2. 7
19 апреля 2026 г., 01:05
Цзы Сюань полагал, что его мрачное настроение быстро пройдет, как только он уйдет от того человека, но его разбитое сердце подсказывало ему, что реальность оказалась совершенно противоположной его ожиданиям.
Он замедлил шаг и наконец остановился у плоского камня. Сев по-турецки, он стал читать буддийские сутры.
Боль была настолько сильной, что казалось, будто каждая капля крови застыла, замедляя его движения, запутывая мысли и искажая его оцепеневшее лицо в гримасу боли.
Прочитав сутру всего два раза, он не смог продолжать. Он встал, чувствуя, что должен идти дальше, не задумываясь ни о чем. Ярко-красный плод выкатился из его рукава, упал на камень и разломился пополам.
Это был ужин, который он приготовил для того человека. Он забыл отдать его ему, когда уходил.
Верно, тот еще не ел. Он был главой секты. В молодости он, наверное, носил дорогую одежду, а слуги собирались вокруг него толпами. Приходилось ли ему вести тяжелую жизнь? Знал ли он когда-нибудь, какие фрукты можно есть, а какие ядовитые? Он сказал, что сможет о себе позаботиться. Это не выглядело как ложь. Но если он оставит его, сможет ли тот без проблем добраться до Центральных равнин? Сможет ли найти еду? У него не было с собой ни гроша. Он не сможет купить то, что захочет, даже если пройдет через город. В его голове роились всевозможные мысли, от которых он не мог отмахнуться.
Он спрыгнул с камня и некоторое время бродил по лесу. Наконец, он сдержал желание вернуться обратно.
После двух дней непрерывной ходьбы Цзы Сюань наконец добрался до процветающего городка, нашел продуктовый магазин, чтобы купить сухие продукты, а затем потратил несколько медных монет, чтобы забронировать комнату в гостинице.
Если бы тот человек был здесь, то не привык бы к такой убогой комнате, но ему пришлось бы забронировать для него номер. Когда тот наклонялся, чтобы прибрать свою постель, его голова обычно наполнялась злыми мыслями. Когда персонал гостиницы принес еду и горячую воду, Цзы Сюань раскрыл мешек и стал искать белье.
Бурдюк с водой, на котором был кровавый отпечаток ладони, тихо лежал на комплекте белоснежной монашеской одежды. Слабый рыбный запах проник в его нос, что потрясло его сознание. Он невольно поднял пустой бурдюк с водой и прижал его ко рту. Когда они расставались, тот мужчина, запрокинув голову, пил из него. Блестящие капли воды скатывались с его красных, демонических губ и промочили его рубашку. Его необузданные манеры и свободное поведение вспоминались ему и сейчас.
Улыбка, слова и поступки того мужчины были незабываемы для Цзи Сюаня. Он хотел подавить свою тоску по нему, но чем дальше он удалялся, тем больше чувствовал пустоту. Во время еды, прогулок, даже медитации и тренировок его мысли внезапно возвращались к фигуре того мужчины, такой яркой и живой.
В бурдюке осталось всего несколько капель. Глоток из него не утолил его жажду. Цзы Сюань сильно нахмурился. Затем он собрал свои вещи и расписался при выезде. Ему нужно было как можно скорее вернуться к тому человеку — и только для того, чтобы тот не убил ещё больше людей. Мастерство того превосходило его собственное. Когда он прибудет на Центральные равнины, его непременно ждут кровавые бури. Присматривать за ним — долг Цзи Сюаня.
Ища оправдание для себя, Цзы Сюань решил вернуться с максимальной скоростью. Как только он вышел за ворота, он увидел того человека, закутанного в черный плащ неизвестного происхождения, скрывающий его лицо, сидящего в шаткой повозке.
Цзы Сюань тут же затаил дыхание и отошел в сторону, а затем пошел следом, держась ни слишком близко и ни слишком далеко. Он не осмеливался появиться перед ним, боясь нарушить свое душевное равновесие и заставить себя вести еще более странно.
