2. 25
3 мая 2026 г., 17:51
После того, как они открыли друг другу свои чувства и мысли, они плавно двинулись на юг. Добравшись до места, им предстояло основательно повеселиться.
В этот день они отдыхали в долине. Они только что пережили любовную сцену и целовались с глубокими чувствами.
Ноги Чжоу Юнь Шэна обвились вокруг талии монаха, и его интимное место было наполнено большим количеством Ян, исходящим от монаха, который всё ещё был твёрдым. Руки и живот Цзы Сюаня были покрыты спермой, и он нежно поглаживал и ласкал мужчину перед собой, казалось, ещё не закончив.
— Ещё один раунд, — Чжоу Юнь Шэн почувствовал жар от его движений, сжимая и сжимая своё маленькое отверстие, и с улыбкой поцеловал его кадык.
Цзы Сюань не смог сдержаться. Он сильно вонзил свое достоинство внутрь. Он уже собирался вытащить и ввести снова, но внезапно обернулся. Он снял рубашку, висевшую на ветке дерева, и обернул ею мужчину.
После того, как он потерял контроль над своей Ци, он вернулся к практике меридианов с самого начала, но неожиданно его сила не только не уменьшилась, но и взлетела на два-три процента. Чжоу Юнь Шэн, который уже достиг седьмого уровня культивации «Уцзи Синьцзин», немного отставал. Поэтому, прежде чем Чжоу Юнь Шэн услышал шум, монах первым заметил это, быстро одел своего возлюбленного, затем усадил его на толстый ствол дерева и начал медленно надевать монашескую одежду.
— Снова, — Чжоу Юнь Шэн внимательно прислушался, покачал головой и усмехнулся, его пара нефритовых ног качнулась в воздухе.
Цзы Сюань взял его ноги и поцеловал их. Затем он нежно надел на них его носки и туфли и спокойно сказал:
— Раз уж ты дал клятву, на случай, если мы не сможем встретиться в следующей жизни, лучше не предпринимай никаких действий. Просто сиди здесь и наблюдай.
— Я помогу тебе. Не волнуйся. Я не буду убивать людей. Я просто разрушу их Дантянь, — Чжоу Юнь Шэн сорвал с ветки горсть листьев, и его яркие, похожие на персиковые цветы, глаза были полны интереса.
Цзы Сюань наклонился, рассмеялся и поцеловал его тонкие, красные губы.
Когда прибыла группа монахов из храма Цзян Ху, они увидели людей, сидящих на стволе дерева и целующихся друг с другом. На их лицах читались удивление и презрение, особенно у монахов из Шаолиньского храма. Они хотели немедленно разнять их.
— Дядя, настоятель хочет, чтобы ты вернулся и признал свою вину! Но если ты поможешь нам убить этого демона, настоятель забудет прошлые обиды, и ты не будешь обвинен! — громко кричали они, их глаза были полны ожидания. Тем нескольким монахам из других храмов Цзян Ху, что присоединились к ним, чтобы убить демона было все равно, что он встанет на демонический путь. Они хотели лишь, чтобы он вернулся в храм, и тогда он больше никогда не вернется в Цзян Ху. Они боялись, что он не послушает совета и тогда им придется сражаться.
Цзы Сюань был очень нетерпим. Видя, как его возлюбленного ложно обвиняют, он стал еще более кровожадным.
— Амитабха, я не хочу убивать других напрасно. Я убью только Кнут Души Ян Тао, Бога Железной Руки Фань Ци, Благородное Лицо Хэ Шидао и Хомяка Яо Пэя, которые должны остаться. Остальные могут уйти с миром, — глаза Цзы Сюаня слегка сузились, и он с первого взгляда обнаружил среди ста десяти человек нескольких преступников, убивавших членов Святой секты.
Чжань Чэньян и Му Цзиньсун знали, что вражда всех к Юй Цанхаю как безбрежное море. Но сами они лишь подстрекали Юань Куньпэна и группу людей из Цзян Ху преследовать и убить монаха и Юй Цанхая, и не смели появляться перед теми лично. Они оставались в военном лагере весь день, словно десятки тысяч солдат могли обеспечить их безопасность.
Услышав это, многие испугались, но монахи Шаолиньского храма не хотели уходить. Они гневно отчитали его:
— Цзы Сюань, ты выдающийся монах. Зачем ты пал так низко? Вначале тебя соблазнил демон, из-за чего твоя более чем двадцатилетняя практика была разрушена. Ты разве не усвоил урок? Сейчас он серьёзно ранен и не может защитить себя. Поэтому он не может тебя отпустить. Подумай, что он сделает, когда ты окажешься бесполезным.
