Золотое гнездо (стало его клеткой)

Он позволил себе паниковать ровно три минуты тридцать девять секунд, которых хватает, чтобы сжать ладонь Стефани, чуть не упасть, быть отнесённым к ближайшему креслу и получить стакан тёплой воды от Импульса. После этого он разделяет эмоции и ситуацию, приступая к анализу и плану дальнейших действий. На это время Стефани остаётся с ним, как самая знакомая на данный момент, и самая безопасная, если смотреть глубже. Тим доверяет Кону и Барту, знает, что Кэсс не навредит ему, но именно Стеф в его измерении уступает Тиму в силе, и это успокаивает что-то в его инстинктах. Тим подозревает, что за последние четыре года Стефани набралась опыта, которого нет у Тима, ещё и в условиях такой дискриминации омег, но... Подождите. – Дик знает, что ты омега. Как так вышло, что ты всё ещё в поле? – Прямолинейно, как всегда, придурок, – Стеф язвительно, но добродушно усмехается, пихая его плечом. – Не знаю, какие различия в наших измерениях, но здесь ты первым со мной познакомился. Сразу раскрыл мою личность, грубиян, но не стал трепать всем, что я омега. Конечно, я, как и все, тогда думала, что ты бета, но сейчас понимаю... В общем, он помог мне притвориться бетой-девушкой. К счастью, девушек бет и омег мало что отличает друг от друга, и с помощью Тима я держалась очень долго. А когда дело вскрылось... Ну. Она оттянула воротник униформы, показывая Тиму знакомый шрам. След от брачного укуса, который есть и у его Стеф. – Я ж дурой была. Завела щенка и всё такое. Тим и тогда мне очень помог, а когда другие узнали, что я омега, так оказалось даже проще. Формально я продолжаю принадлежать этому подонку, так что Бэтмен не может указывать мне, что делать. Я больше сотрудничала с Тимом и Оракул, с Хищными Птицами, в общем, мы мало пересекались с Б. Сейчас я технически являюсь членом Титанов, но по факту бывшая команда Тима отделилась от Титанов и больше занимается личными миссиями в локальном составе, а мы с Кэсс прыгаем между Юной Справедливостью и Хищными Птицами. Никто, кроме членов команды и летучих мышей, не знает, что я омега. Вот оно что. Тим кивает, показывая, что понял, и это правда так. Он даже может предположить, как это было: сначала Тимоти пытался отговорить Стефани от геройства, та обиделась бы, посчитав, что это из-за её пола, а после Тим бы понял, что Стеф ничто не остановит, и взял её под своё крыло. По крайней мере, Тим может быть уверен, что здешний Тимоти заботился о своих друзьях не меньше, чем Тим. Мысли немного успокаиваются после разговора на отчужденную тему, и Тим возвращается к анализу. Он носит сгусток клеток последние четыре недели. Это никак не может быть последствием его первого опыта с Диком. Только после укусов и четырёх дней траха ему внезапно отказали в тренировках, кофе и любых видах физической активности. Тогда это объяснялось желанием дать его телу отдохнуть. Сейчас Тим понимает, что это были меры по предотвращению выкидыша на ранних сроках – очень возможная ситуация, учитывая его стресс и возраст. Значит, у него осталось ещё четыре недели, чтобы избавиться от этого. Боже. Они планировали держать Тима в неведении до тех пор, пока аборт не станет невозможным. Так было со Стефани. Она узнала о беременности на конце восьмой недели, когда в её сознании возникла новая стайная связь – с щенком. Связь, которая на психологическом уровне мешает омегам избавиться от эмбрионов, хотя безопасный аборт возможен вплоть до двенадцатой недели. Природный изъян, который есть у омег, но не возникает у женщин-бет. В оправдание бет, те вообще не могут создавать стайных связей, их разве что могут принять в одностороннюю связь, но Тиму всё равно кажется это несправедливым. Будь он