Хвост и перья

В девять тридцать утра на береговой линии Пэксана было не протолкнуться. Тысяча армейцев и гвардейцев выстроилась в ровные ряды на песке под палящим солнцем, щурясь и пытаясь нормально разглядеть покачивающуюся на воде перед ними платформу. На ней была выстроена гигантская вышка, наверху которой под навесом расположился толкавший свою любимую длиннющую речь про величие полковник Кан вместе с двумя генералами — Гвардии и армии. Рядом кружили два дрона с камерами, со всех ракурсов запечатлевая их самих и участников Игр. Остальные дроны ожидали взлета на побережье — их запустят только когда закончится распределение команд, чтобы каждой досталось на съемку по три. Зрители в «Колизее», глядя то на огромные экраны со всех сторон, то на военных, радостно улюлюкали, уже закидываясь кто попкорном, кто пивом. На самом вернем ряду в ложе на мягких диванах расположилась Императорская семья и высокие гости Коре, на ряду чуть ниже в креслах сидели дворяне, попивая ледяные коктейли. Где-то там должен был наблюдать и отец Тэхена, Ким-бо, надоедливо рекламируя всем, независимо от сословия, своего единственного сына, которого он уже пару лет как жаждал сбагрить кому-то в «добрые руки». «Чтобы матушка твоя с того света не придушила меня за то, что посмел обречь ребенка на одинокую старость, Тэхен!» — в каждую их встречу твердил родитель, строго тыча в него пальцем и взашей выгоняя на свидание вслепую с каким-нибудь работником завода, который «такой приятный молодой человек, ну, ты только глянь, сынок». Позади рядов военных, метрах в трехстах, прямо рядом с кромкой джунглей, стояло множество открытых ящиков с оружием и снаряжением. Как только прозвучит сигнал о начале этапа, все команды мгновенно должны были ринуться и успеть разобрать для себя лучшее, иначе либо останутся с голой, искусанной змеями и насекомыми жопой, не способные ни от кого и ни от чего защититься, либо будут дисквалифицированы. Так что сейчас каждый то и дело косился в сторону ящиков, пытаясь издалека различить, в каких из них лежало все самое полезное. Кроме Тэхена. Вместо того, чтобы отмечать для себя железо для среднего боя, как планировал два дня назад, он, не отрываясь и практически не моргая, буравил взглядом второй от него ряд по диагонали. — Прекрати пялиться на него! — зашептал Тэхену в ухо стоящий рядом Чимин и долбанул его локтем под ребра. — Вы и так оба херни намутили! Кто вообще срется из-за хвата?! Если б тогда вас остановил не я, а капитан Мин, вы бы оба в наряды загремели! От Тэхена не последовало никакой реакции. — Да хватит! — Чимин прошипел не хуже гадюки и принудительно повернул его голову за шею в свою сторону. — Да он охеревший! — Тэхен вырвался, отпихнув от себя чужие пальцы, и эмоционально взмахнул рукой в направлении все того же второго ряда. Стоящий там Чонгук как раз полубернулся назад и с ухмылкой демонстративно изобразил, как облизывает средний палец. Чимин, за предплечье сдержав дернувшегося было вперед и тихо зарычавшего Тэхена, ехидно пробормотал: — Позавчера утром ты говорил совершенно другое. Как там было? «Секси-милашка птенчик-сержант»? — Он насмешливо фыркнул. — Когда он лупал на меня своими круглыми глазками и губы облизывал, он казался милым! — оборонительно прошептал Тэхен. — Сережки прикольные, пушок этот смешной на голове, бедра такие офигенные, что и задохнуться между ними не жаль… Я ж не знал, что он петух ебанутый, и на мою благородную помощь отреагирует, как бешеный! — Какая «благородная помощь»? — Чимин закатил глаза. — Кто вообще тебя просил поправлять хват боевого сержанта армии? Ты тупой, что ли? — Да что не так?! — Тэхен возмутился, уперев ладони в бедра. — Почему бы не поправить, если он хреново пальцы поставил и сел криво? Меня учили, его — явно нет! — Боги, помогите мне… — Чимин схватился за переносицу. — С чего ты взял, что его не учили, гений? Тэхен цокнул и махнул рукой: — Все знают, что армейцы полуобученные. У них там норма — побегал, поотжимался, а потом автомат в руки и