Вторая жизнь Виктора Суворова. Детдом и школа.

Глава 13. Суббота. Тринадцатое сентября. 1969-й год. Сегодня ответственный день. Сегодня я решил добраться до Рахинки и наконец то наказать Храбрёнка, как говорится, око за око, зуб за зуб, убил мою Викулю, значит должен понести наказание. Вчера были у нашего участкового дома, отмечали их с Мариной роспись в ЗАГСе, скажем так, законный брак. Хотя, само слово брак, мне как то не нравится, неужели нельзя было чего нибудь другое придумать. Так вот, был у них знакомый, как раз из этой самой Рахинки и когда дядька Миша с ним разговаривал, я мотал на ус всю информацию. Так что, теперь примерно знаю где живёт семейка Храбровых. Ладно, на месте с ориентируюсь и разберусь. Вот, взял у подружки Верки велосипед и рванул через ГЭС, на тот берег волги. Ехать далеко. На сколько помню по прошлой жизни, от плотины на той стороне реки, до самого села, порядка тридцати километров, может чуточку по больше. Зойку свою предупредил. Если кто то меня будет спрашивать, пусть говорит что я в подвале и ооочень занят. Хотя, её просить чего нибудь соврать, зряшная затея. Та, сразу же начинает краснеть, запинаться, спотыкаться и мямлить всякую ахинею, да и фамилия у её ни фига не Штирлиц и даже не Исаев. Хрен с ним, будь что будет, но этого гадёныша, надо наказать обязательно. Ладно, пока еду можно вспомнить, что случилось с нами за не полные две недели. Первое это то, что памятники и оградку я всё таки заказал, а завтра, со Степаном и двумя его друзьями из их бригады, будем устанавливать всё на место. Но, за это мне пришлось чуток потрудиться. Всё таки уговорили меня выступить на судоремонтном заводе. Деваться не куда, памятники в обмен на выступление, думаю что это нормально. Попел там песенок, как из Любэ, так и из Секрета с Дюной, но больше конечно было болтовни, так как, со мной на выступление поехала Алина Соломина, а той палец в рот не клади, дай поболтать. А куда денешься то, профессия у её такая, радиоведущая как ни как. Но, молодец она всё таки, выручила меня конкретно, спасибо ей за это огромное. Ещё, наш участковый привозил ко мне их милицейского художника, уж не знаю, как у него профессия называется. Короче, тот кто рисует лица по описанию очевидцев, типа, такой себе живой фоторобот, и мы с ним нарисовали, моих маму и папу. Дядька Миша, в фотоателье заказал овальные, эмалированные фотографии, так что, теперь на могилке не будут стоять безликие столбики с надписями, а всё будет как положено. Думаю, что родители останутся довольны. А ещё, ко мне приходила почтальонша и принесла СМС ку из Москвы, верней из Тучково. Оказывается Женька, с которой я познакомился у Тамары во дворе, учится в этом самом техникуме, куда собираемся поступать мы с Зойкой. На кого именно учится не написала, но говорит, что хочет стать водителем либо автобуса, либо троллейбуса. Но, на сколько я помню по своему миру, на такие профессии учили в специальных комбинатах, так как у меня соседка, как раз училась на водителя электротранспорта. А здесь получается как то по другому. Но да ладно, мир то не наш и порядки здесь иные, не такие как у нас. Ещё она написала, что мой адрес взяла у Ремнёвой и та прослушала Женьку, как она поёт, пообещала подучить малёхо и взять к себе в оркестр на подпевку, по нашему бэк-вокал. Я офигел, эта СМС ка аж на три тетрадных листа тянула. Пришлось писать ответ, правда, всего лишь на одну страничку. Ну, не знаю я о чём писать. Я и в прошлой то жизни ни когда в мессенджерах не переписывался, проще позвонить, да поговорить. Как ни крути, а живое общение лучше чем безликие буковки, за которыми нет ни интонаций, ни эмоций. Я остановился возле поста ГАИ и задумался, как мне дальше ехать, рвануть через октябрьский и Волжанку, или по трассе? Наверное, по трассе всё таки будет быстрей, да и народу по меньше меня видеть будет. Не будущее всё таки, к тому же суббота, машин на дороге практически нет, так, редкие грузовики попадаются и не более. Всё, пру по трассе, если можно её таковой назвать. Дорога больше похожа на полигон, для испытания машин на выносливость ходовой части, ямы да колдобины, как после бомбёжки. Но, зато по сторонам