3. 3
6 мая 2026 г., 20:18
Очнувшись, Чжоу Юнь Шэн обнаружил, что лежит на золотой кровати. Весь мех на его теле был мягким и пах приятно. Очевидно, его уже помыли. Он встал и подошел к краю кровати, чтобы осмотреться. Для животного, которое было ростом меньше половины чи, кровать высотой в метр казалась высокой скалой, и это его пугало. Юй Ли недавно получил травму и сейчас был очень слаб. Он немного подумал, но в конце концов не решился прыгнуть. Он открыл рот и закричал «ао-ву-ао-ву».
— Проснулся? Почему ты воешь, как волк? — Чжао Сюань в соседней комнате подписывал судебные протоколы. Услышав шум, он тут же вошел и взял его на руки. Он с любовью погладил мокрый носик лисенка.
Чжоу Юнь Шэн не стал возражать и пососал его палец. Затем он схватился за одежду и привычно зарылся в нее. Чжао Сюань ухмыльнулся, плотно запахнул его и вышел.
— Когда я тебя купал, то понял, что ты очень слаб. Под шерстью у тебя почти ничего не осталось. Похоже, эта женщина, Оуян Мин Юэ, плохо с тобой обращалась, — от его слов повеяло гневом. Но он боялся напугать маленькое существо, поэтому тут же снова смягчился. — Пока ты крепко спал, я позвал императорского лекаря, чтобы он тебя осмотрел. Он сказал, что у тебя внутренние повреждения и тебе нужно спокойно отлежаться. Ты должен слушаться. Впредь тебе нельзя далеко отходить от меня. Даже если захочешь поиграть, можешь играть только у меня на виду. Не убегай. За пределами дворца не так спокойно, а твой мех слишком ценен. Если ты меня оставишь, боюсь, тебя кто-нибудь продаст, — сказал он осторожно и искренне. Даже если он думал, что лисенок его не понимает, ему было всё равно.
Сердце Чжоу Юнь Шэна было тронуто. Он ответил «ву-ву».
— Веди себя хорошо, — Чжао Сюань улыбнулся. Он сжал мягкую лапку маленького лисенка и несколько раз поцеловал ее. Затем он добавил: — Императорский лекарь оставил тонизирующее средство, но я боюсь, что ты не захочешь его пить, поэтому я заменил его таблетками. В будущем ты не должен быть привередливым в еде. Будет лучше, если ты станешь немного толще.
Чжоу Юнь Шэн прижался к нему и аккуратно прикусил губу. Его янтарные глаза сверкали. Чжао Сюань приоткрыл рот, тот высунул свой розовый язычок и осторожно попробовал его на вкус. Чжао Сюань посмотрел в прекрасные глаза маленького лиса и подумал, что это невероятно завораживающее зрелище. Прошло немало времени, прежде чем он вспомнил, что на столе у него лежит стопка императорских указов. Нахмурившись, он снова взял их в руки, чтобы утвердить.
Группа слуг стояла в углу, опустив глаза. Но в душе они восклицали:
«Как можно так баловать питомца, это же явно воспитание сына. Нет-нет-нет, даже сына так не балуют. Он совсем избалован. Это почти как воспитывать маленького любовника.»
Чжоу Юнь Шэн любовался им, пока не почувствовал, что доволен. Он подумал, что даже если он превратится в зверя, Чжао Сюань все равно будет любить его до смерти. Но как только он это подумал, его тело застыло. Он вдруг вспомнил, кто такой Чжао Сюань.
На самом деле ему давно следовало догадаться, что раз регента зовут Чжао Сюань, то с вероятностью 80–90% он был его возлюбленным. Однако это тело было непростым. Оно не только принадлежало настоящему правителю Империи Тянь Юань, но и было одним из главных «золотых пальцев» Оуян Мин Юэ. Во время Праздника ста цветов он должен был с первого взгляда влюбиться в Оуян Мин Юэ и сорвать для нее единственный пион в саду. Так все узнали бы, что он без памяти влюблен в старшую дочь семьи Оуян.
