Бай Сюаньцзи, направляя на нее меч. — Почему ты не сказала мне сразу? Почему молчала? Почему позволила мне довериться тебе? Почему позволила подпустить тебя так близко? — голос Сюаньцзи сорвался. — Сколько у тебя еще личин?! Как много еще ты скрываешь?! Госпоже Фулай было весело потешаться надо мной? Ты упивалась удовольствием, обманывая меня?       — Син-эр, я правда... — Фулай попыталась приблизиться, но Сюаньцзи не дала ей шанса.       Бай Сюаньцзи нанесла удар. Юйчжэнь пронзил плечо Фулай, кровь окрасила землю у ее ног. Лицо Фулай исказилось, но не от физической боли. Ей было невыносимо видеть страдания Сюаньцзи. Она жаждала подойти, успокоить, погасить огонь в ее сердце, но не могла. Как может причина стольких ужасов стать утешением?       — Не делай такое лицо! Перестань притворяться, что у тебя есть чувства! Что в тебе осталось хоть что-то человеческое!       Пламя вокруг погасло. Солнце медленно клонилось к закату. Поднявшийся ветер принес с собой ощутимый холод.       — Я не рассказывала ничего, потому что... Я знала, что будет именно так. Но с момента нашей встречи я ни разу не солгала о своих чувствах. Никогда, — Фулай продолжала смотреть на Сюаньцзи все тем же нежным взглядом, несмотря на меч, вонзившийся в плечо. — Демона нельзя убить, не пронзив сердце. Мое сердце бьется в твоей груди.       ‎ Сюаньцзи словно вынырнула из кошмара. Ее взгляд упал на собственные руки, на меч, на растекающуюся кровь. Ужас исказил черты ее лица. Она отшатнулась, выронив Юйчжэнь.       — Уходи... Убирайся! Не смей больше появляться мне на глаза!       Фулай смотрела на нее мгновение, вспомнив, как однажды уже слышала похожие слова, а затем развернулась и ушла, не оглядываясь. Бай Сюаньцзи осталась одна. Она рухнула на колени, схватилась за сердце и закричала. Сюаньцзи кричала до тех пор, пока голос не сорвался окончательно, пока слезы не иссякли и пока сознание не померкло. Сотрясаясь всем телом, она жаждала лишь одного — быть погребенной под песками. Кто-то звал ее из раза в раз, но она не хотела отвечать. Последнее, что увидела Сюаньцзи, прежде чем провалиться в холодную тьму, было обеспокоенное лицо Цзань Ванхэ.                     Когда демоны наконец отступили, Ян Сяо прекратила играть. Ее уставшие ладони скользнули по гуциню, подушечки пальцев были давно содраны. Золотой орешек перестал напрямую связывать сознания Небожителей. Завершив технику, она была совершенно истощена. Безвольно обмякнув в руках Чжу Вэньтяня, который поддерживал ее за плечи, она не находила в себе сил говорить.       — Будешь молчать? — раздался голос у ее уха. — То, что сказала Старшая Демоница Насекомых, правда?       — А как считает Вэньян-цзюнь?       — Не уходи от ответа. Думаешь, я не знаю, что именно ты освободила Нефритового Цилиня?       Ничуть не удивившись, Ян Сяо устало рассмеялась. Ее затылок покоился на его плече. Она взглянула на него, прежде чем произнести:       — Правда. Я намеренно помогала демонам. Надеюсь, Вэньян-цзюнь справедлив и будет судить меня в соответствии с Небесным порядком.       Чжу Вэньтянь вздохнул и сомкнул веки, не в силах смотреть на ямочки, появившиеся на ее щеках от улыбки.