4. 3
15 мая 2026 г., 13:11
Несколько детей заметили внезапно появившихся незнакомцев, и от их тревожных криков шумное племя мгновенно притихло.
Мужчина, с ног до головы покрытый звериным орнаментом, вышел из толпы и встал перед беззащитными женщинами и детьми. Самый высокий и крупный из мужчин медленно подошел к Чжоу Юнь Шэну и спросил:
— Кто ты? Что тебе здесь нужно?
К счастью, он говорил на универсальном языке зверей, который Чжоу Юнь Шэн и Чжао Сюань не только понимали, но и сами могли на нём изъясняться.
Человек и зверь переглянулись и решили остаться в этом племени, чтобы разведать обстановку. Сколько лет прошло с тех пор, как они отправились в путь, сколько времени прошло с тех пор, как они покинули то место? Без этих данных Империя не могла установить временные координаты и совершить прыжок через пространственно-временные узлы, чтобы вернуть их. По сравнению с некультурным примитивным племенем Чжоу Юнь Шэн предпочитал цивилизацию более высокого уровня с передовыми технологиями. Он не хотел навсегда застрять на этой планете.
— Здравствуйте, мы отделились от своего племени во время миграции. Можно нам временно пожить в вашем племени? Меня зовут Шэн, а его — Сюань, мы друзья, — Чжоу Юнь Шэн сделал шаг вперёд и вежливо обратился к ним.
Численность населения — ключевой фактор, определяющий, сможет ли племя развиваться и расти. Более того, этот юноша явно был самкой, причем необычайно привлекательным — таким, что его красоту сложно описать. При виде юноши, который заговорил с ними, их глаза расширились, и они почувствовали слабость. Щеки вождя слегка покраснели, он быстро взглянул на него и сказал:
— Если хочешь остаться, докажи, что способен сам себя обеспечивать. Наше племя может прокормить самок, но мы не будем поддерживать здоровых самцов, — эти слова явно были адресованы льву с золотистой шерстью.
Чжао Сюань разинул пасть, усеянную острыми как бритва клыками, и оглушительно зарычал на мужчину.
Унижать его в присутствии мужа — непростительно.
Его рык был очень устрашающим, но длился он всего мгновение. Зверолюды-самцы из племени быстро собрались вместе, приготовившись к драке, сжали кулаки и сказали:
— Прими человеческий облик и сразись с нами. Если победишь трех человек подряд, можешь остаться.
Чжао Сюань, только что бросивший вызов, замер, а затем повернулся и посмотрел на своего возлюбленного. Он принял пилюлю трансформации, действие которой рассчитано на год. Только через год он сможет снова стать человеком.
Чжоу Юнь Шэн улыбнулся и спросил:
— Ты не можешь сражаться, пока не примешь человеческий облик?
— Может быть… твой парень — зверь из прошлого? Он не может трансформироваться? — вождь племени был очень удивлён. Стоявшие за ним соплеменники не смогли сдержать насмешливых смешков.
Прошло более двух тысяч лет с тех пор, как первый самец принял человеческий облик. За это время зверолюды пережили геноцид и пожары, охватившие небо, и оказались на грани вымирания, но каким-то чудом смогли размножиться. После этих испытаний гуманоидные зверолюды становились все сильнее, а примитивные звери, которые не могли трансформироваться, слабели. Некоторые даже утратили интеллект, полностью превратившись в диких зверей и нападая на свои племена.
Племени нужны были самки, нужны были сильные зверолюды, но не нужен был бесполезный, способный в любой момент утратить разум «зверь из прошлого».
Появление зверя из прошлого предвещает бесконечные беды.
Зверь из прошлого? Чжоу Юнь Шэн быстро понял, что означают эти два слова.
Оказывается, среди зверолюдов мужского пола всё ещё встречаются те, кто не может трансформироваться. Поскольку их облик такой же, как у предков, их всех вместе называют «зверями из прошлого». Судя по выражению их лиц, «звери из прошлого» — явление не из приятных. В племени их следует дискриминировать и изолировать.
Чжоу Юнь Шэн был очень высокомерным человеком, и ему было невыносимо находиться там, где на него смотрели с презрением. Чжао Сюань был ещё более властным. Несмотря на то, что у него хватало сил, чтобы одолеть всех зверолюдов мужского пола, он презирал их и не желал с ними общаться. Вместо того чтобы жить в общине, он, естественно, предпочёл бы уединение. Человек и зверь посмотрели друг на друга и, не говоря ни слова, решили уйти.
Увидев, что они развернулись, собираясь уйти не сказав больше ни слова, и их спины казались очень мрачными, один юноша-самка из толпы заговорил:
— Вождь, не прогоняйте их. Если они уйдут из общины и будут жить в лесу, они погибнут. Абу и Сяо Хэй тоже «звери из прошлого», разве не лучше, если мы будем ладить друг с другом? Хотя «звери из прошлого» слабее, они все равно могут охотиться, чтобы прокормиться. Они все равно могут приносить пользу племени.
Пока юноша говорил, из тени вышли бурый медведь и чёрный гепард и зарычали на вождя племени. Это были Абу и Сяо Хэй.