красота, всё засажено подсолнухами, а ещё и сады с яблоками и грушами. Красиво чёрт возьми. Скоро нас повезут в колхоз, помогать убирать урожай, ни чего, сгоняем, поможем. В прошлой жизни помню, постоянно нас туда отправляли, то свеклу полоть, то картошку после трактора собирать. Это хорошо если дождей нет, а то иной раз в поле на столько извозюкаешься, что тебя от той картошки и не отличить. Но, зато костёр и картофан в углях, кажется ни чего вкуснее и нет, а ещё ромааантика! Пру по трассе, волосы назад, ветерком обдувает, красотааа! Джинсы закатал почти до колен, что бы не дай бог цепью не испачкать, а то у Верки брательник тот ещё крендель, вообще солидолу не пожалел, намазал от души, аж с горкой, как масло на хлеб. Меня обогнал мотоцикл урал, раскрашенный в желто-голубой канареечный цвет, и с мегафоном на коляске, за рулём сидел молодой парень, видимо только после армейки. В милицейской форме и белых крагах, одной из которых он мне и помахал, улыбаясь во весь рот. Зря ты парень, так на ходу его открываешь, легко может какая нибудь любопытная муха залететь, проверить тебя на кариес. Ну а я кручу педали во весь опор, совсем чуть-чуть осталось, уже отворотку на Волжанку проезжаю, не ту Волжанку, что перед Верхнепогромным, а ту, что перед Рахинкой. Ага, милиция тоже туда же свернула, куда и мне нужно, это не к добру, ой не к добрууу! Я помчался за ними, привстав с сиденья и налегая на педали. — Как! Вот кто мне может объяснить, как такое смогло произойти. Не иначе как божье провидение, ну, или предки мои специально так сделали, что бы я не брал грех на душу. На перекрёстке стоял зил сто пятьдесят семь, а рядом валялся искорёженный мотоцикл минск. На обочине, сидел парень с разбитым носом, задрав голову вверх, а между задними колёсами машины, лежал тот, кого я ехал наказывать и кажется, он был уже там, где и моя Викуля. Я посмотрел на небо. — Спасибо мам, спасибо пап и тебе Викочка огромное спасибо. Мужик, тот что водитель, объяснял гаишникам как всё случилось. — Товарищ сержант, я ехал себе спокойно по асфальту, а эти двое неслись по полю, без шлемов, да ещё кажется и пьяные. Но мне то чего до них, еду себе и еду, некогда по сторонам смотреть, ямы объезжаю, и тут удар, бац! Я сразу же по тормозам. Вот, сами посмотрите, прямо в бензобак влетели. Этот то. (кивнул он на парня что с разбитым носом). Он за рулём был, а вот этот парнишка сзади сидел. (показал он рукой на Храбрёнка). Как он оказался под колёсами, даже представить себе не могу. Я посмотрел назад и увидел, как по дороге в белом халате, бежит наша бывшая воспитательница, мамаша Ваньки Храброва. Тоже мне снегурочка твою мать, надо сматываться от сюда, и как можно быстрей. Вскочил на велик, надавил на педали и поехал обратно на трассу. Да уж, вот дела так дела, а я настроился было на драчку. Невероятно, кому расскажи, ни за что не поверят, да я и сам то до конца не верю. Хотя, есть такое слово карма, вот, видимо она к Ваньке и заглянула на огонёк. Я кое как добрался до Веркиного дома, устал как упряжка собак, тянущая за собой чукчу на камазе, помните тот анекдот. Ай какая холосая масына, только собачки однако устают! Вот, точно такой и я был. Хотел было затащить к ним на этаж транспорт, да на моё счастье, с площадки подбежал тёзка, Веркин брат. — Чего Викуля, накаталась, давай я подыму велосипед. Веруни всё равно дома нет, к вам в дет дом наверное убежала стрекоза, так что отдыхай, гляжу устала сильно. — Да Вить. (согласился я с парнем). Чего то ход у велика тяжеловат, хоть ты и смазки не пожалел. — Наверное надо было колёса получше накачать. (пощупал он покрышку на переднем колесе). Я то сестрёнке сильно не накачиваю, она далеко не ездит. Вот дебил, обругал я себя. Ведь знаю же по машинам, что на слабо-накачанных шинах расход больше, да и накат хуже, чего было не проверить, к тому же насос вон он, на раме прицеплен. Ну да, хорошая мысля, приходит опосля, чего уж теперь. Тем более, на велосипедах я не катался уже лет сорок. — Ладно Вить, пойду я, спасибо тебе. (поблагодарил я парня и отправился в пирожковую, обед то пропустил.) Нажрался там всякой всячины, напился кофе с молоком и попёрся в