пошел стрелять племена. Чимин осуждающе пихнул Тэхена в плечо и попытался было что-то сказать, однако, его прервал громко заигравший гимн Империи. Так что все войска были вынуждены прервать переговоры и перебранки и вытянуться по стойке смирно, делая воодушевленные лица. Игры начинались. Тэхен, наконец, переведя взгляд со второго ряда, хмуро уставился в точку на затылке гвардейца перед ним. Краем глаза он увидел, что Чонгук еще пару секунд на него попялился и лишь затем, что-то прошептав стоящему рядом с ним армейцу, отвернулся. Тэхен стиснул челюсть, — наверняка про него что-то вякнул, чертов птенчик. Гимн был долгим и торжественным, однако, Тэхен полностью прослушал и его, и взволнованный галдеж зрителей, и речь Императора. Мысленно он все еще пребывал в позавчерашнем дне. Перед глазами стоял Чонгук, разглядывающий его с явной похотью и слегка покрасневшими ушами — рот был слегка приоткрыт, а сильные руки едва заметно подрагивали, будто в желании потрогать или погладить. Член Тэхена в тот момент даже чуть дернулся, а в подреберье мелькнуло что-то теплое — так одновременно возбуждающе и мило Чонгук выглядел. Потом в его голове возник Чонгук, неловко сбегающий. Тэхен успел заценить его аппетитную задницу и широкую спину и искренне решить, что готов найти его не только, чтобы потрахаться, но и даже, возможно, попробовать продолжить что-то после. А затем в мыслях в ореоле из тысячи красных флагов появился Чонгук ебанутый. Вспыхнувший спичкой над бензином, выебывающийся своими знаниями и умениями, когда на деле не знал ни черта, и с какого-то хера решивший, что его путь — это насилие. Насилие, полученное от Тэхена, естественно. Теперь он и сам в ответочку на кучу оскорблений жаждал скрутить гаденыша в бараний рог и… Что «и» Тэхен, к сожалению, пока не решил, потому что сражался в неравной битве со своим членом. Вчера в душе тот снова предательски дернулся, и всего лишь из-за одной короткой мысли о влажной от жары шее Чонгука, который с таким уверенным взглядом держал в напряженных руках ПП… Неправильным хватом. Тэхен резко вернулся в реальность, вздрогнув от слишком громких воплей зрителей. Он встряхнул головой, принудительно выкидывая из мыслей бешеного птенчика и прислушиваясь к происходящему вокруг. Оказалось, Император уже заканчивал свою речь. Сейчас он, стоящий в своей ложе у самого края балкона с гордо вскинутой головой отображался на множестве экранов вокруг «Колизея». Позади него расположилась Императрица, обхватывая за плечи двух любопытно осматривающихся маленьких принцев. Медленно Его Величество обвел взглядом военных и зрителей, ожидая тишины, а затем, поправив микрофон на груди, широко взмахнул рукой и звучно объявил: — И, наконец, я, Император Ли Суджон, с удовольствием объявляю 294-е Военные Игры открытыми! Тишина мгновенно разорвалась еще более громкими радостными возгласами и свистами. Спустя пару секунд Императорская семья уже снова скрылась в глубине своей ложи, а экраны переключились на суровое лицо полковника Кана. Тот, торжественно выпятив грудь, стоял возле гигантского планшета, где с помощью одного прикосновения войска рандомно распределятся на сотню команд по десять человек. — Итак, господа военнослужащие! — зычно прокричал он. — После объявления имен, прошу каждого из вас вщять предоставленные нашивки с номером команды и отправитьщя к стартовой линии! Сделав театральную паузу, он горделиво поправил парадный китель и ткнул пальцем в изображенную на экране планшета огромную красную кнопку. И уже через несколько секунд, прокрутившись в барабане, словно в каком-то игровом автомате «777», там высветились распределенные на группы списки. — Внимание! Команда номер 1! — тут же начал объявление полковник Кан. — Им Сухен, Пак Чонджин, Сон Джинхо… Лидер команды рядовой первого класса армии Мин Реук! Тэхен отвлеченно слушал незнакомые имена, точно зная, что его собственное прозвучит лишь тогда, когда будет назван Пак Чимин. Полковник, будучи главой центрального столичного отделения