Как будто ничего не слыша, Цзы Сюань потерял терпение из-за этих так называемых братьев. Отношения с его возлюбленным — разве кто-то ещё может с ним об этом говорить? Даже если его используют и презренно бросят, он ни о чём не пожалеет и сейчас будет наслаждаться этим.
Он не хотел ни разговаривать с ними, ни слушать их. Не говоря ни слова, Цзы Сюань направился к толпе, целясь в Фань Ци, Бога Железной Руки.
Фань Ци уже насторожился, когда тот назвал его имя. Он не запаниковал, когда монах появился перед ним, в полной мере использовав свою внутреннюю силу, чтобы сразиться. Он думал, что это беспроигрышная ситуация, но не знал, что Чжэньци того была очень странной, словно тысяча острых клинков, как бушующий огонь, густая магма, содержащая жестокую и несравненную энергию. Как только его ударили ладонью, она разлилась по всему его телу вдоль меридианов, сжимая мышцы, кости и внутренние органы, пока всё не сломалось.
Остальные услышали лишь крик Фань Ци, после чего он отлетел назад. Приземлившись, он уже превратился в лужу зловонной кровавой жижи. Не говоря уже о том, что они не умрут спокойно, от них не останется ничего целого.
Они были так напуганы, что их лица побледнели, а Чжэньци иссякла, и у них не осталось сил стоять.
Прежде чем прийти в себя, они увидели, как монах схватил духовный кнут Цзян Тао и обвил его вокруг шеи того, оторвав голову одним легким движением.
Оставшиеся Хэ Шидао и Яо Пэй поспешно повернулись, чтобы убежать, но толпа увидела, что монах лишь указал кончиками пальцев, и маленькие вспышки были направлены на этих двоих, после чего их сердца были пронзены Чжэньци, которая вырвалась из их грудной клетки и превратилась в кровавое облако.
Такой жестокой и кровавой техники эти люди никогда прежде не видели. Все четверо погибших были известными мастерами Цзян Ху. Все они достигли уровня Сянь Тянь, но в сражении с Цзы Сюанем они долго не продержались. Ему так просто было убить их? Размышляя об этом, все уже вспотели и пребывали в растерянности. Их руки, сжимающие мечи, слегка дрожали.
Некоторые убегали, некоторые вставали на колени и молили о пощаде, другие стояли неподвижно, не смея пошевелиться. Конечно, были и те, кто пытался схватить Юй Цанхая, не имеющего возможности защитить себя, и заставить Цзы Сюаня подчиниться.
Чжоу Юнь Шэн сидел на стволе дерева с улыбкой, держа в руках листья, и, увидев бегущих к нему людей, осторожно выпустил те. Эти люди быстро взмахнули мечами, чтобы заблокировать удар, но услышали лишь звон:
ЦЗИНЬ
Хрупкие листья пронзили оружие из черного железа и вонзились им прямо в животы.
Мощная энергия Чжэньци, заключенная в листьях, в одно мгновение вырвалась наружу, разбив Даньтянь, отчего эти люди внезапно упали и стали совершенно беспомощными, лежа на земле. Такой способ был даже ужасней убийства. Они испугались и убежали.
Подобные сцены не были редкостью на их пути.
Боевые искусства этих двоих были непревзойденными. Они действовали сообща. Один убивал, а другой превращал других в ничтожества. Если они встретятся с ними, то либо умрут, либо лишатся культивации. Если только те захотят, то оставят их в покое, что вряд ли. Действительно, хорошего конца не существует.
С течением времени люди Цзян Ху, намеревавшиеся завладеть сокровищами, перестали думать об этом и больше не смели прикасаться к мечу. И постепенно они поняли, что Цзы Сюань убил всех, кого собирался. Люди, не участвовавшие в истреблении Святой секты, не были вовлечены в это безумие. Пока их активно не провоцируют, они и не смотрят в их сторону, что очевидно.
В результате многие испытали облегчение, а некоторые в бессонные ночи не смогут уснуть после такого. Мастера, когда-то обагрившие руки кровью членов Святой секты, один за другим бежали с поля сражения, но в течение трех дней их ждала смерть — без исключения. Это на некоторое время повергло людей в панику.
Никто в Цзян Ху не смел даже думать о карте сокровищ и тайном собрании. Наоборот, когда кто-то упоминал об этом, все качали головами и махали руками. Не боясь смерти, некоторые амбициозные вассальные лорды все еще хотели карту сокровищ. Они посылали войска, чтобы окружить и подавить монаха и Юнь Шена, если не могли склонить их на свою сторону, но снова и снова терпели поражение.