бетой-женщиной, у него было бы в кармане ещё два месяца. Сейчас же каждый день на счету, так как не редки случаи, когда связь возникала уже на шестой или седьмой неделе. Нельзя думать об эмбрионе как о щенке. Нельзя позволять себе нежные эмоции в его адрес. Нельзя мечтать о счастливом будущем. Чем больше психологически Тим привяжет себя к этому сгустку, тем хуже ему будет. Поэтому Стефани так и не смогла сделать аборт. Не будь рядом с ней Тима, она бы не смогла и отдать ребёнка на усыновление – связь держится до двух лет ребёнка, гарантируя, что родитель щенка будет рядом в период, когда младенец наиболее беззащитен. Далее семейные укусы между омегой и щенком будут образовывать более крепкие связи, чем с другими членами стаи, вплоть до представления щенка как омеги, беты или альфы. Разрыв природно возникшей связи между матерью и щенком часто становится причиной детской лихорадки, когда омега стремится вернуть эту связь через появление другого ребёнка. Поэтому в мире невероятное количество братьев и сестёр с разницей в три года. У Тима четыре недели. Сейчас они ждут сообщения от Кэсси. Встретятся, вероятно, только с самыми доверенными героями, узким кругом лиц. Скорее всего, с теми, кто знает личность Бэтмена – то есть только основатели Лиги. Тим должен будет максимально ясно изложить свою позицию. Попал сюда из-за злодея в своём измерении. В своём измерении имеет полную стаю, которая о нём заботится и от которой его насильно оторвали. В этом измерении сразу сказал, что не хочет, чтобы его личное пространство нарушалось. Поверил, когда Бэтмен пообещал, что поможет ему. Подозревает, что Константин сделал что-то, чтобы потворствовать Бэтмену в нежелании отпускать Тима в родное измерение. Это автоматически превращает его нахождение в поместье или пещере похищением и удержанием против воли. Далее был против воли помечен и оплодотворён. Ему даже не нужно нигде врать – Брюс же опоил его. Все шансы на его стороне. Он – жертва. Герои помогут ему. – Кэсси сообщила, что мы можем отправляться к ним! – в мгновение ока их пара стала тройкой, когда Барт влетел в комнату, останавливаясь около Тима и чуть не подпрыгивая рядом с ним. – Ты готов? Мы не отправимся, пока ты не будешь готов. – Я... Да, думаю, порядок. Он хотел бы разработать запасной план. Пусть вероятность этого крайне мала, но всё же – если Лига откажется ему помочь, ему нужен план эвакуации оттуда и дальнейшего скрытия от Бэтмена. Будь он в своём измерении, он бы спросил команду, готовы ли они отправиться с ним в космическое приключение. Надолго. Возможно, навсегда. У них были свои взлёты и падения, серьёзные споры и просто глупые недопонимания, но чего у них было не отнять – они были командой. Единым целым. Стаей во всём, кроме укусов. Тим не сомневается, что они бы согласились. Однако сейчас перед ним была не его команда. И как бы они ни были готовы помочь ему – потому что хорошие герои помогают жертвам – Тим не мог просить их о чём-то настолько большом. Настолько обременительном. Он не мог попросить их даже о помощи в побеге со Сторожевой Башни. Это значило бы заставить их выступить против их наставников, и если в измерении Тима это не было бы проблемой, Тим не мог знать, насколько это то же самое здесь, четыре года спустя. – Мы с Кэсс не пойдём с тобой. Несмотря на то, что Б смирился, я не могу рисковать тем, что Суперс или кто-нибудь из других узнает мой пол. Обычно мы пересекаемся только во время угроз планете, и там нет времени обращать внимание на дополнительных героев. Сейчас вы будете один на один, – Стеф сжимает его руку в последний раз, после отпуская. – Младший брат. Скучала. Хочу помочь. Буду защищать Спойлер, – Кэсс появляется из тени, настолько