Глава 102
20 февраля 2026 г., 23:47
Кроваво-красное солнце медленно клонилось к закату, и колонна двигалась по извилистой дороге, потому что они были в лесу, и количество зомби уменьшалось. Время от времени они проезжали мимо небольших деревень и видели, как по обочинам бродят два-три зомби. Услышав шум мотора, те начинали выть и бросаться в погоню, но солдаты на грузовиках быстро с ними расправлялись.
Поскольку они собрали много боеприпасов, все были очень рады и собрались вместе, чтобы поболтать и расслабиться. Только в машине Лэй Чуаня было немного уныло.
Чжао Лин Фэн, развалившись в кресле в очень непринуждённой позе, смотрел на пейзаж за окном, время от времени поглядывая на бледное лицо Го Цзэ Жуя и загадочно улыбаясь.
Го Цзэ Жуй подавил желание ударить его и виновато произнес:
— Босс, я был неправ.
— Говори потише, — Лэй Чуань понизил голос до шёпота и посмотрел на доктора, который крепко спал у него на плече. Он не подавал признаков того, что вот-вот проснётся, и Лэй Чуань вздохнул с облегчением. По тому, как крепко доктор спал, можно было понять, что он полностью расслабился.
— Босс, я был неправ. Я вас не послушал, — если бы он последовал указаниям босса и использовал пароль доктора, то не довёл бы своих братьев до отчаяния.
— Не только ты совершал ошибки. С этого момента доктор — наш спутник. Я доверяю ему и надеюсь, что вы будете доверять ему так же, как мне. Сможете ли вы это сделать? — Лэй Чуань оглянулся и сурово посмотрел на своих братьев.
Го Цзэ Жуй на мгновение замолчал, и на его лице отразилась горечь. В глазах босса доктор был на голову выше их всех, верно? Куда бы он ни шел, он брал доктора с собой, явно желая привязать его к себе. Такое трепетное отношение не сравнится с тем, как относятся к обычному спутнику.
Чем занимались доктор и босс до перерождения? Любопытство терзало Го Цзэ Жуя, и он не мог унять свою ревность. Он давно испытывал к боссу какие-то непонятные чувства, но считал его порядочным человеком, поэтому терпел. Но теперь он видел, как тот нежно обращается с доктором, и это выглядело довольно двусмысленно.
Солнце полностью скрылось за горизонтом, и конвой медленно подъехал к небольшой деревне. Деревенские зомби давно ушли в поисках лучшей жизни. Иногда они встречали одного-двух, которые давно не ели человеческую плоть и не развили в себе способности, поэтому одного выстрела было достаточно, чтобы их прикончить. Солдаты обошли деревню, чтобы убедиться, что выживших нет, и выбрали несколько бунгало поблизости для лагеря.
В горах было мало зомби, но много мутировавших зверей и растений, и со многими из них было очень сложно справиться. Чтобы сократить ненужные потери, солдаты закрыли окна плотным брезентом, чтобы свет не проникал наружу и не привлекал внимание горных зверей.
В последние дни изменения коснулись не только животных, растений и людей, но и погоды. Днем зловещие солнечные лучи могли обжигать кожу, но ночью быстро становилось холодно, а иногда температура опускалась ниже нуля.
Солдаты нашли несколько жаровен, чтобы согреться, и разложили спальные мешки, еду и зимние куртки.
Чжоу Юнь Шэн жил в лаборатории, где центральное кондиционирование воздуха обеспечивало равномерную температуру, не допуская ни жары, ни холода. Но в этой жизни ему, наконец, довелось столкнуться с истинной жестокостью Апокалипсиса.
Он запахнулся в армейскую шинель и придвинулся ближе к жаровне, почти желая, чтобы его поджарили вместе с едой. Из-за душевных терзаний он чувствовал физическую слабость, поэтому плохо переносил холод.
— Доктор, будьте осторожны, не обожгитесь, — Чжао Лин Фэн оттащил его, увидев, что он наклонился к жаровне.
Чжоу Юнь Шэн неохотно отступил на шаг, слегка дрожа.