свой альма-матер, как обычно с другой стороны, в дырку в заборе. А там, прямо с площадки на улице, ко мне подлетели девчата, Верка с Зойкой и соседки, Надька с Валькой. — Вииик, ты чего так долго то? (накинулась на меня Надюха, тебя там уже пол дня какая то тётка ждёт, сидит у директора в кабинете, деловая и мерзкая такая, посмотрела на нас, как на червей копошащихся в земле. — Ну и хрен с ней. (отмахнулся я). Пусть себе ждёт, я отдохнуть хочу. Короче девчонки, вы меня не видели, а я в подвал, устала я, на диванчике поваляюсь. — Вик. (сказала Зойка). Я с обеда тебе компот и пару ватрушек принесла, на столе где ты паяешь поставила. — Хорошо. (чмокнул я свою Санчо Пансу). Спасибо подруга, разбудишь меня к ужину? Зойка затрясла головой, соглашаясь, а я как мышка просочился к себе в мастерскую. Прилёг, думал что тут же вырублюсь, но сон как рукой сняло, а в голову полезли мысли про Ваньку. Вот дебилы эти парни, как они умудрились в машину врезаться, ведь она такая огромная, не ужель не видели. И почему, тот кто был за рулём, отделался только сломанным носом, а тот кто был сзади, угодил под колёса, хрень какая то. Может быть он во время удара перелетел через водилу? Но он тогда должен был стукнуться об кузов и отлететь на дорогу, а тут, прямо под колёса, непонятная какая то ситуация. Теперь мне осталось разобраться с теми, кто подрезал мою маму. Я поговорил с этим дядькой фотороботом, что бы он нарисовал по моему описанию этих ублюдков, а участковый сходит куда надо и пороется в архивах, возможно, что и надыбает какую нибудь информацию о них, а там уже буду думать и решать. Чего валяться, раз не спится. Встал, убрал себе в живот компот и ватрушки и засел паять радиопередатчик. Решил сваять беспроводной микрофон и если всё получится как надо, то может и приставку для гитары. Никогда раньше такого не делал, но память она коварная штука, видимо видал я раньше где то саму схему, вот и всплыла она из каких то глубин. Надо у учителя физики попросить осциллограф. Стоит у него в каморке один, сказал что не рабочий, но, надо посмотреть, может удастся починить, чего добру пропадать. Только уселся и стал подбирать детали, как ко мне постучались. Открыл дверь. А там стоял мой прототип в нашем дет доме, Федька Рыбин, нормальный мальчишка, на год младше меня. Такой же рыжий и конопатый как я, с повязкой дежурного на рукаве. — Тебе чего Федь? — Вииик, тебя там директор к себе зовёт, пошлиии, а то, я уже раз десять сюда спускался, а тебя всё нет и нет. — А чего он меня ищет то? — Да откуда я то знаю, там у него ещё какая то тётка весь день сидит, лицо злое, пошли, а Вик? — Ладно. (согласился я). Пошли посмотрим, чего там за тётка такая. Мы с рыбой поднялись на первый этаж и я сразу пошел к директору. Постучавшись и не дожидаясь разрешения, зашел в кабинет. — Суворова! (вскочил наш главнокомандующий). Тебя где черти носят, куда на весь день пропала? — В дом пионеров по делам ездила. (соврал я, пожав плечами). А чего случилось то? — Чего случилось, чего случилось. Предупреждать надо, когда уходишь на долго. Вот, тебя человек из министерства, почти с самого утра ждёт, а ты шляешься не пойми где. — Почему это не пойми где? (возмутился я). Я же Владимир Борисович пионерка как ни как, где мне быть, как ни во дворце пионеров! — Владимир Борисович. (осадила его тётка), не ругайтесь на девочку. — Проходи Виктория, присаживайся. Вот, я тебе принесла приглашение из Москвы, с самого кремля прислали. Тебя в министерство культуры приглашают. Во вторник утром поезд, поедешь с сопровождающим, так как, ты ещё не совершеннолетняя. — Тёть, а вы меня спросили, хочу я ехать в эту вашу Москву? Мне вообще то учиться надо, а не ваши хотелки удовлетворять, почему кто то за меня решает, что мне делать? — Виктория! (сделала сердитое лицо тётка). Ты живёшь на государственном обеспечении, тебя страна кормит, поит, одевает, обувает, так что будь добра тоже чего то для её сделать. — Агааа! Значит вот как вы думаете! (подбоченился я). А кто виноват что мою маму на рынке бандиты убили, я что ли? Почему государство не обеспечило безопасность граждан? Думаете нам тут лафа жить без родителей? Думаете наши