Коалиция Разрушенных Небес: Эффект Осколка

Проблема с выживанием в Сингулярности заключалась не только в монстрах. Проблема была в логистике. Генераторы Цитадели, работающие на ядрах, начали сбоить. Им нужен был стабилизатор. Редкий изотоп «Эфирной ртути», который в старом мире добывали только в глубоких шахтах Ада. Разведка доложила: в секторе «Казино» (осколок Лас-Вегаса, сросшийся с сокровищницей Маммона) есть запасы. Но они принадлежат Коллекционеру. Сектор «Казино». Это место выглядело как сюрреалистичный сон. Золотые игровые автоматы висели в воздухе, извергая потоки монет, которые превращались в пыль, не долетая до пола. Вместо неба — зеленое сукно покерного стола. В центре, на горе из фишек и черепов, сидел Коллекционер. Это было существо без определенной формы — сгусток смокингов, золотых цепей и дыма. У него было с десяток рук, и в каждой он держал что-то ценное: чью-то память, флакон с эмоцией или контейнер с «Эфирной ртутью». Мальбонте, Люцифер и Вики стояли перед ним. Атмосфера была накалена до предела. — Мне нужен изотоп, — сказал Мальбонте. Он не просил. Он констатировал факт. Его глаза уже горели красным. Тьма вокруг его рук сгущалась, готовая разнести этот балаган в щепки. Коллекционер рассмеялся. Звук был похож на звон падающих монет. — О, Великий Метис... Ты так предсказуем. Сила, сила, сила. Существо подняло одну из рук. В ней был детонатор. — Видишь это? Контейнеры с ртутью связаны с моим сердцебиением (если оно у меня есть). Убьешь меня — они взорвутся. И разнесут половину сектора вместе с твоей драгоценной Вестницей. Мальбонте замер. Его челюсти сжались так, что послышался скрип. Он привык решать проблемы ударом. Но здесь удар означал поражение. Он был в тупике. Его сила была бесполезна против шантажа смертника. — Ты блефуешь, — прорычал Мальбонте, делая шаг вперед. — Попробуй, — Коллекционер положил палец на кнопку. — Давай, убей нас всех. Энтропии всё равно. Мальбонте застыл. Он ненавидел это чувство — бессилие. Он посмотрел на Вики, ища поддержки, но Вики тоже понимала: риск слишком велик. И тут вперед вышел Люцифер. Он не принял боевую стойку. Наоборот. Он расслабленно поправил манжеты своего бордового пиджака, смахнул невидимую пылинку с плеча и... наколдовал себе кресло. Роскошное, бархатное кресло прямо посреди хаоса. Он сел, закинув ногу на ногу, и материализовал бокал с виски. — Мальбонте, — лениво протянул Люцифер, не глядя на полукровку. — Отойди. Ты загораживаешь мне вид на этого... очаровательного бизнесмена. Мальбонте обернулся, глядя на Люцифера как на умалишенного. — Люцифер, сейчас не время для твоих понтов. — Как раз время, — Люцифер сделал глоток и улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у Вики когда-то подкашивались ноги. Улыбкой Принца Ада. — Ты — молоток, Бонт. А здесь нужен ключ. Сядь и не мешай взрослым разговаривать. Мальбонте хотел возразить, но Вики положила руку ему на плечо. — Дай ему попробовать, — шепнула она. Люцифер перевел взгляд на Коллекционера. — Итак. Ты держишь руку на кнопке. Умно. Уважаю. Шантаж — это язык, на котором я говорил, когда еще пешком под стол ходил в Цитадели. — И что ты мне предложишь, сын Сатаны? — прошипел Коллекционер. — Золото? Власть? У меня всё это есть. — Я предложу тебе то, чего у тебя нет. Статус. Люцифер встал и медленно пошел к горе сокровищ. Он не угрожал. Он шел как хозяин, осматривающий свои владения. — Ты сидишь здесь, на куче мусора, в умирающей вселенной. Ты — король помойки. Когда Сингулярность схлопнется (а мы её схлопнем, поверь мне), ты исчезнешь. Тебя никто не вспомнит. Ты сдохнешь богатым, но безымянным. Коллекционер напрягся. Люцифер бил по больному — по тщеславию. — А что предлагаешь ты? — Я предлагаю тебе инвестицию, — Люцифер подошел вплотную к детонатору, но даже не посмотрел на него. — Мы строим Новый Мир. И в этом мире нам понадобится... казначей. Кто-то, кто умеет хранить ресурсы. Кто-то, кто понимает ценность вещей. Люцифер наклонился к самому лицу (маске) существа. — Отдай мне ртуть сейчас. Добровольно. И я лично, своей кровью, впишу твое имя в Кодекс Ада как "Хранителя Казны". Ты станешь частью Иерархии. Ты станешь бессмертным в истории. Ты будешь не просто вором, сидящим на бомбе. Ты будешь Законом. Мальбонте фыркнул за спиной. — Ты продаешь ему должность, которой не существует, в мире, который мы еще не построили? — Молчи, — не оборачиваясь, бросил Люцифер. — Я продаю ему мечту. Коллекционер колебался. Рука с детонатором дрогнула. — Имя в Кодексе? — переспросил он жадно. — Рядом с именами Архидемонов? — Выше многих из них, — соврал Люцифер, не моргнув глазом. — Ты будешь правой рукой Дьявола по финансовым вопросам. Но предложение действует ровно одну минуту. Потом мне станет скучно, я разрешу Мальбонте тебя убить, а ртуть мы как-нибудь соберем по молекулам. Люцифер протянул руку. Его ладонь вспыхнула адским огнем, формируя призрачный свиток контракта. — Решай. Быть пылью или быть Легендой? Это была чистая, беспримесная харизма. Люцифер не использовал силу. Он использовал свою породу. Свое умение убеждать, что служить ему — это привилегия. Он стоял там, в своем идеальном костюме, среди разрухи, и выглядел как Король. Коллекционер посмотрел на Мальбонте (смерть), потом на Люцифера (величие). Жадность победила страх. — Я согласен. Существо протянуло одну из своих рук и пожало ладонь Люцифера. Огонь контракта вспыхнул, скрепляя сделку. Коллекционер отбросил детонатор. — Забирайте ртуть, мой Лорд. Я жду инструкций. Люцифер брезгливо вытер руку платком (который тут же сжег) и повернулся к своим спутникам. Мальбонте стоял, скрестив руки. В его взгляде было что-то новое. Не раздражение, а... признание. — Неплохо, — скупо бросил Мальбонте. — Для того, кто носит шелк в зоне боевых действий. — Это кашемир, деревня, — хмыкнул Люцифер. Он подошел к Вики и подмигнул ей. — Видишь? Иногда нужно не ломать дверь, а просто убедить её, что быть открытой — это модно. Вики улыбнулась. Она видела, как расправились его плечи. Как вернулся тот самый блеск в глазах. Он больше не чувствовал себя "вторым номером" при Мальбонте. Он был Люцифером. И в вопросах сделок с совестью (и не только) ему не было равных. — Забирай контейнеры, Маль, — скомандовал Люцифер, направляясь к выходу. — А я пока выпью. Разговоры с чернью вызывают у меня жажду. Мальбонте усмехнулся, поднимая тяжелые ящики телекинезом. На этот раз он не стал спорить о том, кто здесь главный. Сегодня Аду действительно нужна была голова, а не кулаки.