— Доктор, подойдите ко мне, — Лэй Чуань похлопал по подушке рядом с собой.
Чжоу Юнь Шэн взял палку и стал ворошить угли, не обращая на него внимания.
Лэй Чуань покачал головой и усмехнулся. Доктор всегда был немногословен и не проявлял особого интереса к малознакомым людям. По его лицу можно было прочесть: «Ничего не вижу, ничего не слышу». Это выглядело неожиданно мило и забавно. Особенно когда он снял очки, обнажив затуманенные черные, как драгоценные камни, зрачки, Лэй Чуань почувствовал, как тает его сердце.
Доктор всё ещё жив, как же это приятно.
Он улыбнулся, подошел к доктору, снял с него армейскую шинель и распахнул свою. Он сел позади доктора, вытянул свои длинные ноги, и две железные клешни-руки обхватили доктора и крепко прижали.
От Лэй Чуаня исходила мощная мужская аура, и Чжоу Юнь Шэну стало не по себе. Он хотел вырваться из объятий Лэй Чуаня, но внезапно почувствовал, как тепло разливается по всему его телу, и не смог сдержать довольный стон.
Он опустил руку, которой собирался оттолкнуть Лэй Чуаня, и крепче прижался к нему. Способность управлять огнем была очень кстати: тот не боялся ни холода, ни жары.
Лэй Чуань обхватил его тонкую талию, прижал к себе и с довольной улыбкой уткнулся подбородком ему в плечо. В прошлой жизни, когда доктор лежа на раковине, задыхаясь, блевал, Лэй Чуань пытался похлопать его по спине и обнять сзади, чтобы хоть как-то утешить и поддержать, но не мог до него дотронуться, он был беспомощен.
Чувство бессилия заставляло его ненавидеть себя и весь мир. Но теперь он наконец мог почувствовать тепло тела доктора и крепко обнять его. Ощущение, будто его душа наполняется, невозможно описать словами.
Он улыбнулся и не смог сдержать счастливого вздоха, нежно поглаживая растрепанные волосы доктора.
Чжоу Юнь Шэн блаженно прикрыл глаза. Он только что проснулся, но уже опять хотел спать.
— Поешь что-нибудь, а потом поспи, — Лэй Чуань провёл кончиками пальцев по густым ресницам доктора и слегка дёрнул его за них, чтобы тот проснулся. Пока доктор моргал, прогоняя сон, Го Цзэ Жуй принёс в дом несколько коробок с обедом и, увидев, как они обнимаются, на мгновение побледнел.
— Ужин, — он тут же протянул доктору коробку с едой, чтобы поскорее вырвать того из рук начальства.
— Спасибо, — Чжоу Юнь Шэн взял коробку, но не спешил вылезать из своего самонагревающегося спального мешка. Он протянул палочки для еды и стал понемногу есть рис, словно детёныш кенгуру, кормящийся в кармане у матери.
Лэй Чуань посмотрел на него сверху вниз и снисходительно улыбнулся. Чем дольше он общался с доктором, тем больше его привлекал его чистый и прямолинейный характер.
Чжао Лин Фэн тут же взял палочки для еды и принялся кормить доктора. В прошлой жизни он часто выполнял такую работу, он был умелым помощником.
Лэй Чуань посмотрел на него тусклым взглядом, но в конце концов подавил в себе желание оттолкнуть того.
Солдаты сосредоточенно ели рис, время от времени бросая на троицу странные взгляды. Босс и Чжао Лин Фэн, почему вы так заботитесь о докторе, словно он трёхлетний ребёнок? Впрочем, некоторые учёные были высокоинтеллектуальными идиотами — блестящими специалистами в своей области, но полными ничтожествами в обществе. Они кое-что понимали.
Го Цзэ Жуй даже не чувствовал вкуса еды во рту. Видя, что босс не обращает внимания на свой ланч-бокс, он не удержался и сказал:
— Доктор, отодвиньтесь, наш босс ещё не поел, его еда почти остыла.