тихая, что Тим почти подумал, что она мета-человек. С ним идут Супербой и Импульс, Чудо Девочка встретит их наверху. Отсутствие Стеф огорчает его куда больше, чем Кэсс. Они почти не знакомы в его мире. Кэсс появилась совсем недавно, она всё ещё учится говорить и писать, Брюс обучает её жестовому языку. Тим часто проводит рядом с ней вечера, прижимаясь к новой сестре и смотря глупые фильмы из списка рекомендаций Дика. Он чувствует себя расслабленно и спокойно рядом с ней, защищенно, и он знает, что их отношения развиваются в крепкую связь, но пока что этого не случилось. Так что он кивает, легко расставаясь с девушками и позволяя Импульсу отнести его к ближайшей зете. Коннер следует за ними, оставляя девочек на космическом корабле. – Кстати, – пока Кон набирал код трубы, в которую они направлялись, и данные, чтобы провести с собой гостя, Тим щелкнул пальцами, вспоминая. – Импульс, ты забрал Сироту из Готема, как только меня спасли. Что она там делала? – О, Сирота отвлекала на себя внимание команды Бэтмена! Повела их по ложному пути, заставив думать, что мы эвакуировали тебя куда-то в сторону Африки, понимаешь? Она такая крутая, а они такие придурки, и они были в гражданском, так что даже не могли её преследовать, и они не могут читать её язык тела, так что даже не понимают, что она блефовала! Поняв почти все слова из ускоренного пересказа, а те, что не понял, добавил сам по контексту, Тим кивнул. Это умно. Если бы он составлял план, он бы, наверное, тоже так поступил, и рад, что его-не-его команда догадалась запустить отвлекающий манёвр, подобно винтам, оставленным Тимом с двух сторон вентиляции. Не беспокоила даже глупость этого манёвра – ведь на нём был трекер – потому что когда Тим полз по трубам, он тоже в последнюю очередь думал об этом трекере. – Прошу вперёд, – Коннер улыбнулся, когда зета загорелась, активированная, и поклонился, как джентльмен, пропуская друзей вперёд. Импульс тут же шмыгнул внутрь, Тим с нервным смешком последовал за ним, Кон замыкал. Двери трубы закрылись, и они переместились на космическую станцию.

***

Его делом будут заниматься Чудо Женщина и Супермен. Чудо Женщина – потому что они к ней обратились. Супермен – потому что он один из основателей Лиги, один из тех, кто знает личность Бэтмена и в курсе того, кто такой Тим для этой семьи, и когда-то был близким, даже лучшим другом Бэтмена. В общем, да. Тим не очень любит Супермена из своего мира, каждый раз во время межвселенских разборок встречал только злые его версии, но так уж вышло, что у Супермена больше всего причин быть здесь. Он понимает Бэтмена, и при этом он – оплот справедливости, который должен понимать, что то, что делает его старый друг, не может быть нормальным. – Мы очень рады, что ты смог обратиться к своим друзьям, Тимоти, – улыбается ему Чудо Женщина, взяв слово на себя. – Мы сможем поговорить в комнате для психологических консультаций. Она чаще всего проверяется на наличие жучков Бэтмена, и файлы с записывающих устройств там уходят на сервера, отделённые от основной базы данных Лиги. Титаны могут подождать нас здесь или в общем зале. – Что? – Тим невольно отступает, хватаясь за рукав Коннера. Кожа куртки знакомая, успокаивающая. – Я бы хотел, чтобы они остались со мной, пожалуйста. – Мы понимаем, что так тебе было бы спокойнее, Тимоти. Однако в присутствии других людей, даже если это те, кому ты доверяешь больше всего, люди склонны недоговаривать или изменять некоторые свои показания. Те, которые не хотели бы раскрыть перед знакомыми, или те, которые кажутся им неприглядными, чтобы об этом знали друзья. А мы хотели бы узнать, что произошло, с наименьшим расхождением с реальностью. – Я понимаю, да, это... Ну, не