Гвардии, всегда поддерживал гвардейцев и, несмотря на вроде как случайное распределение, заранее подтасовывал десятки участников так, чтобы в одной команде всегда состоял самый эффективно сработавшийся друг с другом дуэт. — Команда номер 6… Возможно, кто-то назвал бы это жульничеством, однако, полковник Кан гордо заявлял, что лишь боролся с несправедливостью. Ведь армейцев и так было раз в шесть больше, и если Гвардия не покажет себя способной силой, то эти солдафоны их задавят исключительно количеством. — Команда номер 18… — Команда номер 64! Чон Сунхи, Ким Рюджин… Лидер команды сержант армии Чон Чонгук! Тэхен внимательным взглядом проследил, как Чонгук, еще семь армейцев и два взволнованных гвардейца с бронзовыми эполетами строевым шагом вышли из войсковых рядов и направились к стоящему в стороне майору, который усиленно вытирал потный лоб платком. Они налепили на рукава курток нашивки и выстроились возле красной линии в двухстах метрах от ящиков со снаряжением и кромки зеленых зарослей. — Команда номер 71… На несколько секунд запрокинув голову вверх к палящему солнцу, Чонгук провел пальцами по волосам и вытащил закрепленные за душки на нагрудном кармане солнечные очки, драматичным жестом цепляя их на нос. Затем он слегка повернул голову в направлении выстроившихся военных — будто чертовски хорошо знал, что за ним наблюдали. Жаль, выражение лица на расстоянии было не различить, однако, Тэхен почему-то был уверен — чертов птенчик наверняка ухмылялся. — Команда номер 78! Пак Чимин, Бан Хичоль, Чо Минхван… Лидер команды лейтенант Гвардии Ким Тэхен! Наконец-то. Тэхен встряхнулся. Они с Чимином переглянулись, едва заметно, аж на уровне бедер, хлопнули друг другу «пять» и потопали, пытаясь чеканить шаг в то и дело разваливающимся под ногами песке, к майору. Вместе с остальной восьмеркой членов команды получив нашивки и пожелания удачи, они прошли к стартовой линии. Ожидая окончания распределения и сигнала к началу, Тэхен почувствовал взгляд. Он резко повернул голову — метрах в пятидесяти расположилась команда Чонгука. Убедившись, что привлек его внимание, Чонгук медленно опустил очки на кончик носа, ткнул большим пальцем сначала себе в грудь, а потом в сторону ящиков со снаряжением. Затем он дернул подбородком в направлении Тэхена и подмигнул. Тэхен ни хрена не понял, что значила эта пантомима, но ему это не понравилось. Поэтому, не долго думая, он тоже быстренько стащил солнечные очки со своего кармана и нахлобучил их на переносицу. После он зубасто ухмыльнулся в сторону Чонгука и самодовольно сложил руки на груди. Слева послышалось фырканье. Тэхен, отвлекшись, повернулся на звук — оказалось, рядом стоящий Чимин проследил за направлением его взгляда и теперь, иронично вздернув бровь, медленно скользил глазами с Чонгука на Тэхена и обратно. — Серьезно? — насмешливо бросил он, засунув руки глубоко в карманы брюк и качнувшись с пятки на носок. Тэхен насупился и оборонительно указал на небо. — Что? Солнце же! — Ну, конечно, — саркастично согласился Чимин, а после покачал головой и неразличимо пробормотал что-то явно не лестное. Дальнейшую возможную перебранку или продолжение непонятного состязания с Чонгуком прервал громкий трубный звук. Он означал минутную готовность к этапу. Команды вокруг резко зашевелились, а Чимин, моментом сбросив с себя иронию и шуточки, подсунул Тэхену кулак, по которому тот охотно стукнул своим. — Сделаем их! — воскликнули они одновременно и азартно усмехнулись. Остальная часть их команды рядом сложила ладони друга на друга, встав кругом. Естественно, пока у них все еще было разделение на армейцев и гвардейцев — работать сообща они смогут лишь через несколько часов, немного притеревшись. Тэхен взъерошил собственные волосы и принудительно заставил себя не смотреть на команду номер 64. Похлопав себя по щекам, он постарался выкинуть из головы лишние мысли, а затем легонько подпрыгнул несколько раз, перебрав ногами, и встал в позицию для бега с согнутыми коленями. Остров на миг застыл