Однако Оуян Мин Юэ не хотела выходить замуж и стать наложницей регента, чтобы делить одного мужчину с кучей других женщин. Она предпочла более предсказуемого Ли Вэнь Ханя. Вернувшись домой, она обручилась с Ли Вэнь Ханем, чем привела в ярость лорда-регента. Он был чрезвычайно высокомерен и могущественен, и до этого ему никто не отказывал. Но чем больше он привязывался к Оуян Мин Юэ, тем безжалостнее становился. В конце концов Ли Вэнь Ханю ничего не оставалось, кроме как разорвать эту нелепую помолвку. После того как он разорвал помолвку с Оуян Мин Юэ, люди регента пришли к ней домой и заставили согласиться на предложение.
Оуян Мин Юэ была не из тех, кто позволяет другим одерживать верх. Однако она умела терпеть. Поэтому на людях она притворялась покорной, но в душе ненавидела регента всеми фибрами. Она всегда пыталась найти способ отомстить ему. Ли Вэнь Хань тоже перешел на сторону Императора Чжао Цзуна и стал его советником, чтобы помочь ему вернуть власть, отобранную регентом.
Оуян Мин Юэ держалась за обе лодки и была проворна, как рыба в воде. После того как она заключила тайный союз с императорским наставником и поглотила ядро демона Юй Ли, ее тело стало невероятно соблазнительным. Она использовала свою красоту, чтобы переманить на сторону Императора многих министров и чиновников, и собрала для него множество людей и ресурсов. Поэтому, когда пришло время, регент был свергнут и побежден. Поскольку они какое-то время были мужем и женой, Оуян Мин Юэ сжалилась над ним и не стала убивать, но отправила охранять императорскую гробницу, откуда он уже не мог вернуться.
Поскольку они поддерживали друг друга, молодой Император, естественно, тоже влюбился в Оуян Мин Юэ. Не обращая внимания на то, что она когда-то была женой регента, он настоял на том, чтобы она стала его Императрицей, и даже делил ее с другими мужчинами. Впоследствии это стало легендой.
Чжоу Юнь Шэн смотрел на несравненно прекрасное лицо своего возлюбленного. Несмотря ни на что, он не мог поставить его в один ряд с этим придурковатым регентом.
Точно, вчера на Празднике ста цветов он уснул. Он подумал, что его возлюбленный попал под влияние главной героини и отдал свой цветок Оуян Мин Юэ. Он вскочил с груди возлюбленного, издал звук «и-у-и-у» и когтем поцарапал руку, в которой тот держал кисть для каллиграфии.
Чжао Сюань не понимал языка животных, поэтому, естественно, не мог знать, что беспокоит лисенка. Он просто подумал, что тот играет. Он с любовью погладил его и, поцеловав в янтарные глаза, сказал:
— Хорошо, вот закончу с делами и поиграю с тобой, — после этих слов он испугался, что лисенку станет скучно, и велел Ван Бао принести игрушки.
Как только лорд-регент вернулся домой, он сразу же попросил горячей воды, чтобы искупать зверька, высушил его шерсть с помощью внутренней энергии, а затем уложил его на кровать и немного поспал с ним. Проснувшись, он боялся разбудить того и даже не решался потянуть за одеяло. В итоге он случайно соскользнул с края кровати. Из этого можно было понять, насколько сильно он любит своего лисенка. Поэтому Ван Бао, естественно, не стал медлить. Он поспешил отправиться на поиски интересных новых игрушек и принёс их все в сумке в боковой дворец.
— Маленький господин, пожалуйста, выберите, что вам нравится, — он открыл сумку, опустился на колени и поклонился, словно обслуживал не животное, а высокородного человека королевской крови.
Чжао Сюань довольно посмотрел на него. Он испугался, что на мраморном полу лапки лисенка замерзнут, и взял его на руки. Он ласково сказал:
— Если тебе что-то понравится, просто возьми это в рот. Я положу это на стол, — он махнул рукой Ван Бао: — Пол холодный. Пойди попроси кого-нибудь застелить его ковриком. Иначе лапки Юй Ли замерзнут.
Ван Бао тут же подчинился. Он взмахнул рукой, и двое слуг тут же побежали в сторону внутреннего бюро.