стандартная процедура для жертв, но я выдвигаю своё слово против слова Бэтмена, так что я понимаю, почему вы хотите максимальной честности. Но всё в порядке. У вас есть лассо, и я не против, чтобы вы использовали его. Его магия заверит вас, что я говорю правду, и остальным можно будет остаться рядом, верно? – Тимоти, – до этого молчавший Супермен улыбается своей смягченной улыбкой для жертв, только-только переживших нечто травмирующее. Тим мысленно гордо заявляет, что заслуживает этой улыбки, и скорее рад ей, потому что это значит, что супергерои на его стороне. Они понимают, что его ситуация плоха. – Поправь меня, но в своём измерении ты тоже был Робином, верно? – Да. Уже три года. – Это очень круто, Тимоти. И я уверен, ты уже полностью прошёл подготовку Бэтмена. Тиму не нравится, куда ведёт этот разговор. – Да. Но, надо сказать, я появился в его жизни, когда второй Робин умер, и у Бэтмена не было большого желания меня обучать. В основном он посылал меня к другим учителям или позволял мне усваивать всё самостоятельно прямо на поле. Вот так. Безопасный и честный вариант. Он прошёл подготовку Брюса, и он понимает, к чему ведёт Супермен, так что его ответ должен заставить этих двоих считать его менее компетентным. Возможно, наконец-то стереотипы здешнего мира сыграют ему на руку, и герои решат, что, раз он омега, он вдвойне хуже, чем они уже думают. – Да, с нашим Третьим Робином было нечто похожее. Я помню, как Бэтмен неохотно признавался, что, пусть ты не был самым сильным Робином, ты определённо был самым умным из его мальчиков. Блять. Почему, ну почему когда не надо, тогда у всех здесь внезапно включается мозг? Тим неглубоко, беззвучно вздыхает. – Ты считаешь, что я смогу обмануть лассо, чтобы не сказать что-то не в свою пользу перед моей командой. Но это не моя команда. Моя осталась в моём измерении, понимаете? Мне нечего стесняться перед их альтернативными версиями, так как, когда вы мне поможете, мы больше никогда с ними не встретимся, понимаете? – Хорошо сказано, юный воин, – с позабавленной улыбкой дипломата отвечает Диана. – Но твоё красноречие только подкрепляет наше беспокойство, Тимоти. Мы уверены, что ты не станешь что-то скрывать от нас или выставлять наших старых друзей в худшем свете, чем они есть. Но, для нашего спокойствия, пожалуйста, пойди нам на встречу. Тим раздражён и напряжён, но оглядывается на друзей. Те не выглядят очень довольными, но и не кажутся подозревающими что-то. Так что они не видят проблемы в предложении старших. Хорошо. – Хорошо. Конечно, я могу это сделать. Я просто рад, что вы согласились мне помочь, и из-за всего произошедшего нервничаю, даже если знаю, что я в полной безопасности, понимаете? Они, наверное, не понимают. Тим несёт чушь и полуправду. К счастью, наконец-то хоть что-то работает, потому что плечи Дианы опускаются, а её рука в жесте поддержки опускается на плечо Тима. – Мы понимаем, юный воин. И скоро мы придумаем, как тебе помочь. Пойдём за нами. Так они и оказались в кабинете психотерапии Лиги Справедливости. Надо сказать, он не очень располагает к откровениям. Стол, за которым, судя по всему, обычно сидит психотерапевт – Канарейка или кто-то из проверенных гражданских – массивный, отталкивающий, как стена между доктором и пациентом. Напротив него полу-кресло, полу-диван: таких размеров, чтобы любой участник Лиги мог на нём разместиться, независимо от своих объёмов. Жёсткий, холодного голубого цвета, с твёрдыми подушками. Стены выкрашены в бирюзовый, ближе к неприятному зелёному оттенку. На полу ковёр, не ворсистый, а такой, какой удобно отстирывать, что бы на него ни пролилось. Сбоку книжные полки с одинокой мягкой игрушкой создают видимость, будто это