Чжоу Юнь Шэн оторвался от еды, а затем тут же снял с Лэй Чуаня армейскую шинель. Чжао Лин Фэн уже расстегнул свою шинель, чтобы доктор мог в ней согреться. Его собачья преданность была на высоте.
Лэй Чуаню не терпелось поджарить его, на его ладони появился едва заметный фиолетовый оттенок, но он боялся навредить доктору и едва сдерживался. Рано или поздно ему придется бросить Чжао Лин Фэна где-нибудь в лесу. После того как в прошлой жизни он увидел, как этот человек повсюду следует за доктором и бесцеремонно прикасается к тому, когда ему вздумается, его терпение лопнуло.
— Если хочешь съесть этот ланч-бокс, бери, а я съем печенье, — одной рукой он крепко обхватил доктора за талию, а другой порылся в рюкзаке, нашел коробку прессованного печенья и протянул ее доктору.
— Помоги мне ее открыть.
Лэй Чуань обладал огненной способностью, которая делала его похожим на живую грелку. В его объятиях было гораздо комфортнее, чем в объятиях Чжао Лин Фэна, поэтому Чжоу Юнь Шэн не стал возражать, открыл коробку с печеньем и протянул тому.
Одной рукой Лэй Чуань по-прежнему обнимал доктора, а другой ел печенье, время от времени запихивая его в рот доктору. Глядя на его милые пухлые щечки, он не мог сдержать радостной улыбки. Их близость и нежность вызывали удивление.
Солдаты были ошеломлены, а те, кто был в курсе, незаметно ущипнули Го Цзэ Жуя за пояс, намекая, что нужно поторопиться, чтобы босса не перехватил кто-то посторонний.
Чжоу Юнь Шэн съел свой ланч-бокс и в итоге умял половину коробки печенья. Его пустой желудок наконец-то наполнился, а тело лежало на тёплом мягком мешке, и это было очень удобно.
Даже в последние дни те, у кого были силы и поддержка, могли жить в достатке. Неудивительно, что так много людей стремились заполучить золотое бедро. Он почувствовал, что его клонит в сон, и закрыл глаза.
Чжао Лин Фэн испугался, что завтра у доктора затечет шея, и быстро расстегнул толстый спальный мешок, жестом показав Лэй Чуаню, чтобы тот помог ему.
— Пока нет, я положу его в кроватку, когда буду ложиться спать. Он еще не до конца заснул, не надо его трясти, — Лэй Чуань понизил голос и отказался. Он устал от этой свекрови — Чжао Лин Фэна, ему что, двух жизней мало? Он все еще хочет его увести?
Чжао Лин Фэну тоже надоело кланяться Лэй Чуаню, и он хотел понять, что за план тот вынашивает, раз вдруг стал таким любезным с доктором. Он обращался с доктором как с личным имуществом. Строго говоря, между доктором и Лэй Чуанем должна быть только ненависть, а не дружба.
Но доктор уже знал о его особенностях и решил последовать за ним. Скорее всего, ему не удалось бы убедить его уйти. У доктора был такой характер, что, даже если бы он знал, что на дне ямы горит огонь, он бы без колебаний прыгнул туда, если бы ему что-то там понадобилось.
Он был слишком упрямым.
Чжао Лин Фэн сокрушённо покачал головой.
Компания боялась, что шум помешает доктору отдыхать, поэтому достала карты и молча играла в покер. Солдат-техник, у которого была кнопка-паук, управлял ею, заставляя ползать по дому. Он был очень доволен своей новой игрушкой.
Только лицо Го Цзэ Жуя было мрачным. Он смотрел на огонь, и было непонятно, о чём он думает.
Через полчаса, убедившись, что доктор крепко спит, Лэй Чуань поднял руку и осторожно убрал с его лба взъерошенные волосы, а затем аккуратно уложил его в спальный мешок, рассчитанный на двоих. Чжао Лин Фэн помог ему, опасаясь, что доктору будет холодно, он попросил у кого-то две грелки и вышел, чтобы наполнить их.
