1. Глава 13. Убийство. Часть 1
7 апреля 2026 г., 22:35
Аплодисменты не смолкали долго. Даже те, кто не особо разбирался в музыке, могли оценить красоту этого произведения. До этого только Сирс успешно исполнял его на публике. Однако столетие спустя Сирс, этот мастер игры на фортепиано, давно стал частью истории, и его величайшее произведение «Выпендрежник» умолкло вместе с ним.
Сюэ Цзы Сюань сыграл его однажды, но не на публичном выступлении. Вместо этого оно было опубликовано в интернете в виде этюда. Он не решился сыграть его на официальной сцене, потому что ему не хватало дерзости и самонадеянности.
Но он знал, что подросток точно справится. У него был самый острый ум и самые ловкие руки в мире. Благодаря этому он был всемогущ, и это делало его невероятно гордым. Возможно, даже тот сам не осознавал, что, когда он наблюдал за всем вокруг своими ясными глазами, он смотрел на происходящее с высоты птичьего полета, как сторонний наблюдатель.
Он был таким же удивительным и блистательным, как Сирс, и таким же непревзойденным, как Сирс. Этот «Выпендрежник» был создан специально для него.
Чжоу Юнь Шэн стоял на месте, вздернув подбородок и приподняв брови. Он держался крайне высокомерно. Казалось, ему было все равно, сколько баллов выставят судьи, и он лишь поправил цветок на груди. Судьи собрались вместе. Они шептались и обсуждали что-то около минуты, прежде чем один за другим начали объявлять свои оценки. Двадцать, двадцать, двадцать… Каждый раз, когда судья объявлял свою оценку, зрители восклицали. Столько высших оценок. После нескольких лет соревнований это был новый рекорд. Когда наконец настала очередь Олсена, он сделал вид, что кашляет, а затем медленно объявил свой результат.
Выскочил ярко-красный номер двадцать. Шесть судей. Шесть высших оценок. Не было никаких сомнений, что этот подросток уже заранее выиграл конкурс.
— Должен признать, ты очень умен. Ты выбрал пьесу «Выпендрежник» Сирса. Чтобы сыграть ее, не нужно много эмоций. Достаточно уверенности и гордости. Ты сыграл идеально, как демон, полный высокомерия. Если бы Сирс был жив, думаю, он бы тебя возненавидел, потому что ты опроверг его пророчество.
Олсен просто прокомментировал ситуацию. Он никак не мог заглушить голос совести и поставить подростку ноль баллов. Даже если он жульничал и прибегал к маленьким хитростям, чтобы скрыть свои недостатки, с другой стороны, это тоже можно считать проявлением силы. Потому что в этом мире, наверное, не найдется второго человека, который мог бы так безрассудно вести себя на конкурсе.
Если подумать, этот подросток мог с такой несерьезностью относиться к таким сложным техникам, так что же в мире может поставить его в тупик? Если бы он мог хоть немного проявить эмоции, совсем чуть-чуть, он определенно стал бы лучшим исполнителем, чем Шон. Олсен размышлял об этом и сокрушался в тишине.
Чжоу Юнь Шэн сошел со сцены под одобрительные возгласы зрителей. Он заметил Сюэ Цзин И, стоявшую за кулисами. Ее лицо было бледным, а глаза, казалось, метали молнии. Она показала большой палец вверх, словно желая его унизить.
Система по-прежнему наказывала его. Тело пронзала невыносимая боль, но настроение было на удивление бодрым. С этого момента траектория судьбы начала меняться, и эффект бабочки, словно вирус, яростно атаковал вычислительное ядро системы. Как теперь система могла исправить мир? А если это было невозможно, то в какую ситуацию она попадала?
Чжоу Юнь Шэн опустил голову и с интересом уставился на мерцающие смарт-часы.
***
Имя Хуан И быстро стало популярным во всем мире. Его выступление в «Золотом зале» транслировали по телевидению и в интернете, и многие сходили с ума от желания его увидеть. Когда он доходил до кульминации музыкального сопровождения, он резко вставал, покачивал тонкой талией, приподнимал ягодицы, а его волосы развевались. Создаваемый им образ был невероятно чувственным и сексуальным, и зрители испытывали прилив возбуждения. Его внешность превосходила все представления о красоте, а высокомерное выражение лица придавало ему немного дикого шарма. Его тело сияло само по себе. Он был фигурой, на которую хотелось смотреть и которой хотелось поклоняться. Когда он вернулся в Китай, его имя уже было у всех на слуху. Сотни репортеров толпились в аэропорту, чтобы сфотографировать его. С большим трудом им удалось оторваться от преследователей и вернуться в поместье Сюэ. К тому времени Чжоу Юнь Шэн не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Он так устал. — Я разогрел еду. Поторопись и поешь. После еды не ложись сразу спать. Выйди на улицу и пройдись немного, чтобы еда переварилась. У меня много отложенных официальных дел, так что мне нужно ехать в компанию. Вечером я заеду за тобой, чтобы поужинать вместе, — говоря все это, Сюэ Цзы Сюань помог подростку снять кроссовки и надел на него удобные мягкие тапочки.