дети не плачут по ночам, в отличии от тех кто живёт в полноценной семье? Вы вот морщитесь, глядя на детдомовцев, а чем мы хуже остальных? Вот у вас лично, есть дети? Если есть, то наверняка какие нибудь мажоры, ходят во всём импортном и поплёвывают на окружающих, что, я не права? Что ваши детки сделали для государства, почему мы должны, а они нет? Тут дверь в кабинет открылась и зашла наша старшая воспитательница. — Молодец Виктория, всё правильно сказала, нет вашей вины в том, что вы сиротами остались. — А вы не скрипите тут зубами! (посмотрела она на эту тётку). Видала я, как вы на наших детишек смотрели, как на ничтожества какие то. Нельзя так себя вести гражданочка, вы как ни как, а государственный человек и представляете правительство города, так что, будьте добры соответствовать статусу. Чего там за послание? (подошла она к столу и взяла официальный бланк.) Быстро пробежала глазами и повернулась ко мне. — Викуля, придётся всё таки ехать, понимаю что не хочешь, но, надо! — Ладно Галина Дмитриевна, надо значит надо. (не смог я отказать нашей общей маме). Только ради вас поеду. Она подошла и обняла меня, гладя по спине. А тётка схватив свою сумочку, вылетела из кабинета со скоростью света. — Тёть Галь. (посмотрел я на женщину). Вы не боитесь что вам влетит, всё таки она из администрации. — Не переживай за меня моя хорошая. (положила она свою ладонь мне на голову). Замучаются пыль глотать, я как ни как, а боевой офицер, имею более двухсот вылетов за линию фронта, да и тебя Викуля, сам Куличенко знает и уважает, так что, всё будет нормально. Она посмотрела на нашего директора. — А вы Владимир Борисович чего молчите, ни как не можете привыкнуть, что это и ваши дети тоже, всё думаете что подчинённые на заводе? Эх, зря вы на эту должность согласились, зря! До вас был директор, так тот каждого ребёнка знал, к каждому, как к своему родному относился, и дневал и ночевал здесь, а уж как детки то его любили? Весь дет дом плакал, когда он умер. Нельзя быть таким чёрствым, это же дети! Ладно в нашем корпусе уже почти взрослые, а там. (кивнула она головой на ещё один корпус). Вообще дошколята, да младшие классы живут. Они вас и в лицо то наверное не знают. — Пойдём Викулечка в столовую, попрошу женщин что бы тебя накормили. — Спасибо тёть Галь, я в пирожковой хорошо покушала, так что, сыта. — Ну, тогда беги к себе в подвал. Слушай, чего хотела у тебя спросить? У моей соседки магнитофон сломался, как, ты сможешь посмотреть? — Конечно Галина Дмитриевна, пусть несут, что смогу, то сделаю. Я пошел к себе в мастерскую, дальше заниматься любимым делом. Вторник. Шестнадцатое сентября. 1969-й год. Утром, как только мы с Саней вышли со спорт площадки, из за нашего корпуса, увидели красную победу, а рядом на улице стояла красивая девушка, лет так, не больше тридцати. — Здравствуйте, вы Виктория? (с улыбкой спросила она у меня.). — Ага. (кивнул я, стирая пот со лба). — Меня зовут Кристина. (протянула она мне руку). Я поеду с тобой в Москву и поезд у нас через час, управишься? — Конечно Кристина. (улыбнулся я девушке). Пойдёмте ко мне в комнату, вещи у меня со вчерашнего дня собраны, осталось только мыльно-рыльные принадлежности положить и я практически готова. Мы поднялись на верх, девчонки уже проснулись и, кто одевался, кто расчёсывался, благо дело я купил в комнату большое зеркало, а Зойка сидела и красила себе моську. Поплакала вчера малёха, что я в Москву без её еду, но, хорошо девчата её успокоили и пообещали, что не бросят одну. — Кристин, вы посидите здесь пяток минут, а я сбегаю по шурику душ приму. — П ппо к ккакому шурику? (удивилась она). — Нууу, в смысле быстро, по шустрому. — Аааа! (сообразила она). Да, конечно подожду. Я помылся и оделся, повесив на спину гитару, а на грудь рюкзачок, что вчера сшили с Мариной Николаевной, мамой моей медсестрички Алёны. Попрощался с девчонками и мы пошли к машине. Там стояла наша воспитательница. — Викуля, будь там умницей и не хулигань. (обняла меня Галина Дмитриевна). — Спасибо тёть Галь, конечно, буду паинькой и примерной пионеркой. — Ладно! (улыбнулась женщина.) Беги уже, хулиганка. Мы сели в машину и погнали к