Лэй Чуань снял военную форму и собрался забраться в спальный мешок, чтобы улечься с доктором спать. В прошлой жизни, когда доктор крепко спал, он ложился рядом с ним и часами смотрел на его бледное лицо, представляя, каково было бы каждый день разговаривать с ним и обнимать во сне.
На этот раз он хотел сделать всё, чего не смог добиться в прошлой жизни. Он хотел сохранить жизнь доктору, его здоровое тело, румяные щёки и ясные, свежие глаза.
Вспомнив об этом, он довольно улыбнулся.
— Босс, я хочу вам кое-что сказать, давайте выйдем, — Го Цзэ Жуй схватил его за руку с очень серьёзным видом.
Лэй Чуань накрыл спальный мешок своим пальто, чтобы закрыть все щели, и вышел вслед за тем. Они отошли к тому месту за домом, где можно было укрыться от нападения, и, прежде чем начать разговор, осмотрели окрестности, чтобы убедиться, что им ничего не угрожает.
— Что? Нельзя сказать завтра?
— Я больше не могу ждать. Босс, что с тобой случилось? Он твой враг ещё с прошлой жизни, так почему ты служишь ему, как раб? Или, босс, ты парализуешь его, чтобы расположить к себе, но планируешь отомстить ему после того, как он разработает вакцину? Так вот в чём дело? — в его голосе действительно прозвучала надежда.
Лэй Чуань долго молчал, но в воздухе повисло тяжелое напряжение, словно от тяжелого дыхания разъяренного зверя, и Го Цзэ Жуй вздрогнул от этого звука. Не успел он опомниться, как сильный удар пришелся ему в живот, и его тут же вырвало кровью.
Лэй Чуань метнул огненный шар, и кровь на земле превратилась в пепел. В языках пламени отражалось его свирепое выражение лица.
Впервые за все время Го Цзэ Жуй почувствовал помимо восхищения и любви к брату страх. Он поспешно отступил, быстро вытирая кровь со рта, чтобы ее запах не привлек зомби или мутировавших животных. Он испуганно спросил:
— Босс, что я такого сказал? Почему вы вдруг начали со мной ссориться? Мы с вами братья уже больше десяти лет, неужели наша дружба ничего не значит по сравнению с Бай Мо Ханем?
Лэй Чуань, едва сдерживая гнев, прорычал:
— Хочешь знать, почему я такой? Я тебе расскажу. Когда ты умер, я впал в отчаяние и решил покончить с собой.
Го Цзэ Жуй уставился на него, внезапно впав в депрессию.
Глаза Лэй Чуаня были пустыми, как будто он смотрел в прошлое, болезненность того времени не уменьшилась, но повествование стало более насыщенным.
— Но доктор Бай прибыл вовремя и подавил мою энергию самоуничтожения, я выжил.
— Но, босс, вы были воином 11-го уровня, ах! Если вы решите самоуничтожиться, кто сможет вас остановить? — Го Цзэ Жуй недоверчиво покачал головой.
Лэй Чуань криво улыбнулся:
— Думаешь, я хорош? Думаешь, если бы меня не поймали в лаборатории, я бы стал лучшим воином страны?
Го Цзэ Жуй уверенно кивнул. Если бы не Бай Мо Хань, босс был бы влиятельной фигурой, а не подопытным кроликом. Этот человек просто втоптал достоинство босса в грязь! Ему было больнее от этого, чем если бы они убили его босса.
— Но пока все основные силы представляли, насколько могущественным должен быть человек 12-го уровня, доктор уже достиг уровня Короля. Он, естественно, мог помешать мне взорваться.
Услышав эти слова, Го Цзэ Жуй смутился и тут же возразил:
— Но ведь доктор Бай — обычный человек, да? Апокалипсис начался больше полугода назад, все Воины уже пробудились.
Это пронзило сердце Лэй Чуаня, как острый нож. Его взгляд вонзился в Го Цзэ Жуя, словно нож, заставив его замолчать.