Как бы быстро ни двигалась армия, даже за тысячи километров шаги и стук копыт лошадей были слышны не тише, чем гром в небе. Для непревзойденных мастеров это действительно оглушительный звук. Они использовали свои навыки маневрирования, чтобы сбежать. Поэтому, когда армия прибывала, она часто даже не заставала их тени. После нескольких таких случаев солдаты и генералы, изнемогая, уже не смели надеяться на успех в их поимке.
Если они хотели добиться гегемонии, им нужно было больше денег. Пока лорды пытались захватить карту сокровищ, Юй Цанхай заявил, что тот, кто поможет ему убить врагов секты, получит ее.
И независимо от того, правда это или нет, кто не захочет попытаться найти легкий путь, даже если его нет?
Все лорды тут же потёрли руки и приготовились к действиям. Они послали людей на расспросы о врагах Юй Цанхая и выяснили, что те либо убиты Цзы Сюанем, либо лишены культивации Чжоу Юнь Шэном. Все они были обезврежены, за исключением Чжань Чэньяна, Му Цзиньсуна и Му Жуйлин, которые скрывались на юге.
Лорды спешили, опасаясь, что Юань Куньпэн возьмёт всё в свои руки, поэтому они немедленно послали своих людей, чтобы похитить их.
В эти дни эксперты на юге, испуганные кровавыми и жестокими методами Цзы Сюаня, один за другим покидали Юань Куньпэна. Большинство из них были причастны к уничтожению секты. В это время все они спешили сбежать, не желая больше сокровищ. Однако через три-четыре дня пришли известия об их смерти, что напугало Чжань Чэньяна и Му Цзиньсуна.
На самом деле, виновниками были именно они. Глядя на путь Цзы Сюаня и Юй Цанхая, становилось ясно, что те идут за ними. Они вцепились в Юань Куньпэна, словно в спасительную соломинку. Увидев у генерала нехватку денег, они мечтали все сокровища деревни Биюнь и дома Му отправить в особняк генерала, надеясь спасти свои жизни.
В этот день они получили известие о словах Юй Цанхая и внезапно почувствовали слабость, их лица побледнели настолько, что от прежнего боевого духа не осталось и следа.
***
Му Жуйлин пряталась в поместье, дрожа от холода. Она накрылась одеялом и почувствовала сильный озноб. Её долгое время насиловали, и это широко обсуждалось в казармах и кабинете генерала. Слуги не только не уважали её, но и телохранители и носильщики были похотливы и постоянно хотели над ней надругаться. Раньше она ходила по Цзян Ху, словно красавица, и прославилась на Центральных равнинах благодаря многочисленным поклонникам. Однажды её репутация была запятнана, а долги превратились в ограбление ее персикового цветка, что обернулось против неё. В очередной раз, когда её загнали в угол несколько человек, она яростно атаковала и ударила одного из них мечом. Неожиданно она пробудила в них звериную натуру, ее повалили на землю, повредили сухожилия и меридианы и превратили в жалкое подобие человека. Му Жуйлин плакала, жалуясь Чжань Чэньяну и своему отцу. Поскольку преступником был любимый генерала Юань Куньпэна, они не только отказались помочь отомстить за неё, но и приказали ей молчать. Она никогда не забудет ужасов, произошедших с ней. Она несколько раз плакала и теряла сознание. Ей казалось, что это мир, похожий на ад на земле. Неожиданно Юй Цанхай сделал так, что они должны жить, желая умереть. Разве она уже не живёт как мертвая? Она действительно не может представить себе более ужасной ситуации, чем сейчас. Однако она узнала только 10% опасностей человеческого сердца и, естественно, догадывалась, что существует бесконечное множество способов мучить человека. Внезапно она потеряла мужество жить, сняла меч, висевший на стене, и захотела покончить с собой. — Ты что, с ума сошла? — ночью Му Цзиньсун, почувствовав неладное, бросился в комнату дочери и увидел эту сцену. Он выбил меч из её руки и прошептал: — Пойдем со мной, быстрее. Он и Чжань Чэньян решили немедленно бежать из поместья генерала. Юй Цанхай поставил на кон сокровище, чтобы забрать их жизни. Кто сможет устоять перед искушением? Когда Юань Куньпэн увидит деньги и обернется против них, им будет уже слишком поздно уходить. Му Жуйлин, которая думала, что её бросят, снова начала надеяться. Она быстро собрала вещи и последовала за отцом, они встретили Чжань Чэньяна, который ждал их у стены. Трое человек перепрыгнули через стену и нашли тайный дворик для ночлега. На следующий день, как только городские ворота открылись, они помчались верхом, надеясь в мгновение ока