***
После того как монах ушёл, Чжоу Юнь Шэн убил группу жителей деревни Биюнь, обыскал трупы и забрал у них много вещей, а затем нашел повозку, чтобы та отвезла его на Центральные равнины. Никто не угрожал ему. По дороге он питался рыбой, мясом и морепродуктами; и его рот был полон жира. Всего за восемь или девять дней его лицо стало очень румяным. Найдя гостиницу и забронировав номер, он отправил возницу обратно отдыхать и заказал себе хороший стол с вином и блюдами, чтобы насладиться ими не спеша.***
Цзы Сюань спрятался на дереве напротив его комнаты. Белоснежная монашеская одежда сменилась черной шелковой одеждой, которая слилась с темной ночью. Когда мужчина снял плащ, его глаза на мгновение потемнели. Изначально он думал, что мужчина не будет заботиться о себе, но правда оказалась противоположной тому, чего он ожидал. Он выглядел гораздо лучше, его тело казалось немного крепче, золотые глаза ярко сияли, и он выглядел еще красивее, чем раньше. Тому на самом деле нравилось есть мясо большими кусками и пить вино из огромных чаш, но он боялся, что он, прожив на вегетарианской диете около десяти дней, будет голодать. Цзы Сюань жадно смотрел на мужчину, не в силах оторвать взгляд от того, как тот снимал с себя одежду. Только когда мужчина разделся полностью и вошел в ванну, он отвернулся с покрасневшими щеками. Однако он не стал читать буддийские сутры, потому что знал, что это уже не повлияет на его бурное настроение. Только с помощью внутренних сил он мог подавить безумное биение сердца.***
Чжоу Юнь Шэн прикрыл губы кулаком и тихо рассмеялся. В боевых искусствах он превосходил монаха. Как он мог не знать, что тот следовал за ним? Он знал, что он вернется, но не ожидал, что это произойдет так скоро. Это было очень мило. После купания он улегся в теплую постель и с блаженством заснул. Чжоу Юнь Шэн покинул город и направился к южной границе, где шла ожесточенная война.***
Цзы Сюань следовал за ним всю дорогу. Когда он обнаруживал, что кто-то пытается убить этого человека, он тайно прогонял их, не давая рукам того снова запачкаться кровью. Со временем слух о том, что монах Цзы Сюань в сговоре с главой Демонической секты, стал очень распространенным. Даже Чжи Шень, которого никогда ничего не волновало, не мог сидеть сложа руки. Он приказал нескольким уважаемым старейшинам отправиться на его поиски.***
Чжоу Юнь Шэн приехал на юг, чтобы найти некоторых людей, и вскоре они станут трупами. Он остановился в гостинице, а ночью, надев черные одежды, тайком пробрался в публичный дом. Цзы Сюань вошел в темный переулок за борделем, вглядываясь в оживленные сцены с красным вином, зелеными огнями и людьми, снующими туда-сюда. Его сердце, казалось, задыхалось, что сильно сбивало его с толку. Это было трудно описать словами. Что мужчина делал в борделе? Удовлетворял желание? Или искал кого-то? Он предпочитал верить в последнее, потому что не мог представить себе этого мужчину, валяющимся в постели с женщиной в объятиях. Сдавленность вскоре превратилась в поток огня, жгучего от сердца до глубины глаз. Он бродил взад-вперед у входа в переулок. Его глаза постепенно покраснели, а дыхание было тяжелым, словно у животного, запертого в клетке.***
Чжоу Юнь Шэн не знал, что сердце монаха снаружи было в огне, но он знал, что тот, вероятно, чувствовал себя некомфортно. Он прыгнул на крышу, а затем расчистил путь, устранив всех охранников вокруг себя. Он увидел группу солдат, стоящих перед павильоном на берегу. Он выпустил несколько струй воздуха из кончиков пальцев, чтобы удержать их, затем распахнул дверь и вошел с величественным видом. Комната была наполнена звуками шелковых струн, песнями и ароматом ладана, опьяняющими людей так называемой нежной идиллией. Несколько крупных мужчин в комнате лениво сидели или лежали, пока не заметили вошедшего незнакомца. Они тут же оттолкнули женщин, обнимавших их, и обнажили мечи, чтобы поприветствовать того. — Кто ты? Ты знаешь, кого провоцируешь? — Именно потому, что я знаю, кто ты, я и пришел сюда, — Чжоу Юнь Шэн, единственный красавец в комнате, который не шелохнулся и слегка улыбнулся. Мужчина по-прежнему лежал на диване в неудобной позе, нависая над красивой женщиной и обнимая ту, а позади него находилась другая красавица, обхватившая его за