1. 8. 5
5 апреля 2026 г., 01:10
Сюэ Цзы Сюань был расстроен и не решался подойти к нему. Он снова и снова спрашивал себя:
«Что же ты с ним сделал? Как ты мог причинить вред его самым драгоценным рукам в то время, когда он только начал увлекаться музыкой? Ты хоть понимаешь, что убил гения? Ты уверен, что пришел сюда, чтобы исправить все ошибки прошлого, а не совершить еще более ужасные? Сюэ Цзы Сюань, будь ты проклят!»
Его сердце болело так сильно, что казалось, сильнее уже быть не может. Он присел на корточки и крепко обнял подростка. Его десять пальцев зарылись в мягкие волосы Чжоу Юнь Шэна. Он задыхался от извинений. Его глаза покраснели от сожаления.
Сюэ Цзин И с горькой обидой смотрела на обнимающихся людей. Она хотела, чтобы Хуан И сыграл песню, чтобы её брат увидел, в какого идиота он влюбился, но ситуация развивалась совсем не так, как она ожидала.
Хуан И был слишком хитер. Он не только отказался играть, но и притворился, что пережил сильнейший психологический шок. Чего он хотел добиться? Вызвать сочувствие и любовь брата?
Что ж, ему это удалось, и он добился большого успеха. До этого Сюэ Цзин И и подумать не могла, что ее брат влюбится в человека без музыкального таланта. Она слишком хорошо его знала: его уши, глаза и даже душа открывались только для музыки. Если вы не могли сыграть так, чтобы тронуть его до глубины души, вам никогда не удастся завоевать его сердце.
Но в этот момент все ее представления были полностью разрушены. Сюэ Цзин И прислонилась к стене и смутно припомнила одну поговорку: все твои критерии применимы к людям, которых ты не любишь, но когда ты встречаешь того, кто тебя трогает, ты готов терпеть все, что он делает. Она снова проиграла, но это не имело значения, в следующий раз она попытается снова.
Чжоу Юнь Шэн не знал, что ему удалось нанести еще один удар по самолюбию дочери судьбы. Сейчас он был охвачен едва уловимым желанием. Раньше, когда его наказывали, он молча стискивал зубы и терпел. Ему и в голову не приходило, что можно позволить себе на время забыться в теплых объятиях. Но сейчас молодой человек крепко сжимал его в своих объятиях с такой силой, словно хотел прижаться к нему всем телом и разделить с ним все — и горе, и радость, и счастье, и гнев, и слезы, и кровь.
Чжоу Юнь Шэн расслабил челюсти, обмяк и медленно, очень медленно наклонился к Сюэ Цзы Сюаню. Возможно, эти объятия были не слишком безопасными, но, по крайней мере, сейчас они были теплыми, очень теплыми.
Они молча обнялись, а затем, словно по молчаливому согласию, вышли из музыкальной комнаты. Сюэ Цзин И некоторое время стояла в одиночестве, а потом подошла к инструменту. Внезапно она ударила по клавишам обеими руками, издав серию резких звуков. Неизвестно, чья кошка пряталась поблизости, но она испуганно мяукнула.
Чжоу Юнь Шэн услышал пронзительные звуки фортепиано и остановился, но Сюэ Цзы Сюань не обратил на это никакого внимания и силой потащил его за собой.
Боль, терзавшая его тело, не утихала, но ситуация была вполне оптимистичной. Каждый раз, когда Чжоу Юнь Шэн уклонялся от выполнения задания, система брала его тело под свой контроль и выполняла задание без его ведома, но на этот раз система не отреагировала.
Конечно, чем больше энергии расходует система, тем меньше ее остается, верно? Чжоу Юнь Шэн был очень доволен. Вернувшись в комнату, он включил компьютер.
— Намажь мазью пальцы, — Сюэ Цзы Сюань закрыл ноутбук и потряс баночкой с мазью в руке.
— Уже зажило. Смотри. Синяки прошли, — Чжоу Юнь Шэн развел руками, которые были такими же белыми, как и раньше.
Сюэ Цзы Сюаню было все равно. Он открутил крышку, нанес немного мази на тыльную сторону ладоней Чжоу Юнь Шэна и аккуратно массирующими движениями втер ее. Осторожно произнеся:
— Сяо И, тебе нужно продолжать играть на фортепиано. Какую бы песню ты ни услышал, ты сможешь сыграть ее после первого же прослушивания, такой талант нельзя растрачивать впустую. Поверь мне, ты рожден для фортепиано, — «потому что однажды я стал свидетелем твоего величия и был очарован звуками твоего фортепиано. Если этот божественный звук исчезнет из-за моей жестокости, я буду ненавидеть себя до конца своих дней.»
Нынешний Сюэ Цзы Сюань не мог не винить себя во всем. Он уткнулся лицом в ладони подростка, скрывая красные глаза.
— Но я помню, как ты говорил, что моя музыка — как ходячий труп без души, и тебя от нее тошнит. Ты ошибаешься. У меня нет музыкального таланта. Я могу сыграть песню, прослушав ее всего один раз, потому что у меня хорошая способность к мгновенному воспроизведению., — Чжоу Юнь Шэн указал на свой блестящий ум и подчеркнул: — Я могу освоить всё, что связано с клавиатурой и регулярностью, включая компьютеры и музыкальные инструменты, за один раз. Я не рождён для игры на фортепиано. Я — это я. Я делаю то, что люблю. Ты не имеешь права решать за меня.