вокзалу. За рулём сидел усатый мужчина, старше сорока лет. Я сидел и рассматривал внутренности машины. Первый раз еду на победе, снаружи конечно видал, а вот внутри, впервые вижу. — Чего девочка, первый раз на такой машине едешь? (догадался водила). — Да дядь, впервые. А слышали такую байку, не знаю правда или нет, но, когда Сталину показали опытную модель, то у её было название Родина, а Иосиф Виссарионович тогда возьми да спроси, по чём будете Родину продавать? Вот и пришлось переименовать в победу. — Да девочка, слыхал такое. Кто то эти слова приписывает Сталину, а кто то Берии, а кто вообще говорит, что это просто байка, так что, не понятно кто сказал и было ли это на самом деле, но, победа отличное название, правильное! Под разговоры о всяком, мы доехали до вокзала. Дядька, а это оказывается был ни кто иной, как отец моей сопровождающей Кристины, помог донести её чемодан до нашего купе, верней не купе, а плацкарта. Потусил с нами пяток минут, а когда проводница каркнула во всё своё воронье горло, что бы провожающие покинули вагон, он вышел и подошел к окну с улицы. А когда поезд тронулся, девушка заплакала. — Кристин, ты чего плачешь то? (удивился я). — Представляешь. (шмыгнула она носом). Я впервые уезжаю со Сталинграда в Москву. За все двадцать семь лет, только пару раз в Саратов сплавала на катере, а так, ни куда ни ездила. — Х эммм! И в чью светлую голову, пришла такая шикарная идея, послать тебя сопровождающей со мной, не совершеннолетней? — Вере Ивановне Щвец, она в субботу к вам в детдом ездила. Примчалась в конце рабочего дня, злющая как собака, всё на пол бросает. Позвонила своему сыну и сказала, что он в Москву не едет, посмотрела на меня и сказала что поеду я. — А при чём здесь её сын то? (удивился я). — Так изначально, она с тобой его хотела отправить, он у её в секретариате комсомола нашего города состоит, вот она его везде и проталкивает, а тут поездка в кремль. Но, не знаю что на её нашло и она отправила меня. — Ерунда Кристин. (взял я девушку за руку). Не боись, не пропадём, у меня в столице кое какие подвязки есть, так что, всё будет ок. И встретят и накормят и приютят. — Вик, вообще то, у нас с тобой гостиница забронирована, Петр Евгеньевич ещё перед отъездом об этом позаботился. — А чего, он уехал куда то? — Да, по своим делам в Комсомольск улетел. Был бы он на месте и мне не пришлось тогда ехать. — Ну и хорошо что он улетел. (потряс я девушку за руку). Съездишь, столицу посмотришь, в кремль сходишь, чего тебе в Сталинграде то сидеть? — Да я то не против. (улыбнулась Кристина). Вот только дочурку, пришлось на бабушку с дедом оставлять. — Оууу! (подпрыгнул я на полке). У тебя есть дочка? Круууто! А сколько ей лет, как зовут? — Три с половиной, зовут Машенька, хочешь фотку покажу? — Давай! Девушка взяла свою сумочку и порывшись достала фотографию. На которой была она, мужчина, морской офицер и по серёдке маленькая, белокурая девчонка, улыбающаяся беззубым ротиком. — А это муж? (ткнул я пальцем в мужчину). — Да, Валера, служит в Северодвинске подводником, вот-вот ему должны в новостройке квартиру дать, так что, скоро переедем жить туда. — А ты как с ним познакомилась то, если из Сталинграда ни куда не выезжала? — Так он наш сосед по лестничной площадке. (засмеялась девушка). Мы с ним с детства знакомы, всю жизнь он во дворе за меня заступался, старше меня на два года. Ты знаешь сколько за ним девчат бегало, уйма! Но он выбрал именно меня. Недавно на недельку в отпуск приезжал и я кажется опять на сносях. (прошептала она мне на ушко хихикая). — Ну и как, ты довольна? — Конечно, я вообще хочу что бы у нас было трое детей. — Слыш Кристин. (так же зашептал я ей на ухо). Ты напиши своему Валере, что бы он с жильём не торопился, если вдруг у тебя родится мальчик, то у вас будет плюс ещё одна комната, так как дети будут разнополые. — А ты Виктория от куда это знаешь? (удивилась она). — Да так. (отмахнулся я). В автобусе от каких то тёток слышал, вот и вспомнилось. — Если это так, то надо обязательно Валерику написать. Чего уж там, лучше годик подождать, чем ютиться в одной комнате, спасибо что просветила. Поезд остановился в Орловке и к нам