Чжоу Юнь Шэн изначально не интересовался игрушками и хотел отвернуться и сделать вид, что ему всё равно, но забыл, что это тело ещё не достигло совершеннолетия и в нём сильны животные инстинкты. Именно в такие моменты оно больше всего любит играть. Когда он увидел круглые сверкающие жемчужины и другие подобные вещи, ему захотелось только одного — катать их и подбрасывать. А тканевый игрушечный тигр сразу пробудил в нём желание грызть.
Чжао Сюань держал его в руках, не давая пошевелиться. Он мог только тянуться когтями к предметам на полу.
Чжао Сюань был заинтригован его нетерпеливым поведением. Он осторожно опустил его на пол и тут же увидел, как тот вцепился в шею игрушечного тигра и энергично размахивает им. При этом он издавал яростное рычание. Казалось, он и правда демонстрирует тигру свою силу.
— Малыш, как ты можешь быть таким милым? — Чжао Сюань не мог сдержать улыбку. Он подождал, пока маленький лисенок наиграется, и обнял его. Он указал на игрушечного тигра, обезьянку и поросенка. И приказал: — Положите их всех на стол.
Двое слуг поспешили выполнить приказ. Но когда они подошли к столу, то смутились. Потому что стол уже был завален императорскими документами. Они замешкались и услышали приказ лорда-регента:
— Уберите те, которые я уже просмотрел, чтобы они не занимали место Ли-Эра.
Двое слуг подчинились, еще больше пораженные тем, насколько избалованным и любимым был маленький лисенок.
Теперь, когда Чжоу Юнь Шэн получил свои игрушки, он перестал беспокоиться о цветке. Судя по поведению Чжао Сюаня по отношению к нему, он точно не мог влюбиться в Оуян Мин Юэ.
Он не мог себя сдержать и принялся грызть розового тканевого тигра. Устав играть, он подкатился к руке Чжао Сюаня и тайком отпил из его чашки. Иногда он подкрадывался и лизал его тонкие губы. После этого он тут же убегал, шмыгая носом и смеясь со звуком «хэн-хэн-цзи-цзи».
— Непослушный мальчишка, вот я закончу с документами и накажу тебя по полной, — Чжао Сюань делал вид, что ругает его, но на самом деле в его глазах читалась нежность и мягкость.
«Ага, давай-давай!»
Чжоу Юнь Шэн почувствовал, что его мозг стал таким же маленьким, как у Юй Ли. Его большой пушистый хвост не переставал вилять, и было видно, что он настроен игриво. Увидев, что Чжао Сюань делает вид, будто не замечает его, он медленно подкрался к тому, чтобы снова напасть исподтишка. Но тут он увидел императорский указ, который уже был подписан. Стоило ему прочитать его содержание, как хорошее настроение тут же улетучилось.
Это было назначение Ли Вэнь Ханя на должность. Его талант уже был замечен Чжао Сюанем, и через несколько дней он должен был поступить на службу в гражданское бюро и стать чиновником. Из внешнего министра четвертого ранга он сразу станет внутренним чиновником третьего ранга. Можно сказать, что его карьера шла как по маслу. Однако этот человек был одним из тех, кому Чжоу Юнь Шэн хотел отомстить за смерть своей сестры. Как он мог позволить ему жить в достатке? Однако сейчас у него не было возможности защитить себя, и он не мог говорить на человеческом языке. Ему оставалось только смотреть, как его противник получает желаемое. В гневе он яростно разорвал документ зубами. Из его рта вырвался вопль «ао-у-ао-у».
— О! — в панике воскликнул Ван Бао.
Это был официальный императорский документ, а не игрушка. Как он мог вот так взять и порвать его? Несмотря на то, что лорд-регент баловал его, сейчас он, наверное, разозлится, да?
Однако в действительности все оказалось с точностью до наоборот. Чжао Сюань не стал вырывать у него документ и позволил лисенку делать все, что тот хочет. Когда тот разорвал документ в клочья, Чжао Сюань беспомощно потер переносицу и спросил:
— Что случилось? Почему ты вдруг разозлился? Я что-то не так сделал?
По движениям и крикам лисёнка он понял, что тот очень зол.