Чжоу Юнь Шэн обернулся и взглянул на юношу. Он был очень миниатюрным, его рост — 175 см — выделял его среди других юношей, средний рост которых превышал 190 см. Он был очень худой, его мышцы едва проступали под кожей, скрытой мягким жиром. Его явно баловали, и он мало двигался. Он стоял среди великанов, с пылаущим румянцем на щеках, как хрупкий цыпленок среди стаи журавлей. Если бы он не заговорил, его существование осталось бы незамеченным.
Он был очень красив, а его глаза были особенно ясными и блестящими, полными чувства справедливости.
Чжоу Юнь Шэн видел, что он очень нервничает, но всё же заговорил, чтобы не дать им погибнуть в лесу. Такое сострадание было редкостью.
Вождь племени уже собирался заговорить, когда седовласый старик медленно вышел вперед и резко произнес:
— Абу и Сяо Хэй родились в нашем племени. Наши соплеменники, естественно, отличаются от чужаков. В других племенах, если рождается «зверь из прошлого», его тут же выбрасывают. Мы и так проявили милосердие, вырастив Абу и Сяо Хэя, но мы не можем принять чужеземного «зверя из прошлого», который может угрожать безопасности нашего народа.
Старик прошел до самого начала процессии, и члены клана, стоявшие вокруг него, склонили головы и почтительно произнесли:
— Достопочтенный шаман.
Старый шаман олицетворял бога зверей. Его положение в племени было гораздо выше, чем у вождя. Поскольку он заговорил, вождю оставалось только подчиниться. Ему ничего не оставалось, кроме как махнуть рукой, давая понять, что человек и зверь должны немедленно уйти.
Юноша прикусил губу, а затем набрался смелости и спросил:
— Даже если мы не можем принять «зверя из прошлого», разве самка не может остаться? — самки были очень ценным ресурсом на этой планете зверолюдов, где соотношение полов было несбалансированным.
Выслушав его слова, старый шаман явно засомневался, и все неженатые мужчины уставились на Чжоу Юнь Шэна горящими взглядами. Они никогда не видели такого красивого юношу-самку: белая и гладкая кожа, редкие волосы на теле, никакого резкого мужского запаха, а ягодицы, прикрытые набедренной повязкой, округлые и упругие. Он был невероятно эротичен, с прямыми и стройными ногами. Если бы эти ноги обвились вокруг их талии во время соития, это было бы восхитительно.
— Самка может остаться, — старый шаман долго размышлял, прежде чем ответить.
— Спасибо за твою доброту, — но Чжоу Юнь Шэн всё равно, махнув рукой, собирался уйти.
Его взгляд скользнул мимо старого шамана и остановился на хорошеньком юноше. Эта благодарность явно была адресована ему.
— Н-не за что! — запинаясь, ответил юноша и уже собирался уговорить того остаться, но тут огромный золотой лев внезапно повернул голову и издал невероятно свирепый и злобный рык. От этого рыка содрогнулась земля, а по коже побежали мурашки.
***
Когда они ушли, старый шаман почувствовал, что у него слегка зудит в носу, и, подняв руку, чтобы потрогать, обнаружил, что кончики пальцев испачканы кровью. Люди вокруг него тоже чувствовали себя неуютно, их лица были непривычно красными — не от гнева, а от жара, вызванного воздушным потоком. Пока все были поражены ужасающей силой золотого льва, только маленький мальчик, потирая свою обожженную щеку, с интересом шептал: — Один красивее любой самки, а другой может атаковать с помощью ударной волны от своего рыка. Эта пара человека и зверя не просто уникальна, они просто суперкруты. — Старый шаман ранен, скорее приведите его в чувство! — вождь оправился от шока, увидел, что у старого шамана под носом две кровавые полосы, и поспешил на помощь. Все собрались вокруг, разбившись на пары и тройки, и, скрывая внутреннее потрясение и ужас за бессвязными словами сочувствия, принялись обсуждать увиденное. Неужели это и правда был «зверь из прошлого»? Своим рыком он мог ранить людей невидимыми волнами, и если бы кто-то вступил с ним в схватку, то, скорее всего, не пережил бы и одного удара когтей. Неудивительно, что они смогли благополучно добраться до опушки леса, потеряв свое племя. Неудивительно, что юноша-самка не выказывал ни малейшего признака страха. С таким мощным зверем в качестве защитника ему было нетрудно жить в достатке. — Не смотри на него, он, может, и силен, но все равно дикарь, в любой момент может потерять рассудок и превратиться в дикого зверя. Если ты пригласишь его остаться, сможешь ли ты его усмирить, когда он выйдет из себя? — презрительно заметил один очень красивый юноша-самка, увидев сожалеющее выражение на лице вождя. Он протолкался сквозь толпу и взял старого шамана за руку. Он был единственным потомком старого шамана. После того как его отец-самка умер при родах, старый шаман лично воспитал его, поэтому в племени он занимал особое положение. Именно благодаря установившимся отношениям с ним вождь смог возглавить это племя. После его слов все пришли в себя и разошлись по своим местам.