оказаться за тысячи километров отсюда. Когда трое покинули ворота, Юань Куньпэн объявил, что их больше нет в его доме. Он сказал, что, хотя деньги были огромными, а дело было не более чем в братстве, он не станет преследовать этих троих. Ему было все равно, кто любит сокровище и кто им завладеет. Как только новость распространилась, она сильно подорвала его репутацию, но при этом он снискал уважение среди людей, которые ценили его за любовь, справедливость, снисходительность и доброжелательность. Сначала один из лордов подумал, что тот решил устроить ловушку. На самом деле, он уже послал людей шпионить за домом генерала, чтобы проверить. После нескольких безуспешных допросов кто-то увидел этих трех человек на южной границе. Он наконец поверил ему. Он поспешно послал людей смерти, чтобы поймать их, и захватил всех оставшихся людей из семьи Му и деревни Биюнь, намереваясь продать их Юй Цанхаю в качестве подарка. Конечно, он не забыл, что Юй Цанхай сказал, чтобы их поймали живыми, поэтому к этим людям неоднократно применялись всевозможные пытки, но жизнь им сохраняли. Чжань Чэньян, Му Цзиньсун и Му Жуйлин испытали на себе отчаяние и страх выживших членов секты, спасавшихся бегством. Не говоря уже о том, что все лорды хотели их поймать, даже некоторые обычные культиваторы в Цзян Ху неустанно препятствовали им. Эти люди не могли справиться с Юй Цанхаем и Цзы Сюанем, но они могли справиться с этими тремя бродячими псами. Если их поймать, можно обменять на сокровище. Так почему бы и нет? Их ловили и грабили семь раз. Потому что Юй Цанхай сказал, что они должны жить, желая умереть. Эти люди не убивали, а избивали и пытали их. Это действительно трудно описать. Всего за два месяца Чжань Чэньян и Му Цзиньсун потеряли свой человеческий облик. Они желали умереть немедленно, но просто не могли сделать этого. Вот почему они наконец поняли истинное чистилище на земле. После нескольких раундов грабежей, эти трое наконец попали к правителю Пэйпину. Сила правителя Пэйпина равна силе Юань Куньпэна, но характер у него очень жестокий. Из-за восстания на своей территории он жестоко расправился с людьми, находящимися под его контролем. Также было много скандалов, таких как поедание человеческого мяса, изнасилования и убийства беременных женщин. Само собой разумеется, что произойдет теперь, когда эти трое попали в его руки. Он уничтожил несколько групп убийц, которые пришли тех забрать. Оставив их в живых, он поспешно приказал своим подчиненным пригласить Юй Цанхая осмотреть имущество. Чжоу Юнь Шэн шел очень медленно. Он получал два-три сообщения в месяц. Если он не успевал вовремя добраться до дома этих людей, тех грабили другие, и пленники, как товар, оказывались в руках новых крупных сил. Чжоу Юнь Шэн снова и снова возвращался с пустыми руками, не только не испытывая скуки, но и радуясь. Чем чаще они переходили из рук в руки, тем сильнее становилась их боль. Теперь они пережили это сотни раз. Правитель Пэйпин достоин быть одним из самых могущественных. Когда Чжоу Юнь Шэн и Цзы Сюань прибыли в военный лагерь, трое — Чжань Чэньян, Му Цзиньсун и Му Жуйлин, ещё были в его руках. — Господин Юй, монах Цзы Сюань, пожалуйста, садитесь. Господин обычно живёт во дворце. Он примет вас через некоторое время. Если вы устали, можете отдохнуть здесь. Когда господин придёт, мы покажем вам имущество, — генерал проводил их в чистую палатку. — Всё в порядке. Мы всегда сами себя обслуживаем. Ну, просто перекусим и отдохнем. Вам не нужно нас развлекать. Мы сами о себе позаботимся, — Чжоу Юнь Шэн с улыбкой помахал рукой. Генерал, выполняя служебные обязанности, поспешно ушёл, не найдя особого оправдания. Несколько солдат вошли и по очереди поставили на стол всевозможные деликатесы. Они почтительно пригласили гостей не спеша их съесть. Чжоу Юнь Шэн взял куриную ножку, поднёс её к губам монаха и, шутя, сказал: — Ну же, открой рот и попробуй мясо. — Когда я готовлю мясо, это всё ещё деликатес высшего качества. Я не могу видеть такое обычное мясо. Если хочешь чего-то хорошего, не церемонься со мной, — Цзы Сюань говорил серьёзно, но его слова были весьма провокационными. У Чжоу Юнь Шэна слегка поджался низ живота. Он откусил несколько кусочков от куриной ножки и невнятно сказал: — Я тебя убью после еды. Я уже несколько дней в пути и умираю от голода. Двое долго смотрели друг на друга, а затем молча стали быстро есть.