шею, которая лизала мочку его уха своим скользким язычком и хихикала. Даже если бы их внезапно прервал неожиданный гость, эти женщины не проявили бы ни малейшего удивления, ведь они знали: у того, кто осмелится спровоцировать этого мужчину, будет только один конец — а именно, он не останется целым. Этот мужчина был королем южных земель и будущим новым правителем Царства Дася. Как один человек мог справиться с тысячами солдат и лошадей? Двор Ихун был полон тайных стражников этого мужчины. Поймать убийцу было легко. Мужчина мог казаться беззаботным, но он часто вселял страх в их сердца. Каждый раз, когда он путешествовал, за ним следовали сто десять высокопоставленных тайных стражников. Однако, хотя человек в черном вошел во внутреннюю комнату, тайные стражники пока не действовали, опасаясь, что он уже давно бы с ними разобрался. Даже монах Цзы Сюань, известный как «Лучший мастер в Улине», который раньше сражался с его тайными стражниками, отступил бы, иначе мог бы лишиться жизни. Видя, что этот человек не потерял самообладания, он, должно быть, намного превосходит монаха Цзы Сюаня. Пока он размышлял о личности собеседника, он махнул рукой и сказал: — Прибывший — гость. Почему бы тебе не присесть и не выпить со мной? — Хорошо, вино Юань Куньпэна, конечно, лучшее в мире, но это место неуважительно, — Чжоу Юнь Шэн сел с золотым ножом и выпил из кувшина с вином. — Глава Демонической секты был тяжело ранен, и его жизнь не продлится долго. Похоже, это пустые разговоры, — Юань Куньпэн стал все более настороженным, когда догадался о личности этого человека. Юй Цанхай уничтожил семь семей Улиня, но это было ему не выгодно. Недавно его хороший брат Чжань Чэньян собрал экспертов, чтобы окружить и подавить его ради своей невесты. Если бы он не сражался на севере, он, возможно, послал бы несколько отрядов, чтобы помочь тому. Этот человек пришел сюда, чтобы отомстить? — Будьте уверены, я не буду злиться на вас, если вы не участвовали в уничтожении моей секты, — Чжоу Юнь Шэн развеял его сомнения и легко коснулся стола кончиками пальцев. — Наоборот, я здесь, чтобы спасти вам жизнь, потому что послезавтра вы станете мертвецом. — О чем, черт возьми, вы говорите? Веришь ты или нет, Лао Цзы отрежет тебе язык! — заместитель генерала, пришедший с Юань Куньпэном, вытащил меч, готовый убить. Чжоу Юнь Шэн презрительно взмахнул рукавом. Тот ударился о стену и сполз вниз. Его глаза были закрыты, а изо рта текла кровь — картина полного отчаяния. Несколько других людей пристально смотрели друг на друга, но не смели пошевелиться. Только один человек проявил наибольшую смелость — это заместитель генерала, находившийся под его командованием. Этот человек в одиночку сражался с сотней людей и не знал поражений. Он был мастером боевых искусств. Однако, когда его сбило с ног сильным порывом ветра из рукава того человека, он потерял сознание. Стало ясно, что боевые навыки этого человека превосходили их ожидания. Если бы он разгневался, то генерал оказался бы в опасности. — Это моя вина, — Чжоу Юнь Шэн искренне махнул рукой. — Ну, это моя вина, что я был к ним слишком снисходителен. Это вино я выпиваю в знак почтения. Это своего рода извинение перед главой секты Юй. Юань Куньпэн смог удержать всю южную границу, поэтому он, естественно, не принадлежал к посредственному поколению. Он прекрасно понимал, почему великий человек иногда может пойти на уступки, когда это необходимо. Он выпил бокал крепкого вина, а затем вернул чашу, чтобы продемонстрировать искренность. Чжоу Юнь Шэн поднял свою чашу с вином и легко выпил её. Его золотистые глаза цвета цветущего персика были полны странного и яркого блеска, что Юань Куньпэна ошеломило. Он не ожидал, что глава Демонический секты окажется такой необыкновенной фигурой. Перед его красивым лицом и холодной аурой было трудно устоять даже такому высокопоставленному человеку, как он. Он не мог не думать о том, что только что сказал собеседник, и вдруг почувствовал.ю что верит ему. Его спокойное и твердое выражение лица немного пошатнулось. — Господин Юй пришел мне на помощь, с чего бы это? — спросил он. — Это долгая история. Лучше пойти и увидеть все своими глазами, чем слушать ее в таком месте, — Чжоу Юньчэн поставил чашу с вином и скривил губы в злобной улыбке.