в плацкарт ещё подсели пассажиры, мужчина с женщиной, похоже что оба пенсионеры. Мы тут же познакомились. Мужчину звали Виктор Спиридонович, а женщину Светлана Григорьевна. Тёть Света сразу стала вытаскивать из сумки разные припасы, варёную картошку, курочку, яйца, огурцы с помидорами, хлеб, а этот Скипидарыч, тьфу ты, Спиридоныч конечно же, достал шкалик водки. — Тааак! (сказал он посмотрев на меня). Тебе предлагать не буду, так как маленькая ещё, а вот вы Кристина, за знакомство должны выпить обязательно. — Ей нельзя. (тут же вклинился я в его монолог). У её маленький. ( кивнул я на живот девушки). — Ни чего! (расхохотался он). Моя Светка только на последних двух месяцах от спиртного отказывалась, а так, на каждом застолье, пару стопочек, да пропускала. За то какие сыновья выросли, младший в военном училище преподаёт, а старший комбайнёр, герой соц труда, а это я вам скажу, не хухры-мухры! (поднял он палец вверх). А у тебя девонька ещё даже и намёка на живот нету, так что, от стопочки ни чего не случится, чего ж мне, одному пить что ли? — А тёть Света чего? (спросил я). Она разве вас не поддержит? — Неее, ей врачи запретили. Год назад операцию перенесла, так сейчас ей не только водочку, ей половина съестного есть нельзя, а я вот мучаюсь. Представляете девчата, жирное ей нельзя, острое нельзя, да много ещё чего нельзя, вот она и готовит то что ей можно. Нет, иногда конечно балует меня чем нибудь вкусненьким, да только у меня кусок в глотку не лезет, когда она смотрит как я ем, а у самой слюнки текут. — Дядь Вить, давайте я вам какого нибудь соседа позову и вы выпьете не один. Кристина же вообще не пьющая, спиртного ни разу в жизни не пробовала. А вдруг она буйная, тогда придётся поезд останавливать, представляете сколько проблем будет, милиция, омон, чего доброго ещё и группу альфа вызывать придётся. — Чего за омон, чего за альфа? (удивился сосед). — Да так дядь Вить, не обращайте внимания, это я фантастики начиталась. — Аааа! Фантастику я тоже люблю. Ладно, так и быть, выпью один. — Спасибо. (шепнула мне на ушко Кристинка). Я и правда ни когда водку не пробовала, только шампанское на новый год, и то чуть-чуть. — Дядь Вить, тёть Свет. (обратился я к попутчикам). Так чего ж, получается что у вас верхние места что ли? — Да, согласился мужик, уж какие достались, тем и рады. — Так давайте мы с вами поменяемся, нам то чего, мы молоденькие, прыг как кузнечики и на верху, а для вас туда забраться проблема. Соседи переглянулись и согласно кивнули головами. — Спасибо вам девочки. (приложила руки к груди тётя Света). Если честно, я даже и не представляю, как мне туда забраться то, да и выдержит ли полка. — Не знаю. (задумался я). Полка то может и выдержит, а вот забраться да, тут без электрокары не обойтись. Соседи опять переглянулись. — Эт чего, опять фантастика что ли? (спросил дядька). — Ага дядь Вить, вы угадали. Фантастика, там всё действие в будущем происходит. — Неее, я только Жюля Верна читал, про подлодную водку, верней наоборот, подводную лодку конечно же. Извините, стоит этот шкалик на столе, глаза мозолит и с толку сбивает. — Наутилус наверное дядь Вить? (поправил я его). — Точно, представляешь, вылетело с головы название, а ведь книжку то, аж до дыр зачитал. — Бывает дядь Вить, это возрастное, вам сколько стукнуло? — Так вот не давно было шестьдесят девять, а Светланочке моей, шестьдесят пять на следующей неделе будет. — Тогда слушайте анекдот, как раз про память. Сидят значит на лавочке две бабульки, стаааренькие уже. Тут одна другую и спрашивает. — Слышь подруга, напомни ка мне, как тебя зовут, а то я запамятовала. Вторая подняла глаза к небу, подумала чуток, пожамкала беззубым ртом и посмотрела на спрашивающую. — Ты мне скажи, тебе это срочно надо, или подождёшь чуток? Попутчики кааак заржут, аж с соседних купе к нам люди с испуганными лицами заглянули. Я даже и представить себе не мог, что у тёть Светы такой голосина. Дядька Витя то, как то по хитрому смеялся, рот открывал, а вот звуки не издавал, это называется смех разведчика. Зато тёткин смех, можно принять за психическую атаку, ни каких специальных сирен не надо, сиди рядышком да анекдоты