в тишине. Казалось, даже море шумело тише, не желая прерывать момент. А затем оглушающе затрубил горн. И в ту же секунду все вокруг пришло в движение. Песок волнами взлетел из-под тяжелых подошв берцев — команды, похожие на массивную зеленую тучу на огромной скорости ринулись к ящикам со снаряжением. Пришло время играть. Подбежав к ближайшему ящику и врезав по корпусу какому-то особо ретивому военному, мгновенно рванувшему в бой, Тэхен прицепил на сбрую крюк и веревку, а еще один набор привычным движением кинул за спину, где заметил прорывавшегося вперед Чимина. Затем расталкивая то локтями, то ударами под колени толпящихся и вырывающих друг у друга экипировку, он пробился к следующему коробу, выхватывая из него небольшую аптечку с обезоболом и противоядием — большего им до ночи первого этапа не достанется. И тут же побежал дальше, перепрыгнув через какого-то бедолагу гвардейца-выпускника, который, видимо, споткнулся о собственные ноги и теперь барахтался в песке. Вокруг уже жужжали дроны с микрофонами и камерами, транслируя всю эту красоту на экраны, и что-то подбадривающе вопили зрители в «Колизее». Собрав еще фонарь, набор неэлектронных меток, рюкзак, несколько подсумков для магазинов, два боевых ножа и получив тройку дополнительных синяков на боку, Тэхен, наконец, добрался до ящиков с боеприпасами. В одном из них он схватил по несколько наборов разных гранат, а вот в другом — не слишком удачно оказались патроны для винтовок. Но выбора особо уже не было — времени до конца сбора оставалось не больше двух минут. Так что, решив не выебываться и не искать что-то другое, Тэхен ухватил несколько магазинов, проворно запихнув их в подсумок. Прорвавшись сквозь огромную толпу к ящику с железом и заработав удар под ребра, Тэхен на мгновение замер — внутри оставалась одна-единственная винтовка. Тут же он, практически всем корпусом перевалившись через край, схватился за нее — и в ту же секунду на его руку сверху легла другая, крепко впиваясь мозолистыми пальцами. Так и вцепившись в ствол вместе, они вытянули винтовку наружу. Тэхен сердито вскинул голову на наглого захватчика и потащил винтарь на себя. Захватчик впился в него знакомым взглядом в ответ. — Ты же говорил, что дальнобой здесь бесполезен, и ты хочешь оружие для ближнего боя, господин лейтенант, — запыхавшимся, но все еще полным насмешки голосом предъявил Чонгук — его очки криво съехали на нос, а торчащие волосы снова напоминали петушиный хохолок — и дернул винтовку уже в свою сторону. Да так, что Тэхен вынужден был вбиться пятками берцев в песок, чтобы не завалиться вперед. — А теперь, — так же чуть задыхаясь, Тэхен хмыкнул и, посильнее расставив ноги для упора, со всей дури рванул винтарь к себе. Чонгук от этого едва слышно ойкнул и чуть не уперся носом ему в грудь, — я хочу винтовку. Что делать будем, птенчик? — Тэхен криво ухмыльнулся, зацепил ствол локтем, создавая еще большее давление на захват Чонгука, и всем корпусом откинулся назад. Он чувствовал, как чужие руки подрагивали от напряжения. Все еще не отпуская винтовку, Чонгук слегка огляделся, о чем-то задумавшись. Происходящее вокруг превратилось в вакханалию — кто-то на кого-то орал у ящика с медикаментами, кто-то барахтался на карачках в песке, пытаясь добраться до огнестрела, а кто-то уже ринулся в полноценный мордобой из-за патронов… Он фыркнул и чему-то покивал. — Ладно, — вдруг сказал Чонгук, а затем резко отпустил винтовку, от чего Тэхен едва не свалился задницей в песок, удивленно моргнув под очками. — Полагаю, тебе, с твоим правильным хватом нужнее. — Чонгук, прикусив слегка высунутый язык, подмигнул. — Слабосоображающим надо уступать и все такое… А после, прежде чем недовольный подобной сдачей Тэхен успел ему что-то ответить, он резко повернулся спиной и рванул в сторону других ящиков, веером вскинув песок под ногами. Да с такой нереальной скоростью, что Тэхен невольно положительно охренел — от движения Чонгука аж ветер взметнулся! А спустя тридцать секунд прозвучал оглушающий