место комфорта, но на самом деле выглядят так же успокаивающе, как детские рисунки на стенах заброшенных психбольниц. Отвратительное место. Тим не понимает, как здесь могут работать психологи, ничего не говоря о неподходящих условиях в кабинете. – Присаживайся, пожалуйста. Супермен одной рукой отодвигает недо-диван, как стул, и поворачивает его перпендикулярно столу. Чудо Женщина забирает стул из-за стола, ставя его напротив Тима, так что между ними нет этой психологической преграды. Наконец, сам Супермен оказывается между ними, с кажущимся спокойствием опираясь на стол. – Если ты не против, – Диана раскрывает лассо, протягивая вперёд его конец. Тим послушно подаёт руку, и она пару раз обматывает запястье. – Это не совсем стандартная процедура для допроса, особенно когда дело касается жертв, но мы должны быть уверены, когда дело касается Бэтмена. – Понимаю. В конце концов, я обвиняю вашего бывшего коллегу в похищении. Если бы кто-то обвинял в этом кого-то из членов моей команды, я бы тоже хотел убедиться, что не попадусь на очень хорошую ложь. Это не ложь, но и не вся правда. Тиму часто доводилось работать с жертвами. Ему кажется, что что-то в происходящем сейчас неправильно, но, к сожалению, он не может сформулировать, что именно. Это чувство похоже на вечер с Диком, который убедил Тима, что тот не может забеременеть, если у него не течка. Тим даже сейчас не может сказать, была ли это ложь. Может, в тот день он и правда не мог забеременеть, а сейчас носил в себе клетки альф, потому что так работает средство, которым его опоили? – Ты прав. Мы разочарованы тем, что Бэтмен сейчас делает на своей территории, однако стараемся доверять ему в принятых решениях. Итак, вот, что сейчас будет происходить. Мы задаём тебе вопросы. Ты отвечаешь. Мы либо что-то уточняем, либо переходим к следующему вопросу. На своё усмотрение ты можешь добавлять к ответам подробности, даже если мы уже прошли те вопросы, которые ты дополняешь. Ты справишься? – Я не могу просто рассказать вам, как всё было? И вы могли бы задать уточняющие вопросы. – Слишком много возможностей тебе чего-то недоговорить, – качает головой Супермен. – Так что это будут вопросы, и ты сам сможешь уточнить подробности. Если мы чего-то не спросим, ты сможешь рассказать об этом, когда наши вопросы закончатся. – Хорошо. Да. Конечно. Тогда так и сделаем. Давайте начинать? Они начали со стандартных вопросов. Не возраст или имя, а цвет волос, рост, цвет кожи и глаз, количество пальцев на руках – всё для того, чтобы убедиться, что лассо работает на нём, несмотря на то, что Тим из другого измерения. После Чудо Женщина попросила соврать что-нибудь незначительное. Тим сказал, что его зовут Анабель Соул, ему 10 лет и его волосы розовые, вскрикнул, когда жжение лассо после трёх лживых заявлений подряд стало болезненным, и тут же поспешил исправиться. – Тимоти Дрейк! Мне не 10 и мои волосы не розовые! Убедившись, что всё хорошо – конечно же, Супермен, как и Коннер, тут же понял, что он носит приплод – и позволив ему выпить воды, перешли к серьёзным вопросам. – Ты прибыл в эту вселенную по своей воле? – Нет. – Тебя отправил сюда злодей или герой, который хотел тебя спасти? – Злодей. Моё измерение в целости. На момент моего исчезновения миру ничего не угрожало в планетарных масштабах. – Как это произошло? – Я находился в Башне Титанов. Злодейка прибыла из будущего. Она обладала магией и сказала, что не хочет меня убивать, но в её времени я ей мешался. Она направила в меня заклинание, которое должно было помешать мне воплотить это будущее в жизнь. Я не успел уклониться и очутился на улицах здешнего Готема. – Ты обратился за помощью к нашему Бэтмену? – Нет. Я отправился в библиотеку. Найтвинг в своём гражданском виде забрал меня оттуда. Лично я никак с ним не связывался.                – Как он мог тебя обнаружить? – Оракул. Чудо Женщина кивает. Они с Суперменом знают, что Оракул – не искусственный интеллект Бэтмена, а бывшая первая Бэтгёрл. – Почему ты пошёл за ним? – Он отдал мне приказ. Я был в гражданском, без обуви, из оружия только посох. Я успел прочитать в газетах, что уровень преступности в Готеме продолжает снижаться, потому рассчитал, что нет причин сопротивляться сразу и будет лучше последовать за ним и действовать по ситуации. Я расценил, что с наибольшей вероятностью в этом измерении Бэтмен тоже герой, и что он сможет мне помочь. – То есть ты пошёл с ним добровольно. – Вынужденно добровольно, да, – Тим нахмурился, это уточнение заставило что-то в нём неприятно сжаться. – Если бы я не пошёл сам, он бы продолжил давить приказами либо насильно повёл меня за собой. – Ты не можешь знать этого наверняка. – Я уже хорошо разобрался в отношении к омегам в этом измерении и в том, на что готовы пойти здешние партнёры Бэтмена. Уверен, мой прогноз верен. – Хорошо. Что произошло, когда вы приехали в поместье? – Меня проверили. Настоящий ли я Тим, или клон, и путешествие ли это во времени или через измерения. В это время Красный Капюшон повёл себя неподобающе в мой адрес, но не настолько, чтобы я рисковал в тот же миг учинять скандал. В течение следующих часа или двух я заметил динамику их отношения ко мне и ясно сказал, что любые прикосновения ко мне и романтические или иные порывы нежелательны. До этого Найтвинг дал слово, что они будут уважать культуру моего измерения, и я им поверил. – Итак, ты остался в доме Бэтмена? – Да. – И, как мне сообщила Чудо Девочка, они не послушались твоего предупреждения и всё равно распустили руки. – Верно. – Расскажи об этом. Тим как мог подробно рассказал про случаи самых первых манипуляций и как он из них выпутывался. И Кларк, и Диана нахмурились, услышав, что он спровоцировал собственную аллергию, чтобы избежать прикосновений Красного Капюшона. – Ты не сказал «нет»? – Я сказал им «нет» до этого. Они знали, что я против их действий. – Да, но в самой ситуации ты не сказал «нет», не так ли? – Какое это имеет... Нет. Нет, я не стал тогда повторяться, – Тим вздохнул, беря себя в руки. Ему приходилось прикладывать усилия, чтобы не начать нервно притоптывать. – И когда Дэмиан присоединился к тебе для сна в гнезде, ты ничего не сказал? – Он щенок. Он не действовал так же, как его старшие братья или отец, и я не видел причин отказывать ему. – Он щенок стаи. Он принадлежит этим альфам. Ты не мог заявлять на него права, не предполагая, что его стая ответит. – Я не заявлял на него прав, я просто пустил его к себе. Я же не кусал его. – И всё же ты говоришь, что считаешь, что так они собирались манипулировать тобой. Тебе стоило отказать ему, как только ты это понял. – Главное правило манипуляций – жертва не должна знать, что ей манипулируют, а должна считать, что сама приняла решение. Я знал, что они делают, но не собирался привязываться к ним только потому, что ухаживал за явно нуждающимся во внимании щенком. – Или ты провоцировал защитные и родительские инстинкты стаи, претендуя на их щенка, и ответной реакцией было либо агрессия в твою сторону, либо рассмотрение тебя на место матери щенка. Ты должен был понимать, что это вызовет за собой серьёзную реакцию в любом случае. – Что? Нет, я даже не думал... – Тише, Кларк. Не стоит так напирать. Тим пришёл к нам из другого измерения, возможно, он и правда не подумал. Расскажи, что было дальше, Тим. В своём темпе. – Хорошо. Хорошо, да. Итак, мне сообщили, что удалось связаться с Константином и тот в ближайшие дни