трави, враги сами, с мокрыми подштанниками разбегутся. К нашему купе, стали подтягиваться пассажиры, интересно же им, чего там так смеются. Пришлось этот анекдот повторно рассказать, все были в угаре, а рядом сидящая Кристинка, вся была в слезах. Она тоже пыталась копировать дядьку Витю, да опыта у её было маловато, время от времени прорывался голосок. Тут из толпы пробился один мужичок, с плоским как стол лицом и узенькими щёлочками глаз. Смотрел так, как буд то нас подозревал в чём то. — Девоцка, а пло якутов знаес какой нибудь анекдот? — Про чукчей что ли? (переспросил я). — Ага, пло цукцей. — Знаю конечно дядь, ещё бы не знать анекдотов, про таких великих людей. — Лассказы, я осина лублу пло нас анекдоты слусать. — Слушайте, анекдот про очень умного чукчу. — Приезжает значит чукча из командировки в Москву, к себе в стойбище. Тут все соседи собрались послушать его рассказы, интересно же, как там люди живут, даже собаки и те свои пасти разинули, видимо им тоже интересно. Ну, чукча всё им рассказал, те ахают да охают, удивляясь. А тут один и спрашивает. — Слууушай, я слыхал что в Москве таксисты лютуют, обманывают нашего брата, ты как, не нарывался на таких. — Как же не нарывался то, конечно нарывался, но я чукча умный, я сам его обманул однако. — Это как? (ахнула вся толпа). — Да просто всё, я спросил его, сколько будет доехать до красной площади, он назвал цену, ну я и заплатил а сам не поехал. Честное слово, громче всех в вагоне смеялся этот якут. Мне кажется, что остальные смеялись не над анекдотом, а над ним, уж больно заразителен был его смех. Потом были ещё анекдоты, ни только от меня, но и от других пассажиров. Неее, компанейские всё таки люди были в это время, не то что у нас в будущем. Здорово и весело мы ехали, как одна большая компания. Время летело не заметно, уже начало смеркаться, или погода испортилась, когда мы подъехали к Борисоглебску. Я сказал своей Кристинке, что сбегаю позвоню в Москву, что бы нас встретили. Выбежал на перрон и обратился к милиционеру. — Дядь, не подскажите от куда я могу в Москву позвонить, а то мы туда прибываем ночью и надо что бы нас встретили. — Девочка, а ты с кем едешь, где взрослые? — Там дядь, в вагоне старшая сестра, но она беременная, боюсь я за её. — Там на площади автоматы есть, но с них по межгороду не позвонить, вот чёрт, как же быть то? (задумался милиционер). Ладно, пошли к нам в отдел, сейчас поговорю с дежурным, авось разрешит по служебному поговорить, надо, значит надо. И он взяв меня за руку, повёл в здание вокзала. Там мы зашли в дверь, на которой была табличка, дежурная часть. Прошли по коридору и вошли в крохотный кабинетик, где помещался всего один стол, небольшой шкаф и пара стульев, не считая того, на котором сидел капитан милиции. — Василий Егорович. (обратился к тому мой выручатель). Разрешите девочке в Москву позвонить, у её срочно и неотложно. — Звони, коль номер помнишь. (спокойно указал дядька мне на аппарат). Мне жалко что ли? Я метнулся к телефону и по памяти набрал номер Тамары Ремнёвой. — Ало! (моментально на том конце подняли трубку, в которой ответила Ленка, Тамарина сестра). — Привет Леночка, это тебя Вика Суворова беспокоит, слууушай, а где сейчас Тамара, мне надо что бы она в двенадцать часов ночи, встретила нас с поезда из Сталинграда, шестой вагон, прибывает на Павелецкий вокзал, запиши, не забудь. Всё, давай, до встречи. Я положил трубку на аппарат. — Спасибо дяденьки милиционеры, вы нас с сестрой очень выручили, а то она у меня с пузом. (выпятил я руки на всю длину). Наверное двойня будет, или тройня, я пойду? — Пойдём, я тебя обратно на перрон провожу. (сказал мой провожатый). И мы опять взявшись за руки, пробрались через толпу народа, к нашему вагону. — Спасибо дядь. (улыбнулся я милиционеру). А когда залазил в свой вагон, ещё и ручкой помахал. Тот тоже улыбнулся и махнул рукой. Вот, была же раньше милиция как милиция, служила людям, помогала людям. Что с ней случилось потом, почему они стали работать только за деньги. Даст бог, может хоть в этом мире такого не случится. Нету здесь Хрущёва, а ведь там, у нас, всё с него началось. Начальство стало работать на