сигнал, и все замерли — кое-кто даже в нелепых позах посреди драки. Тэхен немного сожалел, что в ящике не оказалось двух винтовок вместо одной, и Чонгуку пришлось искать себе другое оружие. Но только немного! Гаденыш заслужил еще и не так потрудиться за свой гонор и длинный язык. После объявления полковником Каном о том, что пять команд выбыли, не сумев собрать достаточно снаряжения, перед участниками завис экран. На нем отобразилась задача: «Этап 1: Цель: избежав природных опасностей и ловушек, найти на острове точку лагеря (количество ограничено). На этапе запрещено: — нападать на другие команды; — захватывать лагеря других команд; — забирать снаряжение других команд. Нарушение приведет к немедленной дисквалификации всей команды. Длительность: 12 часов». Первый этап всегда казался довольно простым и безобидным, однако, именно на нем отсеивалась большая часть участников, так как многие либо с концами застревали в ловушках — особенно это относилось к тем, кто впервые был на Играх, — либо просто не успевали найти и закрепиться в нужной точке. Судя по тому, что Тэхен за несколько дней обнаружил на Пэксане, в этот раз к ночи отпадет команд сорок. Он был на девяносто девять процентов уверен, что лагерей в джунглях расположили точно не больше шестидесяти, если не меньше. — Команда 78, ко мне! — заорал Тэхен и громко свистнул, засунув пальцы в рот. С другого конца берега в ответ ему громогласно послышалось «не свисти, блядь, Тэхен, сколько говорить можно?!» от главы его отдела расследований капитана Мина, от чего Тэхен едва не откусил собственные пальцы, поперхнувшись слюной. Уже через десять секунд к нему подбежал Чимин с набитым рюкзаком и удачно захваченным короткоствольным автоматом. А вскоре подошли и армейцы. Помявшись и покосившись на жужжащие вокруг их команды дроны с камерами, один из них осторожно спросил: — Есть какие-нибудь идеи, лейтенант Ким? Чимин хмыкнул и решил разрядить обстановку: — Какой он вам «лейтенант Ким» на Играх? Зовите его просто «босс». Тэхен кивнул и с усмешкой козырнул, шуточно вскинув подбородок. В ответ армейцы хохотнули и немного расслабились, казалось, убедившись, что с гвардейцами, в принципе, можно было иметь дело. — Прежде, чем что-то обсуждать, давайте лучше зайдем в лес. — Тэхен, чуть прищурившись, огляделся — команды поблизости, что-то бормоча между собой, косились в их сторону. — А то тут слишком много лишних ушей. Влажная земля под берцами неприятно чавкала, а высокие заросли кололи даже сквозь одежду. Сгрудившись вокруг Тэхена, который остановился метров через двадцать после погружения в джунгли у комка исключительно уродливых лиан, похожих на какие-то склизкие тентакли, команда быстро перебрала рюкзаки и более или менее ровно разделила между собой собранное снаряжение и оружие. — Я на девяносто процентов уверен, что они не поставили ни один лагерь на западе, — сказал Чимин, закинув лямки рюкзака на плечи и слегка подпрыгнув. — Там сплошные змеи и кусачие насекомые, совершенно не подходит для укрытия. Один из армейцев кивнул: — То же самое с севером. Там куча странных фиолетовых грибов, вокруг них от любого шага взлетают целые облака спор, я уверен, они ядовитые. А мы успели схватить только один противогаз. Тэхен перевесил очки на затылок и, сложив руки на груди, задумчиво побарабанил пальцами по локтю. Дрон, приставленный к их команде тщательно запечатлел на камере его сосредоточенное лицо. — Я считаю, ни один лагерь вообще не будет находиться близко к берегам. Это безопасные точки для всех команд на все десять дней Игр, где мы не должны бояться, что в ночи нас укусит за задницу змея, сожрут заразные комары, или наши палатки внезапно затянет в трясину. — Самое безопасное место в тропиках — обычно река, босс, — вставил другой армеец. — Именно. — Тэхен щелкнул пальцами в его сторону. Он сел на корточки и, схватив валяющуюся поблизости тонкую палку, начертил на земле круг. — Это Пэксан. А это вулкан. — Он изобразил еще один круг. — Мы видели с вертолетов, он же