придёт к нам. Мне оставалось только дождаться этого дня... Тим продолжал говорить, тщательно стараясь подобрать слова и объяснить, почему он поступал так, а не иначе, но стоило ему закончить историю о Брюсе – потому что, конечно же, он носил нечто в себе, и они хотели знать всё, что к этому привело – как Диана вновь подняла руку, прося остановиться. – Ты был в добром здравии в этот момент? – То есть, да, конечно? Я был напряжён и, думаю, испуган, хотя не хотел этого признавать, но я был полностью в себе. – Почему ты не остановил его, Тим? Ты мог оказать сопротивление. Мог закричать и привлечь внимание Робина. В крайнем случае, если ты столь же искусен, как был наш Тимоти в роли Робина, ты мог оказать достаточное сопротивление, чтобы сбежать из спальни. – Я не... Я не хотел будить Робина, потому что это была не та ситуация, в которой сын должен видеть отца. И... Я... Это было неожиданно, и я никогда не оказывался по ту сторону домогательств, обычно я был тем, кто останавливает их в чужую сторону. Я растерялся. – Почему ты не покинул гнездо? Когда Бэтмен отошёл налить тебе воды? Ты успел в это время проглотить грифель, думаю, ты мог бы выбежать из спальни. Это даже в голову Тиму не приходило. Ни в ту ночь, ни после. Он просто... Он... От Бэтмена невозможно сбежать. Он делал всё, что мог. – Так почему ты не сбежал, Тимоти? Почему остался там? – Я не знаю! Не знаю, ясно? Я испугался, и я сделал всё, что пришло мне в голову, я паниковал. Я знаю, что мог быть лучше! Я знаю, что должен был придумать что-то ещё! Я просто не знал, что! Нервы зашкаливали. Он дрожал, вцепившись в колено, лассо натирало кожу, он чувствовал каждый миллиметр оружия, соприкасающегося с запястьем. Почему она говорит так? Почему говорит так, будто Тим виноват? Он сделал всё, чтобы избежать их рук! Разве может один человек противостоять клану Бэтмена? – Я хочу перейти к самому важному, Тимоти, если ты позволишь. Когда ты занимался с кем-то из стаи Бэтмена сексом, ты сказал «нет»? Брюс не оставил ему выбора. Он хотел укусить его. Он был зол, что Тим сбежал в Бэтпещеру и обнаружил их планы не отпускать его, и хотел привязать к стае силой. Тим должен был согласиться, чтобы удержать контроль. Он должен был участвовать в этом добровольно, чтобы оставить себе хоть немного власти. – Нет. – Ты сказал «нет», когда тебя пометили? – Брюс опоил меня! Он что-то подмешал в мой кофе! – Ты сказал «нет», Тимоти? – с большей силой в голосе спросила Чудо Женщина. – Брюс сообщил тебе, что собирается тебя укусить? Ты отказал ему? Тошнота подступила к горлу. Мир вибрировал, словно на глазах Тима поменяли линзу глубины восприятия. – Нет. Нет, я не отказал, когда меня предупредили об укусе. Я хотел... – Тогда я не понимаю, почему ты здесь, Тимоти, – перебила его Чудо Женщина. Тим запнулся. Он хотел объяснить план! То, как ему удалось отвлечь их внимание. То, как он смог обмануть их, чтобы связаться с Юной Справедливостью и сбежать. Почему Чудо Женщина его не слушала? – Тебе стоит вернуться домой, к своим альфам, и успокоиться, Тимоти. Я понимаю, в твоём положении многие нервничают. Омеги часто творят глупости на гормонах, а с подготовкой мстителя масштабы этих глупостей просто увеличиваются. Уверена, твои альфы ужасно волнуются за тебя. – Я... Я не хотел этого ребёнка. Они сказали мне, что я не могу забеременеть. Они специально сделали это, чтобы привязать меня к этому измерению. Пожалуйста. Прошу, я просто хочу домой. Помогите мне. Пожалуйста. – Тише, сынок, – огромная рука Супермена накрыла плечо Тима, и он вздрогнул, смотря на Синего Гиганта. Тот улыбался своей дурацкой всепонимающей улыбкой. – Ты нервничаешь. Помню, когда Лоис ждала нашего щенка, она тоже была