себя, на свой личный карман, а Горбачёв, это был последний гвоздь в крышку гроба, такой великой страны. А здесь Молотов поддерживает политику Сталина. Да, людям дал небольшую отдушину, зато всех чиновников держит за яйца плотно и крепко. Нет, есть конечно индивидуумы, в семье как говорится, не без урода, но, в основной своей массе, люди хорошие и в меру честные. — Всё Кристин, я позвонил своим знакомым, надеюсь что нас встретят. — А чего у тебя там за знакомые то? Ты же детдомовская, родни быть не должно, кто встречать то будет? — Кристин, я же говорю знакомая, очень хорошая женщина. Да вы наверное все её прекрасно знаете. (осмотрел я своих соседей). Тамара Ремнёва, она по телику частенько выступает, песенки разные поёт. — Ремнёооовааа! (выпучил на меня глаза дядька Витя). Ты сейчас правду говоришь, или опять фантастики начиталась? — Правду, конечно правду дядь Вить. Вот как прибудем в столицу, я вас лично с ней познакомлю, я и мужа её знаю, вот такой мужик. (поднял я вверх большой палец). Весёлый такой, лётчиком работает, пассажиров туда сюда возит. — Виктория. (заглянул к нам парень, скорей уже мужчина, из соседнего плацкарта). Ты вправду Ремнёву знаешь, не шутишь? Я тоже её хорошо знаю, верней её супруга Сергея, мы с ним вместе в лётном училище учились и на свадьбе я у них гулял. Ну а Тамарочку конечно же тоже знаю и в гостях у них не раз бывал, кремль из окна, как на ладони видно. — Ага. (согласился я). Точно, кремль прямо через речку. — Меня Женя зовут, Евгений. (протянул он мне руку). Вот уж не думал, что в поезде встречу знакомую знакомых. — Жень, а вы чего на поезде то едете, вы же лётчик, вас на самолёте должны бесплатно везти. — Есть такое дело, да вот только Татьяна, супруга моя, страсть как боится летать, а в поезде себя чувствует просто замечательно. Вон, забралась на верхнюю полку и спит себе сном Ильи Муромца. А как ты Вика с Тамарочкой то познакомилась? — Да просто всё! Нас Валерия Солдатова познакомила, а с Солдатовой, меня познакомил один хороший дядька, заведующий культурным сектором в нашем городе, а с ним, его старшая сестра, она директор дома пионеров, ну а я как вы наверное уже догадались, пионерка, которая посещает этот самый дворец пионеров, вот и вся лесенка знакомств. — Но всё равно. (не унимался этот лётчик). В дом пионеров много ребят и девчат ходят, почему именно тебя познакомили? — Не знаю, наверное потому, что у нас с Тамарой Григорьевной, есть одно сходство, мы обе любим анекдоты. — Ах хахахаха! (Засмеялся этот Женя). Эт точно, она без ума от анекдотов, её хлебом не корми, дай какую нибудь смешную историю послушать, она ещё тот весельчак. В общем, мы посидели до семи часов вечера, посмеялись, поболтали, а потом легли отдохнуть, так как прибываем поздно, да и делать нечего, в окно пялиться не на что, наступила темень. Все заснули, а я так и не смог, всё лежал и думал про всякую фигню. То про свою прошлую жизнь, вспоминал друзей, свой навороченный разной аппаратурой гараж, тачки, что приходилось делать, некоторых клиентов. Потом ребят на Донбассе. Как брали военную технику с воинских частей и собирали их из нескольких одну. Белые камазы с гум конвоем. Как они там сейчас, присоединились ли к России, давно ходили разговоры, что надо примыкать к своим, да политики чего то там крутили вертели, но весь народ был за. Ладно, у меня теперь совсем другая жизнь, надо о своей Викуле позаботиться, да о Зойке, я же взрослый, а у взрослых обязательно должен быть кто то на попечении, иначе с ума сойдёшь. Ещё вспомнил, как в воскресенье работали на кладбище. Всё вышло просто замечательно, установили красивую оградку, два одинаковых памятника с уже прикрученными фотографиями, так же вкопали лавочку и маленький столик, работали быстро и в одиннадцать часов уже закончили. Ребята с подругами пошли на выход с кладбища, а я чуток задержался, на поговорить с родителями. Ещё раз поблагодарил их за то, что не дали мне расправиться с Ванькой Храбровым. Всё таки я думаю что это их рук дело, ну, не бывает таких чудес, чай не в сказке живём и винипухи по улицам не бегают. Постоял ещё чуток и пошел на выход, к своим подругам и к ребятам с завода.