прямо по центру, верно? Все, поразмыслив пару секунд, согласно покивали. — На островах пресные реки не берутся из ниоткуда, — пробормотал Чимин, тоже присаживаясь и подбирая палку. — Должен быть рельеф. — Он накарябал волнистую линию вокруг вулкана. — Точно. — Тэхен ткнул в начерченную область. — Тут по-любому перепад высот, даже если остров казался плоским с воздуха. Какой-нибудь хребет холмов. Армейцы переглянулись, и один из трех сержантов опустился рядом с ними. — Реки на островах всегда протекают из центра к берегам, собираясь в дождевых чашах. Думаю, вы правы. Вокруг вулкана наверняка рельеф, а значит, и русло. Губы Тэхена дернулись в удовлетворенной улыбке. — Ага, так что то, что мы делаем сейчас — это направляемся вглубь, ориентируясь на вершину. — Он указал палкой на краешек белой линии горы, резко переходящий в черную полосу жерла, видневшийся из-за высоких крон. — И как только начинаем ощущать, что поднимаемся на возвышение, стараемся искать под землей воду. Чимин с кряхтеньем поднялся с корточек и огляделся. Затем, издав довольный звук, он отломал от какого-то дерева твердую внушительную ветку и передал ее армейцу с самым легким рюкзаком. — Будешь тыкать в землю и копать. Нам будет нужно понять, откуда идет течение. — Так точно! — удивительно радостно воскликнул тот, практически прижав палку к груди. Это явно были его первые Игры. Сказано — сделано. Тэхен затер подошвой их линии-кружочки на земле, и команда, целеустремленно прорываясь сквозь заросли, направилась к центру Пэксана. Однако, естественно, все оказалось, не так просто, как звучало по быстро наклепанному плану. Сначала они долго продирались через густые толстые лианы, которые вдобавок ко всему еще и оказались колючими. Запасливый Чимин, размахивая захваченным из ящиков перед этапом мачете, с энтузиазмом рубил их почти два часа. Затем едва не свалились в яму-ловушку, созданную организаторами — скрытая среди высокой травы леска, об которую споткнулся один из рядовых, чуть не дисквалифицировала всю команду. После им пришлось потратить время, по большому кругу обходя огромную странную поляну, с которой раздавалось громкое шипение, казалось, сотен змей. И, наконец, они едва не попали под обстрел еще одной ловушки — затупленные копья с краской на кончиках целым роем устремились к ним после того, как кто-то наступил на мелкий камешек. Им пришлось срочно падать на землю и перекатываться по влажной грязи в плотные заросли, скрываясь. Все это время вокруг команды назойливо кружили три дрона, со всех сторон транслируя на экраны зрителям успехи и фэйлы. Лишь когда пурпурно-рыжее солнце начало клониться к закату, создавая причудливые тени, Тэхен, после нескольких шагов вниз с едва заметного холма, остановился и резко вскинул руку в воздух. Следующая за ним измазанная в грязи и облизывающая губы от жажды команда тоже затормозила. Тэхен топнул берцем по зеленой каше — под подошвой послышался легкий шлепок-плеск. — Под землей вода, — сказал Тэхен, слегка задыхаясь от бесконечных хождений через джунгли. — Ты. — Он ткнул большим пальцем в замученного рядового, опирающегося на палку, и затем указал в место под своей ногой. — Копай. Армеец послушно скинул рюкзак и начал тыкать палкой в землю. Остальные члены команды устало завалились на траву в ожидании, а Тэхен оперся спиной о ближайшее дерево и прикрыл глаза. Чимин плюхнулся задницей в какие-то кусты рядом с ним и, устало запрокинув голову, уставился на небо. — До конца этапа еще где-то четыре часа, — пробормотал он. — Отлично идем, наверняка будем первыми. Тэхен негромко угукнул. Честно говоря, он подзаебался. Пэксан оказался более неприятным, чем заброшенные древние солевые шахты его первых Игр три года назад. Спустя полчаса копания и чертыханий, рядовой радостно вскрикнул: — Нашел, босс! Тэхен открыл глаза и, подойдя ближе, заглянул в яму. А затем мгновенно облегченно выдохнул и удовлетворенно ухмыльнулся — внутри виднелся подземный поток. — Мы близко. — Он зачесал мокрые волосы назад и