Чжоу Юнь Шэн сначала хотел покачать головой, но испугался, что слуги заметят его странное поведение и доложат наставнику. Поэтому он, пересилив себя, снова подошел к Чжао Сюаню, лизнул его запястье и издал булькающий звук «хэн-хэн-цзи-цзи».
Чжао Сюань взял его на руки и нежно поцеловал в мокрый носик. Он утешающе сказал:
— Не бойся. Я тебя защищу.
Эмоции, бушевавшие в его сердце, едва поддавались контролю. Глаза Чжоу Юнь Шэна покраснели, он чуть не расплакался. Его большие сияющие янтарные глаза блестели.
Чжао Сюань до смерти любил его взгляд. Особенно когда тот смотрел на него не моргая. Это было похоже на то, как если бы он завладел самым драгоценным сокровищем во всем мире. Он опустил голову и осыпал маленького лиса поцелуями. Только когда его чувства наконец успокоились, он достал чистый лист бумаги и переписал приказ о назначении Ли Вэнь Ханя. Судя по его талантам, навыкам и достижениям, было ясно, что этот человек достоин внимания двора.
Едва восстановившееся душевное равновесие Чжоу Юнь Шэна тут же было разрушено. Ему захотелось вцепиться в лицо Чжао Сюаню. Он вырвался из его рук и зубами схватил уголок бумаги. Не успевшие высохнуть чернила разлетелись во все стороны и даже попали на рукав Чжао Сюаня.
— Что случилось? Тебе не нравится бумага? — беспомощно рассмеялся Чжао Сюань. Он махнул рукой Ван Бао. — Принеси Юй Ли бумаги, пусть поиграет.
Ван Бао удивленно поднял бровь. Он чувствовал, что действия лорда-регента после встречи с маленьким демоном-лисом были какими-то странными. Однако он не осмелился возразить и тут же взял стопку бумаг и положил ее на стол.
Чжоу Юнь Шэн даже не взглянул на них. Порвав приказ о назначении, он схватил вышитую свинку и принялся яростно грызть ее. Его маленький розовый язычок высунулся наружу. Вид у него был одновременно глупый и невероятно милый. Чжао Сюань не мог на него сердиться. Он погладил лисенка по круглой головке и снова попытался написать приказ. Но когда он увидел, что лисенок снова тянется к нему, вытянув лапку, ему вдруг пришла в голову одна мысль. — Тебе не нравится Ли Вэнь Хань?
Чжоу Юнь Шэн не кивнул и не покачал головой. Вместо этого он издал звук «чжи-чжи-чжи», чтобы ответить.
Чжао Сюань потрогал свой лоб.
— Вот я дурак, что спрашиваю тебя об этом. Как ты можешь понимать слова? — он снова намочил кисть и собрался писать, но тут маленький лис провел когтем по его лицу, словно пытаясь пригрозить. Его глаза потемнели.
— Тебе действительно не нравится Ли Вэнь Хань? — он поднял маленького лисенка и прижался к нему носом. Он пристально вглядывался в сияющие янтарные глаза, словно хотел заглянуть в душу зверька.
Чжоу Юнь Шэн подтолкнул его носом, похлопал лапой, а потом даже высунул кончик языка и облизал губы. Похоже, он хотел показать, что доволен сказанным.
Чжао Сюань тихо рассмеялся. Затем он наконец опустил лиса на стол и собственноручно разорвал только что написанный приказ. Он медленно произнес:
— Раз Ли-Эр так сильно ненавидит Ли Вэнь Ханя, я не позволю ему оставаться в столице и мозолить глаза. Теперь ты доволен?
«Счастлив! Очень счастлив! Чжао Сюань, ты меня действительно понимаешь!»
Чжоу Юнь Шэн придвинулся ближе и несколько раз прикусил губу. Он издал звук «ву-ву», выражая свое одобрение.
Он и подумать не мог, что еще до того, как ему удастся исцелить свое демоническое ядро и превратиться в человека, он уже сможет заставить Ли Вэнь Ханя страдать. Как он и предполагал, его возлюбленный был лучшим.
Чжао Сюань воспользовался возможностью пососать влажный язычок, а затем радостно рассмеялся про себя.