— Я не умер, но стал живой душой, прикованной к доктору. Ядро короля, которое было у доктора, тоже треснуло от моей силы, поэтому его тело ослабло, он понес тяжелые потери, и все его органы начали медленно отказывать. Я всегда смотрел, как его рвет, как он тяжело дышит, как он падает на холодный пол, а потом просыпается и тихо убирает в комнате, делая вид, что ничего не произошло. В лаборатории он работал без отдыха дни и ночи напролет. Чтобы помешать базе Б массово производить гораздо более ужасных монстров, чем зомби, он использовал последние остатки энергии в своём ядре, чтобы убить создателя. Он без малейших колебаний стал обычным человеком. От него остались кожа да кости, и со временем его чуть не вывернуло наизнанку. Когда никого не было рядом, он ложился на раковину и хватал ртом воздух, потому что, если бы он этого не делал, то мог бы в любой момент перестать дышать. Но когда он стоял у операционного стола, его рука была тверда, как всегда, и он не допускал ни малейшей ошибки. Он держался исключительно на силе воли, чтобы разработать вакцину. Однажды он сказал, что готов заплатить любую цену, чтобы вернуть миру его первозданный облик и позволить человечеству продолжать жить. В том числе пожертвовать и собственной жизнью. Ему это удалось, но он не смог насладиться даже малой толикой славы, так как был безжалостно убит людьми с базы Б. Перед смертью он отправил бесценную информацию на все базы страны. Я был в ярости и снова выбрал самоуничтожение. Но когда я открыл глаза, ты уже заставил меня отравить доктора с помощью кровавой лозы. Чтобы извлечь кровавую лозу, доктор исчерпал все свои силы, и его ядро снова разрушилось.
Го Цзэ Жуй стоял неподвижно, как вкопанный, а в голове у него бушевали моря и реки.
Лэй Чуань взглянул на него и усмехнулся:
— Доктор должен был быть на уровне короля, но ты его погубил. Сколько людей ты убил за две жизни? За что ты их убил? — прежде чем Го Цзэ Жуй успел ответить, он продолжил: — Ты убил сотни людей либо из-за личных разногласий, либо в целях самообороны, либо из-за конфликта интересов. Не говори этого, я тоже убил много людей, и мои мотивы были не благороднее твоих. По сравнению с нашими грязными мотивами, доктор предпочёл спасти больше людей, пожертвовав несколькими. Можно ли сказать, что он плохой парень? — если бы на его месте были вы и беспомощно наблюдали за тем, как тот умирает такой жалкой смертью, оставив надежду для будущих поколений, смогли бы вы его ненавидеть? Любой, у кого есть хоть капля совести, никогда бы не стал использовать доктора, а потом бессердечно его убивать.
Он вытянул руку, наполненную фиолетовыми молниями, и холодно произнес:
— Второго раза не будет. Даже если я буду обязан тебе жизнью, я не проявлю к тебе милосердия, — он развернулся, сделал два шага и крикнул в сторону угла: — Ну что, наслушался? Если наслушался, проваливай!
Чжао Лин Фэн вышел из темноты с несколько смущённым выражением лица. Он и представить себе не мог, что в этой истории будет такой поворот. Лэй Чуань на самом деле был душой, сопровождавшей доктора. Неудивительно, что он не держал зла на доктора Бая: после всего, что он увидел, кто мог его ненавидеть? Разве что сумасшедший, одержимый идеей уничтожить мир.
Они ушли один за другим, и Го Цзэ Жуй несколько минут стоял неподвижно, пока не вышел из оцепенения и не усмехнулся криво.
Слова его начальника полностью изменили его представление о докторе Бае. Этот человек не только был выдающимся специалистом во многих областях, но и обладал самым чистым и непорочным внутренним миром. В нем не было ни капли эгоизма, и он был готов заплатить любую цену, чтобы поддержать человечество и остаться верным своим убеждениям. Благодаря таким людям, как он, мир постепенно выйдет из бесконечной тьмы на свет.
Он погиб ужасной смертью, но в то же время героической, он оставил человечеству надежду.