расправил ноющие от тяжелого рюкзака плечи. — Теперь осталось лишь идти в сторону течения. Давайте, мужики, вставайте, последний рывок. И Тэхен оказался прав. Буквально через час, когда багровое солнце уже опустилось к самому горизонту, их уши уловили журчание воды. А спустя еще минут десять, после того, как Чимин снова прорубил мачете очередные нескончаемые заросли спутанных лиан, их взглядам открылась просторная поляна, свободная от травы и деревьев. Прямо за ней блестела узкая, метров в семь, но достаточно глубокая прозрачная река, с шумом бьющая в скользкие камни. Неподалеку даже возвышался нисходящий с обрыва метров тридцати водопад из двух каскадов. Все это напоминало настоящий оазис, только вместо пустыни, он расположился посреди зеленого ада. Пока остальная команда во главе с заоравшим от счастья Чимином ринулась к реке охлаждаться, Тэхен пристально огляделся. Он не мог ошибиться — место было идеально подходящим для точки лагеря. — Где же ты… Где… — бормотал он сам себе и щурился, напряженно всматриваясь в крупные почти изумрудного цвета листья вокруг поляны. Почти когда Тэхен уже готов был сдаться и позвать Чимина, чтобы посоветоваться, он, наконец, кое-что заметил — мелькнувший совершенно не подходящий черный цвет среди глубокого зеленого. Если бы солнце уже полностью зашло, его невозможно было бы разглядеть. Скинув рюкзак и быстрым шагом подойдя ближе, Тэхен с надеждой раздвинул листья. О, да-а, — он шумно выдохнул от облегчения. Тщательно запрятанный среди густых деревьев расположился большой ящик — внутри него их должны были ждать палатки, спальные мешки, вода, сухпай, карта острова и много других полезностей. А сверху на крышке лежал упакованный в защитный чехол планшет и белая сигнальная ракета, свет которой легко выделится в темноте. Тэхен быстро ввел в планшет номер их команды, регистрируя лагерь. Один дрон, оставшийся рядом с ним, транслировал на экраны «Колизея» его широкую кривоватую ухмылку. — Народ! — Тэхен вальяжной походкой подплыл к армейцам и Чимину, развалившимся на берегу, и помахал сигналкой. — Fuck yeah! — Чимин победно вскинул руки в воздух. — Я знал, что не зря прилип к тебе еще на первом курсе! По-любому после Игр старлея получишь! — Он показал большой палец. Правда, так и не поднявшись с земли. Остальные довольно загалдели, на все лады болтая, как повезло им с «боссом», который приведет их к победе. — Итак, полагаю, мы единственные, кто нашел лагерь так рано. — Тэхен довольно снял крышку с сигналки и нажал спусковой крючок, вытянув руку над головой. С громким хлопком в стремительно темнеющее небо взлетела белая огненная стрела, распадаясь в разных направлениях на множество искр. — Кто бы еще додумался исследовать остров заранее? — он горделиво разулыбался. — Что, думаешь, никто?! — вдруг раздался крик откуда-то со стороны реки, заставив Тэхена подпрыгнуть от неожиданности. А затем вверх с грохотом взлетел второй ослепляющий выстрел сигнальной ракеты. Тэхен всем корпусом резко повернулся. Даже Чимин привстал на локтях и оглянулся в направлении голоса, удивленно моргая. А на противоположном берегу реки, уперев руку с опустевшей сигналкой в бедро и склонив голову набок, стоял ухмыляющийся Чонгук. За его спиной энергично копалась среди кучи вещей, видимо, вытащенных из ящика в их точке лагеря, пара знакомых Тэхену гвардейцев-выпускников и семеро армейцев. И удивительное дело — выглядел Чонгук, в отличие от извалявшегося в грязи Тэхена, все так же прекрасно, как и до этапа. Ни разводов на футболке, обтягивающей точеное тело, как вторая кожа, под расстегнутой форменной курткой, ни пятнышка на красивущем лице — только волосы на макушке снова топорщились хохолком. Даже солнечные очки все еще цеплялись за кончик носа. Вечером. Что за претенциозный придурок. Тэхен медленно оглядел его с ног до головы и раздраженно фыркнул. — Слышь, птенчик, с хера ли чистенький такой? Кому отсосал, чтоб на квадрах сюда довезли? — не сдержавшись, крикнул он и сделал несколько резких шагов к