Ван Бао и остальные слуги никогда раньше не видели такого взбалмошного регента. На их лицах отразилось потрясение. Говорят, красота может погубить нацию, но кто бы мог подумать, что в наше время это под силу даже домашнему питомцу! Если бы министр Ли знал правду, он бы, наверное, рыдал до потери сознания в Золотом дворце.
Политическая проницательность Чжао Сюаня была настолько высока, что он, конечно же, не оставил никаких следов. Он немедленно приказал своим людям тщательно проверить Ли Вэнь Ханя.
Изначально Ли Вэнь Хань не был благородным джентльменом. Несмотря на его выдающиеся достижения, за кулисами он творил много грязных и подлых дел. Иначе как бы он так быстро поднялся по карьерной лестнице?
На самом деле, вероятно, весь двор был таким. Кто из тех, кто достиг столь высокого положения, не совершал бесчеловечных поступков? Если их не проверяли, то все в порядке, но если бы проверка проводилась, то с вероятностью 100% что-нибудь бы всплыло. В ту ночь Чжао Сюань получил нужные ему доказательства и сразу же поручил нескольким министрам написать письма с обвинениями в адрес Ли Вэнь Ханя.
***
На следующий день он надел свой императорский золотой мангапао, посадил в него полусонного лисенка и отправился ко двору. Регент всегда держался строго и холодно. Его никогда не видели в неопрятной одежде. Но сегодня он явился в Золотой дворец с белоснежным лисом. Это было крайне неожиданно. — Дядя Императора, как вы можете приводить лиса ко двору? Не лучше ли, чтобы кто-нибудь присмотрел за ним на заднем дворе? — в этом году юному Императору Чжао Чжэнь Цзуну исполнилось шестнадцать. На его верхней губе виднелась тоненькая полоска пуха, он выглядел очень юным и слабым. Однако Чжоу Юнь Шэн знал, что этот человек любит притворяться ягненком, чтобы съесть тигра. Он мог убивать людей с улыбкой на лице. Ему потребовалось всего три года, чтобы полностью лишить лорда-регента власти и вернуть себе контроль над Империей Тянь Юань. Однако на этот раз все будет по-другому. Теперь, когда его возлюбленный стал регентом, Император уже не сможет изменить свою судьбу. Чжао Сюань даже не поднял глаз. Вместо этого он лишь легонько погладил лисенка по голове и рассеянно произнес: — Ли-Эр очень пугливый. Он не отходит от меня ни на шаг, иначе будет плакать и ничего не будет есть и пить. Раньше он получил серьезную травму, поэтому я не хочу его провоцировать. Прошу Императора о понимании. Чжао Чжэн ь Цзун, увидев, что он любит это маленькое существо, как собственное дитя, почувствовал одновременно гнев и удивление. Однако он не подал виду. Он просто махнул рукой. Поскольку даже Император не возражал, министры, очевидно, тоже не осмеливались протестовать. Все они заняли свои места и приготовились начать заседание. По указанию регента несколько министров немедленно выступили с резкой критикой преступлений Ли Вэнь Ханя. Они заявили, что он виновен в мошенничестве, коррупции и преследовании других. Такой человек недостоин быть придворным министром, поэтому они потребовали от Императора провести тщательное расследование. Как он мог что-то расследовать? Чжао Чжэнь Цзун даже не видел никаких официальных отчётов, рядом с ним не было никого, кто мог бы ему помочь. Он мало что знал о внутренних министрах и совсем не разбирался во внешних. Он мог рассчитывать только на помощь регента. Чжао Сюань, почесав пушистые ушки лисенка, небрежно бросил: — Расследуйте. Услышав эти слова, в судебном бюро сразу поняли, что делать. Они быстро отправили людей в поместье Чжэнь Го, чтобы арестовать министра-преступника Ли Вэнь Ханя и призвать его к ответу за совершенные преступления.***
Когда Ли Вэнь Хань узнал от своего учителя, что его назначат на должность гражданского министра, он был вне себя от радости. Кроме того, ему предстояло в ближайшее время жениться на старшей дочери семьи Оуян. В то время он готовился к своему блестящему будущему. Его отец Ли Го Гун теперь высоко ценил своего сына. Он попросил жену открыть их кладовые и достал оттуда много ценных вещей. С большой помпой он отправил их в семью Оуян в качестве выкупа за невесту.***