очень напугана. Но всё будет хорошо. Брюс – отличный отец, и я уверен, что ты справишься. Сейчас это большой стресс, но потом... – Вы не понимаете! – он отталкивает от себя руку Супермена, что Кларк позволяет ему сделать, и вскакивает на ноги, скидывая Лассо с руки. – Я не хочу здесь быть! Я не хочу этого ребёнка! Я не хотел этих укусов, не хотел... Не хотел... Секса с ними. Они удерживали меня. Они делали это специально. Сделали что-то, чтобы я был привязан к этому измерению. У меня есть стая! Она ждёт меня! Ищет! Вы должны помочь мне вернуться к ним, а не... Не говорить, что я соглашался с этим, – Тим машет рукой, неопределённо указывая не то на ситуацию в общем, не то на укусы и беременность в частности. – Вы же герои. Вы Лига Справедливости. Помогите мне. – Всё будет хорошо, Тимоти. Тебе не стоит так волноваться, сейчас это вредно для тебя. Присядь, пожалуйста. Обещаю, мы серьёзно относимся к твоей ситуации. Просто она, согласись, довольно... Уникальна. – Вы мне не верите. Вы не собираетесь помогать. – Мы поможем, Тим. Пожалуйста, сядь обратно. – Нет. Нет, вы... Он отступает назад, заводя руку за спину. Ручка двери щёлкает, и Тим выскакивает наружу, полностью осознавая, насколько низки его шансы против Супермена и Амазонки, и всё же бежит, бежит, доверяя знаниям планировки Сторожевой Башни из собственного измерения. Ему нужно добраться до зет. Отправиться... Отправиться... Куда он может отправиться? Северный полюс. Черт возьми, если ему удастся связаться с Сантой, возможно тот сможет что-нибудь придумать! Команда Тима однажды доставила за него уголь Дарксайду, Санта не может отказать ему в помощи, верно? Ему просто придётся быть очень осторожным. Его одежда не подходит для экстремальных холодов. Он должен будет сразу добраться до тайника Бэтмена, расположенного около зет на Северном Полюсе, и тогда... Заворот. Коридор к зетам. Волосы липнут ко лбу. Дыхание паническое, бок колет, пот застилает глаза. Яркий свет активируемых зет. Вот только это не Тим. Тим ещё не забежал внутрь. Он не успевает затормозить, обувь скользит, и он врезается прямиком в синюю птицу на чёрном кевларе. – Поймал тебя. Клыки в улыбке Найтвинга расплываются из-за слёз. Тим даже не пытается их сдержать, когда Дик накрывает рукой его шею. Тело не слушается, и он всхлипывает. Колени не держат. Найтвинг не даёт ему упасть. ______________________ Ю-ху, вот и Лига Справедливости! Плохие ли они? Я думаю, на самом деле нет. Плохо ли они выполняют свою работу? Абсолютно. Мне кажется, что это закономерно. Бэтмен явно сохранил власть над Лигой, так что они не готовы ему противостоять, но они спасли бы Тима, если бы посчитали, что тому правда нужно это спасение. Однако вот перед ними беременный омега, который под действием Лассо подтверждает, что никогда не говорил нет на секс и укусы от Уэйнов, и о чем они могут думать, если не о гормонах? Они знают, как Брюс и вся семья тяжело пережили потерю Тима, так что не могут представить, что они будут плохо относиться к другому Тиму, и потому они в какой-то мере газлайтят Тима, давя на него тем, что он на самом деле со всем был согласен, а сейчас так паникует, потому что беременный Как Дик так быстро оказался в Башне? Ну, они после побега Тима просто разделились, Джейсон и Дэмиан дают показания полиции, Дик и Брюс отмазались, что проверят самые популярные места, куда обычно сбегал их омега, и их отпустили. За время, что Тим был на космическом корабле Импульса, а после в допросной с ЧЖ и Супером, они по компьютеру проверили, что да, Тиму помогли Титаны, увидели показатели работы зет и просто собрались, чтобы лично забрать оттуда свою Омегу, пока его, не дай бог, не отправили обратно в его родное измерение