кромке реки. Подошедший Чимин дернул его за локоть и зашипел: — Тэхен! Какого хрена теперь ты начинаешь?! Решил, как детсадовец, дергать его за косички? — Отвали, — негромко бросил Тэхен в ответ, вырвав руку. — Лагерем лучше займитесь. Чонгук издал смешок и откинул в сторону пустую сигналку. — А с чего тебя так волнует кому я сосу? Так хочется, чтобы тебе? — Он, поставив ногу на крупный камень, упер локоть в колено и подался вперед, несколько раз заметно ткнув языком в щеку. Взгляд Тэхена непроизвольно сначала проследил за движением ноги — ткань камуфляжной ткани штанины плотно обхватила чонгуково напрягшееся бедро, а затем уткнулся глазами в губы. — Прости, лейтенант, прошедшие два дня с нашей встречи изменили меня, я теперь новый человек, — продолжил Чонгук, со всей возможной театральной искренностью приложив ладонь к груди. — Самоуверенные павлины больше не привлекают. — Усмехнувшись, он скользнул взглядом поверх очков по всему Тэхену и хохотнул. — Но даже если не ради моего отсоса, ты все равно умойся, что ли. А то сейчас твоя башка даже на украшение не катит. — «Умойся ради отсо…» — повторил Тэхен несколько неверяще — из его губ вырвался одновременно и пораженный, и возмущенный смешок — а после приложил ладонь ко лбу. Даже раздражение улетучилось. С драчливым птенчиком в режиме ебанутости даже спорить нормально было невозможно. — Да чего ж ты такой болтливый петух?.. Точно же отхватишь когда-нибудь. — И от кого отхвачу? — ехидно уточнил Чонгук. — Уж не от тебя ли, блюститель правильных хватов? — Да что ты приебался с этим хватом? — Тэхен недовольно всплеснул руками. — Это я-то приебался? — Чонгук возмущенно ткнул в себя пальцем. — Это ты начал самодовольно конечности свои тянуть ко мне! — Он переместил очки на макушку, видимо, чтобы лучше показать недовольство в круглых глазах, и перевел обвиняющий палец на Тэхена. — С хера ли самодовольно?! — Тэхен негодующе упер ладони в бока. — Это ты сидел весь корявый с кривыми своими пальцами, непонятно как ствол удерживающими, а я из доброты душевной помочь хотел! — Себе, блядь, помогай своими ровными пальцами из доброты душевной, павлин нестрелянный! — Чонгук со сверкнувшими глазами нагнулся над кромкой реки, будто хотел оказаться у самого лица Тэхена. — Птенчик, — рыкнул Тэхен, едва сдерживаясь, чтоб реально не прыгнуть в воду и не придушить гаденыша. — Я же сейчас переплыву и въебу тебе. — Так переплыви! — Чонгук по-детски показал язык и, выпрямившись, раскинул руки в стороны, мол, вот он я. — И переплыву! — так же по-детски заявил Тэхен и начал демонстративно стягивать с себя куртку, а затем и футболку. — Давай-давай, раздевайся и переплывай! — подначивал Чонгук, тем не менее, успевая с плохо скрываемым интересом скользить глазами по оголяющемуся торсу. На остров тем временем уже полностью опустилась ночь, и хлопнуло еще несколько сигнальных огней, взлетев в небо. Первый этап был закончен. Позади занимались делами члены их команд, разбивая палатки и расставляя ловушки для остальных участников, которые начиная со второго этапа вполне могли бы начать грабить других. То и дело они косились на стоящих и пристально пялящихся друг на друга лидеров и тихо сплетничали, словно школьники. Главной «ля ты крысой» этого междусобойчика отважно решил стать Чимин. Он мало того, что выложил всю потрясающую предысторию прекрасной первой встречи полуголого лейтенанта с «секси-милашкой птенчиком-сержантом» и ужасной второй теперь уже лейтенанта-тупицы с новоиспеченным петухом команде 78. Так еще и накарябав все то же самое на вырванной странице найденного в ящике блокнота, обернул ее вокруг камня и закинул на другой берег, чтоб и команду 64 держать в курсе локальной драмы. А Тэхен с Чонгуком, так и оставшись на своих берегах, потому что вовремя вспомнили о запрете нападать на другие команды, не обратили на все это никакого внимания, будучи слишком занятыми друг другом. Они преспокойненько уселись, скрестив ноги, по разные стороны реки и продолжили упоенно переругиваться.