Кто мог сдержать восхищение и благоговение в своих сердцах, следуя за таким благородным, решительным и бесстрашным человеком? А восхищение и благоговение могли перерасти в любовь, обжигающую, как раскаленная магма.
Неудивительно, что босс смотрел на доктора Бая горящими глазами. Он влюбился в него еще в прошлой жизни.
Го Цзэ Жуй улыбнулся, но его глаза были влажными. Он вспомнил, как в прошлом пожертвовал собственной жизнью, чтобы спасти своего начальника, и ему не хотелось сдаваться.
«Хм, разве ты не влюбился по уши? Конечно, ты будешь страдать! Ты для него как член семьи, он никогда не посмотрит на тебя в таком свете!»
Тайком проклиная себя, Го Цзэ Жуй вытер нос и смело вошёл в комнату. Никакое разбитое сердце не сравнится с многообещающим будущим.
***
Слова Лэй Чуаня пробудили печальные воспоминания, и Чжао Лин Фэн совсем не мог уснуть. Он сидел, скрестив ноги, рядом с доктором и молча плакал, а на полу уже набралась лужа. Солдаты украдкой поглядывали на него и не могли удержаться от смешков. Один покрутил пальцем у виска, намекая на его безумие. Не прошло и минуты, как вошел Лэй Чуань и, увидев, что Чжао Лин Фэн охраняет спальный мешок, почувствовал раздражение. Он пнул его и прорычал: — Иди спать, не валяй дурака. Как ты собираешься защищать доктора завтра, если не выспишься? Защитить доктора было, безусловно, важнее, чем плакать. Чжао Лин Фэн тут же вытер слезы рукавом и забрался в спальный мешок. Лэй Чуань погрузился в эти воспоминания, и его настроение резко изменилось. Доктор лежал на раковине, его рвало кровью, он был истощён, выглядел слабым и рухнул на пол. Он смотрел на него, схватившись за грудь, и каждая деталь врезалась ему в мозг острым ножом, пронзая самые нежные уголки его сердца. Его глаза налились кровью и увлажнились, он стиснул зубы, чтобы не расплакаться. Была такая поговорка: «Настоящие мужчины не плачут, потому что не знают, что такое душевная боль.» Раньше он насмехался над этими словами, но теперь наконец понял, что значит «душевная боль». Он не хотел испытывать это снова. Хотя босс не рыдал, как Чжао Лин Фэн, выглядел он в миллион раз печальнее. Солдаты перестали смеяться и озадаченно переглянулись. Что здесь происходит? Доктор Бай жив, но эти двое рыдают так, будто пришли на его похороны. Го Цзэ Жуй стоял в дверях и долго смотрел в спину своему задумчивому боссу. Он мог понять его чувства: видеть, как любимый человек умирает, чтобы возродиться, и снова чуть не умереть, это, должно быть, невыносимо. Теперь он восхищался выдержкой своего босса: то, что тот просто избил его, а не убил, показывало, насколько крепки их братские узы. От этой мысли боль в его сердце утихла. Он подошел к боссу и ободряюще похлопал его по плечу. В этот момент доктор открыл затуманенные глаза и увидел рядом со своим спальным мешком мужчину. Он на секунду приподнял брови, а затем пробормотал: — Я хочу пить. Лэй Чуань тут же попросил брата, обладающего способностью управлять водой, налить стакан. Он осторожно поднёс его к маленькому рту доктора, придерживая его аккуратно за подбородок, чтобы вода не пролилась на рубашку. Чжоу Юнь Шэн утолил жажду, потом почувствовал, что у него замерзли руки и ноги. Он похлопал мужчину, стоявшего рядом, и прошептал: — Мне холодно, иди сюда, помоги мне согреться. От этих слов сердце Лэй Чуаня, из которого словно вытекла вся кровь, мгновенно исцелилось. Он осторожно притянул худощавого мужчину к себе и обнаружил, что тот спрятал свои ледяные руки под одеждой. Лэй Чуань не смог сдержать тихий радостный смешок. В этот момент он наконец почувствовал, что снова жив.