Оуян Мин Юэ сидела и болтала с женщинами из своей семьи, наслаждаясь их завистливыми взглядами. В этом году Ли Вэнь Ханю исполнилось всего 23 года, а он уже стал высокопоставленным министром третьего ранга. Через несколько лет ему могли бы даже присвоить титул герцога или графа. Брак с ним определенно означал, что в будущем его супруга будет жить в богатстве и роскоши. Как тут не завидовать? К тому же Ли Вэнь Хань был необычайно красив и являлся мечтой многих девушек. — Сестре Юэ так повезло: после того как ты выйдешь замуж за министра Ли, тебе больше не о чем будет беспокоиться. — Старшая госпожа действительно знает, как воспитывать детей. Посмотрите, какая красавица Юэр. Ни одна другая девушка не сравнится с ней! — Когда ты переедешь в поместье Чжэнь Го, тебе нужно будет относиться к родственникам мужа с уважением. Не упрямься. Все громко переговаривались. В этот момент в комнату вбежала служанка и в панике закричала: — Скорее! Мужа госпожи арестовали люди из судебной коллегии! — Что ты сказала? — невозмутимая маска Оуян Мин Юэ дала трещину. Она выбежала на передний двор и по пути бросила яростный взгляд на мачеху, решив, что это та устроила беспорядок. Однако вскоре она поняла, что такая масштабная заварушка не под силу женщине вроде ее мачехи. Кого, черт возьми, так сильно обидел Ли Вэнь Хань, что его так наказали? Оуян Мин Юэ знала, что должна его спасти. Если бы это произошло раньше, она могла бы просто оставить его в покое, но теперь, когда выкуп за невесту уже был отправлен семье Оуян, а она сама получила титул Бессмертной Цветов, из-за чего все обращали внимание на каждое её движение, практически все в столице знали, что она помолвлена с Ли Вэнь Ханем. Они были неразрывно связаны. Поэтому ей придется приложить все усилия, чтобы спасти его, иначе она прослывет жестокой и мелочной особой, которая разорвала помолвку, как только поняла, что ничего не выиграет от этого. Оуян Мин Юэ была гордой, как она могла выйти замуж за преступника? И как она могла терпеть, что мачеха и остальные смеются над ней? Больше всего на свете она хотела быть выше других. Однако, когда она обратилась за помощью к дедушке Оуяну и своему отцу, они оба отказались ей помогать. Внезапно она поняла, что не знает, что делать. Несмотря на свои выдающиеся способности, она была всего лишь девушкой, и в столице, где она прожила всего полгода, у нее не было ни власти, ни связей. Как она могла повлиять на судебное бюро? После нескольких дней мучительных раздумий в ее голове забрезжила идея. Она тут же переоделась в красивую одежду и направилась в поместье регента. — Не могли бы вы сообщить господину регенту, что я — предыдущая хозяйка Сяо Бая? Я скучаю по Сяо Баю и хочу его увидеть. Может ли господин регент впустить меня на пару минут? — как только дверь открылась, она сунула несколько монет в руку молодому привратнику. Ее красивое лицо выглядело очень встревоженным и печальным. Привратника сразила наповал ее красота, а после того, как он узнал, что она предыдущая хозяйка Сяо Бая — драгоценного камня регента, его отношение к ней изменилось, и он стал более дружелюбным. — Господин регент повел молодого господина за покупками. Сходите на рынок цветов и птиц или на улицу Цзин и прогуляйтесь там, может, вы их встретите, — если эта девушка — старая хозяйка лисенка, то, увидев ее, он обрадуется, а значит, обрадуется и господин. В любом случае она выглядела беспомощной и слабой, и он не видел ничего опасного в том, чтобы рассказать ей. «Маленький господин? Разве это не просто какое-то животное? Почему ему живется лучше, чем человеку?» Оуян Мин Юэ была крайне недовольна, но притворилась, что все в порядке, и быстро ушла.
